![](/files/books/160/oblozhka-knigi-klyuchi-ot-ischeznuvshego-goroda.-kniga-pervaya-309955.jpg)
Текст книги "Ключи от исчезнувшего города. Книга первая"
Автор книги: Стас Линь
Жанр:
Прочая фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 4 страниц)
– Так, минутку, – он задумался. – Вот тут. – Парень ткнул пальцем в участок, находящийся точно на красной линии.
– Что я говорил? – улыбнулся дед, глядя на меня. Но его энтузиазма я не разделил. Радоваться тут было нечему.
– Вот возьмите, сравнивайте, – парень протянул деду карту, присланную им нашим незнакомцем. – Нам она уже ни к чему!
– Спасибо! – дед тут же её забрал.
– А город Картанг вам знаком, или может быть какой-то другой населённый пункт с таким названием? – вмешался я в разговор.
– Первый раз слышу! – парень пожал плечами.
Всё это предприятие выглядело как… если не развод, то тонкий троллиг точно. Но деньги. Деньги решали всё. За хорошие деньги ты поедешь и в лес на эвакуаторе за ретро-автомобилем, и засекреченный город тоже отправишься искать в этом же лесу. Но всё завтра. А сейчас отдыхать.
Учитывая разницу во времени, получалось так, что выспимся мы днем, а отправимся в путь только в восемь вечера по Москве. Что же, неплохо! Гостиница, найденная дедом, оказалась довольно неплохой с охраняемой платной стоянкой, поэтому за мальчишек и прочих зевак я уже не переживал. Мы поели в кафе. Сходили в магазин за продуктами. В девять по местному позвонил папа, узнать, как я добрался. В голосе как всегда слышались нотки осуждения. С дедом он говорить отказался. В прочем, как и раньше. Час мы с дедом потратили на подтягивание школьной программы, чтобы хоть как-то отвлечься и не говорить ни слова о Картанге и его загадочном жителе.
Эх, сейчас мои сверстники усиленно готовились к ЕГЭ, дрожали от страха, накручивали себя, что не сдадут, в моём лицее проходили пробники за пробниками, а я спокойно сидел в гостинице на другом конце страны, готовый завтра ехать в лес на раритетном советском автомобиле в поисках неизвестного города. Супер! Только меня это нисколько не страшило.
Но что-то всё же настораживало. Давно ли я стал следить за дедом? Наблюдать за ним, за его поведением. Может, с того времени, как первый раз его обыскал? Или, когда заинтересовался его настоящей работой до перегонов. Но сейчас… Мне показалось, что он испугался того манекена в багажнике не от неожиданности. А как будто узнал его. Увидел что-то знакомое, то, что видел раньше. В прошлой жизни? Или он вообще сыграл этот испуг как актёр специально для меня? Я гнал от себя подобные мысли, но полностью избавиться от них не мог.
На дворе конец апреля. В пути нам предстояло пробыть недели две. Опять пропускать занятия. Набрал заданий у учителей и постепенно готовился. Я постоянно ловил себя на мысли, что прогуливаю так часто, что не знаю имен почти всех своих одноклассников. Но и какая разница? Нужные знания я всё равно получал, пусть и от деда. Лекции деда так вдохновляли, что я чувствовал себя как на научной конференции. Мало кто любит математику, а я её обожал! Про физику вообще молчу.
Глава 3
– Три часа! Подъём! – Дед включил свет и осторожно потормошил меня за плечо. Надо же. Я и не заметил, как вчера заснул. И как добрался до кровати – не помнил.
Хоть и непривычно было находиться на пассажирском сиденье с правой стороны, пребывание в раритетном автомобиле мне казалось приятным. Двигатель ревел, когда дед давил на газ. И машина была очень высокая, в отличие от низких иномарок, сидя в которых ты, зачастую, чуть не скользишь попой по асфальту. А тут едешь как в карете. Красота!
Два часа до Анисимовки. Дед ещё на стоянке у гостиницы установил на машину собственный GPS-навигатор. Он всегда его с собой возил. Не все машины же им снабжены, особенно раритетные.
