Текст книги "Врачеватель Его Высочества (СИ)"

Автор книги: Юлия Эллисон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)

Глава 31

Я уже вся извелась в ожидании, даже велела принести прямо в операционную книгу и села читать, попутно следя за показателями, благо что стерилизатор мне сделали весьма удобный – кладешь предмет в коробочку и достаешь спустя минуту уже стерильный. Нам бы такой в мир, красота же! Вот и книжку простерилизовала, а теперь сижу, читаю про обычаи ушастых, сравнивая, насколько местные эльфы отличаются от драконов в быту.

Пока получалось, что никак, но это ж мы только с одной стороны видели, наверняка разница должна быть. А так… тоже недолюбливают людей, все из себя важные задиры, правда, природу любят, но драконы вроде тоже комнатные цветы не душат по ночам…

– Мы нашли! – Верт завалился в операционную едва дыша, протягивая целую охапку разнообразных спиц. – Взяли все! Надеюсь, что-то подойдет.

За ним в комнату спокойно просочился Даниэль, окидывая меня ревнивым взглядом, но я последние полчаса тихо сидела, читала… А про то, что делала до этого, ни за что не расскажу!

– Все нормально? – Дракон осмотрел помещение, словно надеялся найти какие-то улики моей неверности. Ага, сейчас! Пусть я и не Шерлок Холмс, но проколоться в такой малости себе точно не позволю.

– Да. – Быстро встала, глядя на спицы. – Простерилизовали?

– Конечно! – Верт преданно кивнул. – Так что с ними делать?

Я вздохнула. Да уж. Может, и воспитаю нормального врача, жаль лишь, что у нас ни литературы, ни учебных пособий, но научится со временем. Может быть, даже получится не просто ассистент, а второй хирург для этого мира. Тогда отдам ему простые операции. Будет здорово.

– Смотри. Этот участок кости сросся неправильно, и получилось неровно, – вновь раскрыла пациента и указала на гладкую часть кости, а затем на ту, что бугрилась волнами. – Я уже почистила все от лишнего, смотри, но вот тут связки придется подшивать после того, как уберем этот бугор. Выпилим участок, выберем более-менее здоровую часть и попробуем пересобрать кость так, чтобы не было укорочения и костная ткань могла срастись нормально. Вот тут место крепления мышц, нам повезло что место выбрано так, что на них не попало…

Очень долго объясняла теорию, видя, что парнишка действительно заинтересован в этих знаниях. Аж глаза горят. Затем взяла пилу, расчертила места, где следует провести удаление кости, и велела ему пилить, внимательно следя, чтобы он был осторожен, отчего Верт и вовсе пришел в восторг, но не отнесся к этому, как к заготовке леса, а со всем вниманием и аккуратностью.

Затем мы долго забивали молотком спицы, сшивали связки, финально промывали… Так что зашили пациента, уже когда действие снотворного вот-вот должно было закончиться.

Устало сползла на стул, ощущая, как спина горит от многочасовой работы, по лбу стекает пот, а желудок уже орет от голода. Рядом упал Верт, но, в отличие от меня, у парнишки глаза горели явным азартом.

– А у людей тоже так можно? – уточнил он.

– Можно, – кивнула. – Даже нужно, если есть необходимость. Но это мы с тобой лишь крошечную часть всей хирургии затронули. Как научишься читать, засажу тебя зубрить кости, связки, мышцы… сначала сдашь мне теорию, а потом уже будешь допущен к практике. Постараюсь поделиться всеми знаниями, что смогу. Но нам бы учебников… – вздохнула о несбыточном.

И в этот момент наш пациент наконец очнулся, тихо застонав и попытавшись пошевелиться.

– Спокойно! – сразу подскочила к нему, забыв про голод и усталость. – Лежи, не шевелись. Сколько пальцев?

Показала три пальца. Не знаю, как действует местный наркоз, но надо изучить.

– Три, – прохрипел дракон. – Горло болит…

– Это от трубки. Дыши спокойно, скоро пройдет, – пообещала. – Пить пока нельзя, так что потерпи.

Авриэль едва заметно кивнул.

