Текст книги "Рождение хрономага (СИ)"
Автор книги: Алекс Глад
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)
«Не туп-пи-и-и…» – вмиг отозвался примолкший до этого момента зачермышка.
– Нет! – даже не подумав обижаться, рассмеялась Настя. – Наследство деда. Не хотела в подробности вдаваться. Не сама купила. Он… Он меня воспитывал. Родители погибли, я маленькой ещё была. А дед… Умер год назад. Оказалось он продал всё своё имущество, остался только дом в деревне, где мы жили, и машина. Купил вот это. В завещании звучало скромно – земельный участок с домом, автомобиль, и квартира-студия по адресу… Представляешь мои впечатления, когда я сюда попала? Почти восемьдесят квадратных метров. Ты, кстати, первый кого я сюда пригласила.
Вот это было лишним. Не откровения про деда, а последняя фраза. Прямо-таки из разряда – ты у меня первый… Понимаю, что она потеряла единственного близкого человека, но не в жизнь не поверю, что получив свободу она вела монашеский образ жизни.
Хотя… Стоп! Я сюда пришел переночевать… Ну, может на некоторое время задержаться, пока мать не найдется. Спать с ней не собираюсь. Хватит, покувыркался уже однажды. Излишне продуктивно…
– Майкл, – привлекла внимание хозяйка квартиры. – Вон там встроенный шкаф за зеркалом. На верхней полке надувной матрас. Насос к нему в нижнем ящике, там же. Где-то там же запасные одеяла, подушки. Постельное тоже… Ты извини… Устала. Я в душ, и спать. За последние двое суток, спала часа три от силы…
– Да-да, иди конечно, – кивнул я, направляясь к указанному девушкой зеркалу.
Матрас нашелся без проблем. Достать с моим ростом сложности так же не составило. Насос оказался электрическим. Процесс накачки занял минут пять. Ещё столько же ушло на заправку-застилание. Не профи я в этом. Зачермышка облюбовал пуфик, свернувшись клубком наподобие кошки. Хотя кто знает, может песцы так же спят? Мне то неведомо.
За последние месяцы я столько раз на новых местах спал, не сосчитать! Думал, сейчас прилягу, примерю на себя новую лежаночку, и…
Утро настало поздно. Спал как убитый. Не заметил ни того, как Настя вышла из ванной, ни то как она поднялась по-утру и куда-то слиняла ни свет ни заря. На столе обнаружил записку:
«Отдыхайте. Если надо выгулять Белку – запасной ключ в подвесном шкафчике возле двери. В холодильнике есть молоко, яйца, хлеб. Убегаю на встречу с тем знакомым. Если получится вернемся вдвоем».
Вот черт! Не успел я ей поведать о том, что тут за мной военкомат гоняется, и менты иже с ним скорее всего. И что теперь делать? Тупо свалить? Глупо. Подставляться тоже глупо. И вообще, что это за полицейский? Братья, отцы и прочие родственники исходя из вчерашнего рассказа исключены. Парень? Тогда как объяснить то, что я первый кто попал в её квартиру? И страшно подумать, как он будет рад меня тут обнаружить…
Но делать нечего. Умылся. Сдул матрас, спрятав его и постельное, во избежание всякого рода недоразумений, а потом понял – это хоть какое-то алиби для Настиной чести было. Теперь выходит – если я здесь ночевал, то скорее всего с ней.
Заварил себе кофе. Налил Белке молока. Ничего более подходящего для него в холодильнике не нашлось. Если тут задержимся, стоит закупиться.
«Мне как людям кор-ря-я-ачиться⁈» – поинтересовался в итоге зачермышка, намекая на прогулку и нежелание учиться гадить в унитаз.
– Идём, – согласился я.
Пока ехали в лифте, и прогуливались, беззвучно обсуждали с зачермышкой сложившуюся ситуацию. Тот убеждал, что при необходимости сможет затуманить сознание мужика, и внушить необходимые мысли. То есть, чтобы не интересовался мной, но помог с поисками. Верить хотелось, однако опасения не уходили. Всё же опыта такого рода у меня точно не было, был ли он у Белки? Кто ж знает. Полностью открытое на время сознание не дает возможности полноценно узнать прошлое существа, только его чувства, эмоции и мысли здесь и сейчас.