Никакого Картанга навигатор, естественно, не распознал и проложил дорогу только до этой самой Анисимовки. Мы условились в само село не заезжать, а как только найдём тот злосчастный поворот в лес, дальше поедем уже по картам незнакомца.
Сопки возвышались по обеим сторонам дороги на всём нашем пути. Частью – скалистые, целиком или наполовину, частью – покрытые растительностью, довольно низкой растительностью, по сравнению с Подмосковьем. На многих так причудливо росли деревья, будто солдаты в специальной униформе спускались строем вниз. Нет, в Приморье всё же было что-то прекрасное. Мы минули несколько мостов через узкие водоемы. Но сопки, сопки были повсюду, словно гигантские прыщики на теле всего этого таинственного края. Подъехали к селу – конечный пункт в навигаторе. Тот нас вежливо об этом предупредил. Впереди виднелись редкие деревянные домики и коттеджи, скрытые за голыми деревьями и заборами, облепленными прошлогодней травой. Дед затормозил, дотошно сравнил обе карты и вновь нажал на газ. Когда мы приблизились к нужному повороту, уже начало светать. Свернули. Дальше – веселее. Машина в прямом смысле продиралась через лесную чащу.
Второй день нахождения здесь, а так и появилось ощущения того, что мы на другом конце страны. Будто никуда и не улетал.
Дед собирался выполнить свои обязательства в полной мере, поэтому в пути не ворчал, а уверенно мчался вперёд. Манекен в багажнике подпрыгивал вверх на каждой кочке, издавая специфический звук. По этой лесной дороге уже давно никто не ездил, но благо, она хоть была.
Мы добрались до места, где по рассказам тех людей со стоянки, они нашли автомобиль. Дед остановился. Я вышел и осмотрел примятую совсем недавно колесами нашего раритета траву. Да, это явно то самое место! И с картами совпадало.
Затем мы двинули дальше. Минут через двадцать лесных приключений машина, наконец, выбралась на что-то более-менее похожее на дорогу. Дед осторожно въехал на овражек и остановился на трассе. Если её можно было так назвать… Заглушил мотор, осмотрелся.
– Нам туда! – Он сверился с картой и махнул рукой по прямой.
Дорога, на которой мы стояли пугала не меньше, чем путешествие через лес. Ведь она была заброшена! Построенная из плотно прилегающих друг к другу массивных бетонных плит, их обычно используют для укладки взлётной полосы, дорога внушала недоумение. Разве она могла вести к городу? Если только к заброшенному. Частями поверх плит был уложен тонкий слой асфальта, который уже значительно разрушился и от времени и от растений. Трава и мелкие кустарники годами пробивались сквозь асфальт и разрослись настолько, что ровной поверхности под ними почти не было видно. Природа не пожалела даже бетонные плиты, те так же давно покрылись трещинами и позволили сквозь себя прорасти семенам. Асфальт здесь клали минимум лет двадцать назад, он почти исчез!
– Что ты на это скажешь? – спросил я.
Лицо деда выражало спокойствие.
– Ну, во-первых, есть один плюс, что мы не встретили в лесу тигра или медведя. А ведь они здесь водятся. А минус вот перед нами…
Дед снова плавно завел двигатель и покатил по заброшенной трассе. Жухлая трава и сухие ветки защекотали автомобиль снизу. Я не прекращал думать над ситуацией, в которой мы оказались. Куда же мы всё-таки едем? А что если этого города, и правда, уже давно нет? Ведь сколько по стране заброшенных шахтерских городков! В них уже много лет никто не живёт. Да что по стране? Их и по миру полно! Города-призраки, как их обычно называют. Любимые места для путешествий урбантуристов. Добыли уголь или иное полезное ископаемое и ушли, бросили всё там же: дома, технику, необходимую для добычи. Вдруг нас впереди ждал такой же городок? А этот житель просто отшельник, нашедший себе убежище в одном из покинутых домов. Еду добывает в лесу и этим живёт. Только сейчас состарился и не может уже двигаться самостоятельно, поэтому попросил нас его забрать. Более чем логично!
