Текст книги "Ты моя игрушка (СИ)"

Автор книги: Sofja

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц)

Глава 14

– Юль, ты как? – держу волосы Юли в руке и поглаживаю её по спине, пока она выплёвывает содержимое желудка в унитаз.

– Норм… – не договорив, Юля снова издаёт характерные звуки, а я морщусь– во мне боряться два чувства: жалость к подруге и желание рассказать обо всём Марату.

Янышева не права. Власов имеет право знать, что скоро станет отцом, а уж, как поступить, решать ему. Но предать Юлю я не могу. Это её тайна и только ей решать, как поступить.

В конце концов, всё мы совершаем ошибки. Возможно, Юля одумается и всё у них с Маратом будет хорошо, а если нет… У неё есть семья, которая её и её ребёнка никогда не бросит.

– Воды?

Юля поднимается с колен и открывает кран с холодной водой. Она слишком бледная, кожа холодная, а под глазами огромные синяки.

В который раз поражаюсь её мужеству. Юля собралась родить ребёнка, отказаться от мечты стать актрисой, готова терпеть эти муки в виде недомогания и токсикоза… Я бы так точно не смогла.

– Я ужасно выгляжу, да? – слабо улыбается Янышева, глядя на меня через зеркало.

– Можешь не говорить, я и сама знаю. Мне кажется, мама догадывается. Скоро отец вернётся. Если он узнаёт, скандала не избежать.

– Не преувеличивай. Твои родители тебя любят и примут любое твоё решение. – по крайней мере, я искренне в это верю. А, как иначе? Они ведь семья. Должна быть за друг друга горой.

Это мы с мамой вдвоём всю жизнь.

Она мне звонила несколько раз, после моего возвращения в Москву, уговаривала поговорить с Сергеем и он звонил, но я не отвечала. Не могу. Сама не знаю почему, но не могу переступить через себя. Не было у меня отца. Не было в детстве, не было в подростковом возрасте, а сейчас? Я взрослая, сформировавшаяся личность и я не готова принять совершенно чужого человека и называть его отцом. А, вдруг Сергей наиграется и бросил нас с матерью? Что тогда? Мне придётся лечить своё разбитое сердце? Конечно, кто не рискует, тот не пьёт шампанского, но я трусиха. Риск не для меня. Я сто раз обдумаю, прежде чем сделать. Взвешу всё за и против…

Только в одном случае моя система дала сбой – в случае с Королёвым. Я позволила себе необдуманные поступки, чуть не впустила Кирилла в своё сердце, но во время одумалась.

Мы не виделись почти две недели. Не знаю случайность это, или же Королёв решил, что нам лучше не встречаться, но факт остаётся фактом: учась в одном университете, мы не пересекались. Я даже машину его ни разу не видела. Оно и к лучшему.

Я старалась не думать о Кирилле и помоему у меня это не плохо получалось.

– Мне страшно, Май. Вдруг, я не справлюсь? Ребёнок это же такая ответственность.

– Всё у тебя получится, Юль. Главное верить.

Обнимаю подругу и целую в щеку. Ей, сейчас, как никогда нужна поддержка и раз я единственная, кто знает о беременности, эту поддержку Юле должна дать я.

Янышевой становится чуть лучше и мы идём на пару. Уж, не знаю, почему, но в последнее время Марат перестал с нами общаться, только издалека кивал головой и сразу же уходил. Я у Юли спрашивала, что у них ещё случилось, но она молчала, как партизан.

На лекциях, усердно записываю все, что говорят преподаватели. У меня уже итак хвостов набралось, потому что слишком часто я просыпала первые пары. Подумывала бросить работу в ночном клубе, но деньги… Зарплата, хорошие чаевые… Я могла позволить купить себе новые вещи, которые сама хочу, хорошо питаться и главное, не просить денег у мамы.

Ей, кстати, мне всё таки пришлось признаться, что я подрабатываю. Конечно, подробности я опустила. Для мамы, её любимая, единственная дочь работала в библиотеке всего лишь четыре часа в день и заодно, там же занималась. Я врать не люблю, но то ложь во благо, как говорится.

Зачем маме лишние переживания? У неё их итак хватает, в связи с вновь обьявившимся моим папашей.

