Текст книги "Запретный плод (СИ)"

Автор книги: romaletta

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 4 страниц)

– Люциус… я… сейчас…

– Не сдерживайся, мой хороший, – шепнул Малфой ему в макушку. – Все хорошо, Гарри…

Всего несколько движений рукой, судорожный вдох, впившиеся в белое плечо аристократа пальцы, и тихий, даже какой-то жалобный стон… Люциус опрокинул Гарри на спину и, перекинув ногу через бедро юноши, встал возле него на колени так, что Гарри чувствовал скольжение тяжелой мошонки по своей коже в то время, как Люциус быстро двигал кулаком на своем члене. Не вполне осознавая свои действия, Гарри потянулся к нему и переплел свои пальцы с пальцами лорда, чувствуя в руке его напряженную плоть. Член Малфоя был больше, чем у него, с аккуратной головкой. Почувствовав руку Гарри на своем пенисе, Люциус тихо застонал и излился на живот любовника, с удовольствием размазывая по нему сперму и потираясь яичками о бедро юноши.

– Мерлин мой, Гарри, ты такой красивый… – не сдержался лорд, с восхищением глядя на распластавшегося под ним Поттера.

***

Драко должен был прибыть к обеду, поэтому Гарри предупредили, что за завтраком будут только он, Люциус, Северус, Нарцисса и ее амант. И хотя Гарри понимал, что миссис Малфой не станет каким-либо образом накалять и без того сложную атмосферу, ему было не по себе. Люциус помог Гарри подобрать достойный и подходящий случаю наряд из своего собственного гардероба, поручив Викки подогнать одежду по размеру юноши. Светло-серые брюки из мягкой ткани, белоснежная сорочка и серо-зеленая шелковая мантия были Поттеру чрезвычайно к лицу, кроме того, не стесняли движений. Гарри смущенно улыбнулся, благодаря лорда за этот подарок, но Люциус только отмахнулся: ерунда.

Несмотря на изначально более враждебное отношение Гарри к старшему Малфою, сейчас он чувствовал себя в его обществе достаточно свободно. По крайней мере, он его на самом деле не боялся. Чего нельзя было сказать про Снейпа. Если перед встречей с Нарциссой Гарри просто нервничал, то предстоящее появление мастера зелий буквально выбивала у него почву из-под ног. Снова почувствовав настроение юноши, Малфой спросил напрямую:

– Гарри, ты боишься Северуса?..

– Это не совсем верное определение, сэр, – Гарри пытался расчесать и придать хоть какую-то упорядоченность своим торчащим в разные стороны волосам. Люциус взмахнул палочкой и прическа Гарри стала идеальной: прядка к прядке, будто он “зализал” их назад при помощи геля. Гарри хмыкнул и взъерошил их рукой. Люциус улыбнулся, но промолчал. – У нас очень сложные взаимоотношения были в школе. Снейп постоянно издевался надо мной, придирался по пустякам, наказывал, снимал баллы… ни за что. Вел себя как настоящий ублюдок. Его переменившееся в одночасье отношение настораживает, наверное, даже больше, чем Ваше. Потому что с Вами мы толком никогда не общались. А с ним-то постоянно… и…

– И тебе это все кажется фальшивым, – раздался от двери комнаты до боли знакомый баритон.

========== Ментальные искусства ==========

– Северус, ну зачем ты так? – тихо спросил Люциус, подходя к любовнику. – Мальчик только немножко расслабился, а ты сразу бросаешься на него, как с цепи сорвался. Ужас Подземелий, соплохвоста тебе в подруги.

Из-за неплотно прикрытой двери в ванную доносился шум воды, призванный скрыть всхлипы Героя Магической Британии.

– Это называется “шоковая терапия”, Люц. Вот увидишь, Поттер ее воспринимает лучше. Сейчас он соберется с духом и выйдет к нам. Не так ли, Гарри?..

– Лучше бы меня убил Волан-де-Морт, – донеслось из ванной.

– Терапия, да? – насмешливо уточнил Люциус и, покачав головой, отправился в ванную.

