Текст книги "Приговор подпишем сами"

Автор книги: Альберт Байкалов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

«А может, и правда, дать им деньги да разбежаться? – мелькнула у Антона мысль. – Сейчас быстро поменяем номера, снова повесим решетку – и в отстой».

Однако в следующий момент Лысый попытался ударить его рукой в голову. Антон был готов к такому развитию событий и церемониться не собирался. Ладонью левой он двинул в предплечье парня. Кулак на мгновенье замер почти у виска. В следующий момент Антон шагнул к забияке, схватил его правой рукой за нижнюю часть лица. Все. Глаза лысого округлились. Он вмиг стал лиловым. Антон толкнул его в челюсть. Парень потерял равновесие и со всего размаха рухнул спиной на асфальт, под ноги громиле.

– Якут! – удивленно протянул громила и шагнул к Антону, случайно наступив на ладонь своего дружка. Тот вскрикнул и дернул ее. Громила взмахнул руками, пытаясь удержаться на ногах. В этот момент Антон двинул его ногой в грудь.

– Бросай их, давай в машину, – крикнул из-за руля Дрон.

– Мужики, кажется, я их потерял… – раздался в наушнике удрученный голос Тумана.

* * *

Нервно постукивая подушечками пальцев по спинке стула, Остряков тупо глядел на широкую спину стоявшего у окна Леона.

Пару минут назад он доложил ему о поездке в Коломну, результатом которой стала новость о том, что к «Рифу» подбирается неизвестная структура. Самое страшное, что за два дня работы ему так и не удалось установить, кто это. Способы и методы работы представлявших ее людей были схожими с теми, которые используют и криминальные группировки, и силовики. Сразу после ликвидации Линева Леон поставил задачу взять под контроль Кузнецова. Результаты наблюдения за отцом убитого в Чечне лейтенанта запаса не заставили себя ждать. Вскоре его попросту впихнули в черный джип «Тойота Ленд Крузер» и вывезли из города. Однако на шоссе, ведущем в Москву, пересадили в другую машину, уже «Форд», и завезли в лес, где, по всей видимости, с пристрастием допросили. Иннокентий Васильевич был ограничен в своих возможностях. Людей и машин в его распоряжении хватало только для наблюдения за одним объектом. Он не стал распылять силы и сосредоточился на Кузнецове. Однако и уехавший в направлении столицы джип не остался без внимания. Остряков использовал свои связи в ГАИ, и на стационарные посты вскоре поступила команда взять его передвижение на контроль, но не препятствовать проезду. Вечером Иннокентий Васильевич уже знал, что интересующий его внедорожник доехал лишь до Кольцевой. Убедившись, что за ним нет слежки, он вернулся в Коломну. С этого момента за джипом был пущен надежный «хвост». Так Острякову удалось установить одного из членов группы, занимавшейся разработкой Кузнецова. Он долго думал, как поступить дальше, и решил повнимательнее изучить обстановку. В результате на следующий день он принял навязанные условия игры и пришел под видом Томина на встречу, где Кузнецов рассказал о якобы состоявшемся утром визите некоего сослуживца сына. Иннокентий Васильевич не дал повода заподозрить, что уже знает о двойной игре Кузнецова. Уходя с места встречи, он намеренно протащил за собой «хвост» через весь город, потом сумел от него оторваться. Однако радости это не прибавило. Увеличилось лишь количество вопросов.

– Значит, говоришь, этот парень на джипе живет в гостинице? – Леон наконец отвернулся от окна.

– Да, в небольшой, на окраине города, – подтвердил Остряков. – Но не один.

– С кем?

– Откуда мне знать? – растерялся Иннокентий Васильевич, но тут же взял себя в руки. – Мужик какой-то.

– Так, – протянул Леон, прошел к столу и сел. – Что с Кузей?

– Кузнецов дома сидит, – пожал плечами Остряков. – Вернее, на даче. Жена там же.

– Надо их убрать, и концы в воду, – принял решение Максим Леонидович. – Нам сейчас некогда разбираться. Работы невпроворот.

– Сделаем, – пожал плечами Остряков и почувствовал облегчение.

