Текст книги "Дорога (СИ)"

Автор книги: Ал Коруд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

– За ваши рубли он дает двенадцать гривен, за зеленые банкноты двести пятьдесят семь. Это вельми знатный капитал. Двухмесячная оплата труда мастерового.

– Давайте, – кивнул я. – Но мне нужна еще и мелочь – расплачиваться в лавках и давать на чай.

– Правильно, и попросите половину суммы в дирхемах Фарси. Их потом можно обменять выгодно в банке.

Так и поступили. Меняла с недовольным видом отсчитал мне с десяток увесистых серебряных монет, больше смахивающих на спортивные медали. Остальные выдал в виде россыпи более мелких, имеющих один тип. Видимо, это и были гривны. Остаток пришелся на пригоршню разнообразной меди. К моему удивлению, она оказалась разного типа, в груде медяшек попадались даже старые советские монеты. Но как пояснил урядник, все они были в городе в ходу.

Сложная тут, однако, денежная арифметика! В конце сделки Мазодур вдобавок выторговал у менял кошель, который помог пристроить на моем ремне. И в самом деле, такую кучу монет носить без него неудобно.

Расстались мы в приятнейшем состоянии духа около гостиницы. Урядник вышел немного раньше, пообещав еще как-нибудь навестить меня. Что-то мне показалось, что во всех этих денежных делах у него есть свой интерес. Так и понятно – должен же кто-то окучивать вновь прибывших.

Глава 13
Хозяин постоялого двора

По пути в гостиницу я заглянул в «Тойоту». Внедорожник, с которым было столько связано, уже стал фактически родным. Я посидел несколько минут в водительском кресле, потрогал старый пластик панели, подергал ручку переключения передач. И в этот момент в сердце что-то ёкнуло. А ведь я, по сути, согласился с предложением местного Малюты Скуратова! Пусть он и работает более цивилизованными методами, но от этого суть всех спецслужб мира не поменялась. Они все античеловечны от собственной натуры. Ими изначально придуман образ некоего «Государства», ради которого стоит гробить судьбы людей, а то и вовсе отнимать у них жизнь или свободу. Так что бодаться с дубом себе дороже!

С другой стороны, мне дают за этот вызывающий ходячий артефакт неплохую сумму, которая поможет прочно обосноваться Здесь. Так, а мне обязательно нужно оставаться именно в этом городе? Я же еще ни черта не знаю о «Свалке»! Так что будем погодить с важными решениями. Да и Сыт не особо торопит. Значит, у него есть какой-то собственный резон привязать меня к Вортюге. Он, вообще, сразу отнесся ко мне по-человечески. Или это так кажется? Играет? Тоже как вариант. Ничего личного – работа такая. Привлекать новых людей в город, особенно не бедных и с нужной профессией. Тогда он превосходный знаток своего дела.

Хм, а ведь стоит подробней разузнать об устройстве общества Вортюги – чем живет город, чем дышат его жители? А я дурак, даже брошюру для новопоселенцев не прочел. Но у меня есть извиняющие факторы – некогда было! Вот и Летопись от начальника охранки ждет своего часа. Решено – почитаем, подумаем. Наверное, стоит и по городу прогуляться, возможно, даже сделать какие-то первые покупки. Я тронул кошель и определился с выбором.

Персидские дирхемы я решил припрятать в основной тайник. Он был устроен за панелью, под задним креслом. Если не знаешь, то и не найдешь. Там же, сложенные на черный день, ждали своего часа два десятка николаевских червонцев и немного золотого лома. Не спрашивайте, где я это все взял. Были завязки на черном рынке. Мы же в экспедициях разное находили, в том числе и всяческий антиквариат. Нет, упаси господи, никогда не мародёрили! Не то, чтобы слыли такими честными людьми, скорее суеверными. Были на слуху всякие неприятные истории. Вот как оно иногда происходит. Все люди ученые, ни в бога, ни в черта не веруют, но не могут побороть в себе страх перед заурядными предрассудками. Видимо, сидит во всех нас нечто такое с древних времен. Потому брали лишь то, что само сваливалось в руки.