Гарри стоял, облокотившись о раковину, и смотрел на себя в зеркало. Люциус подошел к нему и положил руки на плечи. Гарри посмотрел ему в глаза через зеркало.

– Он виноват в смерти моих родителей, – сквозь зубы выдавил Гарри. – Люциус, он ненавидел моего отца… а я…

– Гарри, послушай… я понимаю, ты узнал очень неприятную вещь, но это было столько лет назад… Гарри, Северуса просто сыграли в темную…

– Что?..

– Дамблдор. Он придумал это пророчество, чтобы управлять тобой и Темным Лордом. И заставил Северуса поверить, разыграв эту сцену в трактире. Трелони – никакая не предсказательница, она просто несчастная женщина, верящая, что у нее есть дар.

Гарри наконец-то смог отцепиться от раковины и повернулся к Малфою. На лице его была такая смесь боли и надежды, что Люциус обнял его за плечи и, глядя в глаза, уверенно сказал:

– Верь мне, Гарри. Ты же хочешь поверить, правда?.. Ты чувствуешь, что Северус никогда бы не предал тебя сознательно, ведь так?.. Он бы просто не смог. Магия не позволила бы ему. Мы сами никогда не знаем, кто будет нашей парой, но Магия знает это, Гарри. Поэтому он защищал тебя все эти годы. И сейчас ты своим недоверием делаешь ему очень больно, потому что, в отличие от меня, Северус… Впрочем, это лучше вам без меня выяснить. Когда-нибудь. А сейчас идем, Нарцисса нас уже заждалась на завтрак.

***

Размеренный этикет, ничего не значащие застольные разговоры, чопорность английского завтрака… Гарри совершенно без аппетита ковырял ложкой в овсянке, не чувствуя вкуса. Обрушив многочисленные ментальные блоки, которые нашлись в его голове, Снейп чуть не утопил Гарри в лавине информации, образов и чувств, долгое время скрытых от него усилиями Дамблдора. Будучи свидетелем большого количества событий, Гарри, как оказалось, не помнил половины подробностей, какие-то эпизоды и вовсе были изъяты целиком… В частности, всплывшая кусками под влиянием дементоров сцена убийства родителей, оказывается, выглядела совсем иначе. Северус, оказавшийся на месте проишествия и рыдающий над телом его матери… Многочисленные табу, в первую очередь, на однополые отношения. Оказывается, Гарри уже раньше задумывался над тем, что девушки ему не нравятся. И даже – о, ужас! – он вспомнил, что его постоянно неосознанно тянуло к Северусу… Но Дамблдор умело манипулировал чувствами ребенка, направляя его интерес в негативное русло. Анализируя заново все события последних лет, Гарри совершенно выпал из реальности.

Похожие чувства испытывал Северус. Разрушив ментальный блок в голове Поттера, он получил очень существенный магический откат, который, помимо боли, принес осознание наличия подобного рода блоков в его собственном сознании. И хотя он и так вполне достаточно насмотрелся скрытых воспоминаний Поттера, чтобы восстановить картину, ситуация ему очень не нравилась. Единственным достаточно сильным легиллиментом, способным пробить этот блок, был, кроме него самого, только Темный Лорд. Но впустить в свое сознание Волан-де-Морта… Означало, как минимум, открыть ему истинное отношение. Удивительно, насколько Дамблдор был осведомлен о том, какое именно наследие должен получить Гарри. Возникало предположение, что могло существовать настоящее пророчество, о котором знал только Великий Светлый. Ведь как ни крути, а Гарри в самом деле Избранный. Соединившись с партнерами и войдя в полную силу, этот волшебник станет в разы сильнее Дамблдора и Темного Лорда вместе взятых. И, судя по всему, именно этому пытался помешать господин директор, старательно отвращая их друг от друга.

