![](/files/books/160/oblozhka-knigi-kriminal-si-345251.jpg)
Текст книги "Криминал (СИ)"
Автор книги: StarWave
Жанр:
Фанфик
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 5 страниц)
Криминал был заворожен этим. Он понял, что Белая змея принадлежала Змею. Проглотить черного меха она не могла. Но могла бы сломать ему руку или ребра, сдавив его своими опасными кольцами. Криминал решил прокрасться еще ближе. И дело было в ом, что он увидел на одном из столиков несколько пачек кредитов. Стащи он одну такую пачку и он бы мог… Да что он мог? Идей, пока что, не было. Но сначала, надо было стащить. Хотя потом эти же мафиозники могли найти его и сделать что-нибудь ужасное. Криминал подкрался еще ближе и уже готов был протянуть руку к желанным кредитам.
– Эй, пацан, ты че делаешь? – раздалось с боку.
Мех с темно-коричневой броней стоял сбоку. Криминал резко подскочил и побежал. Места он не знал. Поэтому его быстро схватил за плечо Шрам. Вот он и попался. В своих мыслях Криминал уже прощался со своей жизнью. Жизнь его была такой короткой и такой… никчемной.
– Ты что тут забыл, пацан? – спросил Шрам.
– Я… я… – мямлил Криминал.
– Шрам, ты чего пацана пугаешь? – спросил желтый мех. – Он сейчас похож на запуганную мышь.
– Успокойся, пацан, убивать тебя мы не будем. – сказал темно-коричневый мех. – Мы не убийцы.
– За себя говори. – хихикнул мех с черной броней и голубыми пятнами как у ягуара.
– Заткнись, Кот. – рыкнул Шрам. – Не боись, пацан. – обратился Шрам к Криминалу. – Скажи кто ты и что ты тут забыл.
– Я… Меня зовут Криминал. – сказал черный мех. – Я с нижнего района.
– А что ты тут забыл? Почему не с родителями?
– Я не хочу домой. – буркнул Криминал. – Отца я никогда не знал. А мать… Не хочу о ней говорить.
Кот как-то странно смотрел на Криминала. Потом он взял планшет, что-то в нем нашел и поднял его перед собой. Несколько раз он посмотрел в планшет, потом на Криминала.
– Эй, парни. – сказал Кот. – Сюда подойдите.
Шрам отпустил Криминала и подошел к Коту. Тоже самое сделали и остальные. Змея все еще висела на плечах Змея, когда тот встал и подошел к остальным. Желтый мех резко дернулся от змеи, когда та подняла голову и немного потянулась к нему.
– Змей, который раз прошу тебя: держи свою подружку подальше от меня. – испуганно сказал мех.
– Крыс, заткнись. – шикнул Шрам. – Ну и? – обратился Шрам к Коту.
– Сам смотри. – Кот показал на экран планшета, а потом на Криминала. – Ничего похожего не видишь?
Шрам сначала закатил окуляры и недовольно цыкнул, а потом посмотрел на экран планшета. Тут его взгляд изменился. Казалось, что даже слепой глаз странно сверкнул. Шрам вглядывался в экран и в лицо Криминала.
– Твою ж за левую ногу… – ругнулся Крыс.
– Словно из могилы восстал… – прошептал черный мех с ярко-зелеными полосками.
Шрам подошел к пацану и присел на колени.
– Криминал, ты говоришь, что не знал своего отца, верно? – спросил Шрам.
– Не знал. – сказал Криминал. – Мама никогда о нем не говорила. Да она особо со мной и не говорила.
– Ты очень похож на нашего покойно босса. Его звали Шакал.
– Да-да, будто прямиком из могилы восстал. – поддакнул Крыс.
– Сколько тебе лет? – спросил Шрам.
– Шесть. – сказал Криминал. – На следующей неделе семь исполняется.
– И сроки совпадают. – сказал Кот. – Шрам, помнишь он тогда отходил перед делом?
– Твою маму зовут Паллета? – спросил Шрам.
– Да. – ответил Криминал. – Так ее подружки называют, когда приходят к ней.
Шрам широко раскрыл окуляры. По одному его взгляду (даже слепому окуляру) Криминал понял все. Понял, кто его отец. Шакал. Главарь мафии. Мертвый главарь. Убитый. Умер он еще до его появления на свет. Криминал думал, что не зря сюда пришел. Его вела судьба. Вела его ТНК. Часть ТНК. Его сюда привел его покойный отец.