Даже наличие этого на первый взгляд нового автомобиля это объясняло. Либо он его в том брошенном городе нашёл в каком-нибудь герметичном гараже. Либо всю свою жизнь ухаживал за своей старенькой «Победой», полировал, пылинки с неё сдувал и никогда не пользовался, так как ездить в заброшенном городе некуда. Свои предположения я высказал деду, и тот одобрительно кивнул. Только с какой-то хитрецой в улыбке. Он точно что-то скрывал, но что? И гнал дед на удивление быстро, не замечая ни ям, ни луж, ни кустарников, которые резво сбивал, словно куда-то спешил. Куда-то сильно спешил…
Но все мои догадки рассыпались в пух и прах, когда машина резко выехала на абсолютно новый асфальт. Черный, смолянистый, с яркими белыми полосами разметки, будто только что положенный рабочими и выкрашенный в этот же день. Сам этот резкий переход не заметил никто из нас. Для секунды. Вот мы в лесу, а вот на новейшей трассе! Нереально! Как такое возможно?
Мог ли я сейчас догадаться, хотя бы каким-то интуитивным чутьём, что в этот самый момент мы попали в ловушку? Конечно же – нет. До этого у нас был шанс повернуть назад. И не один. Но теперь он утерян навсегда!
– Ого! – удивленно вскрикнул дед. Такого и он явно не ожидал, но останавливаться не стал, а только добавил газу. Машина сильно разогнаться не могла, но около 80-90 км/ч набирала спокойно. По обеим сторонам дороги рос густой лес. Ещё минут пятнадцать в пути. Встречных машин мы не увидели. Впереди показался шлагбаум.
– О-у! Закрытый город! – заявил я.
– Возможно. – Дед замедлил ход автомобиля.
– И как мы в него попадём без пропуска, да ещё и с бумажными номерами? – насторожился я.
– Ничего… – дед сделал паузу. – Только у иностранных шпионов всё в идеальном порядке с документами. Так что у нас есть шансы!
Я невольно улыбнулся. Дед затормозил у шлагбаума. Длинная металлическая труба, раскрашенная в бело-красные полоски, перекрывала половину всей дорожной полосы. Объехать это препятствие можно было только по встречке. В центре, на разделительной линии установлен столб с приваренной сверху к нему стальной дугой, на которую этот тяжеленный шлагбаум опускался. С правого края его уравновешивали стальные гири. Там же вкопан вертикально стоящий столб с канатами, протянутыми к гирям. Сложное устройство. Через метров десять, был такой же шлагбаум, только на встречной полосе. Рядом с каждым на обочине по будке охранника. Только вот сам охранник, похоже, был один. Справлялся с обеими шлагбаумами.
В камуфляже, бронежилете и автоматом на ремне, перекинутом через плечо, охранник направился в нашу строну. Вот тут мне стало действительно страшно. Бумажные номера дед заранее, ещё на стоянке приклеил скотчем к стеклу, но сейчас это нам мало чем могло помочь. За то время, которое он шёл от своей будки до нашей машины, я несколько раз готов был выскочить из кабины и бежать в лес что есть сил. Но собрал волю в кулак, досидел до конца. Охранник постучал в стекло рядом с водительским сиденьем, дед опустил оное.
– Добрый день! – начал он относительно доброжелательно. – Вы прибыли в закрытый город.
Дед пока молчал, не хотел взболтнуть лишнего.
– Пожалуйста, могу я увидеть ваш пропуск? – продолжил охранник.
– Эм… нет, нас об этом не предупреждали, – стал оправдываться дед. – У нас здесь встреча с заказчиком… и…
– Может, уедем? – толкнул я его в плечо.
– Ну, что вы! Не переживайте так! Я просто пошутил, – вылилась на нас уже далеко не первая за текущую неделю порция абсурда. Такого продолжения диалога мы явно не предвидели. – Проезжайте. Вас ожидают. Счастливого пути! – охранник улыбнулся и, вернувшись к своей будке, за веревки поднял шлагбаум. Гири опустились до самой земли. Дед задерживаться не стал и тронулся с места.