Погруженные каждый в свои мысли, Гарри и Северус не заметили, что в столовой воцарилась гробовая тишина. Все присутствующие смотрели на них, затаив дыхание, потому что сидящие через стол друг от друга волшебники уже несколько минут не моргая смотрели друг на друга. Между ними постепенно начала сгущаться магия, проявляясь золотистой дымкой в видимом спектре. Нарцисса попыталась привлечь внимание Снейпа, взяв его за руку, но магические возмущения не позволили ей даже поднести руку к мужчине. Люциус сделал ей знак, чтобы она покинула помещение. Не слишком выдающийся волшебник, но на диво сообразительный и достаточно смазливый, новый любовник Нарциссы быстро сообразил что к чему и увел ее от греха подальше.

– Гарри, дорогой мой, ты слышишь меня? – обратился Люциус к Поттеру, когда за волшебниками закрылась дверь.

Они не реагировали, продолжая смотреть друг на друга. Зрачки их расширились, казалось, что они даже не дышат. Тогда, вопреки всем правилам безопасности, Люциус просто взял обоих волшебников за руки. Всех троих окутал плотный магический кокон, и они исчезли.

========== В объятиях Магии ==========

Это было очень странное ощущение. Словно проваливаешься куда-то, но не падаешь, а скользишь. Как с ледяной горки. Когда скольжение прекратилось, Люциус открыл глаза и огляделся, привлеченный криками.

– Ты шпионил за мной!

– Я тебя спасал, идиот! Твоя героическая задница вечно…

– Оставь в покое мою задницу, извращенец! Ненавижу! Все время издевался!

– Да ты не знаешь, что такое издевательства, мальчишка!

– Я тебе не мальчишка!

Люциус закатил глаза. Пространство вокруг было похоже на какую-то открытую беседку, за пределами которой простирался призрачный сад. Цветущие диковинные деревья уходили ровными рядами вдаль, насколько хватало глаз, и терялись в дымке. Стоило Люциусу подумать, что странно, что в беседке не на что присесть, как возле него совершенно беззвучно будто соткалось из воздуха его любимое кресло, стоявшее в зеленой гостиной мэнора. Лорд хмыкнул и устроился с комфортом, наблюдая за спорщиками.

– Ты идиот, Поттер! – ну, конечно. Северус сел на любимого конька.

– Да хоть бы и так! Вот и оставь меня в покое! – орал Поттер в ответ, не замечая, что пространство вокруг них начало стремительно меняться.

Первым опомнился Снейп. Он внезапно умолк и огляделся. В беседке появился белый кожаный диван, столик с напитками и едой. Ухмыляющийся Люциус жестом фокусника обвел это великолепие, уже отпивая из бокала.

– Где мы?.. – озадачился Поттер, подходя к Люциусу и демонстративно не глядя в сторону Снейпа.

– Я думаю, точнее будет спросить, что с нами, – улыбнулся Малфой. – И если вы с Северусом перестанете наконец орать друг на друга, то, возможно, нам вместе удастся сообразить, зачем Магия оставила нас наедине. Потому что пока мы не сообразим и не сделаем то, зачем мы тут оказались, вряд ли нам удастся выбраться. Это место… В сущности, его нет. И одновременно, оно существует. Последний раз подобное триадное наследие было зафиксировано у основателей Хогвартса. Точнее, у Слизерина. Имена двух его партнеров не сохранились, это точно был не Гриффиндор, – рассказывая, Люциус увлек Гарри к дивану, юноша не сопротивлялся. – И Великий Салазар задался целью создать нечто подобное в Хогвартсе…

– Выручай-комната? – предположил Гарри.

– Именно.

– То есть, выходит, стоит пожелать… ну, скажем… – Гарри закусил губу, – Например, чашку чая?.. Ого!.. – на столике перед юношей появилась изящная фарфоровая чашечка с ароматным горячим напитком. – Но подождите… Ведь сотворенная еда…

– А кто тебе сказал, Поттер, что это место создает предметы?.. – Снейп устроился на диване по другую сторону от юноши и демонстративно захрустел сочным яблоком. – Оно перемещает в пространстве и, возможно, во времени… Никому еще не удавалось досконально изучить эту магию. Выручай-комната – лишь жалкая поделка по сравнению с этим…

– Сев, у тебя еще будет время насладиться исследованиями, – примирительно сказал Люциус. – Гораздо важнее, Гарри, что мы в принципе здесь оказались. Это… Как переход на качественно иной уровень волшебства, понимаешь?..