– Как прошло? – Он устроился на кушетке чуть удобнее, прикрыв глаза и сжав зубы. – Болит…

Кивнула, набирая в шприц обезболивающего. Вот что болит – верю.

– Сейчас поставлю укол… – приспустила простынь с его округлого зада, с хлопком всандаливая ему обезбол. Дракон вздрогнул.

– Эй! – возмущенно шикнул он.

– Лежи! – рыкнула в ответ, потирая уже свою поясницу. Болела та знатно. Еще бы – несколько часов внаклонку, проводя операцию…

– Ольга, все хорошо? – неожиданно решил подать голос Даниэль, подходя поближе. – Болит? – обеспокоенно уточнил он.

– Болит, – вздохнула. – Но главное, что операция прошла хорошо, – успокоила Авриэля. – Я не знаю, как работают эти ваши магические штучки и не исчезнут ли спицы, если ты уберешь крылья, так что не вздумай этого делать, пока не заживет все окончательно. Экспериментировать будем на чем-то попроще, а мне совсем не улыбается начинать все с нуля, если спицы исчезнут.

Авриэль едва заметно пошевелился.

– А лежать мне долго? И сколько будет заживать?

Я пожала плечами.

– Если бы ты был человеком, я бы сказала, что минимум полгода. Но ты не человек, так что не знаю. Сделаем рентген через месяц и посмотрим. А сейчас еще надо полежать. Я рада, что отходняка у тебя нет, как бывает от наркоза, но все же кость необходимо зафиксировать, для этого я сейчас загипсую крыло. Затем еще немного полежишь, чтобы организм пришел в себя после вмешательства, и можешь потихоньку вставать, если все будет хорошо. Но в ближайшие часы не усердствуй, лучше дольше полежать и восстановиться, чем потом бороться с последствиями.

– Я понял.

– Верт, принеси гипс. Это тот порошок, который я разводила, когда гипсовала руку ребенку. И бинты.

Парнишка умчался, в то время как Даниэль начал слегка массировать мне спину.

– Знаешь, я не думал, что твоя работа такая сложная, – выдал он спустя пять минут массажа.

Я даже глаза прикрыла и блаженствовала. Не уверена насчет характера, но руки у этого мужчины определенно потрясающие. Еще бы лечь самой на кушетку, и чтобы он нормально промял гудящие мышцы…

– Вот все! – Верт вернулся разочаровывающе быстро. Массаж только-только перешел на самое гудящее место. Но работа есть работа.

– Спасибо. – Приняла все нужное, поражаясь парнишке, продумавшему и то, что мне понадобится вода.

Молодец, запомнил!

– Значит так. Я сейчас загипсую, однако у нас шов, и надо будет гипс снимать для перевязок, но как его наложить на крыло верно – не знаю, так что буду экспериментировать. Насколько помню, птицам просто привязывают крыло к туловищу, как быть с человеком не уверена. Но постараюсь сделать так, чтобы не сильно мешалось.

И начался новый этап операции под названием «загипсуй то, что плохо лежит». Кто бы мог подумать, что зафиксировать кость в таком месте, может быть так сложно! В конце просто наляпала почти по всей длине крыла пропитанных гипсом бинтов и плюнула на то, что я потом замаюсь это снимать… Ничего. Завтра, если что, распилю это все для перевязки. А за ночь, может, придет в голову что-то поумнее, чем то, что я сделала сейчас.

Выдохнула, утирая пот со лба, закончив.

– Все… – Посмотрела на темень за окном. – Верт, вызови кого-то из твоих коллег, слабых разумом, и пусть они посидят тут. Два часа следить за состоянием Авриэля. Затем можно помочь переместиться к нему в комнату. Пить можно будет через час. Есть через три часа. До туалета идти осторожно, крыло не трогать, им не двигать. Вернется болевой синдром, сразу зовите меня, я обезболю.

Парень кивал в такт моим словам. Я же жадно посмотрела на задумчивого принца.

– Жрать, спать, развлекаться! Именно в таком порядке, – озвучила и с трудом заставила себя пошагать на выход. Кажется, коленки уже начинали дрожать.

