Текст книги "Харьковский Демокрит. 1816. № 2, февраль"

Автор книги: Аким Нахимов

Соавторы: Василий Маслович,Григорій Квітка-Основ’яненко,Иван Срезневский
сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 3 страниц)

ПРОЗА

21

Рассуждение о любви

(Из Берниса)*

Письмо к госпоже N...

Вам угодно знать, милостивая государыня, что такое любовь, то есть, я должен изъяснить вам то, что вы сами внушаете. Для чего требуете вы изъяснения своего собственного дела? Не лучше ли бы вам самим угадать мои чувствования, нежели заставлять меня открыть их? Однако я не откажу вам в злобном удовольствии, которого вы ищете; и отчасти как философ, отчасти как влюблённый, стану вопрошать своё сердце; без искусства и порядка стану писать то, что мне скажет любовь. Не ожидайте, чтоб она всегда мне льстила: вам известно, сколько я имею причин на неё жаловаться; но также не думайте, чтобы я из мщения старался скрывать приятности, которые вы столь хорошо даёте чувствовать. Я предложу её пороки и её преимущества; и таким образом, милостивая государыня, найду способ преподать вам наставления и вместе засвидетельствовать вам мою преданность.

Желаю, чтобы мои размышления достойны были вас, меня и любви; и чтобы чрез сто лет и более мы все трое могли опять найти друг друга.

Чтобы уметь любить, надобно иметь сердце: одних чувств для сего мало, чувственное сложение, направляемое умом, может довести до любви. Мы родимся нежными или сластолюбивыми: природа всем сердцам даёт охоту к удовольствию, а иногда непреоборимую склонность к любви. Одни счастливцы вместе с сим щекотливым вкусом к удовольствию получают тонкую разборчивость, услаждающую сей вкус.

Но души, которые любовь избрала к тому, чтобы любить, принуждены быстро и без остановки переходить от великих удовольствий к великим горестям. Волнения их всегда будут новы и всегда чрезвычайны.

Знаете ли вы огонь, принимающий все виды, которые даёт ему дуновение, воспламеняющийся и потухающий по мере сильного или слабого движения воздуха? Он разделяется, соединяется, прилегает к земле, возносится вверх; но могущественное дуновение им управляющее, изменяя его виды, всегда возбуждает его, а никогда не потушает: сие дуновение есть любовь, а огонь – наши души.

Есть страны, которые любовь избрала своим царством; чистое небо, благорастворённый воздух, плодоносные и прелестные нивы привлекают любовь и, кажется, остановляют её. Храм её везде, где природа прекрасна; дщерь послушная и благодарная, она повсюду следует за своею матерью. Источник Воклюзский, могила Лауры, берега Линьона* суть прелестные места, в которых она обитает; вечные льды Норвегии, степи сибирские, суть ужасные театры её отсутствия; они никогда не были пребыванием её владычества. Провансалец, португалец родятся влюблёнными; лапландец сначала груб; он может придти в неистовство, но не чувствовать нежность. Приятность и богатство страны бесконечно много придают душам кротости; растворение воздуха имеет действие на нравы. Надобно быть нежну, чтобы быть любовником, но живость у нежности ничего не отнимает. Истинные любовники походят на многоводные источники, которые быстры, но текут приятно.

Нет ничего обыкновеннее, как говорить о любви; нет ничего реже, как говорить о ней основательно. Сердце, её чувствующее, определяет её гораздо лучше, нежели ум, который только воображает. Спросите у любовника, что значит любить: «чувствовать и желать», – скажет он вам двумя словами. Но глаза его, лицо, всё в нём объяснит вам сие определение. Умный человек может вам сказать то же, но не столько просветит вас. Одним словом, любовник, говорящий о любви, заставляет вас самих ощущать её восторги; умный человек вам их только описывает.

Я любил: моё молчание уведомило любимую мною о том, что мне надобно было ей сказать; я ещё хотел только говорить, а она уже меня выслушала. В истинной любви нельзя ошибиться. В присутствии существа, которое нас любит, возникает в нас тайный голос, непроизвольное движение, никогда не обманывающее. Сердца наши ещё более имеют познания в любви, нежели глаза наши, которые к притворной наружности всегда бывают слепы и нечувствительны: их не трогает ничто подложное или приуготовленное, одна страсть достигает до них. С умом бывает не то; всё ему льстящее обманывает его, и он часто без внутреннего убеждения увлекает сердце за собою.