– Ну, в общих чертах. – Гарри принялся за еду. Молодой организм, отойдя от шока, настойчиво требовал свое. – Но как нам теперь отсюда выбраться?.. – задался он вопросом, старательно пережевывая кусок мясной запеканки.

– Согласно исследованию Салазара, которое мне посчастливилось читать, при достаточном желании в этом… гм… измерении?.. Назовем это так. В этом измерении может появиться дверь, с помощью которой ты сможешь выйти в любом месте на Земле. Главное, заранее конкретно представлять, где именно ты хочешь оказаться. Почти как с трансгрессией. При должной тренировке, говорят, Салазару удавалось использовать любые двери подобным образом. То есть, строго говоря, он выходил из двери сюда, и сразу же снова покидал это место, перемещаясь в любое выбранное им, – терпеливо пояснял Люциус, и Поттер невольно позавидовал Драко: Люциус, должно быть, был прекрасным отцом.

– А как он сюда попадал? Тоже через дверь?.. – удивился Гарри.

– Видимо, да. На самом деле, “снаружи” очень трудно оценить, что именно произошло: трансгрессировал маг или перешел в другое измерение. Известно только, что Слизерин мог трансгрессировать сквозь любые щиты, что косвенно доказывает…

– Но сегодня-то мы ведь не специально тут оказались…

– Ну, это смотря с чьей точки зрения, – хмыкнул Снейп. – Видимо, то, что мы с тобой, Поттер, испытывали такие сильные и схожие эмоции, заставило саму Магию нас изолировать. До выяснения, так сказать.

– Какого еще выяснения? – буркнул Поттер, демонстративно придвигаясь к Люциусу.

Малфой вздохнул. Упрямством эти двое могли меряться до скончания веков. Нужно было как-то вернуть их в конструктивное русло. С Северусом было, пожалуй, даже еще труднее, чем с Поттером. Поэтому лорд решил начать с Гарри.

– Малыш, пойдем-ка со мной, поговорим, пока Северус кофе пьет, – Люциус встал и протянул Гарри руку.

Волшебники спустились по небольшим каменным ступеням в диковинный сад. Решив, что далеко отходить от беседки все же пока не следует, они расположились возле одного из цветущих деревьев. Гарри тут же оседлал толстый сук, торчащий почти параллельно земле.

– Гарри, Северус в тебя влюблен, – начал Малфой сразу с главного.

– Что?! – Поттер чуть не свалился на траву, но Люциус вовремя придержал его.

– Магическое партнерство всегда оставляет след. Даже если ты еще не осознаешь его, он есть. И в нашем случае, поскольку я всегда был далеко от тебя, это сказалось только на Северусе. Несмотря на все ваши… разногласия, он уже очень давно понял, что ты для него не просто студент.

– И Вы так спокойно об этом рассуждаете?.. Вы же… ну… – Гарри замялся и щеки его порозовели, став похожими на цветы на ветках дерева.

– Мы давно вместе, Гарри. И я знаю Северуса так, как, пожалуй, никто его не знает. И вижу, порой, то, чего сам он увидеть не хочет. Или боится. Ему страшно, Гарри.

Поттер недоверчиво смотрел на Малфоя. Уложить в голове это новое знание никак не удавалось. То, что они связаны магией, было для Гарри уже привычно, но знать, что профессор, постоянно издевавшийся над ним, но так же постоянно и защищавший, на самом деле… Нет, это просто было невозможно!.. Или возможно?..

– Северус обнаружил в своем сознании блоки, похожие на твои. Но, честно говоря, даже с учетом них… Я давно это чувствовал, Гарри. Давно знал, что ты для него очень много значишь. – Люциус усмехнулся. – Иначе неужели ты думаешь, я спустил бы тебе твои выходки с моим эльфом?.. Да и потом… – Малфой протянул руку и потрепал его по волосам. – Ты редкостная заноза, Поттер.