Гуляли мы довольно долго. Я всё никак не решался вернуться. Крутился, на окраине парка, вне прямой зоны видимости Настиного подъезда. До тех пор, пока не появилась она. Сейчас, со стороны оценил внешность девушки. Вчера как-то не до того было.
Не расписная красавица, как большинство девиц в академии фамильяров. Шикарная фигура, а лицо почти детское, очень миловидное, юное, и… Невинное? И наивное! Наверное, так и есть. Как можно быть настолько доверчивой, чтобы притащить незнакомого парня к себе в квартиру?
Вышла она из антикварного представителя советского автопрома, кои уже давно крайне редко встречаются на дорогах. Москвич. Триста двенадцатый. Но ухоженный до состояния нализанных причиндалов у кота. Бампер, зеркала, диски – буквально ослепляют, сияя на солнце. Следом показался владелец авто – мужик лет сорока пяти. Не знай я историю девушки, подумал бы, что это отец.
Пока я решался – выходить к ним или нет, мой фамильяр всё решил за меня. Просто выскочил под ноги к Насте!
– Бельчонок! – радостно воскликнула девушка, и не без труда подхватила увесистую пушистую тушку на руки. – Дядь Ген, знакомьтесь, это Белка! В смысле песец, конечно, но так уж её назвал хозяин. Бельчонок, а где Майкл?
– Тут я, тут… – отозвался я, выходя из-за зарослей сирени.
– Здорово, что мы не разминулись! У дяди Гены времени мало. Ой! Знакомьтесь, – эмоционально воскликнула она. – Это тот самый Майкл. А это дядя Гена, друг моего папы.
Вот и объяснение – кто он. Как-то даже от души отлегло.
Поднялись в квартиру. Настя заварила чай. Мы с Геннадием, тем временем, молча изучали друг друга.
– Укрываешься? – не стал ходить вокруг да около он, едва Настя отлучилась в туалет.
Я отвел взгляд, не зная как потактичнее донести эту информацию.
– Ясно, – сделал какой-то собственный вывод мужчина. – Иначе искал бы мать иными методами. Рассказывай. Когда пропала. Есть ли предположения. И все данные, которые известны, выкладывай.
Выложил всё. Касательно мамы, естественно. Хотя знал немного. Конструктивного разговора с родными не вышло, поэтому информации неоткуда было взяться. Фамилию, имя, отчество, место и дату рождения, последний известный мне адрес по прописке, и место работы. Из соцсети вытащил пару фотографий.
Сочинил про учебу в заграничном ВУЗе. Не слишком соврал, с поправкой что не иностранный ВУЗ, а иномирный. Но в такое точно никто не поверит в здравом уме. А в изложенную мною версию, если пробьет, поверить несложно, ведь межмировой портал находится не на нашей территории. Другой вопрос кто принял меня на обучение в условиях напряженных отношений и санкций? Но ведь решения такого уровня от меня не зависят, значит и спрашивать никто не станет.
– Так вот почему укрываешься… – невесело усмехнулся Геннадий. – А я думал просто из трусости. Не складывался пазл – вроде парень крепкий, должен быть не робкого десятка и вдруг так. Жаль если в дезертиры запишут, домой дороги уже не будет, – вздохнул он.
Я только руками развел, не желая пуще прежнего погрязать во лжи. Не объяснять же ему, что у наших военкоматов руки коротки до меня дотянуться. В смысле, когда я на учебе, а не тут. А возвращаться? Если честно, после случившегося не особо горю желанием. Жаль только, что маму навещать не смогу. Но её еще найти надо. Опять же, кто мешает ей приехать за границу для встречи со мной?
О чем и Геннадию сказал. Тот покивал, взглянул как-то грустно в сторону копошащейся в кухонной части Насти. Вздохнул, и произнес:
– А я-то уж понадеялся повезло девке парня нормального урвать… А ты поиграешь и уедешь. Оторвать бы уши обоим… Но пусть хоть так жизни понюхает…
Хм… Как-то с такого ракурса я всё же на наши отношения не смотрел. Не было же никаких предпосылок. Как и отношений, собственно. Так, внезапно вспыхнувшая дружба. Помощь. А если подумать хорошо? Вправду, нафиг ей было за меня впрягаться? Выходит, понравился? Она мне тоже, но… После того косяка в прошлом, как-то страшно сближаться. Неизвестно каким боком последствия вылезут. Сейчас конечно я в своем времени. Это плюс. И… Если сложится, то…
– Заберу с собой… – сам не понял, как ляпнул это вслух.