Больше всего он сейчас боялся, что Леон прикажет разобраться, кто стоит за всеми этими слежками. Иннокентий Васильевич чувствовал, ребята работают ровно и слаженно. Наверняка, если они и бандиты, то представляют хорошо организованную группу, как и «Риф», созданную из представителей силовых структур. Хотя, с другой стороны, все началось с подполковника военной контрразведки Линева… Можно предположить, что и эти люди все из того же ведомства.

– Вообще-то я не вижу смысла валить Кузнецовых, – неожиданно заколебался Леон. – Что они знают? Ничего. Кого видели? Томина? Но человек с этой фамилией, как и Горохов, которым ты представляешься Истоминой, – всего лишь призрак.

– Ага, – выразительно сказал Остряков и кивнул, – в моем обличье.

– Что он о тебе знает? – пропустив реплику помощника мимо ушей, задал вопрос Леон и сам же на него ответил: – Ничего! То, что ты якобы один из немногих сотрудников ФСБ, посвященных в детали операции, в которой участвует его сын, и все.

– Вот же геморрой… – Остряков оттолкнулся от спинки стула и почесал затылок.

– Знаешь, а вообще-то вся проблема в тебе, – Леон поднял на него холодный, ничего не выражающий взгляд.

– Что ты имеешь в виду? – растерялся Иннокентий Васильевич.

– Он знает только тебя, – пояснил Леон. – Ты – единственная нить, которая связывает «Риф» и эту семью.

– Шутите? – спросил охрипшим голосом Остряков, незаметно для себя перейдя на «вы».

– Шучу, – Леон улыбнулся своей мертвой улыбкой, от которой у Острякова пробежали по спине мурашки. – Поставь задачу Серому, чтобы решил проблему в лице Кузнецова. Пусть сделает все так, чтобы смерть не вызывала много вопросов.

– Понял, – кивнул Остряков.

– Раз понял, так иди и выполняй! – вспылил Леон.

Иннокентий Васильевич бросился к дверям.

– Погоди, – неожиданно остановил его Максим Леонидович.

Остряков замер и медленно развернулся.

– Все-таки этого водителя джипа придется пускать в разработку, – принял решение Леон. – Надо узнать, кто именно стоит за всем этим.

– Хорошо, – кивнул Остряков. – Но мне нужны еще люди.

– Бери, кто тебе необходим, – на секунду задумавшись, разрешил Леон. – И держи меня в курсе.

* * *

Сидя за рулем стареньких «Жигулей», Серый с тоской наблюдал за видневшейся между деревьями полоской асфальта. О лобовое стекло упорно бились несколько мошек и оводов, влетевшие в машину через оставленные открытыми двери. Рядом дремал Заяц. Сон его был тревожен и чуток. Измученный духотой и комарами, он то и дело вздрагивал, открывал глаза, шлепал себя ладонями. Несмотря на тень от вековых сосен и берез, пот градом катился по лицу. Серый то и дело прикладывался к бутылке с водой, давно ставшей почти горячей. Наконец ожил лежащий между сиденьями сотовый телефон. Серый взял его, бросил взгляд на определитель и приложил к уху:

– Говори.

– Дача с синим козырьком, – раздался голос Вероники. – Забор зеленый. Десять соток земли, дом в два этажа, сарай. Продается за полтора. Хозяин – один старик. Через участок – еще одна, но она вроде как продана вчера.

– Понял, – Серый отключил связь, снял крышку и вынул батарею.

– Все? – заерзал Заяц.

– Убери, – Серый протянул телефон.

Заяц сунул мобильник в бардачок и захлопнул дверцу:

– Нашла?

– Куда она денется? – вопросом на вопрос ответил Серый и повернул ключ в замке зажигания.

Вероника была не единственной женщиной в команде Серого. Кроме нее с ним работала еще Лика; молодая, со смазливым личиком стерва накануне перебрала, и, со слов Зайца, от нее несло даже по телефону. Задание было ответственным. Нужно было под видом покупателя найти дачу по соседству с участком Кузнецовых, где Серый и Заяц собирались временно обосноваться. С утра в дачный поселок отправилась Вероника. Сейчас она сообщила, что нашла подходящий домик, расположенный рядом с нужным адресом, и что живет там только один человек и он уже в годах. То, что нужно.