Отсидев лекции, захожу в столовую, покупаю хот-дог и кофе в автомате– времени поесть в общаге у меня нет. Надо быстро переодеться и в рекордные сроки добраться до клуба.

Сегодня, я заменяю Катю– буду обслуживать не просто вип столики, а вип кабинки. Девчонки говорили там такие чаевые бывают, как наша месячная зарплата.

Быстро переодеваюсь, кладу в сумочку туфли и поплотнее завернувшись в куртку, выхожу на улицу. Дубак ужасный. Октябрь, а такое чувство, что середина зимы. Ветра сумашедшие, холодные, северные.

Прихожу в клуб продрогшая до костей, с стучащими друг о друга зубами. Сразу же надеваю форму– чёрное платье, белый фартучек, вроде всё прилично, но на моей фигуре он сидит слишком плотно что-ли. Грудь едва не вываливается, бёдра через чур обтянуты, поэтому приходится ходить мелкими шажками. Без недвусмысленных намеков и коментариев тоже не обходится. Некоторые даже пытались распускать руки, но спасибо Лёше бармену– он мне всегда помогает и, кажется, надеется на что-то большее, чем просто дружба.

– Майя, готова? – в комнату для персонала заглядывает Евгения Дмитриевна.

– Да, почти, – киваю я, завязывая фартук.

– Не подведи, девочка. У нас очень важный клиент, как раз в той кабинке, которую будешь обслуживать ты.

– Не подведу, Евгения Дмитриевна, – заверяю с улыбкой.

Я вот её необоснованного волнения не разделяю. Я свою работу знаю и выполняю хорошо. Да и много ли ума надо, чтоб с подносом бегать? Главное ловкость рук. Но вся моя бравада и смелость исчезает, когда я оказываюсь в вип кабинке, чтобы принять заказ. Там не просто клиент– мерзкий на вид, толстый и взгляд такой сальный, оценивающий, точнее он не один. В его ногах одна из наших стриптизёрш и она(Мне даже говорить о таком неловко, Боже мой) она делала ему минет.

– Присоеденишься? – усмехается боров, затягиваясь едким дымом сигареты.

– Простите, я. Простите, – бормочу, краснея и отворачиваясь. Надо бы уйти, но ноги, словно к полу приросли.

– Коньяк мне принеси и лимон, – снова усмехается мужчина.

Так и не повернувшись, я киваю и пулей выскакиваю из кабинки. Тяжело дышу, облокотившись о барную стойку и пытаюсь стереть противную картинку перед глазами. Нет, я конечно, догадывалась, что некоторые девчонки здесь не гнушаться такого рода заработком, но блин… Он же старый, неприятный. Как с таким можно? Как вообще можно себя продать?

– Ты чего, Май? – освободившись после очередного комната, Лёша останавливается напротив меня и накрывает мою ладонь своей

– А? – качаю головой

– Всё хорошо. У меня заказ из вип кабинки. Коньяк и лимон. Пойду.

Полнос приходится, буквально прижимать к груди, чтобы ненароком не разбить дорогущую бутылку. Руки трусятся и ладони вспотели. Надеюсь, мне больше не придётся лицезреть ту картину.

Цепляю на лицо улыбку и вхожу в кабинку. Мужик один. Сидит, развалившись на диване и закинув руки на спинку. Курит.

– Ваш заказ, – на негнущихся ногах подхожу к столику, ставлю тарелку с лимоном, бутылку и стакан.

– Налей, – кивает он на бутылку, при этом пялясь на мою грудь.

Глубоко вздохнув, наливаю коньяк в стакан и собираюсь уйти, но огромная лапища со звоном приземляется мне на попку, а в следующий момент я падаю прямо на колени борова.

– Пустите. Пусти, – без разбора молочу руками и ногами, пытаясь вырваться. Тошнота подкатывает к горлу, когда потные руки забираются под подол короткого платья.

– Целка что-ли? – усмехается мужик, облизывая мою шею

– Так я доплачу. Целок у меня ещё не было.

Парализующий страх охватывает тело. Я понимаю, что мне не справиться с ним. Судорожно соображаю, что же делать? Хватаю стакан и плескаю его содержимое в ненавистное лицо.

Мужик, явно, не ожидавший такого, теряется, а я пользуясь его замешательством, выбегаю из випа и несусь в комнату для персонала.

