Текст книги "Сутта-Нипата. Сборник бесед и поучений. Буддийская каноническая книга"

Автор книги: Сборник

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]

6(288). По сорока восьми лет юношеское целомудрие хранили они; в примерной жизни и в искании мудрости свершали брахманы верный здесь путь свой.

7(289). Не женились брахманы на женщинах другой касты и никогда не покупали себе жен; брачуясь, они вели добрую жизнь в любви и взаимной верности.

8(290). Они никогда не оскверняли жен своих, всегда соблюдая с ними должное время.

9(291). Они восхваляли целомудрие, восхваляли смирение и сострадание, добродетель и честность, покаяние и терпение.

10(292). Самые лучшие из них, строгие брахманы, даже и в сонном видении не испытывали сладострастия.

11(293). Подражая их обычаям, и из светских людей многие прославляли целомудрие и терпение.

12(294). Прося риса, постели, одеяния и масла и собирая все это справедливостью, они из собранного уделяли на жертвоприношения и коров не убивали.

13(295). Как мать и отец, братья и другие близкие, так и коровы – наши лучшие друзья, дарующие нам целебные снадобья.

14(296). Они питают и укрепляют нас, они дают нам крепкое телосложение и счастье; зная действительное назначение их, никогда брахманы не закалывали коров.

15(297). Те брахманы были красивы и статны, кротки и славны, брахманы по природе, усердные в своих различных трудах; все время земной жизни преуспевал род их.

16(298). Но со временем изменились брахманы: все смотрели они на богатства царей, на их разукрашенных жен,

17(299). на их чудные колесницы, везомые благородными конями, на богатые их цветные ковры, на дворцы и палаты с многочисленными покоями,

18(300). на все то великое благосостояние со стадами коров, с целой толпой женщин чудной красоты – и стали брахманы жадными.

19(301). Движимые жадностью, пошли они, слагатели гимнов, к царю и сказали: „Многими сокровищами и житом владеешь ты, принеси в жертву богатства, принеси в жертву сокровища!”

20(302). И вот царь, господин колесниц, наученный брахманами, принес им в жертву коней, и людей, и сокровища, отдал, не сожалея о том, и, принеся эти щедрые жертвы, он даровал брахманам еще многие богатства:

21(303). и коров, и ложа, и платья, и украшенных женщин чудной красоты, и прекрасные колесницы, везомые благородными конями, и ковры роскошных цветов и рисунков;

22(304). и дворцы с многочисленными покоями, и житницы, наполнив их отборным зерном; вот какие богатства подарил царь брахманам.

23(305). Но еще более только возросла жадность в брахманах, получивших такие сокровища; и тогда они, певцы гимнов, пошли к царю и сказали:

24(306). „Как вода и земля, жито и золото, так же и коровы созданы для людей, ибо все это – дань мира живущим; принеси в жертву свое обильное богатство, принеси в жертву свое обильное добро!”

25(307). И тогда царь, властелин колесниц, наученный брахманами, подарил им много сотен тысяч коров, чтобы были они убиты для жертвы!..

26(308). Тех коров, всегда кротких, щедро дарующих людям полные чаши молока, тех коров, которые, как и козы, никому не вредят ни рогами, ни копытом своим, повелел царь, схватив за рога, убить оружием!..

27(309). Боги и праотцы, Индра и Асуры и все духи воскликнули: „Это – несправедливость!” – когда оружие вонзилось в коров…

28(310). Прежде было три бедствия: желание, голод, погибель, – со времени убиения коров стало их девяносто восемь.

29(311). Свершилась несправедливость насилия, убиты неповинные коровы, жрецы отпали от Дхаммы!

30(312). Посрамлено Мудрым это дряхлое и низкое учение – и на тех, кто следует этому обычаю, ты смотри как на оскверняющих пламя жертвенника.

31(313). С той поры, как нарушена была Дхамма, наступила вражда между кастами, и жены стали пренебрегать мужьями.

32(314). Воины, и брахманы, и другие кастовые разбрелись в пререканиях и спорах и подчинились грешной силе плотских наслаждений».