– От змеи слышу, – буркнул Гарри, жмурясь от ласки.

Гарри с удивлением понял, что наедине с Люциусом чувствует себя вполне свободно, словно и не было между ними нескольких лет враждебности и неприязни. Словно тот лорд Малфой, которого Гарри знал раньше, и этот – это разные волшебники.

– Поскольку мы оказались здесь, я думаю, мы с тобой сможем помочь Северусу избавиться от этих блоков. – Люциус снова привлек его внимание. – И я прошу тебя… Я не знаю, что ты чувствуешь к Северусу, но…

– Я и сам не знаю… теперь… – тихо ответил Гарри, глядя на качающиеся без всякого ветра ветви, усыпанные крупными цветами. – Всего слишком много для меня… И наследие, и магия, и…. чувства… Я не понимаю, что – мое, а что – нет.

***

Северус сидел на середине дивана, прижав ладони к лицу. Вся его поза выражала отчаяние и боль. Гарри и Люциус, обнимавшие его с двух сторон, безуспешно пытались вывести его из этого состояния.

Обрушившиеся на Снейпа воспоминания оказались на редкость тяжелыми для психики волшебника. Оказалось, что смутные чувства, которые он испытывал к Гарри, были лишь отголоском той нежности и страсти, которые могли бы жить в его душе уже не один год. Среди заблокированных воспоминаний была и их первая попытка сблизиться, и программирование на негатив к подростку, и даже ряд эпизодов, во время которых Дамблдор давал Снейпу понять, что в курсе того, что должно произойти и в Годриковой Лощине, и в подземельях замка, и в Тайной комнате… Все эти моменты были тщательно затерты, но не оставляли сомнений: Дамблдор использовал Снейпа в своих целях как послушную марионетку, ни на секунду не собираясь исполнять данные ему обещания и активно препятствуя его сближению с Гарри.

Гарри, видя, как Северус остро переживает эти открытия, и чувствуя, что магия его, вопреки желаниям хозяина, тянется к нему, был в смятении. С одной стороны, все то, что он помнил о Снейпе, очевидно, не было отражением его истинного отношения к нему, Гарри. С другой, он вспоминал свои первые часы в мэноре, когда Северус был с ним терпелив и нежен. И его собственные чувства к этому необычному мужчине… Что он испытывал на самом деле?.. Интерес?.. Привязанность?.. Благодарность?.. Сейчас, лаская вместе с Люциусом его худощавое тело, Гарри чувствовал нежность, желание утешить, чтобы расслабились будто судорогой сведенные мышцы, чтобы ушел из горла противный ком.

– Профессор, – тихо позвал Гарри, потянув его руку вниз, с трудом отрывая от лица, – пожалуйста, не надо… Все ведь уже в прошлом, верно?..

Снейп посмотрел в полные тревоги изумрудные глаза, не скрытые в этом измерении за стеклами очков, повернулся к Люциусу. Малфой нежно улыбнулся ему, подбадривая. Северус снова повернулся к Поттеру. Тот протянул руку и осторожно погладил щеку мужчины кончиками чуть подрагивающих пальцев.

========== В объятиях Магии и друг друга ==========

Северус осторожно обнял Гарри, прижимая к себе. Юноша чувствовал, как бешено бьется его сердце. Снейп рвано выдохнул, когда Гарри перекинул одну ногу через его бедро, еще плотнее прижимаясь и прикасаясь губами к плотно сжатым губам зельевара.

В следующее мгновенье все трое волшебников оказались совершенно голыми. Гарри и Северус синхронно вздрогнули и, разорвав поцелуй, посмотрели на ухмыляющегося Малфоя, который, прислонившись к спинке и мягкому подлокотнику в углу дивана, с удовольствием наблюдал за ними, медленно водя пальцами по эрегированному члену.