– Слушай, а Верунчика ты отпустил? – неожиданно спохватился Заяц, когда они выехали на шоссе.

– Тебе зачем она? – Серый метнул на напарника настороженный взгляд.

– Так, просто спросил, – Заяц неопределенно передернул плечами. – Мы могли бы с ней сыграть роль молодоженов, которые решили потратить деньги на недвижимость.

– Обойдемся без нее, – отрезал Серый. – Бабы нам еще не хватало.

– Вот она! – Заяц показал взглядом на пронесшуюся навстречу малолитражку.

– Вижу, – буркнул Серый.

Впереди, за деревьями, замаячили крыши домов. Мимо промелькнул указатель «Лесное».

Проехав по центральной улице, они свернули в проулок и через пару минут остановились у выкрашенных в зеленый цвет ворот.

– Пошли, – Серый сунул ключи в карман и толкнул дверцу.

Калитка была не заперта. Мужчины вошли во двор. Небольшое двухэтажное строение из бруса стояло среди нетронутых сосен. Лишь на противоположной стороне участка виднелись фруктовые деревья да каркасы двух теплиц.

На ступеньках крыльца появился коренастый, босой мужчина в похожей на шляпу панаме и майке. Спортивные штаны были закатаны до колен. Близоруко щурясь, он некоторое время рассматривал гостей, потом кашлянул:

– Вам кого?

Озираясь по сторонам, Серый направился к крыльцу:

– Мы по поводу вашей дачи, – уже поднимаясь по ступенькам, заговорил он. – Вы ведь продаете ее?

– Да, – подтвердил мужчина.

– Сколько? – Серый взялся за подпирающий навес столб и пошатал.

– Пятьдесят тысяч долларов, – по складам проговорил мужчина.

– Не много?

– Да это даром! – возмутился мужчина.

Серый оглянулся. С крыльца улицу было видно до середины.

– Давайте с дома начнем, – предложил мужчина и показал рукой на двери.

Серый прошел внутрь. Здесь было относительно прохладно. Сразу за небольшим коридором располагалась гостиная с лестницей на второй этаж.

– Вы один? – как бы невзначай спросил Серый. Хоть Вера и предупредила, что, кроме старика, в доме никого не было, он решил перестраховаться. Вдруг в промежутке между уходом женщины и их приездом явился кто-то из родственников?

– Один, – подтвердил мужчина. – У бабки давление. Дома сидит. Чего ей по такой жарище таскаться?

– Почему решили продать участок? – поднимаясь на второй этаж, спросил Серый. Он все ощупывал, пробовал на прочность, словно и впрямь собрался купить этот дом.

– Не нужен стал, – лаконично ответил старик. – Детей нет, а хозяйство вести уже возраст не тот.

– Я бы на вашем месте, папаша, – неожиданно заговорил Заяц, – продал квартиру в городе, а сюда переехал жить.

– Эк ты, какой резвый! – делано восхитился старик. – А зимой здесь как? Дороги снегом заметает, электричества месяцами нет. Случись что, ни поликлиники, ни больницы. «Скорая» сюда не поедет.

– Соседи нормальные? – Серый заглянул в небольшую комнату и вернулся в коридор.

– Да разве мы видимся? Вот тут, через дом, тип странный живет, – мужчина показал направление. – Кузнецов. Не так, чтобы старый, но сын у него уже взрослый. Как-то раз видел…

– И что? – Серый внутренне напрягся, чувствуя, что не зря они дачника не связали, а дали поболтать.

– Сегодня гляжу, а у него во дворе нерусские, – перейдя на заговорщицкий шепот, стал объяснять старик. – Кавказцы.

– Как это? – Заяц часто захлопал глазами. – А сам он где?

– Не видел, – признался старик.

– Ну ладно, пошли двор посмотрим, – Серый стал спускаться по лестнице вниз.

– Сарай у меня есть, – стал перечислять мужчина, – начинал баню строить, да забросил. Сейчас по…

Серый резко развернулся и мертвой хваткой схватил его за горло:

– Замри!