Параллельно шлагбауму глубоко в лес уходил забор с обеих сторон дороги. Жуткий такой: массивные бетонные столбы, вбитые в землю, и колючая проволока. Очень высокие бетонные столбы. Метра под четыре! И колючей проволоки, в большинстве – ржавой, между ними намотано столько, что сквозь неё трудно было что-то увидеть. Правда и вид на забор нам пока открывался сбоку, но – тем не менее. В этот город не так-то просто попасть нелегально. Что они тут так тщательно охраняют? Кого не хотят впускать? Или выпускать…
Пропускной пункт позади. Но тут опять произошло нечто невероятное. Я оглянулся, не знаю зачем, и увидел, как сзади нас к шлагбауму подъехал синий минивэн.
– Дед, смотри! – удивленно выкрикнул я.
– Где? – не понял он.
– Назад глянь!
Тот обернулся, не сбавляя ходу.
– Откуда ему здесь взяться? За нами вроде никто не ехал! – продолжил паниковать я.
– Мы могли просто его не слышать. – Дед, похоже, даже не смутился.
– Но как? Мы никаких поворотов по пути не встретили. Мы бы его услышали, дед! Но там – в лесу точно не было никого!
– Не обращай внимания, – сухо прервал он меня.
Проехали ещё пару минут. Из-за деревьев резко показался город. Мне было жутко неприятно то, как меня осадил дед. Вокруг происходило что-то невероятное, а он и слушать не хотел. Городок меня пока не впечатлял. Явно небольшой. Разглядывать я его мог пока частично, хоть и дорога простиралась на возвышенности. Многоэтажные кирпичные дома высились слева от нас. Они плавно спускались вниз с длинных пригорков и выглядели жилыми. Вдалеке виднелся огромный водоём. Возможно – озеро. Другого его берега нельзя было разглядеть из-за утреннего тумана на воде. Мне даже показалось, что мы попали в город у моря. Но утверждать этого я не мог. Да и, судя по карте, моря на этом участке суши оказаться никак не могло.
Справа от дороги пустошь. Жилых домов нет. Деревьев тоже. Только несколько, частью брошенных, частью ещё торгующих продуктами ларьков.
По мере продвижения, городок начинал мне даже нравиться. Далеко не заброшенный. Ухоженный. Чистый. Люди в легкой весенней одежде прохаживались по тротуарам. Множество машин. Это сильно успокаивало, вселяло уверенность.
С горизонта уже светило яркое солнце. Мы минули ещё несколько магазинчиков справа. Чем глубже в город, тем домов становилось всё больше. Пятиэтажки и выше. В самом высоком доме я насчитал девять этажей. Хоть город ещё не до конца проснулся, жителей на улицы вышло довольно много.
С главной дороги мы пока не сворачивали, но и продолжать движение по ней не было смысла. Вдалеке виднелся мост, связывающий город с островком. Возможно, с островком. Ведь даже в тумане было видно, что тот небольшой район города, как минимум, с двух сторон окружен водой. Туда мы решили пока не ехать. Договорились сначала поискать доки в основной части города. И, кажется, мы их уже нашли. Город с высоты ведь как на ладони!
Нам хорошо просматривались с сопки несколько жёлтых портовых кранов у водоёма, задравших свои величественные головы над домами. Дед их быстро заметил и свернул налево. Машина на холостом ходу начала плавный спуск вниз. Как костяшки домино, поставленные на ребро, располагались дома по всему спуску. По бокам дороги у домов росли тополя, декоративные ели, осины. Город хорошо озеленён. Представил, как красиво тут именно летом. Ведь хоть трава уже уверенно пробивалась сквозь землю, а листочки сбросили почки, всё равно пока вид был не тот.
В Приморье лето приходит раньше, но я его вряд ли здесь застану – думал я. Скоро мы уедем, заберём заказчика и тут же уедем, и я даже в эту самую секунду немного пожалел, что не смогу увидеть этот город в зеленом одеянии. Не смогу…
Как же сейчас я ошибался. Как же ошибался…
Во дворах перекопаны клумбы, смонтированы новые детские площадки, выкрашены новой краской фонарные столбы. Не город – а мечта. Мне даже он кое-что напомнил. Дед в шутку называл такие небольшие города: «города счастья». Только он имел в виду «атомные» города, то есть построенные вокруг АЭС. Он часто говорил мне, что если бы не развалился Советский Союз, то такие города стали бы городами будущего, закрытые ото всех, с самым мощным и безопасным источником энергии, самыми счастливыми жителями, работающими только на благо своего городка. Эти городки покрыли бы всю территорию СССР. Но судьба распорядилась иначе, подкинув нашему народу аварию в Чернобыле и развал Союза. А так дед был в чем-то прав. И сейчас, как мне казалось, мы находились именно в таком городке счастья.