Когда сказаны были эти слова, зажиточные брахманы сказали Совершенному:

«Как прекрасно это, о славный Гаутама! Как прекрасно это, о славный Гаутама! Как поднимают оброненное, как открывают опрокинутое, как указывают путь заблудившемуся, как вносят светоч во тьму, чтобы те, кто имеет очи, могли увидеть, так и славный Гаутама разнообразными путями разъяснил нам истину; мы прибегаем к славному Гаутаме, к его Закону и к семье монахов; пусть славный Гаутама примет нас как последователей, отныне и навсегда находящих в нем убежище!»

Сутта VIII

1(315). Славьте того, от кого поучаетесь Закону, как боги восхваляют Индру, – великое слово возвещает он вам, мудрый, достойный, прославленный.

2(316). В глубоком раздумье вникнув в Учение, разумный и в жизни своей следует правилам, согласным с ним; он становится сведущим, опытным, горячо привязанным к своему наставнику.

3(317). Кто учится у низкого учителя, безумца, не познавшего правды, завистливого, тот идет путем смерти, тот не победит неведения, не постигнет Закона.

4(318). Если человек вступил в быструю реку, вдаль понесся он, подхваченный ее шумными волнами, – разве поможет он другим тогда переплыть ее?

5(319). Так же и тот, кто не постиг Закона, не вник в разъяснения сведущих в нем и сам не уразумел его, побежденный сомнением, не поможет другим познать Закон.

6(320). Но как тот, кто, войдя на борт крепкого судна, снабженного рулем и веслами, перевозит и многих других через реку, ибо верный путь ведает он, разумный и опытный,

7(321). так и совершенный в мудрости, неустрашимый и сведущий, поможет и другим понять Закон, понять его в прилежании и внимании.

8(322). Присоединяйтесь к доброму, разумному, сведущему; ведя правильную жизнь, поняв благое, близкие к смыслу Учения, вы достигните счастья.

Сутта IX

1(323). Какой добродетелью, каким подвигом жизни, какими делами достигнет человек совершенства, упьется высочайшим счастьем?

2(324). Пусть почитает он старость, искореняет всякую зависть в себе, в должное время приходит к наставникам, в благочестивой беседе прилежно вникая в смысл их доброго поучения.

3(325). Пусть он в должное время посещает наставников, будет смиренным, забывшим всякую настойчивость, пусть помнит благое, следует ему в своей жизни, верный Истине, покорный и целомудренный.

4(326). Пусть Закон будет его радостью, его восхищением, его опорой; пусть не вдается он в споры, оскверняющие Учение, пусть его слово всегда будет чисто и благостно.

5(327). Отринув все пустые речи и жалобы, лицемерие и похотливость, высокомерие и зависть, грубость и жестокость, разврат и безумие, – пусть живет он в радости могучего разума, пусть живет он в свободе от похотей.

6(328). Всегда благостно слово того, кто постиг верный смысл его; понятое слушателем, оно западает в его сердце, как семя размышления; понимание нерадивых, беспечных не возрастет никогда.

7(329). Кто радуется Закону, возвещенному славными, тот совершенен в речи, в деле и в разуме, тот отдыхает здесь в мире, раздумье и кротости, с духом, радостным в сознании Истины.

Сутта Х

1(330). Встаньте, встаньте! Что вы дремлете? Что за сон у недужного, отравленного ядом страдания, тоскующего…

2(331). Встаньте, встаньте! Учитесь жизни, ведущей к миру, дабы властелин смерти не воспользовался вашей беспечностью и, обольстив, не подчинил бы вас своей силе.

3(332). Победите то желание, которым связаны боги и люди, которого так жаждут они; не теряйте решительной минуты жизни: кто не удержит ее, кто даст ускользнуть ей, тот обрекает себя на погибель…

4(333). Ты оскверняешь себя постоянной беспечностью: только бдительностью, размышлением ты вырвешь из себя ту отравленную стрелу.

Сутта XI

1(334). Совершенный сказал: «Не пренебрегаешь ли ты Мудрым, постоянно проживая с ним? Чтишь ли ты его, для блага людского рода высоко поднявшего зажженный свой факел?»