Хотя куда я буду её забирать – понятия не имел. Тут у неё своя жизнь. Квартира хорошая. Дача. Как я понял даже машина в наследство осталась, и судя по квартире вряд ли там антиквариат типа того, что у Геннадия.
Что могу предложить ей я? Иные миры? Допустим. Но там у меня самого пока ничегошеньки нет. Я на балансе академии, пока учусь. А она? Не думаю, что даже на работу сумеет устроиться в тех реалиях. Хотя…
Там же магов единицы, но менталитет не тот. И привыкла она к гаджетам и технике. Жить без них, это… По-первости будто учиться ходить заново. Зато сможет в будущем путешествовать по мирам. Станет свидетелем существования магии. Ведь по сути здесь её никто не держит, кроме материальных благ. А они никуда не денутся.
«Говор-ря-ят женщинам сво-ойстве-енно им-мена пер-рвенцам давать с пер-рвого свидания… Чувак, очни-ись, вы даже не целовались!» – ворвался в мои мысли голос Белки.
Я аж дернулся от такого заявления, не сразу вспомнив, что слышу его исключительно я. Зачермышка предпочитал общение в мысле-форме, но порой видимо совсем буксовал не зная как донести нужную информацию, и тогда прибегал к словам. А для меня с непривычки казалось, будто кто-то сказал всё это вслух. Ну и ещё, появилась навязчивая идея: вдруг кто-то может слышать фамильяров? Из разряда, что если некто подслушает мои мысли…
– Надеюсь, ты человек слова… – вернул меня в реальность голос Геннадия.
И понеслось… Тот вечер стал отправной точкой в череде событий. Наш гость ушел, пообещав информировать по мере появления информации. Мы с Настей немного посидели, болтая о том, и сем… Сам не понял как очутились рядом – в одном кресле. А потом… Потом был поцелуй. Какой-то неимоверно нежный и целомудренный, но в тоже время буквально срывающий крышу.
– Уедешь со мной? – уже второй раз за вечер сам от себя того не ожидая ляпнул я, совершенно не вписывающуюся в логику наших нынешних отношений фразу.
– Куда?
– Далеко… – уклончиво отозвался я, глядя в светло-серые глаза, с четким обводом контуром вокруг радужки.
– Когда? – не стала продолжать допытываться девушка.
– После того как маму найдем, – беззаботно отозвался я.
– Ты этого хочешь? Или это он настоял?
– Геннадий, что ли? – удивился я, и девушка смущенно кивнула. Видимо в прошлом имелись прецеденты давления со стороны отцовского друга на Настиных избранников. – Нет. Он спросил про планы на будущее. Я ответил. Вот и всё.
– Что ответил? – приподняла бровь Настя.
– Если отношения сложатся, заберу тебя с собой.
Ранее несколько встревоженное лицо будто расправилось. Ушло напряжение. Неужели именно такого ответа она ждала?
Глава 15
День сменялся днем. Наши отношения с Настей набирали обороты. Стали более близкими, доверительными. Если сперва я сам опешил от собственного предложения, то теперь помыслить не мог о том, чтобы уйти, оставив девушку тут. Всё свободное время посвящалось друг другу. Не верится, но я реально скучал в её отсутствии. Спешил к ней навстречу, встречая с работы. Не желая расставаться, провожал до ресторана. Впервые мои отношения зиждились не на банальной потребности удовлетворения физиологических потребностей.
Настя была невероятной. Нежной, страстной, открытой. Она кажется спешила жить. Не скрывала эмоций, чувств. Отдавалась вся без остатка, беря всё что можно взамен. Не в физическом плане. В чувственном, эмоциональном.