Мне впервые так страшно. Очень страшно.

Обхватываю колени руками и подтягиваю ноги к груди, пытаясь унять дрожь в теле. По щекам катятся слезы, которые я не в силах контролировать.

– Майя, – орёт Евгения Дмитриевна, улетая в комнату и хватая меня за руку.

– Ты что творишь, идиотка? Ты хоть знаешь кто это? Это депутат. Он в Госдуме заседает. Одно его слово и наш клуб прикроют.

– Он, он, он… Хотел меня… – всхлипываю я.

– И что? От тебя убудет что-ли? Ты должна вернуться туда.

– Нет, – качаю головой

– Нет, нет…

– Так и знала, что с тобой проблем не Оберешься. Лёша…

Спустя пару секунд в комнате для персонала появляется Алексей и я чувствую, как краснею от стыда. Ещё этот его взгляд сочувствующий вызывает новую порцию слез.

– Принеси Майе воды и успокоительное.

– Может не надо, Евгения Дмитриевна? Пускай домой идет.

– Неси, я сказала. Не видишь у неё истерика.

Забираю из рук Леши стакан и с жадностью пью воду. Наверное, он действительно, добавил успокоительное, потому что через пару минут слезы высыхают, а в теле образуется приятная усталость.

Я больше не боюсь. Мне легко, хорошо… Голова правда слегка кружится, но это кружение… Оно приятное.

– Ой, – хихикаю, когда встав, едва не падаю, запутавшись в собственных ногах. Меня подхватывает Лёша.

– Всё, Лёша, работай, – Евгения Дмитриевна берёт меня под руку.

– Я сама Майе помогу.

– Но, Евгения Дмитриевна… – возражает Лёша.

– Ты же не хочешь, чтобы я шефу позвонила?

Я не понимаю, о чем они говорят. Я вообще ничего не понимаю. В голове туман, ноги дрожат… И мне жарко. Мне так жарко, что хочется стянуть с себя ненавистное платье, почувствовать свежий воздух кожей..

– Я привела её, Владлен Владимирович, – пытаюсь открыть глаза, услышав голос администратора, но веки настолько тяжёлые, что у меня ничего не получается.

Ещё пара мгновений и моё тело взлетает в воздух, а потом опускается на что-то твёрдое. Повернув голову на бок, я вздыхаю и проваливаюсь в забытье..

Глава 15

– Тебе точно надо девку найти, – усмехается Савельев, вытирая потную шею полотенцем.

– А, то ты со своей Пчелкиной свихнешься скоро и начнёшь спать у неё под дверью.

Открываю бутылку воды и залпом её опустошаю. Наверное, Славян прав. Мысли о пчёлке меня уничтожают. Я не могу думать ни о чем, кроме неё. Утро, день, вечер, ночь… Она постоянно со мной. Она сводит меня с ума.

Я, ведь хотел по нормальному. В ресторан пригласил, встречаться предложил. Я видел, что нравлюсь Майе. Она, блин, кончила, от моих пальцев, и, если бы мы не были в автобусе, уверен зашли бы дальше… Но, Майя… Умеет она всё испортить и искаверкать. Моё предложение встречаться и заботиться о ней, восприняла, как нечто унизительное.

Нет, так нельзя. Мне надо забыть о ней. Найти другую, переключится. Две недели её не видел, а меня ломает по-страшному.

– Все сказал? – огрызаюсь на друга.

Ненавижу, когда мне указывают на мою больную любовь. Я сам всё знаю. Сам.

– Думаешь Пчелкина там в клубе только официанткой подрабатывает? Да, я там сам лично весь женский персонал перетрахал.

Меня оглушает. Как обухом по голове. Стиснув зубы, хватаю Славу за грудки и встряхиваю

– Лучше заткнись.

Никто. Никто не имеет права говорить о Майе плохо. Никто, кроме меня.

– Да, понял я, понял. Угомонись, – Савельев отталкивает меня и поправляет футболку

– Реально, больной, блять, Кир. Мы с тобой с детства знакомы, а ты из-за какой-то девки.

Хватаю свою сумку и не оборачиваясь, ухожу из тренажерки.

Надо остыть, иначе, наворочу дел, с Савельевым разругаемся, а терять друга я не хочу.