Закончив дела в машине, я взял коробку с вещами, печеньем и кофе и двинулся к запасному выходу. Туда как раз направлялись две служанки в клетчатых фартуках. Одну я узнал сразу – она принимала у меня заказ на стирку, а вторая… Так это же Улада! Мне стало неловко. Воспользовался девушкой и, скорее всего, не по её хотению. Как же это неудобно вышло! Пусть это у них так и принято, но сам-то своей головой подумай! Ты, старый пень, и эта юное создание. На вид и двадцати не дашь.

Внезапно понимаю, что они остановились и смотрят на меня. Пришлось улыбнуться в ответ. Улада глядела прямо на меня, и как-то излишне настойчиво. Непохожа она на девушку, которую силой принуждают к постели с чужестранцами. Или она на меня некие виды имеет? Я стушевался и, кивнув, бочком-бочком протиснулся мимо девушек. И сразу за моей спиной раздались смешки и шепот. Вот чертовки! Никогда особо не умел вести себя с женщинами. Хотя частенько говорили, что во мне есть некий шарм, пленяющий дам. Не понимаю я в этом ничего! Два раза была женат, и все равно противоположный пол для меня отчасти загадка.

На первом этаже ароматно пахло свежей стряпней. Я внезапно ощутил, что успел здорово проголодаться. Получив ключ от номера, тут же забежал на второй этаж, скинул верхнюю одежду, убрал вещи в шкаф, немного подумав, спрятал кошель в маленький сейф. Ключ к нему подходил от номера. Интересно тут все устроено – практично донельзя, но с доверием к хозяевам заведения. Наверное, в городе приняты некие общие корпоративные отношения, и с ними внутренний кодекс. Поймают на воровстве, и прощай, хорошая работа в целой волости.

Перед обедом обязательно следует сделать что? Правильно, провести санитарно-гигиенические процедуры! Помыв тщательно руки, я решил ополоснуть лицо и взглянул в зеркало. Знаете, я слышал, что люди в зеркальном отражении обычно видят не объективную картину, а некий выдуманный нашим мозгом образ. Потому они зачастую удивляются собственным фотоснимкам. Так они непохожи на ту физиономию, какую ты обычно разглядываешь по утрам в ванной! Но сейчас… Нет, это был я, но как будто бы и вовсе не я. Во всяком случае, это я уже успел подзабыть.

Да быть не может! Как вам такой расклад – рассматривать себя двадцатилетней давности. Русая борода безо всяческого признака проседи, густые брови, разглаженное без морщин лицо. Я на полусогнутых вышел из ванной и грохнулся на кушетку. Это что же получается, попав на «Свалку», я почти незаметно для себя омолодился? Хотя, когда мне было эти перемены замечать! Постоянно пребывал в движении и насущные проблемы решал. Внезапно я вспомнил последнюю встречу с Костей. А ведь он в тот день отлично выглядел! Знал или догадывался? Тогда вот тебе и разгадка поведения Улады. Хм, а ведь не со стариком она в постели кувыркалась, а с нормальным крепким мужиком. И ведь я устаю заметно меньше! Грешил на стресс, а оказалось вона как. Или все это мне только снится?

Нечего забивать голову ненужными на сей час вопросами! Двинул на обед и заметив, что другие постояльцы не закрывают двери, не стал этого делать и я. В трактире было оживленно, не успел я встать на входе, прикидывая, куда присесть, как увидел Боляна, который зазывал за свой стол.

– Приятного дня!

– Благодарствую.

Не успел я ничего заказать, как передо мной поставили горшочек со щами.

– Откушайте!

Я бросил взгляд на улыбающегося хозяина. Он всегда такой добродушный или лишь с гостями?

– Право мне неловко! Я нынче как бы при деньгах.

Хозяин лишь махнул рукой:

– Пустое! Не каждый день у нас останавливаются такие гости, – Болян сделал тон тише. – Храбрецы, да еще и любители приключений. Вы уникум, Олег. Так что не стесняйтесь. Перцовочки?