Кокетство обыкновенно всегда спасает женщин от сильных страстей, а распутство почти всегда служит от оных защитою мужчинам. Надобно думать скромно о самом себе, чтобы любить искренно; надобно иметь благоразумие, чтобы любить долго: большая часть женщин уступают, а не любят; большее число мужчин наслаждаются, не прилепляясь. Истинных любовников всё тщеславие состоит в том, чтобы пленить друг друга, и всё их удовольствие в наслаждении своею победою.

Любовь обыкновенная есть самая слабая из всех страстей. Ожидание удовольствия поддерживает её, приближение оного ослабляет, а исполнение истребляет совершенно. В посредственной страсти всё становится угождением, пожертвованием. Мы льстим любовнице, одобряем её мнения, но не можем принять их. Слабая любовь не должна бы продолжаться более дня; благопристойность и уважения превращает её в мучение.

Истинная нежность, испытанная склонность, склонность искренняя и взаимная владычествует над всеми прочими пристрастиями души: это пожар, истребляющий их до самых корней; и если истинная любовь всех страстей и не истребляет, то, по крайней мере, приводит их себе в рабство: она повелевает ими властно, они ей повинуются без сопротивления. Свет никогда не остаётся в прежнем виде в глазах любовника: он переменяется вместе с состоянием его сердца. Счастлив? – Всё для него прелестно, всё спокойно; ночь становится в тысячу крат прекраснее дня; мрак её есть очаровательная завеса, за которою утехи скрываются для прельщения; её безмолвие становится языком самого счастья; всё оживотворяется: времена года с новыми днями приводит новые утехи; наконец вся вселенная становится театром блаженства. Несчастлив? – И самые стихии испровергаются; день становится ночью могильною; жало утехи – жалом горести; нет уже сего чистого воздуха, нет сей улыбающейся и украшенной природы; своенравие любовницы разрушило сие прекрасное устройство; он видит совсем другое небо и другие звёзды.

Свет весьма мал в глазах любовника. Любовница, одежда к ней прикасающаяся, место, её заключающее, воздух, окружающий её: вот весь свет, вот пространная вселенная.

Если бы все люди были любовниками, то общества состояли бы не более как из двух человек, любящего и любимой. Из всех уз, привязывающих нас к нашим семействам, друзьям, к нашей пользе, славе, удовольствиям, любовь составляет такую цепь, которую сильно прикрепляет к нашему сердцу, и рука любовницы управляет ею.

Любить – значит не любить ничего того, что было нам любезно во время равнодушия; любить – значит принять дух своей любовницы и мыслить так, как она, видеть её глазами, чувствовать её сердцем; словом, переменить свою природу и сделаться тем, чем она.

Страсть ужасная и неистовая, помрачающая рассудок, употребляющая его орудием нашего безумия, заставляющего его боготворить наши глупости; страсть благородная и великодушная, возбуждающая в нас любовь к славе, усыплённое праводушие, притуплённую разборчивость. Словом, любовь не имеет одного виду, но способна к принятию всех их. Её добродетели и пороки равно ей чужды. Вода принимает вид сосуда, ею наполняемого: наши любовницы делают нас всем тем, чем мы бываем.

Вы, призванные к владычеству над народами! Убегайте любви. Родясь повелевать, вы станете рабами, и, если предмет, вас прельщающий, не есть образ добродетели, так как он в глазах ваших сделался образом красоты, то престол ваш потрясётся, может быть, вы будете даже погребены в его развалинах.

Любовь не сотворена ни для царей, ни для народа; цари имеют слишком много обязанностей, а народ слишком много нужд. Любовь – единственное благо, которого нельзя оценить, любовь – и единственное зло, которому нет исцеления.

Изобразите его опасным чудовищем, представьте его богом благотворящим: и в том, и в другом изображении вы её найдёте совершенно.

Полюбите женщину, которая только что прекрасна: любовь ваша будет иметь конец. Прелести, приятности тела ограничены; мера вашего любопытства будет мерою нежности вашей. Присоедините ум к сим наружным красотам, к красотам, исчезающим от наслаждения, и они умножатся, разольются, и каждую минуту будут одушевляться. Ум красоте то же самое, что цветам утренняя роса. Но если между умом и приятностями откроете вы ещё своенравие, странности, суетность, ревность, досаду, то зажмурьте совсем глаза над вашими упражнениями и обязанностями; предсказываю, что вам любить во всю жизнь. Иметь любовницу, соединяющую в себе приятности, ум и своенравие, значит наслаждаться тремя особами вместо одной.