– Пацан, ты… – начал Шрам.
– Сын Шакала. – продолжил Криминал. – Но… Это ведь не точно.
– Ты похож на него. Очень похож.
– А оставайся с нами. – вякнул Кот.
– Кот, ты редкостный придурок. – рыкнул Шрам. – Он еще маленький…
– Я согласен. – сказал Криминал. – Дома меня ничего не держит.
– Думаешь, тут жить будет просто? – хмыкнул Шрам.
– Я в три года в полицейском участке влез в систему и изменил свое имя. Я учился воровать с тех самых пор, как научился сбегать из дома.
Шрам вздохнул. Он понимал, что переубедить Криминала ему не удастся. Он видел это блеск в его окулярах. Тот же блеск он видел в окулярах Шакала. Шрам уже тогда понимал, что Криминала ждет великое будущее.
– Ладно, Криминал. – сказал Шрам. – Меня зовут Шрам. Получил это имя, когда меня подрезали и лишили наполовину зрения. Серый со змеей – это Змей. Его змею зовут – Белладонна. Не бойся, она не кусается. Желтый – Крыс. С ним осторожнее нужно быть. Карманник. Черный с голубыми пятнами – Кот. Его лучше подальше держать от фемок. А темно-коричневый – Гризли. Он у нас что-то вроде вышибалы процессоров.
Криминал кивнул и улыбнулся. Он решил остаться с мафиозниками. Тут хоть какая-то жизнь. Опасная, но это жизнь. Будто это была его судьба. Словно кто-то привел его в новую семью. Семью, состоящую из пяти “отцов” и одной “матери” (если считать змею).
========== Глава 5. Чужая история – потемки ==========
Вот уже почти неделю Криминал жил с мафиозниками. По своим связям они смогли провести ТНК-тест. Криминал действительно был сыном Шакала. Жизнь черного меха стала лучше. Он нашел ту семью, в которой ему было хорошо.
– А знаешь, как раньше Шрама звали? – говорил Криминалу Кот. – Аллигатор.
– Аллигатор? – удивился Криминал.
– Да. – сам ответил Шрам. – Потому что если вцеплялся в какое-нибудь дело, то крепко и не отпускал. Совсем как аллигатор не отпускает свою добычу.
– А почему тебя теперь зовут “Шрам”? – спросил Криминал.
– Слушай…
***
Была темная ночь. Лил дождь. Может это и выглядит, как какая-то сцена из фильма про детективов или что-то вроде того. Но так оно и было. Полицейские тогда крепко сели на хвост. Хотя, дело понятное. Их дело ловить преступников. Тех, кто переступает закон. Но их законы писаны только для их общества. Мафия – это иное общество. Отдельная каста на Кибертроне. Как Совет или те же Праймы с Праймусом. Их законы никогда не касались. Про это полицейские постоянно забывают. Законы мафии писаны для мафии. И тут нет ничьей вины, что они идут в разрез законам, которым слепо следуют “Кибертронские Псы”.
Так вот, тогда дело выпало крупное. Уловом был склад и несколько чемоданов кредитов. Сумма довольно большая, по-другому не скажешь. Кредитов хватило бы на привлечение новеньких в банду или на подкуп. И то, часть бы осталась и на нужды банд. Как на повседневные, так и не на предвиденные. А тут копы нагрянули. Перестрелка была жесткой. Либо копы бы нас взяли, либо положили на том складе. Но у Шакала созрел план. Полицаев убиваем только в крайнем случае и то, пытаемся все выдать за несчастный случай. Возле одной из стен стеллаж еле держался. Цепь там была, придерживающая его, но довольно хлипкая. Нужно было заманить копов туда и повредить цепь.
Мы уже видели заголовки утренних новостей: “Полицейские пали жертвами обычного стеллажа”. И все шло по плану. Вот только среди копов стажер затесался. Он был на стреме, ныкался за коробками. Когда на копов упал стеллаж и просто превратил их в месиво, того взяла ярость. Он как выпрыгнул из своей норы и прямо на меня. В руки ему попался осколок. То ли стекла, то ли металла. Не припомнить. Но точно было что-то острое. Я пытался держать его манипуляторы на расстоянии от себя. Но парень вертелся похлеще крысы, попавшей на раскаленный металл. В итоге он попал своим “орудием” прямо мне по левому окуляру. Резанул глубоко. Картинка перед окулярами перестала быть четкой. И не только из-за того, что обзор заливал энергон. Как будто картина, которую ты видишь потеряла часть своих красок. Потеряла ту самую яркость. Стала тусклой.