– Что?.. Разве так не лучше?.. – “невинно” осведомился он, картинно откидывая за спину длинные платиновые пряди.

– Змей, – усмехнулся Поттер, а сам уже с жадным любопытством рассматривал тело Северуса.

В отличие от идеально сложенного Малфоя, Снейп был скорее худощав, руки и ноги его казались немного непропорционально длинными, выпирающие ребра и впалый живот с россыпью коротких черных волосков, образующих дорожку от пупка вниз, довершали картину. Полностью вставший член мужчины был… Гарри облизнул пересохшие губы и шумно сглотнул. Член Снейпа был, с его точки зрения, идеален: значительно больше среднего, чуть загнутый вверх, с крупной головкой и рельефом вздувшихся вен. Гарри поднял на мужчину восхищенный взгляд и утонул в его полных страсти глазах. Губы мастера зелий накрыли приоткрытые алые губы Поттера, и юноша застонал ему в рот, обхватывая рукой его напряженный орган и с восторгом чувствуя его твердость и ответную пульсацию.

– Гарри, встань, пожалуйста, – попросил Северус, помогая юноше подняться на ноги на диване и прислониться к его спинке между ним и Люциусом.

В следующее мгновение Гарри задохнулся от ощущений: оба его любовника заскользили языками по его истекающему смазкой члену, попеременно вбирая его в рот, облизывая, посасывая поджавшиеся яички. Гарри запустил руки в волосы обоих волшебников, с наслаждением пропуская сквозь пальцы черный и белый шелк тяжелых прядей. Снейп и Малфой ласкали друг друга руками, попеременно заглатывая и отсасывая с пошлыми причмокиваниями член юноши, магия всех троих волшебников свивалась вокруг них единой искрящейся дымкой, и, кажется, было уже невозможно отличить, где чья. Чьи-то пальцы проникли между ягодицами Поттера, аккуратно нащупывая плотно сжатое колечко мышц. Гарри дернулся и зажался. Нараставшее с каждым мгновением возбуждение притупилось.

– Ты боишься?.. – шепнул Люциус. Гарри кивнул. – Не бойся, Гарри, мы не причиним тебе вреда… Иди ко мне.

Малфой потянул Поттера на себя, ложась на диване, и Гарри опустился на четвереньки над ним. При этом напряженные члены их соприкоснулись, и в ту же секунду Люциус обхватил оба их органа рукой, заставляя Гарри протяжно застонать и неосознанно толкнуться в его руку. На ягодицы юноши легли теплые ладони. Северус чуть помассировал их, давая возможность Гарри привыкнуть к своему присутствию, и развел в стороны. От того, что профессор смотрит на него, полностью открытого перед ним, Гарри стало невыносимо-стыдно. Он залился краской и уткнулся лбом в плечо Люциуса, закусив губу. Северус наклонился и прикоснулся языком к плотно сжатому отверстию. Гарри снова вздрогнул и судорожно вздохнул.

– Ш-ш, не бойся… Тебе понравится, Гарри, – успокаивающе шепнул Люциус, продолжая ласкать его член вместе со своим.

Тем временем Северус огладил промежность лорда, Малфой приподнял ноги, сгибая их в коленях и давая любовнику лучший доступ. Снейп прекрасно знал, как доставить ему удовольствие. Протолкнув внутрь тела Люциуса сразу два пальца, он согнул их под нужным углом и надавил на сплетение нервов, посылая по телу любовника дрожь наслаждения. Люциус застонал подаваясь бедрами навстречу ласкающим пальцам. Гарри постепенно расслабился, чувствуя нежность и сдержанность своих взрослых любовников, раскрываясь перед ними и отдаваясь во власть умелых ласк. Казалось, что мужчины действуют как единое существо, без слов понимая друг друга. Язык Северуса, проникавший самым кончиком в тело Гарри и доставлявший ему столько удовольствия, сменил обильно смазанный чем-то скользким и прохладным палец. Боли не было. Скорее непривычные ощущения. Через минуту Гарри почувствовал, как его мягко подталкивают, принуждая переместиться ближе к голове Люциуса.