Спор насчёт смуглых и белокурых произошёл от одних сластолюбцев; любовники не в состоянии его разрешить: первые любят по рассуждению, последние – не размышляя. Не прекрасные чёрные и не прекрасные голубые глаза вскружают головы и смущают сердца, а те, которые лучше всех говорят языком души нашей; красота нравится, а физиономия увлекает.

Ревность есть пища и отрава любви. Она делает любовников разборчивыми, а любовниц неистовыми. Когда она крошка и умеренна, тогда является воздержанною в жалобах и осторожною в подозрениях: будучи таким же ребёнком, как и любовь, она ею играет и в шутках исправляет её; в сем-то виде и под сими чертами надлежит её принимать в нежную связь; убегайте её, когда она с кинжалом в руке устремляется по стопам фурий, когда она стонет, когда вопиет у могилы, ею самою ископанной, и смешивает кровь свою с кровью, пролитою от неё самой.

Беспокойная Астрея гораздо любезнее неистовой Медеи.* Надобно всегда быть разборчивым, а не ревнивым; разборчивость всегда нежна; ревность часто бывает жестока.

Большая часть мужчин и женщин неправо упрекают друг друга в неверности. Они прежде клялись в горячей любви, в любви взаимно внушённой симпатиею. Изменив истине, которою они тогда свидетельствовались, должны ли они удивляться, что сделались вероломными в любви? В свете мало любят, а только забавляются. Говорить в нём о любви без шуток, значило бы подвергнуть себя посмеянию. Однако же, в глазах истинной честности любовник и любовница неверные равно презрительны. Перестать любить по непостоянству – есть погрешность естественная; изменить любезной – всегда есть порок любовника.

______________________

Мысли

Во младенчестве нужно, чтоб женщин охраняли родители, в молодости муж, в старости дети; ибо женщина никогда не должна иметь свободы.

Вишну-Сарма*

Юность, великое богатство, высокая порода и неопытность, каждое в особенности, есть источник разорения. Какой же будет жребий того злосчастного смертного, в коем все они будут соединены?

Он же.

Все жалуются на слабую память, но никто не жалуется на слабый ум.

Люди ни на что не бывают так щедры, как на советы.

Считать себя умнее других, есть верное средство быть обманутым.

Сохранять здоровье строгою воздержанностью есть самая скучная болезнь.

Роше-Фуко.*

Двор без женщин – то же, что год без весны и весна без роз.

Франциск I, ф. к.*

Самолюбие есть бог женщин.

Сегюр.*

Коль ум небесный огнь, печь наша голова,

Что ж наши знания? Солома и дрова.

Нахимов.

На что ты хочешь знать, завтра, или ещё через несколько лет должно тебе расстаться с жизнью? Благодари судьбу за то, что она скрыла от тебя последний час твой. День пройдёт, ты всё ещё можешь надеяться; год пройдет, всё ещё можешь не отчаиваться, но если бы ты знал свой роковой час, не стал ли бы ты, робко считая дни свои, беспрестанно томиться?

Гонорский (в духе Горация и Тибулла).*

_________________

III

СМЕСЬ

1

Песнь французская

Я слышу, что донские

За Рейном козаки.

Дай Бог в Париж им самый

На час хоть заглянуть!

___

Пусть станут жечь здесь до̀мы,

И между тем тот дом,

В котором обитает

Любви моей предмет.

___

Я ветра бы скорее

И молнии быстрей,

Влетел в окно Жанеты

И вынес бы её!

___

А если б захотели

Красавиц полонить,

Я взял бы саблю в руку

И пред Жанетой стал.

___

Хоть говорят: поэты

Красавицам не щит,

Молчите, петиметры...*

Не вы ли щит красе?

___

Пусть руку отрубили,

Ещё другая есть,

Когда б и сей лишили,

Схватил бы в зубы меч!

___

Сражался бы дотоле,

Доколе голова,

О радость! – не упала

К Жанетиным ногам!

___

Она тогда б узнала,

Как я её любил –

Быть может – плакать стала,

Нет, много для меня!

___

Хотя бы две слезинки

На труп мой пролила,

Я был бы сим доволен

И с лѝхвой награждён!

___

Нет – милая Жанета!

Прошу одной слезы,

Дабы мне не остаться

Перед тобой в долгу.