Приезжаю домой и первым делом иду в душ. Прохладные струи леденят кожу. Закрываю глаза, думая о пчёлке. Как она ластилась ко мне, как отвечала на поцелуй, её финальный стон… Сам не замечаю, как обхватываю член рукой и скольжу по нему, представляя пчелку. Мне хватает пары движений, чтобы с диким рыком кончить в кулак.

Упираюсь лбом в кафельную стену и смеюсь. Дожил, бля. Я мог поиметь кого угодно. Бабы сами на меня вешались, но вместо этого дрочу в душе, представляя Майю.

Выхожу из душа и иду на кухню. Достаю вчерашний ужин и поглащаю за пару минут, запивая всё это банкой пива. Нажираться чем то крепким не хочется, потому что такими темпами и спиться не долго. У меня спорт, бокс, режим и пусть профессионально занятия после травмы я забросил, совсем отказываться от бокса не собираюсь. Он помогает выплеснуть эмоции.

Мою посуду, иду в комнату и заваливаюсь на кровать. Спать хочется дико, но вместо этого, я открываю инсту и захожу на страничку пчёлки. Ничего нового она не выкладывает и в сети не сидит. Я не видел её 2 недели, реально, избегал, боясь сорваться и нагрубить, или того хуже, скрутить её хрупкую шейку.

В инсте приходит оповещение о входящем сообщении. Открываю окошко, вчитываюсь в строки. По спине бежит холодок.

Я подрываюсь с кровати, натягиваю джинсы и свитер, хватаю ключи от машины.

Доезжаю до клуба за десять минут, нарушая всё правила. Пару раз чуть не попадаю в аварию, но… Похер.

Бросаю машину прямо у входа в клуб, плачу за вход и направляюсь прямо к барной стойке.

– Где она? – с размаху бью бармену в нос, он падает, я хватаю его, поднимаю и трясу

– Блять, я тебя спрашиваю.

– Я не виноват. Это всё грымза. Я же сразу тебе написал.

Сука, сука, сука.

Если с головы Майи упал хоть один волос, я убью и бармена и эту грымза. Придушу собственными руками.

– Где Майя? – повторяю вопрос, теряя терпение. Руки зудят от желания начистить ему рожу, но для начала надо найти пчелку и убедится, что с ней всё хорошо.

– Она в вип комнате.

Отбрасываю бармена, он летит назад, снося спиной полки с дорогим алкоголем.

В голове вспыхивает мысль: надо будет поблагодарить Савельева за то, что часто звал меня сюда и я знаю, где находятся вип кабинки.

Открываю первую.

– Какого… – орёт мужик, которого обслуживали две барышни.

Майи среди них нет.

Иду дальше. Открываю вторую и чувствую, как глаза застилает пелена ярости. Она поднимается в груди, приказывая убивать.

Моя пчёлка лежит, распластанная на кожаном диване, в одном нижнем белье, а над ней пыхтит здоровый мужик, пытаясь расстегнуть ширинку.

В два шага оказываюсь рядом с ним. Хватаю его за шкирку и отбрасываю эту тушу в сторону.

Нависаю над ним сверху и хватаю за шею. Мужик, явно, в два раза больше меня, но мной руководит неконтролируемая агрессия. Как представлю, что было бы, если бы бармен не нашёл меня в инсте, если бы я чуть-чуть опоздал.

Кулак врезается ему в челюсть, потом ещё и ещё. Грузное лицо больше напоминает кровавое месиво.

Выдохнув, качаю головой и подхожу к пчёлке. У неё на щеке расползается огромный синяк, глаза закрыты, лицо умиротворенное, но вот сердце стучит как бешенное.

Руку даю на отсечение, эти суки её чем то накачали.

Снимаю свитер и надеваю его на Майю. На её хрупкой фигурке, он смотрится, как платье. Подхватываю её на руки и двинув дверь ногой, выхожу из випа. Музыка оглушает. Пчелка хмурится и жмётся ко мне ближе.

На пути к выходу встречаю ошарашенную админисираторшу– она несётся в вип кабинку.

Без преград выхожу из клуба, опускаю пчелку на переднее сидение своей машины, глажу её лицо, синяк, целую сладкие губы.

Блять, я дебил, если думал, что смогу её забыть. Я не смогу.