Юноша переступил ногами по дивану, еще не до конца понимая намерений мужчин. Уперевшись руками в подлокотник, Гарри опустил глаза и увидел, как Люциус, обхватив его руками за бедра, медленно обводит языком головку его члена, слизывая каплю предсемени, будто снова пробуя его на вкус. От обилия ощущений у Поттера закружилась голова. Исчезнувший было из его ануса палец снова вернулся, осторожно проталкиваясь внутрь, и когда Северус нащупал бугорок простаты, Гарри выгнулся, вскрикивая: по его телу будто пустили разряд чистого удовольствия. Люциус полностью вобрал член юноши в рот, и Гарри ощутил, что горло его вибрирует от чувственного стона: Северус наконец-то вошел в него и сразу начал двигаться, одновременно ритмично двигая пальцем внутри тела Гарри, постоянно надавливая на простату. Не в силах сдержаться, Гарри тоже двинул бедрами, проталкивая член глубже в горло Малфоя. Люциус не возражал. Он придерживал Гарри за вздрагивающие бедра, не давая ему упасть, и постанывал от удовольствия, когда Северус проезжался головкой члена по простате. Люциус несколько раз сглотнул, и Гарри не выдержал, со стоном кончая в горло Люциуса. Северус сразу же подхватил его, не давая упасть: от пережитых ощущений руки и ноги юноши дрожали. В четыре руки волшебники уложили Гарри на диван, и, встав по обе стороны от него, в несколько движений довели себя до разрядки, обильно заливая спермой вздымающийся от сбившегося дыхания живот Гарри.

***

Пришел в себя Гарри зажатым между двух жестких тел, в кольце сильных рук, и совершенно счастливым. Он открыл глаза и обнаружил себя лежащим на своей постели в Малфой-мэноре. С двух сторон его обнимали Малфой и Снейп. За окном, судя по всему, догорал закат. Гарри пошевелился, привлекая внимание разомлевших любовников.

– Я есть хочу.

– Растущий организм? – улыбнулся Люциус. – Времени… Темпус. Однако и в самом деле пора подниматься. Драко должен был уже вернуться из Школы, между прочим. Обед будет через сорок минут.

Не успел Гарри опомниться, как Малфой соскочил с постели и трансгрессировал, оставив их со Снейпом наедине. Гарри сел, неожиданно почувствовав себя неуютно.

– Гарри… – голос Снейпа был немного хриплый.

– Д-да, профессор…

– Прости меня.

– За что?.. – Гарри замер, боясь обернуться и машинально вцепившись в покрывало, что не укрылось от внимательного взгляда Снейпа.

– За то, что я…

– Не надо, профессор, – Гарри перебил его, боясь, что Снейп сейчас начнет извиняться за то, что между ними было. Почему-то Гарри очень этого не хотелось. Он чувствовал, что относится к профессору совсем не так, как должен бы. – Пожалуйста, не извиняйтесь… я… мне было… так хорошо…

Горячие руки немедленно обняли юношу, прижимая к худой груди, сухие горячие губы скользнули по его шее, влажный язык пробежался по мочке мгновенно заалевшего уха Поттера, и Снейп выдохнул:

– Ты все же идиот, Поттер, – Гарри улыбнулся, чувствуя, как по телу вновь разливается блаженная нега. – Но я все равно люблю тебя…

Эффект, который произвели эти слова, был подобен разорвавшейся бомбе. Гарри на мгновенье забыл как дышать. Сердце его пропустило удар, чтобы затем рвануться в бешеный галоп. Юноша совершенно не ожидал подобного откровения от скрытного профессора, и то, что Снейп сказал это вслух, потрясло Гарри до глубины души. Сам он все еще не мог понять, что чувствует по отношению к этому человеку. Вероятно, его неопытность в такого рода вопросах играла с ним сейчас злую шутку, но еще пару часов назад он бы и не подумал, что может ответить:

– И… я Вас… сэр, – слова сорвались с губ быстрее, чем Гарри успел окончательно сформулировать эту мысль, и потому прозвучали для него самого как откровение.