___

Я больше жить не буду,

Чем долг мне заплатить?

В земле зарытый буду…

Быть плутом не хочу.

___________________

2

Эпиграмма Харьковскому Демокриту

Для друга тайны нет, ему душа открыта,

Вот дружеский совет, как время сокращать:

Советую тебе журналы все читать,

Не тронь лишь Демокрита.

_______________

3

Комплимент Харьковскому Демокриту

Явился новый Демокрит,

Который прежнему* ни в чём не уступает

И также чудеса творит:

Тот сон производил, а этот сна лишает.[4]4
  Издатель замечает господину, написавшему так хорошо эпиграмму на «Харьковского Демокрита», и господину, польстившему столь тонко «Харьковскому Демокриту», что ежели бы вздумали бы они присылать свои пиесы в Журнал его, то «Харьковский Демокрит» взял бы верх над всеми подобными изданиями.


[Закрыть]

_______________

4

Несчастие и несчастие

Несчастие большое,

Когда есть аппетит,

Да не за что купить.

Но тот несчастлив вдвое,

Имеет кто чем жить,

Да брюхо не варѝт.

Мслвч.

________________

5

Лиза

(Песенка)

О Лиза, рай души моей!

Моё едино утешенье!

О Лиза, в власти всё твоей –

Прервать – продлить – моё мученье.

___

Захочешь – весел я тотчас;

Желаешь – и страдаю,

О женщины, кто знает вас, –

А я не постигаю!

___

Смешные мира мудрецы!

Начто вам заходить далёко?

Начто вам там сводить концы,

Людское где не видит око?

___

Начто вам трогать небеса,

Гром, молнию и бури?

Вот Лиза вам – моя краса,

Занятье, балагуры!

___

Извольте вы мне описать

Её прелестнейшие взгляды,

И мне причину рассказать:

Зачем терплю от них досады?

___

Зачем от сих же самых глаз,

Являющих мне муку,

В минуту – весел я сто раз? –

Сию мне объясните штуку!!

___

Я вижу, труден мой вопрос, –

В тупик вы стали от Лизеты,

Повесили свой красный нос; –

То как вам разбирать планеты?

___

О Лиза! рай души моей,

Мудрейших – преткновенье!

Ты – цель одна мне в жизни сей,

И мой удел – прельщенье!!

__________________

6

В альбом А. И. М.

Вы дали мне альбом,

Чтоб написать в нём строчку;

Я к вам почтением влеком,

Одну поставлю точку.

Мслвч.

_______________

7

К А. Д. С.

Помыслю ль я о чём – ты мысли прерываешь,

Промолвлю ли я что – ты первая в словах...

О, образ ангельский! Почто меня терзаешь?

Уже ль я осуждён жизнь кончить во слезах?

___

Сокровище души, жизнь сердца... Ангел мира!

О, Саша, кем дышу и для кого живу!

Скажи, какая власть, скажи, какая сила

Влечёт меня к тебе во сне и наяву?..

___

Как то назвать в тебе, чем так я восхищаюсь,

Чем очарован я, как вышним существом…

На что смотря... всегда немею, изумляюсь...

А сердце говорит: пади пред божеством!

Фёдор Зеленский.

_______________

8

Не хочу

Люди добрые, винюся,

Верьте, право не шучу.

Перед всеми признаюся,

Что жениться я хочу.

___

Женщин много в белом свете,

Я тотчас жену сыщу.

«Маша, ты одна в предмете;

Согласишься ль?» – «Не хочу».

___

Покраснел; – не я виною,

К Лизе грасы подпущу;*

«Будь моею ты женою –

Лиза, ангел!» – «Не хочу».

___

Вот какая мне причина!

Но уж я не замолчу.

«Купидончик! – Катерина!! –

Дай мне ручку!» – «Не хочу».

___

Мне робеть ведь непригоже,

Вот вам всем я отплачу.

Подойду смелей к Надёже:

«Вот вам сердце!» – «Не хочу».

___

Ах, какая доля слезна!

Я робею и – грущу.

«Пашинька, хоть ты любезна.

Осчастливи». – «Не хочу».

___

Нет жены! Я время трачу;

Дай-ка муки сокращу.

Перед Сонечкой заплачу –

«Ах! Решится ль?» – «Не хочу».

___

Нет удачи! – Участь люта!

Я насмешкам отомщу.

Вот красоточка Анюта;

«Будь моею!» – «Не хочу».