Гризли тогда стажера того взял за загривок и просто откинул к ящикам. Один из верхних ящиков свалился тому прямо на голову. Скажу сразу: ящик был довольно большой. Туда бы Гризли влез и спокойно мог бы там жить. Да и забит он был. Как оказалось, ящик тот был забит шестеренками. Немаленькими. А теми, которые ставят в огромных часах на башнях на центральных площадях. Голову просто в лепешку моментально расплющило.
После той ночи я провалялся в госпитале. Зрение так и не вернулось. Я ослеп на левый окуляр. А сверху еще и шрам остался.
***
– Вот после этого за мной и закрепилось имя “Шрам”. – закончил Шрам.
Криминал слушал все это с широко раскрытыми окулярами. Так он был заворожен рассказом.
– А что про Змея? – спросил Криминал.
Змей, как всегда сидел на полу. Белладонна ползала по его броне.
– Про Змея хочешь узнать? – хмыкнул Шрам. – Ну, слушай…
***
Змей вообще птица, как говорится, высокого полета. Не чета остальным. Элитная птица. Он из семьи аристократов. Еще маленьким он гулял со своей мамочкой по их личному парку на какой-то планете. День, тогда, был обычным. Все было как всегда. Листья на деревьях шуршат. Птички поют. Природа цветет. Все не так как на Кибертроне. Кругом сплошная органика. Его мама отвернулась буквально на секунду. Но этой секунды хватило, чтобы Змей исчез из ее поля зрения. Вскоре она нашла своего сына. И то, что она увидела, напугало ее.
Змей стоял перед гигантской змеей. Та просто свисала с толстенной ветки огромного дерева. Кольца той змеи обвивали саму ветку, ствол дерева и параллельную ветку. Хвост затерялся где-то в листве. Такая змея могла с легкостью кого угодно превратить в груду металлолома. Да хоть одного из Праймов. Змей тогда стоял. Стоял перед лицом самой смерти. Стоял и не боялся. Змея высовывалась свой язык, а Змей отвечал ей тем же. Со стороны казалось, что они будто разговаривали.
Мамочка тогда перепугалась за своего сына. Она осторожно подошла к нему, взяла за руку, без резких движений, и потянула к себе. Не знаю какого она тогда страху натерпелась и как ее инфаркт не схватил. Змея резко поползла на них. Просто бросилась. Она своими кольцами обвила Змея и притянула того к себе. Она не хотела ему навредить. Она не сдавливала кольца. Змея просто играла с ним. Терлась об него мордой. Шелестела своим раздвоенным языком прямо у его лица. А Змей? Змей просто смеялся. Ему было весело.
Его мамочка сразу вызвала какую-то службу. Те пристрелили змею. Как же тогда Змей плакал. Не из-за того, что при нем убили змею. Превратили ее голову в фарш. Он плакал из-за того, что убили его “друга”.
После того случая, Змей часто находил змей. Сидел с ними. Они на пару показывали друг другу языки. Некоторых мелких он притаскивал домой. Его мамочку очень беспокоило состояние ее сынули. И она отправила его в дурку. Лучше ему там не стало. Там он и вырос. Доктора его не понимали. Хоть он и общался нормально. А другие пациенты его боялись. К нему в комнату всегда как-то умудрялись проползать змеи. И он носил их с собой. А когда мимо тебя проходит обвешанный змеями мех и одна из этих змей прямо перед твоим лицом раскрывает пасть и показывает свои клыки с железами, наполненными ядами, тут через “не могу” станешь такого избегать.
С помощью змей он и сбежал. Говорит, они ему помогли. Домой ему возвращаться не было смысла. И тут он встретил Шакала. Босс в нем сразу смог разглядеть потенциал. Он был ловок как змея. Хорошо дрался, хотя не понятно где он этому научился. Во время одного дела он увидел аквариум с экзотической белой змеей. Он тогда спас ее. И назвал Белладонной.