Не успел я ничего ответить, как перед нами появился запотевший штофик и пузатые рюмки синего стекла. Служка в один момент организовал легкие закуски – грибы, соленья и нарезку копченостей. Теперь и не отказаться.

– Ты ведь никуда не торопишься? – посмотрел на меня лукаво Болян.

Я также решил по примеру хозяина перейти на ты. Видимо, это следующий этап наших отношений. Сейчас уже точно ясно, что этому дельцу и бывшему сыщику что-то от меня нужно. Надо же! Только явился в иной мир и уже резко востребован. Я пригладил бородку и крякнул:

– Наверное, нет!

Мы оба засмеялись и подняли рюмки. Перцовка была крепостью чуть за тридцать градусов, ароматна и вкусна, как и бесподобны щи на густом бульоне с кусочками отлично разваренной говядины. Что ни говори, но русская кухня хороша до безобразия!

– Я бы к предложению Сыта прислушался, – Болян зачерпнул ложкой остатки супа и отставил горшок в сторону.

– Думаете, он прав?

– Конечно! Зачем вам у нас такой мобиль? Слишком приметная и для работы бесполезная машина. Пусть купчишки по городу на таких гоняют, друг перед другом выпендриваются. А Сыт вам подобрал того, кто заплатит за повозку наилучшую цену, – хозяин усмехнулся. – Уж поверьте моему опыту, он запросто так никого не обижает.

Я догадался:

– Он имеет процент со сделки?

– Ты парень сметливый. Мы точно подружимся! Робята, несите второе!

Ох, ты же меть! Больше всего эта рыбина смахивала на осетра. Была запечена целиком и вынесена к нам на глиняной латке. Нарезал нам её сам шеф, выдав каждому по куску. Необычайно вкусно!

– У вас, как погляжу, постоянно в меню рыба.

– Так около реки живем! Рыбешка у нас круглый год ловится. Зимой еще с озер, что по ту сторону Устюги, завозят санными путями.

Болян говорил таким тоном, как будто я уже согласился остаться в Вортюге. Видимо, он заметил сомнения в моих глазах, налил еще по одной, чокнулся со мной и решительно закинул содержимое рюмки в рот. Я последовал его примеру. В предыдущие годы я мало пил, но сейчас перцовка на удивление шла на Ура.

– Ты, видать, еще не ознакомился с содержанием свитка, что тебе на заставе передали. Но так и быть, я коротко обскажу обстановку у нас. Ты в курсе, что земли Беловодья состоят из «лоскутов»? Которые попали из других мирозданий, зачастую нам совсем непонятных.

– Да.

– Земель этих в Беловодье густо понамешано – пустых, с приданым или попросту бросовых. Но не все годны для жизни, кое-какие опасны для всего живого. Обжитые и занятые прозывают Волостями.

– В пустынных так все серьезно?

– Если ты о разбойниках, то это пусть и досадная, но не самая большая проблема. Лоскуты эти иногда чудят и переползают из одной страны в другую. Тогда тем людям, что на них живут, приходится несладко.

Я вспомнил запущенные поля, через которые полдня ехал, и кивнул:

– То есть жить можно лишь на устойчивых… «лоскутах»?

Болян довольно засмеялся:

– Соображаешь. Так вот – таких «Волостей» в Беловодье не так много.

– И все они заняты?

– Правильно! Еще по одной? С тобой приятно беседовать. Ты не представляешь, Олег, сколько в этих местах неучей. Казну имеют, положение, а по сути, темнота. Не обучены! За тебя, Олег, за удачно е пройденное приключение!

Я рассматривал богатый стол, размякшего Боляна и никак не мог привыкнуть к мысли, что это все происходит со мной. Да нет! Вон служки около стойки в готовности, люди сидят, неспешно обедают. И люди разные. Как опрятно одетые горожане, так и фермеры с хуторов в простецкой одежонке. Есть и вовсе странно разодеты, видимо, гости издалека. Но никто никуда не торопится, у многих на столах штофы или кувшины. Внезапно мне стало хорошо, как не было давно. И дело здесь вовсе не в перцовке. Спокойно тут, несмотря на то, что вдалеке ощущается опасность. Ни суеты, ни нервотрепки, так привычной для городов из моего мира. Может, и в самом деле здесь осесть? Уж осень, впереди зима. Куда я поеду? До весны, во всяком случае, можно пожить, да оглядеться по сторонам.