Относительно мамы, новости появлялись, но все о прошлом. Проживала там-то с тем-то. Уволилась с прежнего места работы. О новом никакой информации. И всё в таком духе. Геннадий даже в шутку поинтересовался: не сын ли я какой-нибудь контрразведчицы? Уж как-то очень качественно следы заметают. Концов не найти.
Прошёл месяц. Последние её следы ушли заграницу. В нынешней экономической и политической ситуации это было как минимум странно, однако как высказался Геннадий, относительно нашей семьи удивляться ничему не стоит. Вот уж и вправду, он не представляет насколько точно выразился. Особенно если учитывать родственников по маминой линии.
Стоп! Родственники… Наследие… «У простых людей, или у смеска с обычными одарённые дети не рождаются», – вспомнились слова Джастин. Если я обрел дар, выходит… Бабуля не из простых смертных, да и батя тоже.
Способности могли проявиться, а могли не проявиться. Кто сказал, что мама не обладала никаким даром? Тот факт, что она жила на Земле жизнью вполне рядовой ни о чём не говорит. Не факт, что ей передалась именно хрономагия. Обычно дар всё же наследуется по половому признаку. Среди мужчин или женщин по родовой линии. Но чем черт не шутит? Тогда…
Тогда она могла свалить в прошлое, или будущее. Хоть убей, не помню к чему её больше тяготило. Как тут судить? Я не знаю какие она смотрела фильмы, а книги? Читала она много, но опять же, я никогда не интересовался – что именно. Косяк с моей стороны.
Время шло. Мама будто растворилась в пространстве и времени, нигде не отсвечивая. Но я не терял надежды. Надеялся, что они с новым кавалером отправились отдыхать. Этакий медовый месяц, в связи с обретением свободы и воссоединением.
– Ты подозрительно спокоен, – произнес в один из очередных визитов Геннадий. – Если что-то знаешь, сказать в твоих интересах. А то ощущение, что это нужно мне, а не тебе.
Его слова были обоснованы. Минуло полтора месяца с тех пор, как в последний раз появилась хоть какая-то информация. И с той поры тишина.
– Я чувствую, что у неё всё хорошо… – отозвался я.
– Это как же? – криво усмехнулся мужчина.
Я плечами пожал. Не знаю, как объяснить то, что у тебя где-то внутри есть уверенность – с ней действительно всё хорошо. А вот насчет нас с Настей, наоборот. Из обрывков снов, явно тех самых, пророческих, вижу нас вместе, и далеко не на Земле. Здесь и сейчас, и там, в будущем, всё как будто хорошо, но тупым отголоском засела в сознании какая-то фантомная боль. Связанная с нами. Нашими отношениями. Что это значит? Как предотвратить это нечто? Неизвестно. А сны становятся всё чаще. И Геннадию про эти опасения знать не стоит. Чувствую только, что наше спасение не здесь. Не на Земле.
Зачермышка освоился в новой роли. Особенной его полезности не ощущалось пока, но я и магией толком не владел. Не до экспериментов и тренировок. Учителей и наставников тут нет, знаний… Не то чтобы ноль, но они исключительно теоретические. И как известно, на Земле магический фон почти нулевой, а значит можно с легкостью исчерпать свой резерв и лишиться способностей. Оно мне надо?
Поэтому временно забываем о магии. Ну не считая мысленного общения с Белкой. С ним всё больше тренируем мысле-форму. А в остальном? Средств до сих пор более чем достаточно. Академия щедро спонсировала в пересчете на наши деревянные. Моя основная задача Настя и наши с ней отношения, неожиданно захватившие все мои мысли.
В очередной раз ожидание затянулось. Один за другим сотрудники ресторана покидали заведение. Гас свет в окнах, давая понять, что там уже никого нет. А Настя не выходила. Я неоднократно набирал её номер, раз за разом слушая – «абонент вне зоны». Внутрь, Настя просила не входить. У них не поощрялись посещения кем-либо, если это не клиент, или не сотрудник. Ни тем, ни иным я не являлся.
– Вы Настю ждете? – поинтересовался вышедший из ресторана мужчина, принявшийся закрывать на замок входную дверь.
Я весь напрягся. Получается её там нет⁈ Но как? Она не дома. Не звонила.
– Что-то случилось? – с волнением спросил я.
– Ей днем нехорошо стало, – ответил мужчина. – Отпросилась. Думаю домой пошла.