***
– А когда твой отец погиб, Змей замолчал. – сказал Шрам. – Общается он только со своей змеей. С Белладонной. Да и то, я не уверен, что это общение. Но и змея пользу приносит. Помимо того, что крыс уничтожает, так мы к ее голове иногда маленькую камеру прикрепляем. Она проползает в здания и все там снимает.
– Что-то в нас твой отец тогда нашел. – сказал Кот. – Что-то такое, чего я даже сам в себе найти не могу. Вот взять меня, например…
***
Обычный мех, который любит прошвырнуться по местам, где собираются богатеи, всякая там элита. Мне еще с появления на свет был дан дар запредельного обоняния. Дамочки меня просто обожали. Вот я этим и пользовался. Пару лестных слов и жестов внимания какой-нибудь богатенькой фемочке, у которой на шее висит дорогущее колье и чуть ли не на всех пальцах красуются кольца с дорогими драгоценными камнями, и она уже готова за мной идти хоть на край света. А я их вел только до платформы. А потом еще несколько трогательных фразочек и все. Я сбегал. И успевал с собой прихватить парочку дорогих украшений.
Понятное дело, что у богатых фемочек часто имелись богатые мехи – их мужья. Тут главное было не попасться ревнивому мужу. На каждую фемку нужно иметь свой набор фраз. А лучше всего охмурять фемок пожилого возраста. Те падки на лесть, как скраплеты на металл. Хотя мне больше нравятся “молодые доминантки”. Да и старушки могли ведь окочуриться во время…
– Кот, ему еще рановато слышать о твоих… “похождениях”. – рявкнул Шрам.
– Да успокойся. – сказал Кот. – Ничего такого я сказать не хотел. Так вот…
***
Пробрался я на очередной банкет. Выпил немного элитного энергона. И тут увидел свою цель на сегодняшний вечер. Молодая фемочка. Стоит в сторонке, стесняется, а у самой-то глаза горят. Тут цель была особой. К ней иногда подбегала ее мамочка. Все что-то ей тараторила, а фемочка лишь мило улыбалась и что-то говорила в ответ. Иногда ее отец подходил к матери и вновь ее уводил. Похоже тогда мамаша слишком налегла на энерго коньяк. Я выждал нужный момент и подошел. Спросил, мол: “Почему такая красавица держится в стороне?” Она ответила: “Мне не приносят особого удовольствия светские рауты. Я нахожу их слишком шумными.” Я предложил ей тогда отойти в более тихое место, на террасу. Да, в начале предлагать отойти это глупо, но это небольшая затравка. Она отказала, якобы волновалась за свою маму. Я ей ответил, что волноваться нужно будет утром, когда ее маму не будет радовать даже солнечный свет. В ответ она хихикнула.
Еще пару лестных фразочек, касающихся ее внешнего вида и вот мы уже на террасе. У богатых есть свои причуды. Любят они возле своих домов заполнять место органикой. Мы прошли в лабиринт из каких-то высоких зеленых кустов. Знаешь, что самое приятное? Приятно осознавать, что ты у фемки первый мех в ее жизни. Вырастешь – поймешь. Может, я и гад, что так с ней поступил. По сути, обесчестил, незаметно снял с нее пару цацок и сбежал. Но я так выживал.
Мать той фемки я знал. Когда-то давно ее обхаживал. Только не подумай, та фемка не была моей дочерью. Во-первых, я всегда осторожен в этом деле. А, во-вторых, тогда это было года два – три назад. А за это время никто так быстро вырасти не может. Ну вот та дамочка в пылу горячки и проболталась, что знает меня. Описала своему муженьку все во всех красках. Тот был просто в ярости. А когда он увидел, как я вместе с его доченькой выхожу из этого лабиринта, да еще и мы оба были слегка потрепаны и в листве…
Хорошо быть молодым и со здоровыми ногами. Сбегать я всегда умел. А тут пришлось сбегать от разъяренного меха. Клялся меня по стенке размазать. Якобы я обесчестил его жену и дочь. Сам виноват: за своими фемками нужно лучше следить. Можно подумать он “чистенький”. Я видел, как он в тот вечер смотрел на одну официантку.