2(335). Отвечал Рагула: «Я не пренебрегаю Мудрым, постоянно проживая с ним; он, высоко поднявший зажженный свой факел на благо людское, всегда верно почитается мной».

3(336). Продолжал Совершенный: «Неподвластный тому, к чему пять чувств влекут человека, манящему, восхитительному, в великом решении покинув дом свой, ты обретешь конец всем страданиям.

4(337). Любимый доблестными, любезный живущим в уединении, тихо и смиренно ты иди своей кроткой поступью.

5(338). Бди, чтобы в сердце твоем не зародилась жажда ни к милостыне и одеянию, ни к приношениям и обители, чтобы вновь та жажда не принесла тебя к покинутому миру.

6(339). Будь ревностен в житии по уставу, бодрствуй над пятью чувствами, охраняй себя в телесности – и этот мир не пленит тебя.

7(340). Избегай всего, что ласкает твой дух, что зажигает в нем страсти; к тому обратись духом своим, невстревоженным, ясным, в чем не видит мир радости.

8(341). Возлюби бестелесное, оставь навсегда наклонность к горделивости; сокрушив ее, ты пойдешь своим путем одиноким, тихий, успокоенный».

Сутта XII

Так я слышал:

Учитель славного Вангизы, по имени Нигродхакаппа, отошел в Ниббану. И стало достопочтенного Вангизу беспокоить сомнение, когда он пребывал в уединенном раздумье: «Может быть, достиг блаженства мой учитель, может быть, не достиг». Тогда достопочтенный Вангиза, покинув в вечернее время свою уединенную обитель, пошел к Совершенному и, придя к нему, сел в стороне, поклонившись ему; сидя в стороне, достопочтенный Вангиза обратился к Совершенному с такими словами:

«Господин, когда я уединяюсь в размышлении, раздумье берет меня: обрел ли мой учитель блаженство или же не обрел?»

Тут достопочтенный Вангиза, поднявшись со своего сиденья, перебросил верхний плащ на одно плечо и, простирая к Совершенному свои стиснутые руки, воскликнул:

1(342). «Мы просим у Наставника великого понимания! Умер тот, кто в этом мире сбросил сомнение, умер монах знаменитый и славный, кроткий и успокоенный.

2(343). Имя Нигродхакаппа было тобою дано ему, о Блаженный; он шел своей стезею, прославляя тебя, свободный разумом и могучий, провидевший Ниббану.

3(344). О Мудрец, ты всевидящий, мы жаждем получить от тебя наставление; наши уши ждут слова от тебя, ты – учитель наш несравненный!

4(345). Разреши наши сомнения, скажи нам о нем, теперь блаженствующем, о ты, муж великого понимания! Говори о нем среди нас, о всевидящий!

5(346). Все цепи жизни, влекущие на путь безумия, и неведение – основа сомнения – гаснут пред Совершенным, ибо он – благое око для всех людей.

6(347). Если тьму греха не разогнал человек, как ветер разгоняет на небе тучи, весь мир окутан мраком пред ним, и даже светлые из людей не будут светить ему.

7(348). Мудрецы – светочи мира; ты – один из них, о Мудрый, – так я понимаю тебя; мы притекли к тебе, светлому в размышлении, поведай о Каппе нам, здесь собравшимся.

8(349). О восстань, несравненный! Дивен твой голос, как голос лебедя, когда со сладкой песнью покидает он родное гнездо; мы приникнем к словам твоим.

9(350). О, молю тебя, победившего смерть и рождение, сокрушившего грех: возвести желанную истину, – только ты один, Совершенный, можешь возвестить ее.

10(351). Ты не отринешь мою мольбу к тебе, не отстранишь эти руки, протянутые к тебе, просящие, о ты, озаренный высшей мудростью, ведущий нынешний путь Каппы, – не обмани надежду мою.

11(352). О ты, Славный, в совершенстве познавший Вечный Закон, не обмани нас, мудрый, обладающий непревосходимою силой; как в жаркую пору жаждут воды, так и я жажду слова от тебя, – увлажни меня росой поучения!

12(353). Та жизнь благочестия, которую вел здесь наш Каппа, была ли в помощь ему, совершенно ли угас он, или не все земное померкло в нем – вот что мы жаждем слышать от тебя!»