– Вёрст полста округ твёрдо, дальше мышиная зона.

– У нас её бы назвали «серой».

– Тоже хорошо! – согласно кивнул Болян. – На самой границе выше по течению городок Портюга. Он построен на высоком мысу, потому безопасен. Там по весне главное торжище окрестных «лоскутов». Ну, ты на Вертлячей развилке был. Налево торная дорога вот как раз туда идет. Выше по реке на сто верст еще один город Верхоянск. Мы с ними торгуем и в союзе. Вот там, на границах, опасней, но земля дюже богата рудами и земляным маслом. Народ расселился больше на островах. Но деваться им некуда, живут ведь неплохо. Почитай, всю Великую реку снабжают газолином и корабельным маслом.

– А кто им угрожает?

– Ошкуи с севера приходят залетные. Живут грабежом и скотом. Никогда не знаешь, по торговой части они к тебе прибыли или отобрать чутка себе и тебе в убыток. На быстрых лодках купеческие корабли догоняют и грабят.

– У них и оружие есть?

– И припас оружейный. Через Восточные перевалы напрямую получают. От Туляков. С теми мы не особо дружим – слишком много о себе думают. Но их лоскуты в те горы с заводами перенесло. Лучшие в этих землях ружья и припас мастерят. И туляки, говорят, ещё золото на горных речках моют. У нас с ним прямо беда. Видал ведь, что в ходу серебро.

Я оставил себе это замечание в памяти.

– А на юге с кем торгуете?

– Ближайшие города в двухстах вёрстах вниз по течению. Далеко, но путь в основном безопасен. Кормчие больше малой воды, да камней опасаются. После ледохода лазутчики с Портюги выходят и заново все меряют, а потом вешки выставляют. Чем лихие люди временами пользуются. Но ту дорогуа речная стража стережет, так что особо не забалуешь. На их дымных стругах даже мортиры стоят, и броня наклепана. Попасть к ним на службу очень трудно.

– Хорошо зарабатывают?

– Не без этого, – кивнул Болян, разливая еще по одной. – Купец у нас звание уважаемое, но опасностей на их долю хватает. Некоторые, самые ушлые, доходят до моря. Но там всю торговлю держат южане – фарси и хазарейцы. Ты ведь деньги с Мазодуром менял?

– Да.

– Тогда фарси видел. Они у нас на торжище с весны по осень живут. Скоро домой поедут зимовать. Перед этим праздник устраивают – сладкий пилав варят и красной водой всех угощают. Хорошие люди. Вот хазарейцы – те хитрые по натуре и своей выгоды никогда не упустят. Не очень у нас их привечают. Но робята лихие, в этом им не откажешь. Если что редкое заказать, то только к ним. Они и мобили грузовые на самый север возят, хотя собирают их фабричные в Железногорске, что стоит на притоке Устюги. Договор у хазарейцев с ними. Монополия! Зато у нас лучшие баржи и буксиры на верфи строят! Так что все мы друг с другом повязаны.

Я решил задать вопрос, что меня мучил несколько дней.

– Скажи, Болян, а за кем я с Синих лесов так долго ехал? Грузовик шел, и повозка с охраной. От самого логова оборотней их догонял.

– С волкодлаками тебе свезло. Глаголешь, что заговорил пулю?

Я подумал и решил, что мои действия на заговор весьма смахивают.

– И поэтому она сработала?

– А как иначе? Наши обязательно в тех краях руны на ружья наносят. А пересекся ты, скорее всего, с Егерями. Места в тех лесах больно любопытные попадаются.

Я вспомнил ночную «бабулю» в заброшенной деревне и согласился:

– Места странные, всякое видел. А что они ищут?

– Обереги, «святые дерева», да много чего оттуда привезти смелому молодцу можно. Или не привезти.

– Опасно?

– Всяко! – махнул рукой Болян и разлил остатки перцовки по рюмкам. С огорчением глянул на штоф, задумался, но продолжения банкета не потребовал.