Мне удалось забраться на какое-то дерево и с помощью него перепрыгнуть через забор. Богатые не любят афишировать свои похождения на стороне. Поэтому многие фемки молчат, когда видят меня на светских раутах. Так, игривые подмигивания. А тут на меня взъелся один из мехов. Хотел узнать, где я живу. А я из бетдома. Жил то там, то тут. Но он все равно меня как-то нашел.
Ты не поверишь, но тогда твой отец мне жизнь спас. Тот мех нанял головорезов. Они меня загнали в угол. Вот тут от моего обаяния никакой пользы. Я уже был готов к смерти. Хотя… Нет, не было. Очень не хотелось умирать. И тут выстрел. Я уже думал, что это в меня. Один из головорезов упал. В голове у него зияла сквозная дыра. Второй выстрел – еще один упал. Головорезов осталось не так уж и много – двое. Еще выстрел. Последний крутанулся на месте и побежал прочь, но не успел. Выстрел и он падает замертво.
Меня в тот день спас Шакал. Предложил мне вступить в его банду. И с головорезами и с тем мехом он обещал все уладить. Трупы головорезов потом нашли возле одного склада. Там не так давно в то время была перестрелка копов с какими-то барыгами. Списали на “неудачное стечение обстоятельств”. Шакал по своим связям смог найти труп бродяги. Немного “капитального ремонта” и он был похож на меня. Даже родная мать не отличила бы. Бродяге перерезали шею. Выглядело так, будто меня убили. Мало ли кто еще на меня счеты имел.
***
– В итоге, тот мех оставил меня в покое. – сказал Кот. – На светских раутах я не часто стал появляться. Да меня там теперь никто не узнавал. Мне немного внешность изменили.
– Но Кота все равно лучше держать подальше от фемочек. – усмехнулся Шрам.
– Особенно в марте. – хихикнул Крыс. – У нас тут у каждого своя история. Вот взять меня…
***
Я ведь с нижнего района, как и ты. Но из другого города. В каждом городе есть свой нижний район. Отец начал меня учить воровать, как только я научился ходить. Моя мама умерла, как только я на свет появился. Воровал я тогда неплохо. Но прокололся с циркачами. Отец меня тогда… Просто им продал. И они меня учили дальше. Учили воровать. Объясняли это тем, мол: ” Раз уж у ботов есть кредиты на то, чтобы водить своих бет в цирк и есть кредиты на покупку в цирке всяких вредных сладостей и безделушек, то и лишние кредиты у них водятся”. К выступлениям меня не готовили. В моих интересах было, чтобы я лишний раз не появлялся на глазах. Всю жизнь так: “воруй и чисти клетки зверья”.
Ну вот я и стал потихоньку по чуть-чуть откладывать с того, что украл. Долго копил. Если бы брал больше, могли заподозрить. Поэтому брал по минимуму. Хотел скопить кредитов на первое время и сбежать.
Помню тот день. Я ведь был первым, кого твой отец взял в свою банду. Один из циркачей, карлик, знал, что я небольшую часть себе оставляю. Понял, что я собираюсь сбежать. И сдал меня. Если бы у меня все отняли и на некоторое время заперли… Я бы тогда просто сбежал. Без ничего. Не нравилась мне та жизнь вот ни капельки. Вечно там со мной обращались как с прислугой. И Крысом звали. Это имя у меня оттуда осталось. Меня решили наказать по полной.
У нас клетка с шакалами была. Во Вселенной много планет, схожих с Кибертрона. На одной водились робо-шакалы. Один взбесился. Бешенство у них проявляется не сразу. Могли подцепить еще щенками, а сама болезнь могла войти в полную силу хоть к их старости. Одного шакала пересадили в отдельную клетку. На следующий день должен был приехать ветеринар и усыпить бешеного. Вот меня и решили на всю ночь запереть с бешеным шакалом.
Как же мне тогда страшно было. Я когда воровал, мне не так боязно было. А тут смотришь бешеной твари прямо в окуляры. А они мутные. Будто черной пеленой накрыты. Из пасти течет пена цвета грязи. Сам покачивается, всего трясет. Видно, что мучается. И представь, что ты с этим монстром оказался один на один в клетке. В ширину она была длинной, а вот в высоту… Я там не мог даже встать. А если на четвереньки, то я головой потолок цеплял.