Не пошла… – чуть не ляпнул я. Сдержался. Ни к чему посвящать кого не попадя в наши личные отношения.
«Ближайшие больницы? Поликлиники?» – вклинился в поток моих панических мыслей голос зачермышки, он даже буквы не стал растягивать как обычно.
Точно! Как сразу не подумал?
Залез в мобильный, запросил ближайшие поликлиники. Естественно, в столь поздний час, во всех них прием уже был окончен. Она могла долго ждать. А сейчас возможно уже дома? Но почему не берет трубку? Если даже мобильный разрядился, дома могла зарядить!
«Не привлекай дурного…» – вторгся в мои хаотичные мысли зачермышка.
Я только глаза к небу подкатил. Вспомнились слова дедовой подруги бабульки. И тут же всплыли в памяти и другие слова… Дочери… Подруги… «Этот вид нечисти очень мудрый, магически одаренный, независимый…» То есть просто так он не ляпнул бы, значит в этой присказке имеется львиная доля правды?
К Настиному дому буквально бежал, самыми короткими путями, старательно отгоняя прочь дурные мысли. Стоило приблизиться к зданию бросил взгляд на наши окна. Там горел свет. Выдохнул. И только сейчас осознал, в каком напряжении находился.
Влетел в подъезд, раз десять повторно нажал кнопку вызова лифта, пока тот мучительно долго сползал на первый, а потом весь извелся ожидая когда же поднимемся на двенадцатый.
Подлетел к дверям. Дернул ручку. Не закрыто. Внутри всё похолодело. Вспомнились успевшие надоесть в последнее время сны, неясные, размытые, но предвещающие что-то нехорошее. Ворвался в квартиру.
Настя уставившись невидящим взглядом куда-то в пространство, сидела за столом, странно покачиваясь взад-вперед. Ноги на крае стула, руками обнимает колени и что-то сжимает в ладошках.
– Насть… – позвал я.
Она не отреагировала. Я приблизился, и только сейчас заметил, что на столе лежат несколько бумаг, и штук десять длинных полосок. В руках она держала какой-то бланк, и полоску. Взял в руки одну из тех, что были раскиданы по столу. Тест на беременность? У сеструхи помню видел, и в фильмах. Две полоски это же…
– Ты беременна⁈ – воскликнул, сам не понимая отчего внутри всё перевернулась от радости и восторга.
Прежде было опасение, что не уедет со мной. Тогда она так ничего и не ответила. Не отказалась, но и не согласилась. Позднее этот вопрос не поднимался, я никак не мог решиться. Опасался. Но теперь. Беременность меняла всё! Женщины ею пытаются нашу братью удержать! А тут само собой вышло!
– Для тебя так важен ребенок? – каким-то чужим, безжизненным голосом прошептала она и распахнула красные от слез глаза.
Я опешил. Она что… Не хочет? Нет, ну если так, неволить не стану, не могу, не имею права.
– Ну ты чего? – я обхватил её лицо ладонями, всматриваясь в наполненные влагой глаза.
– В-вот… – хрипло просипела она, слегка приподняв бумажку, что держала в руке.
Взял. Пробежал взглядом. Раз. Другой. Ничего не понял. Диагноз: «Карцинома эндометрия». Собственно не важно. Что-то не так. Звучит пугающе, хотя и не знакомо.
– Майкл… Это рак матки, – всхлипнула Настя, и поджала колени к подбородку спрятав лицо.
Рак? Это страшно. Матки? Это по женской части. Выходит ей рожать нельзя? Или для неё беременность в принципе опасна уже сейчас? А аборт при этом делать вообще можно? Стоп! Это тут, а там? В мире магии…
«Там к прорицателям сначала. Скажут каковы шансы. К кому обратиться из целителей… Скорее всего придётся совершить сложный обряд с перемещением во времени… Тебе везет. В мире есть всего один хрономаг. И это ты… Так что успеешь. А вот если бы требовалась запись… Вряд ли…» – уже не впервые четко, не рыкая и не заикаясь проговорил в моей голове зачермышка.
«Можно подумать я умею управлять своей способностью…» – с горечью отозвался я.