– Мне кажется, что они лес везли.

– Тогда я знаю, чья команда перед тобой шла. Светозар – самый лихой из «Егерей». Это он обычно в поиск на двух машинах катит. Но и команда ему под стать. Где только он их ни набирал по всей реке. Даже долганы у него работают. Светозар обычно старые дерева со священных рощ привозит. Они все равно умирают, а для дела годятся. Их закладывают в основание кораблей. Вот потому ты и заинтересовал самого Сыта, что по тем лихим местам в одиночку проехал. Сроду у нас гости из такой дали не прибывали. Живыми оттуда никому не выбраться.

Болян так странно на меня смотрел, что стало не по себе. На что он намекает?

– Сам не знаю. Так вышло.

Все-таки, какой смешливый человек! Обхохотавшись, хозяин подозвал к себе служку и заказал нам цай, переведя разговор в бытовую плоскость.

– Чем намерен после обеда заняться?

– Полежу, почитаю и вечером хочу пройтись по городу.

– Пройдись, дело хорошее, – Болян кинул в мою сторону хитрый взгляд и спросил: – Попутчицу дать? Улада сегодня вольная.

Я чуть не поперхнулся цаем. Вот ведь сволочь! Подкладывает под меня свою девку целенаправленно. Хочет привязать к Товарищескому клану?

– Ну…

– Раз не сказал нет, то она сама подойдет. Смотри, девка справная, у меня уже свое отработала. Где ты еще таких в городе найдешь?

Я бросил острый взгляд в сторону Боляна, тот ответил не менее серьезным.

Да что тут, лешак побери, за игры ведутся?

Глава 14
Чем кончаются вечерние прогулки с девушками

– Летом здесь очень красиво! Тихо, паруса на реке плывут, не так жарко, и мошка не докучает.

Я с удивлением оглянулся на девушку. Какая у нее правильно поставленная речь! Или это воспитание от Боляна? Улада во время нашей прогулки успела рассказать, что для них из школы «Товарищества» регулярно приглашали учителей. Грамматика, арифметика, для особо пытливых Естествознание, куда входили химия, физика и география. Девушек учили кроить, шить, вязать, готовить. Юношей – какому-нибудь ремеслу и в обязательном порядке владению оружием. Хотя последнему учили в городе всех. В ополчение Вортюги призывалось все население от четырнадцати до… ну пока оружие можешь в руках держать. И дамы не были исключением.

«Занятная у них была история».

Во всяком случае, Улада умеет стрелять из карабина и револьвера. Она этим, видимо, специально передо мной похвасталась. Поначалу мне казалось, что девушка меня слегка побаивается. Ну, понятно, слухи о моем беспримерном приключении быстро разнеслись. Я же видел, с каким почтением ко мне другие слуги начали относиться. Герой! Прошел огонь и воду, Синие леса, Волчий ручей и бандитский хутор. Такие яркие подвиги во все времена ценились, а уж в этом фронтирном мире подавно.

Понемногу Улада перестала робеть и начала рассказывать мне о городе. Одета она была сейчас по местным меркам прилично. Во всяком случае, от остальных городских девушек и женщин не отличалась. Все по погоде. Длинное, ниже колена платье, сверху теплая кофта, узорчатая куртка с рукавами и капюшоном, на голове расписная шапочка, смахивающая на южнорусскую кику. На ногах красные сапожки со шнуровкой. Просто модница! Но, наверное, по местным реалиям и я смотрелся презентабельно, хоть и странно. Брюки-карго, флисовка и цветастая ветровка. Высокие почищенные ботинки лишь дополняли общий вид преуспевающего «гостя», на которого то и дело обращали внимание.

Мы подошли к небольшому деревянному пирсу.

– Болярин, а здесь летом можно взять за малую плату лодку. На том берегу такие цветы красивые и ягод тьма-тьмущая!

– Улада, называй меня, пожалуйста, Олег. А то право, неудобно! Ну, какой я господин!