Второй раз за минувшие полчаса я, обернувшись назад, испытал колоссальное удивление. От потрясения даже открылся рот. По левую сторону от нас, чуть в отдалении, но всё на том же спуске возвышалась кирпичная угловая девятиэтажка, в виде лежащей буквы «Г». И она обрамляла с двух сторон… ветрогенератор! Высоченный ветрогенератор белого цвета! Такой, который во многих ветреных штатах США снабжает город электричеством. Три громадные лопасти длиной, на глаз, больше десяти метров и выкрашенные на концах красными полосками, приводили в восторг. Вентилятор возвышался над зданием и был направлен в противоположную сторону от него. То есть, если он когда-то и вращался, то ни стен, ни углов дома точно не задевал. Сумасшедшее зрелище! Только зачем он тут нужен? Явно не для прямого назначения. Как украшение?
– Дед, смотри! Ветрогенератор! – стал я тыкать на него пальцем как малолетний ребенок.
– Ого! – От увиденного опешил даже он.
– Наверное, снабжает электричеством дом, – пошутил я.
– Вряд ли он работает. Да, и не настоящий, наверное, – предположил дед.
– Или когда-то работал, в потом стал не нужен, только сносить его не стали, а дом построили вокруг!
– Или так, – улыбнулся дед. – Эйфелеву башню французы тоже много раз порывались снести. А теперь это главная достопримечательность Парижа.
– Видимо, как и это сооружение! – добавил я.
– Ага, и на гербе этого городка изображён ветрогенератор, – хихикнул дед.
Мы спустились вниз и, повернув влево, припарковали машину у обочины. Но удивления на этом не закончились. Навстречу нам по железнодорожной полосе, находящейся в центре широкой автомобильной дороги ехал трамвай. Но не российского производства. Больше похож на английский, только не двухэтажный. Старинный, наполовину выкрашенный в ярко-красный по всему периметру кузова под окнами, безумно красивый трамвай с покатой черной крышей, которая, как мне казалось, крепилась к нему отдельно, медленно проплыл мимо нас. Двери в нём не закрывались, пассажиры прямо у входа держались за поручни. Большие окна прямоугольной формы, рамы которых покрашены желтой краской. Сильно выпирающий черный бампер спереди, на который можно легко усесться или встать. На минуту мне показалось, что мы попали в прошлое. Но нет. Повсюду разъезжало множество современных автомобилей, поэтому предположение сразу развеялось. Трамвай уходил вверх, по тому маршруту, по которому мы сюда добрались, а потом сворачивал к островку.
Я вроде не параноик, но сейчас у меня резко создалось ощущение, что за нами следили. Прохожие сновали взад-вперед, недоверчиво косясь на нас. Понятно, мы тут новые для них люди, а в маленьких городах жители друг друга знают и приезжих сразу вычислят. Но следили не они. А будто сам город наблюдал. Как живой организм. Глазницами окон соседних домов.
Я вышел спросить у прохожих, куда мы попали. Осмотрел дома, стал вглядываться в лица местных, но так, чтобы не подавать виду, выбирая подходящего для своих назойливых вопросов. Мы здесь инородное тело, надо быть осторожнее и разборчивее.
За пределами автомобиля ощущение слежки только усилилось, но теперь своим ментальным чутьём я ощущал уже кого-то определенного. Одного человека. Кого-то, кто пристально смотрел на нас из дома напротив. Зачем, не знаю, но я сверлил глазами каждое окно, но вычислить наблюдателя не мог. Окон слишком много, и следящий, наверное, прятался. От всех этих мыслей мне стало не по себе. Но вскоре я резко пришел в норму.