Ну, думаю, все. Пожил и хватит. Ведь эта тварь легко мне могла свои грязные клыки в пене вонзить мне в шею и просто рвануть. Бежать некуда. Пятой точкой уже вжался в дверь. А зверь медленно шел ко мне, покачиваясь и кашляя какой-то непонятной зеленой слизью. Тварь уже приготовилась к прыжку. Я весь уже прижался к двери сзади. Надеялся, что зверь мне руки, ноги и лицо искусает и поцарапает. Закрыл глаза. И сквозь темноту слышу писк в перемешку с ревом. Открываю глаза и вижу, как кто-то одной рукой держит шакала прямо за горло внизу. А зверь недоволен. Он в панике. Укусить нет возможности. Лапы маячут в воздухе. Рука резко метнулась вверх. Хруст. Бешеный зверь замолк. Успокоился. Рука отпустила зверя и тот упал на бок. Мутные окуляры тускнели. Пена не текла уже из его пасти, а та, что осталась просто медленно лопалась.
Сзади раздался шорох и вот меня уже вытащили наружу. Я еще был напуган. Ведь передо мной стоял мех, который одной рукой убил бешеного шакала. Мех мне предложил тогда помощь. Помог сбежать. Я взамен поклялся ему помогать.
***
– После убийства той зверюги, твой отец и взял себе новое имя. – закончил Крыс. – Шакал. Он не раздумывая тогда спас меня. Тут ведь нужна была просто ювелирная точность. Тварь ведь могла его покусать. А лечить бешенство… Это не очень веселое занятие. От всего курса лечения волком взвоешь. Каждый день тебя будут пичкать разными лекарствами, куча уколов, переливания… И так полгода, если не больше.
– Ну, раз у нас сегодня “день откровений”, то теперь моя очередь рассказывать. – сказал Гризли. – Слушай…
***
Слышал про подпольные бои? Бои без правил, как их называют. Вот я в таких участвовал. Каждый день себе что-то ломал или кулаки чуть ли не до экзоскелета стирал. И так каждый. С поломанной рукой или разбитым лицом каждый вечер выходил на ринг. Превозмогал боль. С выигранных боев ты получал процент, но настолько маленький, что этого даже не хватало на то, чтобы в больницу сходить, чтобы тебя там залатали. А тех, кто часто проигрывает просто вышвыривают на улицу. Без ничего. Как старую вещь.
Я выигрывал множество боев. Ни одного поражения. Платили мне, как самому ходовому бойцу, больше. И у меня была цель, чтобы выйти на ринг и до полусмерти забить противника. У меня была жена и дочка. Моя маленькая девочка… Моя принцесса… Она тогда серьезно заболела. Лежала в больнице. Ей нельзя было вставать. Она вся была утыкана разными проводами. Есть такая болезнь “внутреннее ржавление”. Для взрослых – смертельна. А вот для бет – излечима. Но лечение такое дорогое. Жена тогда продала нашу квартирку возле вокзала и переехала к сестре. Работала. Солнце еще не успело встать, а она уже на первой работе выкладывалась. Одновременно она работала на пяти работах. Работа была одна – уборщица. Но работала в пяти разных офисах. Заканчивала поздно и сразу шла к дочке. Усталая, еле перебирая ногами. Мы вместе каждый кредит не раздумывая отдавали на лечение дочери. Сестра жены тоже помогала, чем могла. Но мы боялись потерять нашу девочку. Боялись, что стараемся напрасно. Боялись, что рано или поздно Праймус заберет ее к себе. В царство тех, у кого искра чиста.
И тут новость. Просто ужасная. Болезнь начала прогрессировать. Лечение не помогало. Но ржавчина была внутри одной детали, которую можно было спокойно удалить. Операция. Но и она была дорогой. А времени оставалось все меньше. Если бы произошла вспышка болезни, то она достигла бы ее камеры искры и тогда…
Жена взяла еще несколько подработок. Просто работала на износ. От зари до зари. А я не мог выгнать мысль о том, что моя маленькая девочка может в любую секунду умереть. Из-за этого я сбивался. Начал лажать и проигрывать. Это не нравилось боссу. Тому, кто держал ринг. Он терял кредиты. Зрители были недовольны.