Девушка распахнула свои зеленые глазища:

– Как это не господин? Одеты богато, повозка такая, какую никто в городе еще не видывал. И полна она всяческих богатств. Нечасто у нас гости в Вортюге по своей воле бывают. А уж таких и не припомню.

Я усмехнулся. Вот, значит, каким они меня видят? Таинственным незнакомцем.

– Ну, раз я господин, то приказываю тебе называть меня варяжским именем Олег.

Улада спрятала глазки, пытаясь не усмехаться над моим назидательным тоном, и сделала легкий поклон.

– Как господарь прикажет!

«Что еще за новости!»

Я даже остановился на месте от неожиданности, но девушка продолжала играть милую «холопку», состроив милое личико и явно пряча ухмылку.

«Вот лиса!»

Мы успели пройти по центральной части набережной, как стало вечереть. Солнце еще бросало последние лучи на противоположный пологий берег, но на этом уже густели тени. Я бросил взгляд вперед, выше по течению показался большой порт. Эта часть набережной состояла из невысокого обрыва, укреплённого валунами, обсаженными густым кустарником и деревьями. Обилие беседок и скамеек указывало на то, что здесь находился любимейший уголок для прогулок горожан. Подул свежий ветерок, и Улада плотнее запахнулась. Негоже держать девушку на холоде, и я завернул обратно в город. Этот проулок выглядел богато, витрины уже были ярко освещены, да фонари начали зажигаться.

«Откуда у них столько электричества?»

Улада с восхищением рассматривала шикарно оформленные витрины и рассказала по пути много чего полезного. Мы прошли мимо какого-то заведения, где на вывеске висела чашка с рогаликом, и я подумал, что неплохо бы нам перекусить и согреться. Улада только что не запрыгала от счастья. Видимо, в такие места её, видать, никогда не водили. Нас встретили на входе. Если усатый дородный мужчина прошелся по девушке взглядом вскользь, то передо мной тут же начал расшаркиваться. Значит, правда, что у меня в городе особый статус? Ну что ж, тогда сполна воспользуемся! Мы сняли верхнюю одежду и зашли в полутемный зал. Свет горел лишь над столиками. Ну а что – уютненько! Народу пока было немного, не выходной день, все на работе или спешат домой, так что нас обслужили быстро.

По совету Улады я заказал большой сладкий пирог на всех и две чашки кафы. Я заметил, что девушка хотела добавить нечто еще, и спросил:

– Говори, не стесняйся! Будем считать, что это плата за нашу прогулку.

Девушка заговорщицки ко мне наклонилась и прошептала.

– Тут подают горячую красную воду. Говорят, что это на диво вкусно.

Что кафой в этом мире называют кофе, я уже понял. Во многих славянских языках он обозначается, как кава, в Турции кафеси. Ну, слава богам, хоть мой любимый напиток здесь имеется! По вкусу он напоминал сваренный по турецкому рецепту кофе. Пирог был ягодным, со взбитыми сливками, и по всему видать, здорово пришелся Уладе по вкусу. А горячая красная вода оказалась ничем иным, как глинтвейном! Получается, что просто красная вода – это вино? Понятно тогда, почему его везут с юга.

Пряный напиток сразу согрел и взбодрил нас. Щеки девушки запунцевели. Я лишь сейчас заметил, что у нее на самом деле светлые волосы с рыжеватым оттенком. Золотистая девчонка! Обычно она всегда была в шапке или платке. Улада заметила мой любопытствующий взгляд и скромно опустила глаза. Хм, а тогда ночью она отнюдь не была скромницей! Или это работа на публику? Тут ухо надо держать востро! Когда пришла череда расплаты, девушка быстро нашла в моем кошеле нужные монеты. Вышло где-то в сорок пять копеек медяшками. Полтинник уже можно было отдать серебряной полугривной, это был самый низший номинал серебра. Судя по расчету, подобный ужин могли себе позволить многие. Тогда получается, что питание в этом мире относительно дешево. По словам Улады, покушать в обычном трактире можно копеек за тридцать. Это с первым, вторым и пивом.

– Олег, тебе понравилось?

– Очень неплохо, даже по меркам моего мира.