Этого можно было не говорить. Вмиг побелевший мужчина не мог даже моргнуть.

Заяц завел его руки за спину и связал специально прихваченным скотчем.

– Будешь сидеть тихо, убьем небольно, – пообещал на ухо Серый и отпустил руку.

– За что? – просипел мужчина.

– Ни за что, – честно признался Серый. – Просто нам нужна на какое-то время твоя дача.

– Давай показывай, где тебе лучше последние часы жизни провести? – Заяц толкнул мужчину в спину и посмотрел на Серого: – Может, его сразу?..

– Не надо, – возразил Серый. – Неизвестно, сколько здесь еще сидеть, а труп на такой жаре уже к утру завоняет.

Услышав, как спокойно и обыденно ворвавшиеся в дом люди обсуждают время его умерщвления, мужчина затрясся:

– Э-а-а!

– Чего? – Заяц удивленно заглянул перепуганному насмерть хозяину дачи в лицо.

– Не надо, – просипел тот, словно его только что вынули из петли.

– Чего ты так разволновался? – Заяц удивленно развел руками. – Все мы там будем.

– Заткнись, – цыкнул на него Серый.

Старика закрыли в чулан под лестницей.

– Что теперь? – подергав задвижку и убедившись, что ее тяжело сломать изнутри, спросил Заяц.

– Надо машину во двор загнать да посмотреть, что у Кузи за гости.

Они вернулись на улицу. Заяц быстро открыл ворота. Серый уселся за руль «Жигулей» и въехал во двор. Заяц закрыл одну половину и неожиданно замер, глядя куда-то вдоль улицы:

– Смотри.

Серый торопливо выбрался из машины и заглянул через забор. От дачи Кузнецова направлялись двое крепко сложенных мужчин. Хоть Серый видел их лишь со спины, но догадался по смолянистому цвету волос, что это представители южных регионов России или СНГ.

– Я прокачусь за ними, – принял решение Серый, – а ты ворота оставь открытыми.

Мужчин Серый нагнал уже в переулке, соединяющем две параллельные улицы, и сразу решил выдать себя за милиционера, который тоже имеет здесь дачу.

* * *

Джин со Стропой играли на диване в нарды, когда вошел Кузнецов. Руки его были перепачканы землей.

– Что случилось? – перемешивая в кулаке кубики, спросил Джин.

– В магазин надо сходить, – Михаил Игоревич надвинул на лоб кепку.

– Зачем? – Рука Джина замерла.

– Хлеб купить.

– Обойдемся, – ответил за Джина Стропа. – Надо было из дома брать.

– Жена сказала сходить, – не унимался Кузнецов. – Ей-то как объяснить, что не положено?

– Действительно, – пробормотал Джин и многозначительно посмотрел на Стропу.

– Давай схожу, – догадавшись, о чем тот подумал, Стропа встал.

– А если за домом уже наблюдают? – Джин снизу вверх уставился на капитана.

– У него что, гостей не может быть? – удивился Стропа.

– С такой внешностью, как у тебя, нет, – подтвердил Джебраилов.

– М-да… – Стропа вздохнул и уставился на Кузнецова. – Магазин далеко?

– На соседней линии.

– Линия? – переспросил капитан.

– Улицы здесь так принято называть, – пояснил Кузнецов.

– Ладно, иди, – принял решение Джин.

– А если попытаются выяснить, кто я и откуда, что сказать? – Стропа перевел взгляд на товарища.

– Борзо веди себя, и все, – посоветовал Джин. – Кому какое дело, что ты тут делаешь? Неужели кто-то может подумать, что ты милиционер?

– Все равно… – Стропа мялся.

Неожиданно лицо Джина просветлело. Он взглянул на Кузнецова:

– Всем теперь говори, что друзья сына приехали. Разве не мог он в Чечне дать адрес родителей хорошим людям?

– Точно! – кивнул Стропа.

– Погоди, – Джин тоже встал. – В таком случае вместе пойдем.

– Вы куда? – насторожился сидевший в тени яблони Шаман.