Панельные многоэтажки отбрасывали тени на тротуар. Я спрятался под одной из них, чтобы солнце не светило в глаза, и перевел взгляд на влюбленную пару: среднего роста девушку с ярко-рыжими волосами в легком голубом платьице под кожаной курткой и высокого парня спортивного телосложения в джинсах и белой футболке. Держась за руки, они двигались в ту сторону, откуда выехал нам навстречу трамвай. Девушке лет 25-27 на вид, худая, красивая. Я даже немного засмотрелся.
– Здравствуйте! – сходу выпалил я и, дабы не смущать их хождением вокруг да около, сразу перешел к вопросу: – Скажите, а куда мы попали, что это за город?
Парень, не поворачивая головы, продолжал движение, за него ответила девушка. Она слегка смутилась и при этом посмотрела на меня как на глупца, который вдруг решил спросить очевидные вещи.
– Картанг! – Единственное, что произнесла она, затем кокетливо отвернулась, и молодые люди продолжили свой путь.
– Дед! Мы на месте! – Я подбежал к окну у водительской двери.
– Спросил бы ещё, где доки находятся!
– Ой, прости! Не догадался…
Я не собирался снова беспокоить молодую пару, да и они уже были слишком далеко. Решил поймать другого прохожего.
– Доброе утро! Скажите, а где здесь доки? – Я остановил на тротуаре пенсионера.
– А, доки? Вот обходите этот дом и сразу увидите!
– Так тут всё рядом?
– У нас маленький городок, – кивнул в ответ пожилой мужчина. – Только это не доки никакие, – продолжил он давать справку. – Это старый давно заброшенный речной порт… хм… – он задумался. – Точнее – озёрный. Просто его местные ребятишки «доками» прозвали.
– Спасибо!
Я вернулся в автомобиль.
– Ну что?
– Доки сразу за этим зданием, – я кивнул на многоэтажку.
– Так… неудобно, – дед призадумался. – Я не знаю, как здесь развернуться. – Он нервно постучал пальцами по рулю. – Можем проехать дальше, хотя… Там наверху я видел ещё одну дорогу, прямо под мостом, но съезда с моста к ней не было.
– Тогда может пешком?
– Ну, давай пешком! – дед сразу согласился.
– Обойдём дом, а там станет ясно!
Сумки с битами и вещами мы оставили сзади в салоне авто. Там же и дорогой фотоаппарат. Его я спрятал под сиденье. На мне только куртка, в которой телефон, зарядка и карточка с деньгами. Плюс ещё наличка для надёжности зашита в марлевых мешочках в разные места под рубашкой. Мама всегда так делала, собирая меня в путешествие, когда в нашей семье ещё было всё нормально. Не доверяла электронным деньгам. А я перенял. Теперь перед каждой поездкой зашивал купюры сам. Становился ходячим сейфом. В руках ничего. У деда тоже.
Дом решили огибать через проём между ним и соседним домом. Когда две многоэтажки строят рядом друг с другом перпендикулярно угол к углу, между ними щель не всегда способна пропустить человека. Раньше в детстве, гуляя с ребятами по району, я всё боялся в таком проходе застрять. Но сейчас проём вполне мог пропустить нас двоих. Прошли в него. Справа, метрах в тридцати от этих домов, пролегала дорога с двусторонним движением. Про неё и говорил только что дед, та, идущая под мостом. Прямо она уходила к водоёму, упираясь в небольшой и однозначно новый порт, оборудованный парой служебных прибрежных домиков и насчитывающий в своём распоряжении всего с десяток катеров, вытащенных на сушу. Рядом с ним, кажется, и располагались искомые доки. А влево дорога бежала дальше в город. Спустившись с небольшого овражка по бетонной лестнице, мы направились в сторону упомянутого пожилым мужчиной старого речного порта.
Ощущение слежки только усилилось. Нет, там определенно кто-то был. В доме. Заинтересовался приезжими. Моё чутьё не могло меня подвести. А сейчас он будто следовал за нами по пятам. Я резко оборачивался несколько раз назад, но никого подозрительного так и не увидел. Проворный. Прятался.
– Место совсем не подходит для встреч, – пробурчал я под нос.
Но дед промолчал.
Мы прошли в открытые настежь ворота, которые никто не охранял. Внутри начиналась широкая дорога, покрытая бетоном, поверх которой располагалась наполовину разобранная на металл узкоколейка. Она уходила в разные стороны в огромные складские помещения. Вокруг не души, место, и правда, выглядело заброшенным.