Девушка кинула на меня странный взгляд и внезапно остановилась перед одной из витрин. Я заметил, как она смотрела на шелковый платок, висящий на манекене. Товары в этой лавке продавали привозные, значит, и цена на них была соответствующей. Получается, в этом мире большой разрыв между ценами на продукты питания и промышленные или ремесленные.

– Тебе купить?

– Нет! – категорически замотала головой Улада.

– Мне несложно. Я же вижу, что тебе очень нравится! В подарок.

– Я не могу принять такой дар от гостя. У нас так не принято.

Судя по тону, девушка будет непреклонна. Ну что ж, не стану ломать устоявшиеся обычаи. С женщинами и так сложно, а тут она еще и из совсем иного мира.

«Ха, значит, я всего лишь гость, которого надо развлечь?»

Интересно, отчего от такой дурацкой мысли мне стало так горько? Девушка симпатичная, яркая, мне с ней почему-то легко. Да и она не против нашего общения. Если бы лишь выполняла поручение хозяина, то все равно рано или поздно это бы стало заметно. Хотя куда ей такой старый пень, как я? Но тут вспомнил свое отражение в зеркале. Да уже не старый, хоть и пень.

– Я налью тебе ванну.

Улада распоряжалась в моей комнате как у себя дома. В первую очередь повесила в шкаф выстиранные походные брюки, сложила в комод белье, выставила в коридор для чистки ботинки, затем вопрошающе глянула в сторону рюкзака.

– С этим разберусь сам, милая.

Улада бросила на меня искоса испытывающий взгляд и ускакала в ванную. В принципе я уже и сам понял, как набирать горячую воду, но мешать не стал. А вот дальнейшее меня поразило. Надеялся, конечно, но в здешнем обществе нравы оказались гораздо проще. Не успел я залезть в ванну, как на пороге в свете ночника появилась Улада. Она была лишь в ночнушке, которая в один миг оказалась на полу. Передо мной мелькнули вздернутые грудки девушки, золотистый треугольник внизу живота и стройные ноги.

– Подвинься!

Я что-то такое гмыкнул в ответ, поняв, что полностью потерял дар речи. Еще бы! Не каждый день вас омывает молоденькая девушка. Улада была нежна и обходительна. И нет ничего удивительного в том, что вскоре мы оказались в кровати. Что происходило там, вы уже и сами догадаетесь. Чай не маленькие! Ведь мое тело также омолодилось со всеми вытекающими последствиями. Ну, а уж страстное желание возникло еще раньше.

– Пей цай!

И когда она успела заказать его? Как бы то ни было, но нам в комнату доставили большой пузатый чайник и поднос со сладкими булочками. Ну, я и не против. Сил потратил немало, вспоминая подзабытые гимнастические упражнения. Как это все-таки здорово! И почему люди постель воспринимают с некоей стыдливостью? Если два сердца бьются в унисон, то все происходящее естественно и непостыдно. Это их дело и их страсть.

Улада накинула на себя мой халат и ухаживала за мной, как могла. Мне же хотелось скинуть все одеяния заново и наслаждаться её нежным запахом, шелковистой кожей и густыми волосами. Какое все-таки огромное различие между девичьим и телом взрослой рожавшей женщины! Девушка, видимо, распознала в моих глазах нарождающуюся похоть, потому что отстранилась и подала поднос с булочками.

– Сначала цай. Тебе надо как следует подкрепиться.

– Ты не уйдешь?

Она взглянула с лукавой усмешкой:

– Ты меня уже прогоняешь?

Я сделал глоток и оценивающе посмотрел на юную прелестницу.

«Что тебе, дурень, еще надо? Понятно, что это ловушка от Боляна. Но все лучше, чем ничего!»

– Если я тебе непротивен, то будь рядом. Ты мне нравишься.

Улада снова покраснела. Кожа у нее такая была тонкая. Вместо ответа девушка отобрала у меня поднос и скинула с себя халат. Стройное тело было на редкость пропорциональным. Груди, изгиб бедер, ноги. У меня аж перехватило дыхание и полыхнуло внизу живота. Черт дери, что они подмешивают в этот дьявольский цай⁈