Все же операция вышла весьма сложная, и не каждый день я ставлю подобные конструкции. Но результатом довольна. Посмотрим, как это заживет и сможет ли дракон потом летать. Но я же в магическом средневековье. Должны же здесь быть чудеса?

Глава 32

– Я не думал, что это… так, – неопределённо протянул принц, разминая мне поясницу, пока я сытая блаженно валялась на его огромной кровати и едва ли не мурлыкала.

– Как «так»? – уточнила.

Я сейчас была готова на все, лишь бы он не останавливался.

– Сложно и долго. Кстати, когда ты была занята делом, у тебя даже запах изменился, ты вся словно… светилась изнутри.

Хмыкнула.

– Насчет запаха не знаю, разве что потом стала вонять, но я очень люблю свою работу, – поделилась, застонав от удовольствия, когда мой спящий красавец как-то особенно хорошо надавил. – Тебе надо было идти остеопатом, – поделилась наблюдением, слыша, как в моей спине что-то щелкнуло, но боли не было.

– Это кто? – тут же заинтересовался парень, продолжая делать что-то волшебное своими руками. – Можешь лечь чуть повыше, я посмотрю шею.

– Это врач, который с помощью нехитрых манипуляций, вставляет кости на места-а-а. – Снова застонала от облегчения, когда вновь что-то хрустнуло и кровь словно бы потекла лучше, давая дополнительный резерв бодрости, а то я уже почти уснула.

– А. Ну нас просто этому учат.

– Чему? – Господи, как же хорошо…

– Массажу.

– Мда? – удивилась. – В качестве факультатива?

Ну в самом деле. Знание это не такое уж повсеместное в нашем мире, хотя, безусловно, приятное!

– Нет. У нас очень тяжелые физические тренировки в академии, и знать, как разогнать мышечную боль после напряженной стычки с мечами, – очень важно.

Выдохнула, не в силах передать, как мне нравится то, что дракон сейчас делает. Это был не то чтобы обычный массаж, скорее, он нажимал и разминал какие-то определенные, известные только ему точки.

– Не знала, что вы и на мечах умеете.

– Нас учат всему, что может защитить. – Я буквально слышала улыбку в его голосе. – Угроза со стороны орков до конца не разрешена, а их территории с нашими совсем рядом… Так что мы должны быть настороже и уметь защитить себя.

– И часто у вас тут войны? – Мир сменился – а проблемы одни. Надо же… кто бы мог подумать.

– Нет, не особо. Скорее, какие-то локальные стычки больше с теневыми группировками. Но лучше быть готовым ко всему, чем в нужный момент растеряться.

– Ну если рассматривать с такой точки зрения…

– А в вашем мире есть войны? – спросил кронпринц.

Я же едва не рассмеялась.

– О! Еще какие. Только у нас не как вы – магией шарахают. А сразу ракетами, когда много народу умирает разом. Так что не советую воевать с людьми. Они такое придумают – потом все разом вымрете.

Даниэль явно мне не поверил, но тему развивать не стал.

– А что насчет остального? – тихо спросил он, уже просто поглаживая мои плечи.

– Чего, например?

– Науки, образования. Судя по твоим рассказам, ты поражена, что наши люди необразованны. Значит, у вас многие получают образование?

– Многие? – фыркнула. – Да все! Школьное одиннадцать лет, потом институт или колледж. Вот тут уже отсеивается какая-то часть, но большинство все же заканчивает хоть что-то из озвученного мной. А там уж работа, повышения квалификации и все прочее… Образование очень важно в нашем мире. Если ты не умеешь читать и писать, тебя даже дворником улицы мести не возьмут.

– В самом деле? – Кронпринц явно заинтересовался. – А что такое «школьное»? Это какие-то особые навыки, которые в детях должны воспитать родители?

Я вздохнула. Порой с этой их магией забываешь, что в дремучем средневековье. Ведьм на кострах не жгут, и на том спасибо.

– Нет, это специальные учреждения, куда ходят все дети. Всех каст и сословий. Даже рас. В каждом городе есть свои школы, даже в деревнях они есть чаще всего. Там учатся все на равных – писать, читать, считать. Познают этот мир на физике, биологии, обществознании, истории, химии. Занимаются языками. Получают базовые навыки и умения для жизни.