– Кто назначает встречи в заброшенном порту? – продолжал я накалять атмосферу. Но дед будто меня не слышал.
– Здесь есть кто-нибудь? – крикнул я в пустоту, но ответа не последовало. Мы свернули в ближайший склад: одноэтажное крытое помещение. Внутри было пусто, веяло прохладой. Запах цементной пыли вперемежку с гнилой древесиной ударял в нос. Весь пол завален кусками разбившегося вдребезги шифера и частично обвалившейся деревянного перекрытия крыши. Мы, ступая на этот мусор, продвигались всё дальше.
– Надеюсь, это наши доки, – еле слышно проговорил дед. Наконец-то я услышал от него хоть слово.
– Тоже хотелось бы верить, – добавил я. Шум воды, проникавший в разбитые панорамные окна, невольно ответил нам на этот вопрос.
– Здесь кто-то есть? – крикнул я ещё громче, как вдруг впереди услышал шорох. Будто кто-то пробежал кусочкам шифера. Мы ринулись вперед. Помещение оказалось угловое, резко сворачивало вправо. Мы, не сбавляя темп, повернулись. Я уже чуть не бежал, но резко остановился. Открылся новый обзор. Всё тоже просторное помещение, всё та же обвалившаяся крыша, пропускающая через огромные дыры в себе солнечный свет. И больше ничего. Здание аварийное, бродить здесь опасно.
Я опять обратил внимание на разбитые окна. Кажется, наш преследователь удрал через них.
Начал присматриваться, проникающие лучи солнца здесь падали иначе и слепили глаза, поначалу не давая ничего разглядеть. Но, наконец, секунд через двадцать, я увидел вдалеке человека, сидящего на металлической балке. Человек был одет в старую потёртую форму рабочего. На голове светлая кепка из кожзама. Он не двигался. Мы медленно подошли ближе.
– Это вы владелец «Победы»? – по пути начал расспрашивать я. – Вы писали нам эти письма? – Но ответа не последовало. Приблизившись вплотную к сидящему человеку, я осторожно протянул руку и дотронулся до его плеча, как вдруг он резко повернул голову и уставился на меня неживыми стеклянными глазами. Манекен!
От испуга я упал назад и услышал заливистый детский смех. Смеялось несколько детей, но особенно выделялся гулкий девчачий голосок. Только наших шутников я так и не увидел. Они, похоже, прятались за стенами склада снаружи и наблюдали за нами через окна.
Всё, наконец, стало ясно. Вот они, наши преследователи – дети! Увидели приезжих в городе и решили разыграть. Это надо так ловко придумать, поместить в манекен механизм, который поворачивал его голову! Запустили они его явно дистанционно через пульт, подобрав подходящий момент.
– Эй, народ! Посмеялись, и хватит! – крикнул им я. – Выходите! Вы можете нам помочь? Нам нужен человек, владелец черной «Победы». Мы на ней сюда приехали. Если вы что-то знаете о нём, скажите! Мы вам за это даже розыгрыш простим!
Хаотичные смешки продолжились. Но ответа я не услышал.
Дед, наконец, настиг меня. Он передвигался медленней. Я всё ещё сидел на земле. Он протянул мне руку.
– Пойдем, поищем ещё там! – Он указал рукой в сторону водоема.
Что происходило дальше, я запомнил до мелочей. Часто потом вспоминал, и меня передёргивало. Скорее даже запомнил это не я, а мой организм. Почему нам становится плохо, когда мы смотрим на покалеченные тела других людей: переломы, рваные раны, иные увечья? Пусть даже не вживую, а на видео или фотографиях. Потому как наш организм сразу представляет на их месте себя. И это всё подсознательно начинает происходить как бы с ним – с организмом. От этого он начинает протестовать. Мышцы сжиматься. Нервная система выделять электрические импульсы, запускать химические реакции, от которых нам становится дурно. Мы не боимся высоты. Просто организм уже давно представил, что с неё упал, разбившись вдребезги. Воспроизвёл в сознании до мелочей все последствия падения и сжался от страха.