И вот произошло то, что в конец меня добило. Искра жены не выдержала такой нагрузки на системы. Инсульт. Отказали сначала ноги и руки. Потом вентсистемы. А потом и… Ее искра погасла. А дочка… Произошла та самая вспышка. Она боялась умирать. Но когда ржавчина добралась до ее искорки, она спала. Тихо ушла. Во сне.
Ты не представляешь, как тогда надрывал свой вокалайзер босс. Он меньше меня был. Я легко мог ударить его кулаком по голове и тем самым вбить его по грудную броню в бетон. Я решил уйти из боев. У меня больше не было цели драться за кредиты. И тогда я просто запер босса в ящике. Как же он орал и колотил по дверце. У меня было просто дикое желание раздавить тот ящик вместе с ним. Сложить в гармошку. По пути к выходу, я зашел в его кабинет и взял несколько пачек кредитов. Решил промочить горло сверхзаряженным. Даже если бы попалась паленка и это меня убило… Мне было все равно. Это страшно терять близких. Самых дорогих тебе фемок в один день.
В баре я встретил Шакала. Он сам ко мне подсел у барной стойки. Я тогда уже приложил несколько кубов. Я все ему рассказал. Он мне посочувствовал. Предложил пойти к нему в банду. Сказал: “Умереть ты всегда успеешь. Да, твою жену и дочку не вернуть. Я предлагаю тебе вступить в мою семью. Мы все там друг другу братья. Я не заставляю тебя забыть свою прежнюю семью. Так нельзя. Но я тебе предлагаю позаботиться о семье, где ты будешь так же нужен, как и своей. Но в этой семье ты никого не потеряешь и всегда будешь рядом”.
Не знаю, почему я тогда согласился. Возможно, свою роль сыграл сверхзаряженный энергон внутри меня. Но я согласился.
***
– И я не жалею, что согласился. – сказал Гризли. – Да, я вспоминаю свою жену и дочку. И я знаю, что когда придет мой час, я их снова встречу на том свете. И мы вновь будем семьей.
– Шакал нас объединил. – сказал Шрам. – А мы… Не уберегли его. То дело… Оно было решающим. Не поверишь, но после того дела твой отец хотел забрать твою мать. Забрать к себе. Сделать ее своей женой.
– Он любил твою мать. – сказал Кот. – Меня ревновал. Сказал, что если увидит меня рядом с ней, то… Отрежет под самый корень.
– Без Шакала нас бы не было. Многие бы уже погибли. Змей, возможно, просто бы сбежал на какую-нибудь планету, населенную змеями. Белладонна бы, возможно, погибла. Условия, в которых ее содержали, были не ахти. Кота бы убили головорезы. Крыс – умер бы от укусов и бешенства. Гризли – спился бы и умер. Или от паленки. Или от драки, которую сам бы затеял. А я бы вообще не был тем, кто есть. Я раньше работал в офисе. Знаешь, парнишки, которые целый день сидят на звонках и выслушивают вагоны хамства и неадеквата в свой адрес? И так у меня проходил весь день. По вечерам я зависал в барах. Там я и встретил твоего отца.
– Светлая память Шакалу. – Кот немного опустил голову и приподнял руку, будто держал в ней что-то. – Если Праймус не принял его к себе, то придется забыть о его “величие” и набить ему морду.
– Такой, как Шакал достоин быть самим Праймом. – подхватил Гризли.
– У каждого из нас тут своя история становление такими, какие мы есть сейчас, Крим. – сказал Шрам Криминалу. Мех часто называл его просто “Крим”. – И я уверен, что и ты свою историю еще напишешь в книги нашей банды. Нашей мафии.
========== Глава 6. Стая ==========
Криминал просыпался с первыми лучами солнца. Но сегодня день был особенным. День его активации. День, когда он появился на свет. И в этот раз он встречал начало своего нового года жизни вместе с семьей. Настоящей семьей. Семьей, которая его оберегала и заботилась о нем. Криминал сел на платформу, достал из потайного отделения в тумбочке электронную сигарету и закурил. При остальных он не курил. Хоть и понимал, что те знают, что он курит. Запах ведь остается. Потом Криминал слез с платформы и вышел из своего отсека.
– С Днем Активации, сорванец. – Шрам слегка потрепал голову Криминала.
– Что, ему уже семь сегодня исполняется? – усмехнулся Кот. – Может, пора ему объяснить, чем мехи отличаются от фемок?