13(354). «Уже в этом мире он вырвал из своего сердца влечение к виду и имени, навсегда выплыл он из этого потока жизни и смерти», – сказал Блаженный.

14(355). «Я радуюсь, слыша слово твое, о лучший из Мудрых; не напрасно я вопрошал тебя, – нет, брахман не обманул надежду мою.

15(356). Как говорил, так и поступал он, был верным учеником Пробужденного, он прорвался сквозь сети, всюду раскинутые лукавой смертью.

16(357). О, Совершенный! Каппа постиг источник привязанностей, он прошел сквозь обитель смерти, прошел не тронутый ею, так трудно победимою!»

Сутта XIII

1(358). «Мы просим у Мудрого великого понимания, мы просим его у Блаженного, выплывшего на иной берег, совершенного в мудрости: какой путь в этом мире – праведный путь для нищего, покинувшего дом свой, забывшего все желания?»

2(359). «Кто отбросил все мнения о воздушных явлениях и предзнаменованиях, о приметах и сновидениях, – сказал Совершенный, – тот нищий, отринувший все нечестивое, верным путем шествует в этом мире.

3(360). Пусть он загасит в себе страсть к земным и небесным радостям – тогда, победив жизнь, познав Истину, он пойдет верной дорогой.

4(361). Отбросив клевету и гневливость, победивши скупость, он вступит на верный путь, не связанный здесь ни враждой, ни ненавистью.

5(362). Кто сокрушил и приятное, и неприятное этого мира, тот вступает на верный путь, ни к чему не привязанный, ни от чего не зависимый, освобожденный от всяких уз.

6(363). Кто в этих звеньях существующего не признает никакой сущности, тот вступает на верный путь, победив желания и привязанности, независимый, никем не водимый.

7(364). Кто не враждует ни с кем ни словом, ни мыслью, ни действием, кто познал в совершенстве Вечную Истину и жаждет только блаженства угасания, тот идет здесь верной дорогой.

8(365). Кому не льстит людское поклонение, кто забывает обман и обиды, кто отворачивается от хмельных напитков, хотя бы и подносимых в подаянии, тот идет здесь верной дорогой.

9(366). Монах, покинувший всякую привязанность к жизни, с отвращением взирающий на насилие и притеснения, не омраченный скорбью, победивший сомнения, идет здесь верной дорогой.

10(367). Охраняя свое верное знание, никому не вредя в этом мире, вникая усердно в Учение, монах шествует здесь верной дорогой.

11(368). Кто угасил в себе всякую страсть, кто с корнем вырвал все греховные влечения, тот вступает на верный путь, свободный от желания, ничего здесь не жаждущий.

12(369). Чьи развеяны страсти, кто свободен от гордости, кто покинул эту дорогу похотей, тот идет здесь верной стезей, идет укрощенный и в мудрости, погасивший все земное в себе для высших радостей.

13(370). Обладатель верного знания, ясно видящий светлый путь угасания, отстранившийся от последователей всех шестидесяти двух школ, мудростью победивший и гнев, и влечения, идет здесь верною дорогой.

14(371). Кто, охраняемый Истиной, приплыл к иному берегу, преодолев все желания, кто, чистый и доблестный, смело сорвал покрывало, окутавшее собою весь мир, кто в великой мудрости ведает путь победы над его обманчивыми призраками, тот идет здесь верной дорогой.

15(372). Кто победил время и в прошлом, и в будущем, чьи мысли исполнились чудной чистотою, чей дух не влечется ни к одному здесь пристанищу, тот шествует верной дорогой.

16(373). Кто не забудет четыре святые истины, кто, разумея пути Закона, идет по ним, погашая страсти, разрушая звенья этой жизни в себе, тот идет здесь верной дорогой».

17(374). «Это так, о Совершенный, это истинно! Путь тот один только верен, и монах, шествуя им, срывает с себя все оковы!»