Дед обогнул манекен, как вдруг его левая нога резко проваливалась в яму под грудой мусора почти по колено. Дед не удержал равновесие и свалился на спину, ударившись головой о железную сваю, на которой сидел манекен. А дальше хруст. Хруст ломающейся кости. От этого звука у меня тут же скрутило живот, так как я практически сразу понял, что произошло. Доля секунды и этот ужасный звук, точно пуля, вонзился в мозг. Нога, угодившая в яму, сломалась ниже колена из-за падения. Если бы он устоял на ногах, то был бы цел и не вредим.
Я выбежал из доков. Начал уговаривать первого попавшегося прохожего вызвать «Скорую». Я помнил, что маленьких городах обычно одна больница, и её телефон знает почти каждый житель. И с этого телефона врачи реагируют гораздо быстрее, чем если набирать единый номер. Так и получилось. «Скорая» приехала в считанные минуты. Очередное преимущество маленького города. Больница находилась на окраине. Ехать к ней пришлось минут двадцать. Вдоль водоёма в обратную сторону от доков через два моста.
Дед весь путь смотрел на меня виноватыми глазами. Только я его ни в чём не винил. Всякое случается. Конечно, то, что произошло с ним сейчас, запустит цепь событий. Вести машину он теперь не сможет. Предприятие провалилось. Надо сливать заказ и как-то отсюда выбираться. Но как? Такси до аэропорта, а там как-то сами? Или звонить отцу, чтобы он нас забрал? Но мы пока об этом не думали.
Больница, как не странно, оказалось довольно современной. Два трехэтажных корпуса, внутри качественный ремонт. Здесь даже делали рентген. Дедом занялись врачи, меня к нему не пускали. Пришлось долго бродить сначала по коридору, а потом по прибольничному парку и сильно нервничать. Попал я к деду в палату только в три часа дня. Томительное ожидание ужасно вымотало. Он лежал на кушетке с гипсом на полноги. Врач, объясняя мне его состояние, ко всему прочему добавил подозрение на сотрясение мозга и сказал, что настоятельно порекомендовал ему хотя бы пару дней отлежаться в палате под его пристальным наблюдением.
– Споткнулся на ровном месте, – пробурчал, едва завидев меня, дед. – Похоже, застряли мы теперь в этом городке!
– Ничего. Я позвоню папе, он нас заберёт! – постарался успокоить я его.
– Только хозяина машины тебе надо будет найти самому! Слышишь, Максим? Иначе что толку, что мы сюда ехали!
– Найду. Придётся теперь ему искать других перегонщиков!
– Не важно! Машину надо вернуть! А заказ отменить!
Про возврат денег заказчику дед ничего не сказал, и это мне понравилось. Наспех обговорили, что делать дальше. Я сказал, что сниму квартиру на несколько дней в этом городе. Деньги есть, а квартиры всегда кто-то да сдаёт. А там посмотрим. Или сами уедем, если дед сможет хоть как-то передвигаться, или вызовем отца. Последнее не очень удобно, ведь папе пришлось бы тогда отпрашиваться с работы. Но поглядим.
Я остановил свои размышления. Это всё адреналин, он заставлял мозг в критических ситуациях быстро думать. Нет. Не нужно. Приду в себя. Завтра решим! Завтра придут новые трезвые мысли. С дедом на сегодня я попрощался.
Вернулся в город на автобусе я уже поздно вечером. Единственной «Газельки», бегающей по этому маршруту, пришлось ждать очень долго.
Город-призрак, растворившийся в пространстве. Город, из которого невозможно выбраться. Существуют ли такие? Знал ли я, что буквально через несколько минут начнётся моя история пребывания в городе, в котором разгадывать загадки мне придётся на каждом шагу? Испытывать панический страх. Ужас. Отчаяние. Часто оказываться на гране нервного срыва. Думать. Думать так глубоко, что порой на время терять рассудок, но продолжать при этом напрягать свой мозг. Мгновенно принимать решения, действовать, не сидеть на месте, чтобы только окончательно не сойти с ума. Травма деда – это далеко не старт. История вот-вот начнётся. И начнётся она при ещё более скверных обстоятельствах.