– Удивительно! – Даниэль сполз с моей спины и прилег рядом, глядя на меня серыми омутами восторженных глаз. – То есть любой может там учиться? Но это же дорого!

– Нет, – улыбнулась, глядя на совершенные черты лица, – там один учитель сразу на несколько классов, которые меняются в течение дня. То есть на школу приходится, допустим, три учителя математики, русского. Остальных по одному – два. И вот каждый класс, состоящий из тридцати человек, по очереди в течение дня ходит на все эти занятия, получая разом все знания от каждого. Это удобно. К тому же школьное образование для всех бесплатно. Платит государство. А то берет деньги из налогов, которые платит каждый рабочий. У вас же есть налоги? – заинтересовалась теперь уже я.

– Любопытно. «Налоги» у нас нет, но есть обязательные сборы, собираемые ежегодно.

Я улыбнулась. Вот мы и нашли слова, которые местные не знают. А то я уже думала, они здесь совсем всезнающие и разговаривают на нашем языке как любой современный человек.

– Кстати, я так и не поняла, что здесь с языками? Почему вы все говорите по-русски?

– Как? – удивился дракон. – Уверяю тебя, я не знаю такого языка. Это ты говоришь по-нашему.

Подняла брови.

– Языки совпадают? Удивительно.

– Нет. Это особенности межмирового перехода. Особая магия портала. Когда тебя проводят сквозь него, ты автоматически перестраиваешься на язык той местности, где портал находится. Так ты выучила драконий.

То есть это не русский?

– Стоп! Но я писала, и Авриэль понимал мои каракули. Да и я ваши книги читаю без проблем!

– Конечно! – Даниэль кивнул. – В этом и заключается магия. Даже если бы ты принесла книгу из своего мира, она бы тоже «перевелась» на наш язык. Я же говорю – магия.

Так. Стоп. Это что же получается?

– То есть вся аппаратура не на русском теперь?

– Да, конечно.

– Но я не вижу разницы!

Драконище откинулся назад и вальяжно разлегся посреди кровати, тогда как я скромно притулилась с краю.

– Конечно не видишь. Ты и не должна видеть. Твое сознание полностью перестроилось на наш лад. Теперь наш язык – словно родной для тебя. Но да, когда ты начинаешь говорить всеми этими незнакомыми терминами, должен признать – звучит весьма странно. Возможно, их ты как раз произносишь на своем языке.

Эм… То есть я тут по-быстрому в полиглотки заделалась, а мне даже никто не сказал?! Возмущенно уставилась на дракона.

– А если я захочу в свой мир сходить, я как буду там общаться?!

– Нормально. Ведь при переходе через портал ты вновь с помощью магии вернешь свой язык и будешь говорить на нем спокойно. Это магия порталов. Она стара как мир. Именно поэтому порталов так мало в мирах и работают они так редко – представляешь, что могло бы быть, если бы дракон перешел на границу к эльфам порталом, а обратно вернулся своим ходом? Он бы начисто забыл свой язык!

Представить сложно, но допустим.

– Вот иногда вас слушаешь – мир идеальный. А иногда как выдадите что-то – потом еще полдня обтекаешь, пытаясь понять, к добру это или к худу.

Завозилась, вытаскивая из-под попы одеяло, собираясь лечь спать.

– Тебе не нравится в нашем мире? – обеспокоенно уточнил Даниэль.

Я прикрыла глаза.

– Да не то чтобы. Душ бы не помешал. И фен. И нормальные резинки для волос. И эти платья ваши неудобные отменить бы… А так… непривычно просто, – пробормотала, уже проваливаясь в сон.

День вроде получится не слишком насыщенным, но сложным. Надеюсь, что завтра Авриэль меня порадует, место операции не воспалится, запоздалой реакции на их сонное зелье не начнется, и эта ночь для него пройдет спокойно… как и для меня.

– Неиссякаемого огня, Ольга, – донеслось едва слышно, сквозь сон.

Глава 33

Новый день встретил сразу же суетой и тихим шепотом на грани сознания.