Сутта XIV

Вот что я слышал:

Однажды последователь Дхаммика, вместе с пятьюстами последователей, пришел к Блаженному и, приветствовав его, сел подле; и, севши подле него, с такими словами обратился к Блаженному:

1(375). «Я прошу тебя, о Гаутама, о великом понимании: кто благой ученик – и из тех, кто, следуя тебе, покидает дом отцов для пустынной жизни, и из тех, кто следует твоему учению, не расставаясь со своим жилищем?

2(376). Ибо все пути жизни людей и богов открылись твоему взору, и только ты один видишь венец всего; никто, как ты один, ведаешь тайный смысл вещей – ты, величаемый дивным Буддою.

3(377). Каждую истину ведаешь ты, взором проникший в вечную Дхамму, – ты, все живое обнявший своей любовью! Ты совлек покрывало с этого мира, ты, Непорочный, светишь во всех мирах!

4(378). Властитель слонов Еравана узнал, что живешь ты, Победитель, и пришел к тебе послушать тебя, и после беседы с тобой возвращался он в восхищении, говоря: о, какое мне счастье!

5(379). И другой царь приходил к тебе и вопрошал о Законе; и с ним ты беседовал, о мудрый, и он покинул тебя, восхищенный тобой.

6(380). Никто из брахманов не сравняется с тобой в мудрости, как привязанный к месту не уловит быстро идущего.

7(381). Все искусные брахманы, все их старейшины, самые ученые собеседники – все они стоят перед тобою как связанные, пораженные твоей мыслью.

8(382). Ту сокровенную и сладкую правду, которую ты возвестил, о Блаженный, – ее теперь мы жаждем слышать от тебя; открой нам, о ты, совершеннейший из Будд, открой ее, спрошенный.

9(383). Пусть все нищенствующие, все последователи, присевшие здесь послушать тебя, услышат истину, возглашенную Безгрешным, как благостным словам Индры внимают все боги!»

10(384). «Послушайте меня, о нищенствующие, я поведаю вам истину, которой разрушается зло; вникните в слово мое, все вы! Пусть тот размышляющий, кто ищет здесь благого, ведет жизнь, достойную подвижника.

11(385). Пусть никто не выступает в странствие в недолжное время, пусть всякий, прося подаяния, только в надлежащее время посещает селения; идущего в неблагоприятное время уловят сети – вот почему и Будды приходят лишь тогда, когда надлежит им прийти.

12(386). Вид, звуки и вкус, запах и прикосновение опьяняют людей; победив к ним всякое влечение, пусть за подаянием только в должное время идет нищенствующий.

13(387). Получив пищу в благоприятное время и возвратившись, пусть он сидит в одиночестве, раздумывая, не обращаясь своим духом ко внешнему, но пусть углубляется в себя.

14(388). Когда беседует он с учениками или с другими нищенствующими, пусть речь его клонится только к изъяснению прекрасного Учения и никакое постыдное, бранное слово не оскверняет ее,

15(389). ибо иные речи восстанавливают друг против друга людей; таких пустых, недостойных не похвалю я: только крепче завязываются узы на них, и они попусту растрачивают свои мысли в этих раздорах.

16(390). Пусть ученик великолепного Будды, вникнув в учение Совершенного, принимает в дар и жилище, и пищу, и постель, и сиденье, и воду, чтобы омыть грязь с одеяния;

17(391). но как капля воды не держится на листке лотоса, так пусть и нищенствующий не прилепляется жаждою к этим вещам: ни к жилищу и постели, ни к пище и сиденью, ни к воде, поданной отмыть грязь с одеяния.

18(392). Также и обязанности собственника я разъясню вам: как, став учеником, должен жить он, чтобы благим сделаться здесь. Кто занят земными делами, тот не может вместить полный устав монашествующих.

19(393). Пусть он не убивает и не причиняет смерти живым существам, пусть не одобряет он тех, кто совершает убийство, всех на земле защищая от вреда – и слабых, и сильных.

20(394). Пусть ученик никогда не берет того, что не дано ему, зная, что другим принадлежит оно; пусть не одобряет и не поощряет он тех, кто поступает так, – пусть избегает он всех этих трех видов покражи.

21(395). Как кучи горячих углей, пусть разумный избегает развратной жизни; если не может вместить жизнь непорочности, пусть не грешит он с чужими женщинами.