– Я тебе объясню. – прошипел Шрам в сторону Кота. – Так объясню, что ты поймешь, когда следует открывать пасть, а когда нет.
– Тише, я всего лишь пошутил. Приберегу этот разговор на его совершеннолетие.
Шрам лишь фыркнул в ответ и пошел к столу возле стены. Дел было много. Нужно было выходить на дело. На какое именно, Криминалу не говорили. Он сам понимал, что для банды он еще малыш. “Шакал Младший”. “Шакал Второй”. Он не думал о том, чтобы в дальнейшем взять имя отца. Он – Криминал. И он прославит и свое имя, и имя своего отца. От мыслей всех отвлек стук в дверь.
– Эй, “банда”. – послышалось снаружи. – Есть кто дома?
Это голос с первой ноты не понравился Криминалу. Не внушал никакого доверия. Ему не нравился и сам тон. Насмешка вперемешку с надменностью. Тот, кому принадлежал голос, считал себя лучше остальных.
– Крим, иди в свой отсек. – сквозь денты прошипел Шрам.
– Но… Почему? – пытался запротестовать Криминал.
– Быстро. – рявкнул Шрам.
Таким Криминал еще не видел Шрама. Злым. Напуганным. Было видно, что он боится именно за Криминала. Как и остальные. Они не смогли защитить Шакала. Потерять Криминала… Они просто не могли себе этого позволить. Они были готовы глотки рвать любому, кто обидит Криминала. Это и произошло с теми хулиганами, которые доставали Криминала… Почти… Гризли держал обоих за ноги вниз головой. Змей заглядывал каждому в лицо. Близко. Белладонна тоже подползала по спине Змея к лицам хулиганов и грозно шипела, раскрывая пасть полную ядовитых клыков. Шипела прямо им в лица. Яд стекал по ее клыкам. Шрам тогда им пообещал, что если они теперь хоть пальцем или словом тронут Криминала, то их долго будут собирать по частям. По мелким частям. Как пазл. Криминалу, конечно, они об этом ничего не сказали. Узнали они об этих хулиганах случайно. Когда Криминал быстрее пули влетел на склад и спрятался за Крыса. Просто тот был ближе.
Криминал ушел в свой отсек, но оставил маленькую щелочку. Он видел, как на склад вошел мех. Он был похож на волка: уши, хвост, лапы. Цвет брони был средним между голубым и стальным. Цвет “стального неба”. Желтые окуляры надменно осмотрели всех вокруг. Осмотрели всю обстановку. Змею пришлось придерживать Белладонну. Та угрожающе шипела на незваного гостя и раскрывала пасть. Грозилась кинуться на меха.
– Миленько у вас тут. – хихикнул мех.
– Чего тебе, Стилджо? – недоверчиво рыкнул Шрам.
– Так, просто. Пришел вас проведать. Я единственный, кто о вас еще помнит. И вместо благодарности вы на меня фыркаете.
– А чего ты хотел? – возмутился Крыс. – Мы прекрасно знаем, зачем ты сюда суешь свою волчью морду…
– Крыс. – шикнул Шрам. – Мы в твоих услугах никогда не нуждались, Стилджо. – Шрам держался спокойно. – И никогда в тебе мы не будем нуждаться.
– Неужели? Ваши дела идут хуже некуда. Да, у вас осталось одно дело. Но если вы и его провалите, то… Ты сам помнишь, Шрам. Вам тогда придется принять мои услуги и… Принять меня как своего нового босса.
– Да я лучше остепенюсь и женюсь. – фыркнул Кот.
– Я и так знаю, что вы все провалите. Кто вы без Шакала?.. – насмехался Стилджо.
– Не смей произносить его имя. – сжимал кулаки Гризли.
– Сумасшедший “мальчик-змей” с его скользкой “подружкой”. – смеялся Стилджо. – “Мартовский герой-любовник”. Цирковой “забитый” мех. Громила, потерявший все. И… – Стилджо сделал шаг к Шраму. – Старикан, верный старым законам. Вместе с частью своего зрения ты потерял и хватку, Аллигатор. Так ведь тебя раньше звали, верно? – Стилджо ходил вокруг Шрама кругами. – Вы никто. Сборище неудачников. Без руководства вы даже конфетку у беты забрать не сможете.