Это же пчелка. Моя Майя, которую я люблю с детства. Ради неё я готов на всё, без исключения.

Завожу мотор и включаю подогрев сидений.

Майя забирается на кресло с ногами, поворачивает голову в мою сторону и неожиданно открывает глаза. Улыбается.

– Кирилл… – выдыхает она, протягивая руку и касаясь моего лица.

– Ты мне снишься, да?

– Ага, – киваю, сглатывая.

Её нежные прикосновения, будят во мне первобытные инстинкты, но нельзя. Сейчас, Майя не в себе, а я никогда не воспользуюсь её беззащитностью.

– Ты красивый, – бормочет Пчелка, продолжая исследовать моё лицо. Пальчиками обводит брови, нос, губы.

Я крепче стискиваю руль и всего на секунду прикрываю глаза.

Это же грёбанный рай. Она со мной, здесь в моей машине. Сама меня трогает, улыбается.

– Самая красивая здесь ты, – усмехаюсь я и Майя сама разряжается задорным смехом.

Мощную головой, она прикусывает губу

– Не ври. Ты всегда говорил, что ненавидишь меня. – она хмурится

– Только я не понимаю, за что?

Ох, глупышка. Знала бы ты, что я на самом деле к тебе испытываю. Ненавистью там и не пахнет. Это всё показное, защитная реакция на твою нелюбовь.

– Спи, пчелка.

Какой смысл сейчас разговаривать, если завтра Майя ничего не вспомнит?

Она слушается. Вздохнув, закрывает глаза и быстро засыпает.

Я призываю всю свою выдержку, чтобы не пялиться на голые, соблазнительные ноги, чтобы не трогать её.

Подъехав к дому, глушу мотор и несколько секунд разглядываю Майю. Потом несу её к себе в квартиру и укладываю в кровать, предварительно, сняв с неё свой свитер.

Майя только вздыхает, что-то бормочет во сне, но не просыпается.

Ложусь рядом и обнимаю её.

Завтра меня, наверняка ждёт куча проблем из-за того мужика и погрома в клубе, но то будет завтра. Сегодня же я наслаждаюсь обществом пчёлки, наполняю свои лёгкие её запахом, дышу ей..

Глава 16

Нежные прикосновения рук скользят по ногам, выше, гладят живот, особое внимание уделяя пупку.

Я задыхаюсь, изо рта вырывается стон.

Какой чудесный сон. Мне так приятно, так хорошо. Никогда бы не подумала, что Кирилл может быть таким ласковым.

– Открывай глаза, пчелка. Я же вижу, ты проснулась, – сквозь шум в ушах, до меня доносится голос Кирилла. Не во сне, блин.

Распахиваю глаза и сталкиваюсь с ним взглядами.

Королёв нависает надо мной и глупо улыбается. Его руки продолжают путешествие по изгибам моего тела: гладят, сжимают, вызывая тонны мурашек.

– Что? Какого хрена, Королёв? – восклицаю возмущённо, упираясь ладонями в стальные плечи. Кожа под моими руками горячая и до ужаса приятная на ощупь.

Облизываю пересохшие губы. Кир тут же устремляет свой взгляд на мой рот, сглатывает так, что кадык дёргается, а мне в бедро упирается нечто большое, твёрдое и горячее.

Да, он же без трусов!

– Пусти, говорю, – уже визжу я.

– А, как же благодарность, пчелка? Я тебя вообще то от изнасилования спас.

– Чего?

В голове тут же всплывают картинки вчерашнего вечера. Я обслуживаю вип кабинки. Мерзкий, противный мужик пристаёт ко мне. Потом Евгения Дмитриевна. Её помню, а дальше провал.

– Как я здесь оказалась? – спрашиваю, теряя всю свою браваду.

Кирилл отстраняется, садится на кровати..

– Ты не мог бы прикрыться?

Стараюсь не смотреть на его питона. Он, реально, огромный. Как такой может поместится во мне, допустим?

Фыркнув Кирилл, накидывает на себя одеяло.

– Вчера ты не особо стеснялась.

– Я не помню, что было вчера.

– Конечно не помнишь. Твой дружок бармен на пару с начальницей накачали тебя седативными и хотели подложить под мужика.

– Что?