Он присматривал за возившимися на грядках Кузнецовыми.

– Скоро придем, – отмахнулся Джин.

Они вышли за калитку и направились по улице. Людей видно не было. Лишь со дворов доносились голоса да кое-где шумели насосы.

– Почему климат такой стал?! – Джин оттянул за отворот футболку и подул на грудь.

– Не говори, – согласился Стропа. – С каждым годом все хуже и хуже.

– В горах сейчас хорошо, – Джин мечтательно закатил глаза. – Маленький был, к деду ездил на верхние пастбища…

Договорить не дал звук подъехавшей машины:

– Привет! – В окошко «Жигулей» высунулся уже немолодой мужчина. – Вы к кому приехали?

– А почему спрашиваешь? – Джабраилов встал.

Машина тоже затормозила.

– Жизнь заставляет, – мужчина зло сплюнул. – То одно пропадет, то другое.

– Неужели мы походим на воришек? – Джин вопросительно посмотрел на Стропу. Тот пожал плечами.

– А вдруг вы где-то здесь заложника держите? – выдвинул очередное предположение мужчина.

– Если бы так было, ты бы струсил к нам подъехать, – резонно заметил Стропа. – Сам знаешь, ничего плохого мы здесь не делали.

– Мало верится, что кавказец будет в земле возиться, – не унимался мужчина.

– Может, хочу участок купить? – прищурился Джин.

– А может, нет? – Мужчина высунулся в окно сильнее.

– Слышь, мужик, ты чего пристал? – не вытерпел Стропа.

– Тебя где так разговаривать учили? – продолжал лезть в бутылку мужчина.

– Ты выйди, узнаешь, – Джин упер руки в бока.

– А если серьезно? – уже более миролюбиво спросил мужчина. – Просто я видел, как вы с дачи Кузнецова вышли. Он через два участка от меня. Вот и решил узнать.

– Мы у него здесь пока живем, – Джин положил руку на крышу машины. – Так что не беспокойся, никто его обижать не собирается.

– Он кем вам приходится? – спросил мужчина.

– Разве мы похожи на родственников? – удивился Джин.

– Мало ли, – мужчина пожал плечами. – Сейчас все возможно.

– Сын его – наш друг, – пояснил Джин. – Он адрес дал. Мы в Москве работу хотим найти. Сюда приехали.

– Значит, он вас на даче поселил? – задумчиво проговорил мужчина и включил передачу. – Может, подвезти?

– Сами дойдем, – покачал головой Джин.

– Как ты думаешь, – глядя вслед «Жигулям», заговорил Стропа, – кто это?

– Разве сам не понял? – Джин огляделся по сторонам.

– Думаешь, за Кузей следят? – попытался угадать капитан.

– Теперь уверен, – подтвердил Джин.

В небольшом магазине, устроенном в вагончике, Джин купил хлеб и две бутылки минеральной воды. Когда они со Стропой вернулись, Шаман продолжал с безучастным видом сидеть на раскладном стульчике под деревом, а Татьяна Михайловна – полоть морковь.

– Миша, – позвала Кузнецова супруга, – я схожу к Марине.

Джин насторожился. Отчего-то ему показалось, что женщина специально ждала его появления.

«Наверное, догадалась, что неспроста мы здесь», – подумал он, с замиранием сердца ожидая, как выкрутится из положения Кузнецов.

Из зарослей смородины раздалось кряхтенье, потом появилась голова супруга:

– Зачем?

– Почему ты спрашиваешь? – с раздражением в голосе спросила женщина.

– Работы невпроворот, а ты по соседям…

– Странный ты какой-то, – Татьяна Михайловна подошла к стоящей в тени яблони бочке и стала мыть руки.

– Татьяна Михайловна, – Джин поднял над головой хлеб, – куда положить?

– Прямо на столе оставьте, – разбрызгивая воду, махнула она в сторону домика и направилась к калитке.

– Таня! – с нотками тревоги в голосе позвал жену Кузнецов.

– Ну чего тебе еще? – женщина развернулась.

– Не ходи, – попросил он и стрельнул глазами в сторону Джина.

– Пять минут, – она выпрямила на руке пальцы.