– Ольга… Ольга… – кто-то тряс меня за плечо, но просыпаться так не хотелось, что я предпочла полежать еще, прежде чем до мозга дошла мысль, что просто так будить бы меня не стали, а значит…

Резко села, обеспокоенно глядя в глаза Даниэля, а потом и на мнущегося у дверей интерна-Берта.

– Что случилось? – тут же встала, двигаясь в сторону письменного стола, чтобы накинуть хотя бы халат, висевший на спинке стула.

Берт смущенно отвернулся, в то время как мой дракон жарко облизнулся, наблюдая за этим коротким дефиле.

– Там… лиерр Авриэль. Он… – невнятно начал мямлить парень, краснея, как маков цвет, словно никогда женщин не видел.

– Что с ним? – Я уже завязывала полы халата, сунув ноги в пушистые тапочки, которые мне выдали сразу же, как переехала жить к дракону.

Вынуждена признать, что ко мне вообще стали намного лучше относиться с тех пор, как я поселилась здесь. Прошло не так много времени, всего два дня, а мне уже сшили целый гардероб платьев. Модных как в моем мире, так и в этом, как мне сказали. Затем выделили целую корзину различных косметических средств. Затем появились лично мои розовые полотенца в ванной, с вышитыми инициалами. Даже комната перестала быть столь давящей, какой она казалась в самом начале, но смену тканей я заметила еще в самый первый вечер, когда шла на свидание к Даниэлю.

– Он мечется. Стонет. Мне страшно! – Берт, до сих пор красный как рак, облегченно выдохнул, когда я оказалась около него, готовая идти. Сейчас еще была глухая ночь, судя по темноте за окном, так что никто не должен увидеть мой непотребный по местным мерками внешний вид.

– А, это нормально! – тут же облегченно выдохнула, подозревая, что гордый дракон, вероятно, посчитал лишним будить меня заранее, до того как боль в крыле станет невыносимой. Тем более что я еще не знаю степени чувствительности этой конечности. Может быть, она зашкаливающая. – Тогда зайдем в аптеку.

Кронпринц оказался полностью одетым рядом со мной менее чем за минуту, стоило мне только выйти из комнаты.

– Ольга, я не против, но в следующий раз тебе следует потратить время на одежду, – выдал он демократично.

Я отмахнулась.

– Мы не на балу, а терять время, когда пациенту плохо – негуманно.

Мы быстро пошли в сторону аптеки, где я взяла все нужное, а затем уже в комнату Авриэля, куда его должны были доставить. Все это время Берт старался на меня не смотреть, но вместо этого почему-то постоянно пялился на мои ноги.

– Что-то не так? – Я наконец не выдержала. – Вроде у меня нет шестого пальца на ногах, да и я в тапках, чтобы это увидеть. Чего ты косишься?

Мальчишка покраснел как рак, тут же пробормотав себе под нос что-то типа извинений.

Спящий красавец взял меня под руку.

– Я говорил. У нас не принято столь сильно оголять ноги.

Удивленно моргнула.

– Я же видела ваши туфли – они довольно открытые!

– Да, но надеваются всегда поверх чулок…

Я закатила глаза к потолку.

– Еще скажи, у вас тут корсет на китовом усе в ходу, чтобы я сразу передумала входить в этот ваш высший свет.

– Нет. Такого нет, хотя корсетами дамы все же иногда пользуются.

Я скептически посмотрела на мужчину.

– Ладно, – отвел он смеющийся взгляд, – почти всегда.

Будет он мне еще мозг пудрить, что в средневековье не используют корсеты, ага!

Дверь в комнату к лучшему принцеву другу распахнулась, и я сразу бросилась к жующему подушку дракону, бесцеремонно заголяя его пятую точку.

– А вот раньше нельзя было разбудить? – проворчала, с хлопком ставя укол, но пациент, видимо, уже настолько мучился болью, что даже не вздрогнул.

– Я… не… хотел… беспокоить, – раздельно произнося слова, сказал мой личный помощник в нелегком труде создания больницы.

– Ага, гордый ты наш. Между прочим, болевой синдром – это нормально после операции. Тем более такой. Мы ведь ковырялись там, задевали нервные центры, часть наверняка повредили… Связки подшили опять же.