22(396). Пусть никто не говорит лживо ни в судилище, ни на соборе, пусть никто не поощряет других поступать так и не одобряет их – пусть избегает он всех этих трех видов неправды.

23(397). Пусть собственник, живущий по Уставу, не предается питью хмельных напитков; пусть он не поощряет и не одобряет пьянства других, зная, что конец пьянства – помешательство,

24(398). ибо опьяненный глупец делает много греховного и стремится напоить других; пусть каждый избегает этого источника греха, этого безумия, этого помешательства, приятного одним лишь глупцам.

25(399). Итак, он не должен ни убивать живых существ, ни присваивать неданного, ни говорить лживо, ни пить хмельного, воздерживаться от прелюбодеяния, ни есть ночью в неуказанное время.

26(400). Пусть он не носит венков, не умащается благовонными маслами и ложе свое расстилает прямо на землю. Вот восьмеричное воздержание, поведанное Буддой, победившим страдание.

27(401). В верном решении приняв пост на четвертый, пятый и восьмой день полумесяца и приняв вполне восьмеричное уложение,

28(402). по утрам, выдержав воздержание, пусть он порадует общину нищенствующих питьем и пищей, раздавая подаяния по мере возможности.

29(403). Пусть он, сознавая свои обязанности, питает родителей, занимается непостыдным промыслом. Собственник, во всем верно следуя тем правилам, будет близок к сфере богов».

Книга III Mahavagga

Сутта I

1(404). Я восхваляю пустынную жизнь, ту жизнь, которую вел Вернозрящий, которую он прославил.

2(405). «Домашняя жизнь – страдание, обитель нечистоты; скитальчество – жизнь в чистой выси воздуха», – так помышляя, он принял подвиг пустынножительства.

3(406). Ведя жизнь пустынника, он избег своего тела грешных действий, и, отринув все нечистое в речи, он очистил свою жизнь в совершенстве.

4(407). Будда проходил по Магадге, прося подаяния, прекрасный видом.

5(408). Царь Бимбасара стоял в своих чертогах и увидел его, прекрасного видом; и, увидя его, так сказал:

6(409). «Приметьте того человека, он – кроток, велик и чист, он человек благой жизни, он не смотрит вперед далее двух шагов;

7(410). с опущенными очами, задумчивый, он не походит на низких родом; пусть царские посланцы пойдут и спросят: куда нищенствующий монах держит путь свой?»

8(411). Царские посланцы пошли и спросили у народа: «Где лежат пути странника, где его обитель?»

9(412). «Прося подаяния от дома к дому, зорко охраняя врата своего тела, самосдержанный, чистой струей наполнил он чашу свою, мудрый, задумчивый;

10(413). блуждая по свету, прося подаяния, город покинул Мудрец, направляясь в горы, – там, верно, его обитель теперь».

11(414). Узнав, что ушел странник в горы, посланцы сели, а один посланец возвратился и возвестил царю:

12(415). «Тот монах, о великий царь, обитает на востоке гор; как тигр, как лев, сидит он там в горной пещере».

13(416). Услышав слова посланца, царь поспешил к горе в великолепной колеснице своей.

14(417). Выйдя из колесницы, царь приблизился пешком и, подойдя, воссел.

15(418). Севши, царь обменялся с ним любезным приветствием и после любезных слов сказал ему:

16(419). «Ты молод, прекрасен, юноша ранней юности, чудного телосложения, как высокорожденный царевич.

17(420). Я уберу для тебя воинское жилище, я поставлю тебя во главе предводителей, я дарую тебе сокровища; радуйся ты и, спрошенный, открой мне свое происхождение!»

18(421). «Тут, подле горы, о царь, живет народ, обладающий силой богатств, – обитатели Козалы;

19(422). по имени Аддика, по роду Шакья; из той семьи ушел я, не жаждущий телесных радостей;

20(423). провидя горести в радостях тела, помышляя о счастье забвения света, я пойду, предаваясь подвигам, – в том восторг моего духа!»