___

Тъфу ты пропасть! Признаюся,

Я сержуся и ворчу.

Дай-ка к Саше подвернуся –

«Сжалься, Саша!» – «Не хочу».

___

Знать, моя несчастна доля!

По-пустому всё ищу…

Ба! – Но вот блондинка Оля.

«Не угодно ль?» – «Не хочу».

___

Милы женщины, внемлите,

Всем я громко вам кричу:

«За меня скорей идите». –

Все кричат лишь: – «Не хочу».

___

Нет удачи! Всяк хохочет: –

Так и я захохочу.

Коль никто идти не хочет,

Так и я уж не хочу!

Г. Квитка.

_________________

9

Решение Аполлона на неправоту жалоб по врачебству

«Ах! Аполлон, – врачей в Укра̀ине не стало;

Несчастный смертных род падёт от коновалов!..» –

«Постой страдательный рифмач,

Не вой, несправедлив твой плач;

Смекни. – Кто? Что? Где? Как? Тут действо, тут причина.

Ведь к коновалам лишь относится скотина,

А человек идёт по классности к врачу.

Сказал бы и ясней, да многих огорчу».

С.

_________________

10

ЭПИТАФИЯ

Бугозилу

Здесь Бугозил зарыт приятелей стараньем.

Убит лечением, а вовсе не хвораньем.

С.

________________

11

Послание

Читал я, дорогой Вернет, твои стихи.*

Они, как мысль твоя, свободны и легки;

То нежны, то остры, для перемены ва̀жны;

А инде даже и отважны:

Какие любит вкуса бог,

Который и вдохнуть тебе один их мог.

Итак, с поэзией прощаешься напрасно,

Когда поёшь ещё прекрасно.

Что значат сорок лет?

У муз им счёту нет.

К чему считать печально годы

Любимцу граций и природы?

Отстав от них, чем жизнь наполнишь ты?

Что может заменить их сладкие мечты?

Увы, в ней будут пустоты̀!

Какая страсть достойна в мире

Того, кто мог играть на лире?

Алчба ли почестей, презренного ль сребра?..

Вернет, не оставляй здесь лучшего добра!

Поповский пустынник.*

15 октября 1809 года.

__________________

12

В альбом

Что написать в альбом Лизете?

Её милее нет на свете!

_________________

13

Алмазы и стразы

(Истинное происшествие)

«Любезный Дмитрий, ты напрасно

Надел с брильянтами кафтан,

Тебе по вечерам ходить небезопасно», –

Сказал так Дмитрию Степан.[5]5
  Даже имена нарочно те самые оставлены.


[Закрыть]

Не беспокойся, брат, – ведь Дмитрий

Не прост, а сам довольно хитрый,

Об этом он уж рассуждал,

И превратил брильянт в хрусталь!

Сие подслушавши, Евгений,

У коего проворный гений,

Димитрию так говорил:

«Нехорошо ты поступил.

Добро, пускай бы за алмазы

Тебя убили – так и быть –

А то смешно, как уж – за стразы

Да не велят на свете жить!»

________________

14

К Простеньке

Напрасно, Простенька, имеешь ты сомненье,

Что я престал любить!

Ах! Нет, любви моей ничто не охладит.

Я буду век любить, мой друг, – твоё именье!

Мслвч.

_______________

15

ПЕСНЯ

Первые чувства любви

Сидя̀ в уединенье,

Крушуся я тоской;

И день и ночь мученья

Смущают мой покой.

___

То вздохи и стенанья

Всю грудь мою теснят;

То слёзы от рыданья

Лице моё кропят.

___

Что сделалось со мною,

Сама не знаю я?

Какою злой стрелою

Пронзенна грудь моя?

___

Зачем вертѝтся часто

Эраст в моём уме?

Зачем всегда Эраста

Я вижу и во сне?*

___

Зачем сердечко бьётся,

Зачем вся кровь горит,

Когда он мне коснётся,

Иль речи говорит?

___

Зачем всегда желаю,

Чтоб думал он о мне?

Зачем воображаю

С ним быть наедине?

___

Хотела б изъясниться,

Сама не знаю в чём; –

Ни слово не годится,

Что в сердце есть моём.

___

Не это ли зовётся

Любовью у людей?

Так пусть же сердце бьётся

Для милого сильней!

___

Пусть люди так сяк судят

И в грех сочтут любить;

Но вечно не принудят

Эраста позабыть.