Не может быть этого.

– Лёша не мог.

– Ещё как мог. Ему повезло, что потом он одумался и написал мне в инсте. Ты, кстати не знаешь почему, именно мне?

Знаю. Потому что я рассказывала, что мы знакомы, но тебе об этом знать не обязательно. Я до сих пор в шоке.

– Не знаю.

– Так вот, пчелка. Если бы я опоздал на пару минут, тебя бы в бессознательном состоянии трахнул незнакомый мужик и ты бы потом ничего не доказала. Всё ещё хочешь работать в том клубе? – заканчивая речь, Кирилл впъявливается в меня взглядом, а я не знаю, что ответить.

Как такое возможно?

Поработала, Майя? Денег заработать хотела, а в итоге, только благодаря Королёву, избежала самого страшного.

Нужно сказать ему спасибо, но язык не поворачивается.

– Где моя одежда? – спрашиваю, оглядываясь.

– В вип комнате осталась.

– Ты что нас меня в нижнем белье?

– Ну, извини, что не оставил тебя там.

– А, где мой телефон?

– Слушай пчелка, у тебя ничего не было с собой. Может в клубе оставила.

– Мне надо в общежитие. И телефон забрать. Если мама до меня не дозвониться, с ума сойдёт, – бормочу потерянно.

– Можешь принять душ. Я тебе какие-нибудь штаны дам и кофту, а потом отвезу.

– Ага. – встаю с кровати, кутаясь в простынь.

– И, спасибо, тебе, Кирилл.

– Спасибо, – усмехнувшись, Кирилл качнул головой и двинулся ко мне.

– А, поцеловать, пчелка. Один поцелуй. Всего лишь один.

Его ладони легли на мою талию

Королёв склонялся ниже, а я часто моргая пялилась на его губы.

Когда наши губы встретились, я прикрыла глаза и судорожно выдохнула, вцепившись руками в плечи Кирилла, потому что ноги задрожали.

Он не торопился. Просто касался моих губ своими, захватил в плен сначала Нижнюю, потом верхнюю. Я сама обхватила его за шею. Сама прижалась к его телу. Сама раскрыла рот, чтобы впустить его язык. Сама застонала от непередоваемых ощущений.

– Блять, – выругался Кирилл, когда наш поцелуй прервал звонок в дверь.

– Кто бы это не был, я его убью, – он улыбнулся, с силой сжал мою попку, чмокнул в губы и отпустил меня, натянул шорты и пошёл открывать дверь.

Глупо улыбаясь, я потрогала губы и зажмурилась.

Из прихожей послышались голоса.

– Гражданин Королёв Кирилл Алексеевич? – раздался грубый, прокуренный голос.

– Следователь Аксёнов. Вы задержаны по подозрению в нанесении тяжких телесных повреждений Павлову Виктору Генадьевичу.

– Кирилл, – я вышла в прихожую.

Двое полицейских в форме и один в обычной одежде стояли рядом с Кириллом.

– Что случилось?

– Минуту подождите, – обратился Королёв к полицейским, а потом взял меня за руку и увёл в комнату.

– Кирилл, я не понимаю. Это из-за вчерашнего? Ты избил того мужчину? – протароторила я, чувствуя как от волнения потеют ладони.

– Пчёлка, ни о чем не думай, поняла? Всё будет хорошо, – Кирилл ободряюще улыбнулся.

– Вот, – он протянул мне мобильный.

– Позвонишь матери, успокоишь её. И, найди в телефонной книги номер Савельева, позвони, обрисуй ситуацию. Поняла?

– Поняла. Кирилл, я… – хватаю его за руку, но не зная, что сказать просто целую.

– Ну, всё пчёлка. Я скоро вернусь. Можешь дождаться меня здесь.

– А, пароль, Кирилл? – крикнула ему вслед.

Королёв обернулся

– Пароль дата твоего рождения, пчёлка.

Как только за Кириллом и полицейскими закрылась дверь, я сделала то, о чем он просил. Нашла номер некоего Самойлова и набрала его.

– Боя, надеюсь у тебя серьёзная причина, чтобы позвонить мне в такую рань. – пробормотал сонный голос.

Рань? Да, сейчас 10 утра.

– Извините, я звоню по просьбе Кирилла.