Сутта II

1(424). Ко мне, чей дух склонялся к подвигу, кто отдался раздумью о путях к Ниббане,

2(425). ко мне приблизился Мара, говоря слова сожаления: «Ты изнурен и бледен, смерть близка к тебе;

3(426). тысяча частей тебя – добыча смерти, и только одна часть принадлежит еще жизни; лучше живая жизнь, о ты, достославный; живой, ты можешь творить доброе дело;

4(427). если благочестивую жизнь проживешь ты, питая жертвенное пламя, много благих дел будет связано с тобой; но чего ждешь ты от своих подвигов?

5(428). О, тяжел путь подвижничества, мучителен тот трудно проходимый путь!» – так говоря, стал Мара подле Пробужденного.

6(429). Совершенный Маре, говорящему так, сказал: «О ты, друг лености, ты, нечестивый, с какой целью ты посетил это место?

7(430). Нет и меньшего из добрых дел, не совершенного мной; и какие бы добрые дела мог возвестить мне Мара?

8(431). Я обладаю силой и уверенностью, и разумение обитает во мне; и меня, живущего в подвигах, к какой же жизни призываешь ты?..

9(432). Эти раскаленные ветры иссушили здесь даже струи реки – как же было не иссохнуть моей крови, когда я предавался подвигам?..

10(433). Иссыхала моя кровь, иссыхали и соки, и желчь моя; но когда истощается тело, дух утишается, расцветает внимание, разум и постижение;

11(434). и когда я живу так, покинув все внешние чувства, мой дух уже не жаждет плотских наслаждений – воззри же ты теперь на чистоту человека!

12(435). Похоть – имя твоей первой рати, недовольство – второй, голод и жажда – третьей, желание – четвертой,

13(436). леность и дремливость – пятой, трусость – шестой, сомнение – седьмой, лицемерие и бесчувственность,

14(437). торгашество, тщеславие, славолюбие, известность, добытая неправедными путями, надменность и глумливость – восьмой.

15(438). Вот твое воинство, о Мара, его ты ведешь в бой, о темный! Никто не поборет того воинства, кроме Победителя, и победив, он обретет радость.

16(439). Горе жизни в этом мире! Смерть в битве лучше для меня, нежели жизнь побежденного.

17(440). Погрузившись во мраки этого мира, брахманы и отшельники не видят ясно – увы! – они не знают пути, которым пройдет Победитель.

18(441). Видя со всех сторон снаряженное воинство и во главе предводителя Мару, воссевшего на слона, я вышел на битву, дабы не допустить, чтобы он поборол меня.

19(442). Это воинство твое, не побежденное ни людьми, ни богами, – я разобью его разумением: как камень – горшок, так я легко разобью его!

20(443). Подчинив себе свои помыслы, укрепив внимание мое, бдительность, я пойду из царства в царство, привлекая учеников к себе.

21(444). Они будут бдительны и ревностны, исполняя мои правила, – правила того, кто свободен от похотей; и такое место обретут они на пути своем, где не прольется уже ни одна слеза человека!»

22(445). «Целых семь лет, шаг за шагом, за Совершенным следил я – и никаких недостатков я не нашел в нем, совершенно просвещенном, непревосходимом в мудрости.

23(446). Вот петух прыгает вокруг камня, похожего на кусок жира: нет ли в нем чего мягкого, нет ли сладкого?

24(447). Но, не найдя в нем ничего сладкого, петух отходит от камня. Как тот петух от камня, так и я отхожу от Гаутамы».

25(448). Медленно и печально ослабла тетива его лука, побежденная, – и злой дух покинул то место.

Сутта III

«О монахи, речь, снабженная четырьмя достоинствами, речь, во благо сказанная, негреховно сказанная, не ошибочна она и не постыдна для Мудрого».

«Каковы же те четыре достоинства?»

«О монахи! Всегда благостна речь монаха, не греховна – он говорит праведное, а не неправедное; он говорит доброе, а не злое; он говорит правдиво, а не лживо. О монахи! Речь, снабженная теми четырьмя достоинствами, – речь благая, а не нечестивая, и не ошибочна она, не постыдна для Мудрого».

После того сказал Учитель:

1(449). «Доброе слово – первая лучшая вещь, так понимают мудрые; пусть твоя речь будет праведна, а не неправедна – это вторая; пусть твоя речь будет приятна, а не неприятна – это третья; пусть твоя речь будет правдива, а не лжива – это четвертая».