«Лишь однажды у тебя был достойный стимул. Её жизнь разве не весомый аргумент для активации дара?»
В теории всё так. Не поспоришь. А как будет на практике?
Чёрт! Ну вот почему так? Почему с нами? Я только поверил в счастье. Окунулся в него. Расслабился, и…
– Я могу попытаться выносить, если тебе важен ребенок… Или мне могут ампутировать матку вместе с плодом. Если повезет, буду жить. Но детей уже не будет. У меня… – добавила тем временем Настя.
– Нет. Не так, – покачал головой я, словно отгоняя прочь неподходящий нам сценарий грядущей жизни. – Я заберу тебя. Сейчас. Прямо сегодня.
– Зачем? Куда? Ты же маму не нашёл…
– Найду. Потом, – уверенно отозвался я. – А тебе тянуть нельзя. Настеныш, почему раньше не сказала?
– Боялась. Думала бросишь. Или наоборот, вцепишься, женишься ради квартиры, машины, дома.
Меня аж передернуло от этой мысли. Неужели нашлись бы подонки готовые жить с девушкой, зная что её ждет и ожидая финала ради наследства? Это ведь не то, что ввязаться в уход за престарелым человеком, это с виду здоровая, молодая, красивая девчонка.
– … Но появился ты. И я поверила, что… – она умолкла.
– Что что? – переспросил я.
– Что могу побыть счастливой. Хоть немного… А забрать? Ну куда ты меня заберешь, Майкл? Заграницу? Слышала, что там есть разработки исцеляющие эту заразу. Только доступны они единицам. И стоят наверное не как крыло от самолёта, а как целый аэропорт вместе с самолетами. Да и к тому же, у меня загранпаспорта даже нет. И сейчас его сделать не быстро и не просто.
Не исключено, что то исцеление единиц производится нашими магами на самом деле. Маги… Паспорт. Во внутримировой её вряд ли пустят, она не маг, не житель иных миров. Мне срочно нужен портальщик. Или прорывающий пространство. Для него границы не важны. Вопрос: где его взять?
«В штате сотрудников межмировой портальной станции…» – подсказал зачермышка.
Я тут же подорвался. Заметался по квартире собирая самое необходимое – деньги, документы.
– Ты уходишь? – донесся из-за спины безжизненный голос.
Подскочил к ней, взял лицо в ладони, заглянул в глаза, и уверенно произнёс:
– Жди. Постараюсь вернуться как можно быстрее. Найду помощь. И мы отправимся туда, где возможно если не всё, то очень многое…
Девушка невесело усмехнулась сквозь слезы.
– Ты ещё скажи, что меня волшебным образом исцелят…
– Поверь, чудеса возможны… – я чмокнул её в нос. – Хочешь Белка останется с тобой? Чтобы ты не думала, будто я сбежал?
Девушка воззрилась на меня как на нечто нереальное.
– С ума сошел? А если мне плохо станет снова? Кто его кормить, выгуливать будет?
Хотелось сказать, что при желании он сам неплохо справится, но взглянув на усиленно качающего головой зачермышку – не стал.
«Не хочешь оставаться?» – уточнил я.
«Останусь. Но не стоит ей лишнего говорить пока что… Ляпнет где-нибудь. В психушку отправят. Оттуда её сложнее вытащить будет нежели из квартиры или обычной больницы…»
– С тобой всё хорошо будет… Поверь… Я чувствую… Знаю… – прошептал я, целуя её ласково в нос, лоб. Затем отстранился, подхватил ставшую невесомой сумку. – Присмотри за ней! – крикнул на бегу зачермышке, и выскочил из квартиры.
Ещё в лифте успел вызвать такси. Связался с местным внутримировым порталом. Тот оказался на так называемом техническом перерыве до начала следующей недели. Ждать не хотел. Заказал билет. Цена вышла баснословная, но сейчас это казалось несущественной мелочью. Хорошо, что виза у меня с открытой датой. А там… Если Белка прав, то к Насте я смогу переместиться сразу с портальщиком. Экономия времени, а оно нам дорого. Жаль, что она раньше не сказала. С такими болячками затягивать ведь нельзя.