___

И грусти и мученья

Для милого сносить.

Есть сердцу утешенье, –

Отрада слёзы лить.

___

Хотя бы рок злосчастный

Мне все беды̀ навлек,

Однажды ставши страстной,

Я страстной буду век!

Срз.

_______________

Конец первой части.*

Несколько слов к читателям

Издателю изъявили некоторые из читателей его журнала своё удивление, в рассуждении помещения некоторых статей, которые не относятся собственно к Демокриту.

Ошибка издателя состоит в том, что он не означил сих статей, как у него в объявлении было сказано.

Итак, для избежания подобных случаев, он должен сказать и то, что весёлый Демокрит не всегда должен быть зубоскалом; веселие не всегда изображается громким хохотом, часто одна улыбка, разливающаяся по довольному лицу, живописует душевную радость; и потому он надеется, что некоторый статьи в сей книжке и в последующих, по содержанию приятные только – а не забавные, не будут признаны (даже слишком строгими судьями) за статьи разнородные.

__________________

Примечания редактора интернетной публикации

«Харьковский Демокрит» – первый по времени журнал в Украине (наряду с журналом «Украинский вестник», который начал издаваться одновременно и печатался в той же типографии). Периодическое литературное издание преимущественно юмористически-сатирически-иронического направления. И первое периодическое издание, где напечатаны тексты на украинском языке. (Первые части «Энеиды» Ивана Котляревского были напечатаны ещё раньше, но то было издание книжное, а не периодическое). Однако в основном – тексты на великоросском. Печатался «Харьковский Демокрит» в типографии Харьковского университета. Издавался в 1816 году ежемесячно с января по июнь включительно. В журнале печатались сочинения авторов Слободской Украины (то есть Слобожанщины – северо-восточных областей Украины), а также переводы ими текстов зарубежных литераторов. Всего издано шесть книжек журнала (или шесть связок, как называл его номера основатель и издатель). Демокрит – древнегреческий философ, известный, кроме прочего, хорошим чувством юмора и весёлым нравом. «Харьковским Демокритом» издатель назвал свой журнал по аналогии с петербургским журналом «Демокрит», которого было издано всего лишь два номера. В данной интернетной публикации тексты приведены в основном в соответствие с нынешним великоросским правописанием. Но местами сохранены особенности этого языка начала девятнадцатого века для исторического колорита.

Декан Гавриил Успенский – Гавриил Петрович Успенский (1765-1820) – историк, профессор Харьковского университета.

Бедный харьковский пиит… – Это стихотворное письмо неизвестного поэта к издателю «Харьковского Демокрита» – мистификация, поскольку настоящим автором этого текста является сам издатель журнала, Василий Маслович. Так считал украинский литературовед Иван Ерофеев, высказавший эту мысль в статье «Перший журналіст на Слобожанщині», напечатанной в 1925 году в журнале «Червоний Шлях», № 10 (31). Маслович неоднократно мистифицировал читателей, публикуя в «Харьковском Демокрите» некоторые собственные сочинения под видом присланных ему, дескать, другими людьми текстов.

… как Ир, убогий… – персонаж поэмы Гомера «Одиссея», нищий, просящий милостыню. Ир – его прозвище, а настоящее имя – Арней.

Свешникову похвалить. – Осип Леонтьевич  Свешников (1785-1847) – московский купец, издатель, книгопродавец.

Меня глава твоя – его родили ноги… – Согласно древнегреческой мифологии, богиня мудрости Афина Паллада (у римлян Минерва) родилась из головы Зевса (Юпитера), а бог веселия и виноделия Дионис или Вакх (Бахус) – из его бедра.

… от Киприды… – Киприда – одно из прозвищ богини любви Афродиты (Венеры), родившейся на Кипре.

… сынка Семелина… – Хотя Дионис или Бахус и родился окончательно из бедра Зевса, однако он был зачат женщиной Семелой, любовницей Зевса. Она погибла, имея во чреве недоношенного сына, поэтому Зевс, чтобы спасти ему жизнь, переместил зародыша себе в бедро и выносил, пока тот из бедра и родился.

… пиша свои мыслете… – В былые времена каждая буква русского алфавита обозначалась словом: буква «а» – словом «аз», буква «б» – словом «буки», буква «в» – словом «веди», буква «д» – словом «добро» и так далее. Букве «м» соответствовало слово «мыслете». Шуточное выражение «писать мыслете» значило – выделывать ногами движения, будто человек пытается написать ими букву «м»: так говорили о походке пьяного.