Села на кровать к мужчине, дожидаясь, пока укол подействует. Ну а пока, раз уж я все равно не сплю, глянула на гипсовую повязку. Мда… все же надо было придумать что-то более изящное, но сил тогда не было. Да и место такое неудобное. Но лишь бы ничего не воспалилось и не надо было ставить дренаж. Хотя я вроде перепроверила все – не должно. Не то место. Но кто ж их знает, этих крылатых, да еще и драконов. Это у людей для меня все предсказуемо, а с прочими методом тыка приходится разбираться.

Подумала немного, решая, как лучше поступить, но все же, похоже, придется посмотреть на место шва.

– Принеси мне ножницы, – попросила Берта. Тот тут же умчался из комнаты.

– Зачем? – Даниэль сел рядом, беря меня за руку. – Все так плохо? Может, пойдем спать, а ты уже утром с этим разберешься?

Отрицательно мотнула головой.

– Не откладывай на завтра то, что можно сделать сегодня, – продекламировала. – Извини. Для меня работа всегда будет на первом месте. Это моя жизнь.

Спящий красавец тяжко вздохнул.

– Кстати, – заинтересовалась, – когда у тебя день рождения?

Мой дракон тут же поджал губы, а вот слегка пришедший в себя Авриэль наконец закончил кусать подушку.

– Через две месяца у него, – «сдал» он друга.

Нескоро. Можно спокойно продумать подарок. Хотя что тут думать: раз он спящий красавец, то ему жизненно необходим хрустальный гроб! Даже если не для прямого назначения, а драгоценности там прятать… Драконы же жуткие барахольщики. То, что это не сказки, я уже давно поняла – все они вечно во всем золотом, побольше камней, узоров, всяких богато отделанных тканей…

А что! Шикарная идея! Хрустальный гроб для спящего красавца! Такого у него еще точно не было! Чтобы кронпринцу на день рождения гроб подарили… сомневаюсь, что кто-то рискнет такое вытворить. Кроме меня. Но я же не с целью уморить, а так… сказка – она и есть сказка. Для меня вся эта их магия до сих пор на уровне дикого, непонятного чуда воспринимается.

– А недовольный такой чего? – поинтересовалась, наблюдая кислый вид уже почти мужа. – Я думала, у вас нет такого, что после тридцати уже не день рождения, а, скорее, печаль по уходящим годам.

– Да не в этом дело. – Даниэль скривился.

– Его отец каждый год устраивает отборы невест в этот день, вон он и недоволен, – снова «сдал» друга Авриэль.

Кронпринц недовольно уставился на лучшего друга. Та-а-ак.

– Ну раз ты достаточно пришел в себя, – тут же отвлекла внимание мужчин на себя, чтобы не тратили тестостерон понапрасну, – то жду подробного рассказа, что помешало тебе вызвать меня сразу же, как почувствовал, что боль возвращается.

– Я не думал, что будет так, – смутился зеленоглазый. – Поначалу было вполне терпимо.

Вздохнула. Есть у нас в России такая проблема – люди «думают» часто совсем не в ту сторону. Хотя я не в России, и здесь совсем не люди, но, видимо, проблемы другими не стали.

– В следующий раз не терпи.

Берт наконец добыл мне ножницы, залетая в комнату запыхавшимся и подавая предмет. Я подозвала его поближе.

– Надеюсь, от шва ты в обморок падать не собираешься? – уточнила скептически, затем стала методично срезать фиксирующие бинты. Хм… а что, если сделать эту конструкцию съемной? То есть зафиксировать гипс вокруг кости, но оставить пространство для снятия, а бинты наматывать вокруг всей площади немаленького крыла. Не экономно, но мне обещали дубликат всех нужных вещей, так что экономия отпадала.

Берт снова смутился, но все же внимательно смотрел, что я делаю. Показательно, но Даниэль предпочел отойти на пару шагов от кровати, однако досыпать к себе не пошел, оставшись со мной.

– Ну вот… – глянула на слегка воспалившийся разрез. – Хотя я подозревала, что просто не будет. Все же спицы у вас тут не из титана делают, и организм может отторгать инородный предмет.