До аэропорта домчался без проблем, даже нигде в пробки не застрял. Иначе имелся риск опоздать на рейс. Пронесло. С посадкой также проблем не возникло, хотя прибежал к стойке регистрации буквально в последний момент.
Как буду уговаривать портальщика помочь я не знал. Но верил – смогу. Он же человек, должен понять ситуацию. Как я был наивен!
Добрался до места назначения быстро, и на том, мой запас везения подошёл к концу.
Портальщиком на межмировой станции оказался не человек, а старая грымза, не желающая без приказа руководства даже пальцем шевельнуть. Никакие аргументы её не волновали, от слова «совсем».
Я в буквальном смысле слова схватился за голову, не зная, что теперь делать? Сидел в коридоре на стуле, и не понимал как и вообще зачем жить дальше. До появления Насти всё было легко, беззаботно, а теперь… Имелся вариант рвануть в один из миров и притащить поротальщика сюда. Но хватит ли на такие перемещения имеющихся в наличии средств? Ведь потом ещё нужны деньги на межмировое перемещение Насти.
– Эй, парень… – внезапно раздался возле уха чей-то голос.
Огляделся. Вроде никого.
– Глянь чуть левее, – подсказал тот же голос.
Глянул. Там, за стеклом, располагался кабинет, а-ля аквариум. Где сидела русоволосая женщина лет сорока. Мог бы подумать, что все слова ранее мне приглючились, но та внимательно посмотрела на меня и улыбнулась краешками губ. Как бы говоря: «Ты всё правильно понял». А затем реально зашептала одними губами, но я снова услышал звук будто кто-то был совсем рядом. Совсем не так, как мы с зачермышкой общались. Иначе, казалось будь тут кто-то ещё – тоже услышал бы, настолько реалистично и объемно звучал звук.
– Не вешай нос… Моя работа считывать настроение, планы и помыслы наших клиентов. Твои мне тоже известны. Достойная цель. Нашу «Каменюку» только ты и способен растопить…
– Каменюку? – прошептал я, не совсем понимая, о чем говорит эта женщина.
– За добрый нрав и мягкосердечность так прозвали Елизавету Филимоновну, к коей ты только что на поклон ходил, – пояснила нежданная собеседница. – У неё фамилия соответствующая – Камнева.
– И как я могу его растопить? Ей что танец с раздеванием на столе сплясать? – не без язвительности поинтересовался я.
Ведь прежде пытался и на совесть, и на жалость, и на жадность подействовать – всё в пустую.
– В прошлом нерешенное дело у неё осталось. Потому такой черствой и стала. К хрономагу пробиться вне очереди не смогла, а до того дня когда ей было назначено он не дожил. Теперь принципиальная – никому не помогает ни за что. Ты хрономаг. Пусть не оперившийся, – оборвала она мою попытку открыть рот. – Сообщи ей об этом. Пообещай как только сумеешь контролировать способность посодействовать в её вопросе. Она вмиг ласковой станет. И других поедом жрать перестанет. Мы тебе за это девочку твою бесплатно переправим. Я договорюсь. Обещаю.
– Если она такая несносная, чего терпите? – несмотря на напряженность ситуации поразился я.
– Родственница владельца портала, – ответил голос, и судя по тому как приподнялась грудь женщины, та вздохнула. – Обосновалась здесь в надежде добиться внимания хрономага. Не получилось.
– Так ведь изменить ничего нельзя, если времени много прошло… – прошептал я.
– Ей не менять надо. Сказать что-то не успела. Винит себя. Срывается на всех.
– Все знают причину, и не могут донести эту информацию до владельца портала? – удивился я.
– Знаю я. Мой дар таков. Хочешь или нет – узнаешь. А долг требует молчать. Тебе же эта информация поможет. И нам заодно, – ответила женщина.
– Пойду попробую… – пробормотал я.
Глава 16
Не знаю, правда ли для этой «каменюки» так важно попасть в прошлое, но если да, могу это пообещать. Главное, чтобы она дожила до тех пор когда смогу осуществить обещанное.
– Чего опять? Не ясно сказано? Тебе тут ничего не светит! – с порога вызверилась на меня старушенция.