– Ничего с ней не случится, – глядя на калитку, за которой скрылась женщина, успокоил Шаман Джина. – По одному их убивать не станут.

Джин подошел к забору и выглянул на улицу. Татьяна Михайловна уже вошла во двор, расположенной по соседству; оттуда с самого утра несло дымком и запахом жареного шашлыка.

– Ну что с ней будешь делать? – Кузнецов стянул перчатки. – Она что-то чувствует.

– Я тоже так думаю, – согласился Джин.

– А мне каково? – Кузнецов вдруг бросил на землю перчатки. – Сын в морге, а я здесь смородину…

– Успокойтесь, – Джабраилов положил ему на плечо руку. – Его уже не вернешь. Надо подумать о дочери. Что с ней будет, если с вами что-то случится?

– А ее они не тронут? – вытирая кулаком выступившие на глаза слезы, спросил Кузнецов.

– У нее своя семья, да и живет она далеко, – успокоил его Джин. – Пойдемте, пока нет Татьяны Михайловны, в дом.

Стропа со скучным видом смотрел переносной телевизор. Кузнецов устало опустился на стул, стоящий у стола, трясущимися руками достал небольшой пузырек, вытряхнул из него на ладонь несколько желтых таблеток и забросил в рот.

– Что вы пьете так часто? – забеспокоился Джин, подавая ему воду.

– Это валериана, – беря из его рук кружку, пояснил Кузнецов. – Ничего страшного.

Джин поставил на походную газовую печь чайник, зажег конфорку и уселся по другую сторону стола.

– Олег пока маленький был, любил сюда приезжать, – с грустью глядя на огонь, заговорил Кузнецов. – Тут недалеко речка. Он из нее не вылезал.

Джин заварил чай, разлил по чашкам. Долго сидели молча. Татьяна Михайловна все не шла.

– Чего это она там так долго? – заволновался Кузнецов и посмотрел на часы. – Никак угодила за стол.

– Это даже хорошо, – нарушил молчание Стропа и поднялся со своего места. – Пойду поменяю Шамана.

– Вы за год ничего не заподозрили? – задал Джин мучивший его вопрос.

– Вы про Олега? – Кузнецов стал нервно теребить скатерть.

Джин кивнул.

– Как? – тихим голосом спросил Кузнецов. – Мы знали, что он сотрудник ФСБ и его работа связана с частыми командировками. Все.

На какое-то время воцарилась тишина. Пришел Шаман. Отказавшись от чая, он прошел в соседнюю комнату.

– Олег выпивал? – осторожно спросил Джин.

– Что? – не понял Кузнецов.

– Водку пил? – повторил вопрос Джин.

– Нет, – покачал головой Кузнецов. – Никогда. На Новый год немного шампанского – и все. Почему вы спросили?

– Так, – уклончиво ответил Джин. Он не стал говорить, что злоупотребление алкоголем стало основной причиной увольнения сына. Если отец говорит правду, то не исключено, что все-таки его выдворение из органов было лишь частью плана по внедрению в какую-то группировку или незаконное вооруженное формирование.

– Ваш коллега тоже спрашивал, – не унимался Кузнецов. – И тот, которого убили, Линев… Скажите наконец, почему это всех так волнует?

– Просто должна же быть какая-то причина того, что его уволили, – сказал Джин.

– Вы говорили, что служите там же, где и он, – напомнил Кузнецов. – Неужели вам ничего неизвестно?

Шум с улицы заставил Джина подняться со стула. Он выглянул в окно. За забором виднелась крыша микроавтобуса. Раздались крики, напоминающие команды. В коридоре послышались торопливые шаги, и вошел Стропа:

– Джин, нас окружает ОМОН.

– Почему так решил? – опешил Джабраилов.

Кузнецов вскочил со своего места.

Из соседней комнаты вышел Шаман:

– Мне кажется, их вызвала Татьяна Михайловна, – ошарашил он. – Мне давно не нравилось, как она смотрела.

– Не может быть! – воскликнул Кузнецов.

– Все возможно, – Джин направился к выходу. – Она могла подумать, что мы вас просто похитили!