– Инородный? – слегка испуганно уточнил Авриэль, стараясь лежать ровно, но ему тоже было любопытно, что у него там с крылом. Только вот видно ему ничего не было.

– Да. Мы вставили спицы, чтобы зафиксировать кость. Пришлось удалить весьма существенный участок, где остеосинтез прошел неверно. И видимо, твой организм недоволен данным фактом, но воспаление в пределах нормы. – Я осторожно ощупала участок, не обнаружив там ничего страшного. – Пока что рекомендуется покой и… хм… а вот антибиотиком я бы помазала. Кстати! Я совсем забыла тебе их выписать, слишком устала после операции. Берт, сходи в аптеку снова. Там, где ящик со всякими заживляющими мазями, найди Левомеколь. И ящик с антибиотиками… Хм… Давай начнем с самого простого, Амоксицилина. Не знаю, как ваш вид на них реагирует, так что не будем рисковать. Может быть, этого вполне хватит. И захвати перевязочные материалы, гипс, антисептики…

Интерн вновь умчался, а я тем временем бережно ощупала кость выше и ниже операционной раны. Но все было в норме.

– Как в целом ощущения? – поинтересовалась у пациента.

– Если не считать боли, то нормально. Я думал, будет хуже. – Авриэль устроился на подушке, глядя почему-то не на меня, а на Даниэля за моей спиной, но мне было все равно.

– Как отходняк от наркоза? Голова не болела? Горло прошло?

– Да, все хорошо, – кивнул зеленоглазый, уже зная, что такое наркоз по моим подробным рассказам для того, чтобы они придумали подобное средство.

Вот и ладненько. Значит, средство вполне действенное, можно применять на местных.

– На людях действует также? – уточнила на всякий случай.

– Дозировка ниже ровно в пять раз. А так – да.

Ага, запомнили. В пять раз.

В этот раз Берт управился быстрее, залетая в комнату в рекордные сроки – видимо, запомнил, где и что лежит. Только вот…

– Я… не знаю, что как называется. Фриоль только начал с нами заниматься. Мы пока только алфавит учили.

Вздохнула. Да уж. Что-то я забыла спросонок, что интерны мне достались те еще грамотеи. Но ладно хоть ящики догадался целиком притащить.

Молча достала нужный тюбик мази и коробку с антибиотиками.

– Налей, пожалуйста, стакан воды, – попросила принца, выдавливая на ладонь таблетку. – Держи, – подала зеленоглазому. – Кладёшь в рот, запиваешь большим количеством воды. Утром и вечером, лучше всего после еды.

Дракон молча последовал моим указаниям. Правда, ему было сложно подняться, чтобы попить и одновременно не тревожить крыло, но он старался.

– Так, а теперь мазь. Местный антибиотик, – показала упаковку Берту, – подходит при легких ожогах, послеоперационном периоде. Смотри, берешь примерно вот столько, осторожно втираешь… – показала, как следует наносить мазь. – Далее накладываешь стерильную повязку. – Распечатала свежий бинт, сворачивая его в несколько слоев и накладывая на крыло. После этого фиксатор.

Хм… а что если просто проложить по обе стороны от костидве фиксирующие палки, сделав его недвижимым? Гипс, конечно, был бы надежнее, но посреди ночи пачкаться… Да и утром надо повторить с мазью. Так что можно взять за временный вариант.

– Есть какие-то две ровные палки?

Даниэль подорвался и невозмутимо отломал у стула две ножки.

Жаль. Стул был красивый, резной. Но у них в этом дворце вообще простых вещей нет. Сделала вид, что так и надо, обматывая палки бинтом и только после этого фиксируя всю эту конструкцию на крыле.

– Вот, – довольно улыбнулась своему нелепому, но творению. – Не шевелить, не дергаться, не трогать! Утром сделаем перевязку. Если все будет хорошо, то… – сама не придумала дальше фразу, а потому отмахнулась. – Все, в общем. Я спать! До утра укол должен еще работать, а потом разберемся. Берт – следить. И не стесняться одергивать пациента! Ты либо будущий врач, либо боязливый вьюноша. И главное – не спать на дежурстве!

Фух. Утром кто разбудит раньше девяти – всех пришибу!