Сейчас я присмотрелся к ней повнимательнее. А не такая уж она старая. За полтос явно, а с первого взгляда показалось, будто за все семьдесят. Просто заложившиеся глубокие мимические морщины, выражающие недовольство всем и вся сильно старили. А при ближайшем рассмотрении мелких морщин почти и нет ещё.
– Вам нужен хрономаг? – не стал ходить вокруг да около я.
Елизавета Филимоновна, в буквальном смысле слова, ощерилась и зашипела как гремучая змея. Прищур зеленых глаз не предвещал ничего хорошего, но меня это не остановило.
– Прошлый хрон был моим дедом. Я наследовал его дар…
Договорить не успел. С невероятной прытью хозяйка кабинета очутилась возле меня, схватила за плечи и встряхнула так, как не каждому дюжему мужику под силу. Ясно дело я дар речи потерял.
– Не врешь⁈ – прошипела, приблизив лицо настолько, что я все же сумел рассмотреть крохотные морщинки.
– У вас есть доступ к базам данных. Проверьте родство. И в академии на Ульбранте можете уточнить относительно пробуждения дара…
– Тогда отправь меня туда, куда мне надо и потом я сделаю всё что потребуешь! – вздернула подбородок заносчивая тетка.
– Пока что я плохо его контролирую. Надо время поучиться.
– Вот и приходи, когда научишься, – отозвалась она, и наконец-то отпустив мои плечи направилась к своему месту.
– Обещаю, я сделаю потом то, что не успел мой дед. Только помогите мне сейчас. Потом будет поздно.
– Ты хрономаг. Для тебя поздно не бывает, – безжалостно отмахнулась она. Добавив: – Свободен. Не отвлекай. Без тебя забот хватает.
Всё внутри похолодело. Сейчас это звучало как приговор. И бессмысленно просить ту женщину из «аквариума», чтобы помогла, пригласив сюда какого-нибудь еще портальщика. Она открылась мне в надежде облегчить свою жизнь рядом с этой воистину Каменюкой. Я не справился.
– В таком случае, я вношу вас, Камнева Елизавета Филимоновна, в черный список, – не менее холодным тоном произнес я, и направился к двери.
– Что это значит? – донеслось мне вслед, и прозвучал ранее режуще звонкий голос как-то полупридушено.
Я на мгновение приостановился в дверях. Повернулся к хозяйке кабинета, и глядя ей в глаза ответил:
– Ни я, ни мои наследники не примут вас.
Её лицо надо было видеть. Явно дамочка не привыкла, чтобы кто-то ей перечил. Никто попросту не смел. И вдруг вот так!
Хлопнув дверью, понял что мне даже немного полегчало. Да, мой вопрос не решен. Однако давно я всяким гадинам нос не утирал. Прямо-таки испытал внутреннее удовлетворение. Конечно теперь придется расхлебывать последствия, но… Оно однозначно того стоило.
– Стой! – раздался приказ из-за спины.
Если это мне, то останавливаться я и не думал. Она мне никто, и не имеет права так со мной разговаривать. А в том, что это никто иной как «Каменюка», я ни на миг не усомнился.
– Остановись. Уговорил! Сделаю как ты хочешь… – донеслось сзади, с такой долей одолжения, что я уже стал оборачиваться, желая сказать: «Да иди ты!», но столкнулся взглядом с той самой женщиной, что просила помочь им. В её глазах застыла мольба.
Остановился. Не спеша развернулся.
– Ищите портальщика! – тем временем громогласно объявила ныне треснувшая каменюка.
Только сейчас я обратил внимание, что наше представление собрались посмотреть видимо все сотрудники портальной станции.
– Для мальчишки? – выскочив из аквариума, с удивлением уточнила русоволосая.
– Для вас. На моё место, – отозвалась Елизавета. И взглянув на меня уже мягче спросила: – Фото места есть?
Я закивал, доставая телефон. Отыскал фото, где снимал Настю в квартире, в кухонном уголке. Она там так мило хозяйничала тогда. И ничто не предвещало беды. А ведь она тогда знала. Не о беременности, о болезни… Но молчала. Не признавалась. Боялась, что брошу? Хотела успеть побыть счастливой? Вот почему она всегда отдавалась чувствам и эмоциям как в последний раз. Неимоверно ярко на всё реагировала… Искренне.