Тогда достойный Вангиза, поднявшись со своего сиденья и перебросив плащ свой через плечо, простирая руки к Совершенному, сказал ему: «Я начинаю понимать это, о Блаженный!»

«Пойми же это, о Вагинза!» – сказал Блаженный. Тогда славный Вагинза, стоя перед Совершенным, восхвалил его в таких словах:

2(450). «Пусть говорится только такое слово, которое не приносит горя ни тому, кто говорит, ни тому, кто слушает; такое слово поистине благостно.

3(451). Пусть говорится только приятное слово, радостью текущее к сердцу слушателя, – то слово, в котором не таится греховного семени, которое несет непостыдную сладость внемлющим.

4(452). „Истина есть бессмертное слово” – вот верное изречение, и в истине, благе и правде утвердился ты, Совершенный!

5(453). Верную весть об угашении скорби приносит нам слово Пробужденного, и нет ничего выше того дивного слова!»

Сутта IV

Вот что я слышал:

Однажды Блаженный обитал в Козале, на отмели реки Сундарики. В то время брахман Сундарикабхарадвага приносил жертвы огню и прославлял огонь. Окончив жертвоприношение и воспев огонь, брахман встал и, окинув взором все четыре стороны, сказал: «Кому бы вкусить от остатков этого приношения?» Тут брахман заметил Совершенного, сидевшего на корнях деревьев; закутав свое тело и голову, взяв в левую руку остатки приношения, а в правую чашу с водой, к Совершенному направился брахман. Совершенный, услышав шаги брахмана, обнажил голову. Тут подумал брахман: «Голова того человека обрита – он постриженник», – и хотел уйти прочь. Но тут опять подумал брахман: «Однако есть и брахманы, бреющие голову; лучше я пойду к нему и спрошу о его происхождении».

1(454). «Не брахман я, не царевич, не воин; близко зная людские обычаи, я иду по миру в раздумье, ничем не обладающий.

2(455). Накинув свой плащ, я иду, бездомный, с отрезанными волосами, с утихшими чувствами, иду, не смешиваясь с людскою толпой. Праздный вопрос о моем роде предложил ты мне, о брахман!»

3(456). «Брахманы всегда откровенны с брахманами, господин мой, – брахман ли ты?»

«Если ты говоришь, я брахман, и не называешь меня брахманом, то я спрошу тебя о гимне Савитти, составленном из трех стихов и двадцати четырех слогов».

4(457). «Зачем мудрецы и простые люди, воины и брахманы приносят в этом мире обильные жертвы?» – вновь вопросил брахман.

«Кому, безупречному во время жертвоприношения, внимает тот или другой из богов, тот преуспевает, говорю я», – отвечал Совершенный.

5(458). «О, добрый плод принесет жертва, верю я, – сказал брахман, – ибо мы встретили совершенно просвещенного; если бы мы не встретили тебя, кто-либо иной вкусил бы от приношения».

6(459). «Итак, о брахман, – сказал Совершенный, – как ты подошел спросить что-то, то спрашивай; верь – ты встретил того, кто тих, в ком нет гордости, кто свободен от страдания и свободен от жадности, кто обладает благим разумением».

7(460). «Я люблю время жертв, о Гаутама, и с радостью приношу я свои жертвы, но не обладаю познанием их; научи меня – поведай мне, когда жертва бывает благоприятна».

8(461). «Итак, внемли, о брахман, я поведаю тебе истину.

9(462). Не спрашивай о происхождении, но спрашивай о жизни; из простого дерева рождается благодатное пламя; мудрец, рожденный простыми людьми, становится великим, терпением очистив себя от всего нечистого.

10(463). Кто укротил себя, ведущий истину, совершенный и благостный, – тому, одаренному кротостью, должны люди в должное время делать приношения; пусть брахман, жаждущий добрых дел, свершает приношения.

11(464). Кто забыл все плотские радости и странствует бездомный, кто нерушим, как крепкая ладья, тому должны люди в должное время делать приношения; пусть брахман, жаждущий добрых дел, совершает приношения.