– Пчёлка? – усмехнулся он, а я уставилась на телефон.

Откуда другу Кирилла известно обо мне?.

– Да. Кирилла задержали только что.

– Задержали? За что?

– Я у него в квартире, сейчас. Может вы приедете и я всё объясню?

– Приду. Я в соседнем подъезде живу. Через десять минут буду.

Ожидая друга Кирилла, я достала из шкафа мужские трико и футболку, оделась и умылась.

Волосы пришлось собрать в пучок, потому что они больше напоминали солому, а расчёску я не нашла.

– Ну, привет, пчёлка, – усмехнулся Савельев с порога. Осмотрел меня критичным взглядом, хмыкнул.

– Добился таки своего.

Я его фразу пропустила мимо ушей. Прошла на кухню и села за стол.

– Слава, – представился парень.

– Майя.

– О тебе я наслышан, поверь. – вновь усмехнулся он.

– Что натворил Кир?

Сглотнув, я закрыла лицо руками.

– Помогая мне, он избил человека.

– Не удивлён. Всегда знал, всё беды из-за баб.

Краснея, опускаю голову. Я сама знаю, что виновата, но когда тебя вот так тыкают носом..

– Придётся папочке позвонить, – вздохнул Слава, доставая телефон.

– Не бросать же этого оболтуса.

– Спасибо, Слава, – воскликнула я воодушевленно, ещё и за руку схватила. Я, конечно, не знаю кто его отец, но думаю он обязательно поможет.

– С этим поаккуратнее, – усмехнулся Савельев, кивая на мою руку, которой я держала его

– Кир мне яйца оторвёт, если узнаёт, что я тебя касался.

Я опять покраснела, засмущалась.

– Позвонишь мне потом? В том, что случилось, полностью моя вина и я хочу убедиться, что с Кириллом все будет хорошо.

– Ага. Позвоню, – Слава остановился у двери

– А, телефон свой Кир тебе оставил?

– Я свой потеряла.

– Можешь полазить в нём. Много интересного найдешь.

Вот ещё. Не буду я лазить по его телефону. Это не этично и там личное. Я с Кириллом после всего, что он для меня сделал, так поступить не могу. Только Юле позвоню. Благо, у меня отличная память на номера и её я знаю наизусть.

Прошу Юлю приехать и привезти одежду, скидываю смс с геолокацией и, в ожидании, слоняюсь по квартире.

У Кирилла тут стильно. Минимум мебели, ничего лишнего, но в тоже время очень красиво.

Открываю шкаф и провожу ладонью по развешанным там вещам. Беру в руки футболку и прижимаю к лицу, вдыхая его запах.

Кирилл. Кирилл. Кирилл.

Он во мне. Под кожей. В моём сердце.

В какой момент это случилось? Когда моя ненависть, переросла в любовь?

На телефон Кирилла приходит смс.

Я не буду читать. Точно не буду.

А, что если это Савельев?

Снимаю блокировку и пялюсь на экран. Реально, Савельев

"загляни в галерею пчёлка"

Мысленно попросив у Кирилла прощения, открываю галерею и пораженно выдыхаю– там я.

Везде мои фото. Некоторые из соцсетей, а некоторые… Видимо Кирилл сделал тайком.

Листаю ленту вниз и нервно смеюсь.

Зачем Кириллу мои снимки? Стооолько снимков?

Неужели?

Вспоминаю, как он появился в нашей школе. Как сразу обратил на меня внимание, цеплял, задирал. Как пригласил танцевать на выпускном, поцеловал на моём дне рождении, а потом в автобусе. Как предложил встречаться. И, вчера… Он спас меня. Примчался по первому зову, потому что… Любит..

Кирилл меня любит!

Осознание очевидного оглушает. Смеюсь, качая головой, зажимаю рот рукой, потом тру лицо.

Как я раньше об этом не догадалась? Как?

Да, Кирилл странно проявлял свои чувства, но он человек такой– закрытый.

Видимо, боялся быть отвергнутым, поэтому так себя вёл.

Ещё несколько минут сижу, переваривая эту информацию, пока в квартире не раздаётся звонок.

– Тебе придётся очень постараться, чтобы объяснить, что ты здесь делаешь и где твоя одежда, – заявляет с порога Янышева, уперев руки в бока…