Ибея бедная покою не найдет; Зато уж и жених удалый ей достался… – Дочь Зевса и Геры Геба (названная тут Ибеей) во время пиров богов подносила им кушанья и напитки, пока её на этом поприще не заменил похищенный Зевсом с земли юноша Ганимед. Женихом и затем мужем Гебы стал Геракл.

… по красоули… – Красоуля – большая чаша для вина (первоначально употребляемая в монастырях).

Срз. – Иван Евсеевич Срезневский (1770-1819), поэт, сатирик, переводчик, учёный-лингвист, профессор Харьковского университета, отец Измаила Срезневского.

Нахимов – Аким Николаевич Нахимов (1782-1814) – украинский (харьковский) русскоязычный поэт-сатирик, баснописец, педагог, выпускник Харьковского университета. В «Харьковском Демокрите» его сочинения публиковались посмертно.

Мслвч. – Василий Григорьевич Маслович (1793-1841) – украинский (харьковский) поэт, юморист, сатирик, баснописец, журналист, учёный-филолог, выпускник Харьковского университета, основатель и издатель журнала «Харьковский Демокрит», а также автор большинства печатавшихся там текстов.

… с Жилблазом… – Жиль Блас – главный герой плутовского романа «История Жиля Бласа из Сантильяны» французского писателя Алена Рене Лесажа (от имени Жиля Бласа и написан этот роман). Роман писался и публиковался изначально частями с 1715 по 1735 год. Был очень популярен в разных странах и имел множество подражаний, в том числе и в русской литературе второй половины восемнадцатого и первой половине девятнадцатого веков. И один из авторов «Харьковского Демокрита», Григорий Квитка (Основьяненко), свой роман-эпопею «Жизнь и похождения Петра Степанова сына Столбикова, помещика в трёх наместничествах. Рукопись XVIII века» тоже написал в какой-то степени под влиянием романа про Жиля Бласа.

С Скотининым Тарасом? – Тарас Скотинин – персонаж комедии Дениса Фонвизина «Недоросль» (1782 г.) – грубый невежественный человек.

загомозит – закопошится, завозится, забеспокоится…

Полядвицы – Полядвица – блюдо западно-украинской, польской и белорусской кухни; вяленая или копчёная особым образом свинина или говядина.

Туссен с Христофом помирился, Миранда в Мексике женился… – Туссен (Франсуа-Доминик Туссен-Лувертюр, 1743-1803) – лидер гаитянской революции, в результате которого Гаити стало первым независимым государством Латинской Америки. Анри Кристоф (1767-1820) – соратник Туссена, а с 1811 года – король Гаити. Не ясно, о каком примирении (и, значит, о разладе до того между ними) идёт речь. Франсиско де Миранда-и-Родригес (1750-1816) – руководитель борьбы за независимость испанских колоний в Южной Америке. Революционер, национальный герой. Участник Великой французской революции.

… случится Бонапарту Нечаянно взглянуть в ланкарту… – Устаревшее слово «ланкарта» или «ландкарта» означает просто – географическая карта. В ущелье с похожим названием Ланкарт 26 июля 1799 года состоялось сражение между французами и австрийцами. Но, очевидно, тут имеется в виду карта, а не ущелье.

… о Феб… – Феб – одно из прозвищ бога Аполлона, покровителя искусств.

Прещеньем дышащий… – Прещение – угроза.

… студёный Аквилон… – Имеется в виду холодный северный ветер. Аквилон – в римской мифологии бог северного ветра, аналог греческого Борея.

А Короли? Мюрат, Евгений и Жером… – Йоахим Мюрат, король Неаполя, шурин Наполеона; Эжен Богарне, вице-король Италии, пасынок Наполеона; Жером Бонапарт, король Вестфалии, брат Наполеона.

В смиренной ризе Феш! – Жозеф Феш, французский кардинал, дядя Наполеона.

Филиппов сын и Карл… – Александр Македонский (сын царя Филиппа) и Карл Великий, прославившиеся военными завоеваниями.

Измайлова, Отечества и Глинки… – Александр Ефимович Измайлов (1779-1831) принимал участие в издании четырёх журналов; в период выхода «Харьковского Демокрита» он издавал журнал «Санкт-Петербургский вестник». «Сын Отечества» – журнал, издававшийся в Петербурге с 1812 года; в 1817 его издателем станет вышеупомянутый Измайлов. Сергей Николаевич Глинка (1775-1847) – издатель журнала «Русский вестник».

Из Берниса – Видимо, это перевод текста французского литератора Франсуа Жоакима де Пьера де Берни (1715-1794), поэта, мемуариста, эссеиста, известного также как кардинал, политик и дипломат.

Источник Воклюзский, могила Лауры, берега Линьона… – Воклюз – карстовый родник на территории французского департамента с тем же названием; могила Лауры (которой Франческо Петрарка посвятил множество стихов) – в городе Авиньоне, в том же департаменте Воклюз; речка Линьон – один из притоков Луары, протекает в одном из живописнейших ландшафтов Франции.

Беспокойная Астрея гораздо любезнее неистовой Медеи. – Пастушка Астрея (названная так в честь греческой богини справедливости) – главная героиня большого пятитомного пасторального романа «Астрея» французского писателя Оноре д′Юрфе (1568-1625). Заподозрив в неверности своего возлюбленного пастуха Селадона, она его отвергла, после чего он в отчаянии попытался покончить с собой, бросившись в воду реки; решив, что он погиб, Астрея тоже попыталась утопиться. К счастью, оба возлюбленных были спасены. Медея – персонаж греческой мифологии и множества литературных сочинений. Обезумев от ревности к своему мужу Ясону, она, чтобы отомстить ему, убила своих рождённых от него детей.

Вишну-Сарма. – Вишну-Шарма или Вишнушарман, легендарный древнеиндийский сказитель, персонаж эпоса «Панчатантра», где он излагает множество сказок и басен, героями которых выступают разные животные. Издатель «Харьковского Демокрита» Василий Маслович в своём опубликованном отдельной книгой труде «О басне и баснописцах разных народов, известие об их жизни, с некоторыми замечаниями на их басни, и самые басни оных» замечает: «Многие сего Вишну-Сарму почитают за первейшего баснописца…»

Роше-Фуко. – Очевидно, имеется в виду Франсуа VI де Лярошфуко (1613-1680) – герцог, принц де Марсильяк, выдающийся французский писатель-моралист, автор «Мемуаров», сборника афоризмов «Максимы».

Франциск I, ф. к. – Франциск Первый (1494-1547) – французский король между 1515 и 1547 годами из династии Валуа.

Сегюр. – Вероятно, граф Луи Филипп де Сегюр (1753-1832), французский дипломат, посол в России во время правления Екатерины Великой, автор «Записок о пребывании в России».

Гонорский (в духе Горация и Тибулла). – Разумник Тимофеевич Гонорский (1791-1819) – филолог, журналист, переводчик, поэт, выпускник Харьковского университета, один из редакторов журнала «Украинский вестник». Квинт Гораций Флакк и Альбий Тибулл – выдающиеся древнеримские поэты. (Об их творчестве Гонорский рассуждает, между прочим, в своей книге «Опыты в прозе», напечатанной в типографии Харьковского университета в 1818 году).

Молчите, петиметры... – Петиметр – молодой повеса-француз, франт, или русский молодой дворянин, рабски подражающий этому французскому образцу.

Который прежнему… – Имеется в виду петербургский журнал «Демокрит».

… грасы подпущу… – Грасы – нежности, приятности, любезности.

Г. Квитка. – Григорий Фёдорович Квитка (литературный псевдоним – Грыцько Основьяненко; 1778-1843) – украинский прозаик и драматург, основоположник украинской художественной прозы и один из основоположников украинского театра (наряду с Иваном Котляревским), общественный деятель. Именно в «Харьковском Демокрите» он дебютировал как литератор, с юмористическими стихами на великоросском языке, а также в «Украинском вестнике» (будучи одним из его редакторов), с юмористическими письмами от имени некоего Фалалея Повинухина, и с обзорами харьковских новостей, тоже на великоросском языке.

Читал я, дорогой Вернет, твои стихи. – Иван Филиппович Вернет (Жан Верне, 1760-1825), широко известный в своё время в Харькове писатель, педагог и журналист родом из Франции (т.е. того ее региона, который при его жизни входил в состав Швейцарии, из-за чего Вернета в Харькове называли швейцарцем), знакомый, почитатель и отчасти последователь Григория Сковороды (но и критик его нрава). Тексты Вернета печатались в харьковских изданиях, в том числе в журнале «Украинский вестник».