Память услужливо подсовывала ему все новые моменты из его прошлого, которые говорили именно об этом. Он жаждал узнать Снейпа получше, оказывается, после занятий окклюменцией они общались, обсуждали не только это, но и некоторые случайно увиденные Северусом воспоминания. Даже чай пили… с малиновыми листьями… Потом, когда Дамблдор узнал об этом, он резко прекратил эти занятия, внушив обоим, что Гарри залез в думосбор профессора. Потом, когда Северус начал преподавать ЗОТИ, Гарри снова попытался сблизиться с ним, очарованный его талантом к любимому предмету самого Поттера. И вновь Северус с удовольствием поддерживал его желание. Они занимались дополнительно, развивая способности Гарри, но и много разговаривали. Поттер мечтал узнать побольше о своих родителях, и Снейп с удовольствием рассказывал ему о Лили, разделяя глухую ненависть Гарри к ее сестре, в доме которой юноша постоянно терпел унижения. Оказалось, что Северус не знал об этом, а когда узнал и, не выдержав, отправился к Дамблдору за разъяснениями, его память снова подправили. И Гарри, разумеется.

Из водоворота воспоминаний, вновь закружившего юношу, его вырвал спокойный голос Снейпа:

– Гарри, ты не хочешь привести себя в порядок перед обедом?..

========== Малфои ==========

Нарядившись с помощью Викки и гардеробной Люциуса, Гарри стоял перед зеркалом и пытался заставить себя спуститься к обеду. Поскольку он еще до сих пор не уложил в голове все события на личном фронте, выносить их куда-то за пределы его комнаты совершенно не хотелось. Вести себя как обычно не позволила бы ситуация: все же он вполне представлял себе реакцию Драко на присутствие у него в доме ненавистного шрамоголового очкарика. Кстати! А очки?..

Исчезнувшие во время перемещений очки спокойно лежали на прикроватной тумбочке. Но Гарри в них совершенно не нуждался: зрение само собой улучшилось. Юноша еще раз вздохнул. Шуточек Драко на эту тему, видимо, тоже было не избежать… Одна надежда, что при отце он постесняется… Хотя… Гарри ведь даже не знал, какие у них в семье взаимоотношения. От размышления его отвлек стук в дверь, которая сразу же отворилась.

– Пришел проводить смелого гриффиндорца в змеиное логово на обед, – сообщил Снейп, прислоняясь спиной к двери и складывая руки на груди. – Отлично выглядишь. Идем?..

– Спасибо, – Гарри робко улыбнулся, приближаясь.

– Не переживай из-за Драко, – Снейп словно читал его мысли. – Он гораздо более адекватный, чем стремится показать. Ну что ты, Гарри?.. – юноша подошел к нему вплотную и прижался лбом к затянутому в плотную ткань сюртука плечу.

– Я боюсь, что все это мне приснилось. Все кажется таким… нереальным, профессор, я…

– Мерлин, Гарри, прекрати уже звать меня профессором, – улыбнулся Снейп, обнимая юношу.

– А как…

– Зови по имени.

Гарри вдыхал едва заметный аромат полыни, смешанный с чем-то еще, исходящий от Снейпа, и никак не мог себя заставить произнести вслух то, о чем просил его зельевар. Несколько раз он вдыхал, собираясь с духом, и наконец выдавил:

– Я не могу.

– Почему?.. Мне казалось, ты не слишком трепетно относился ко мне в Хогвартсе. Даже “сэр” из тебя было не выбить, а?..

– В Хогвартсе все было иначе.

– Иначе… – Северус задумчиво поглаживал Гарри по спине. Потом вдруг приподнял его лицо за подбородок, заставляя посмотреть в глаза. – Именно, Гарри. Совсем иначе.

Северус склонил голову и тронул губами губы Гарри. Затем еще раз, и еще. Провел кончиком языка по нижней губе, слегка надавливая, скользнул внутрь приоткрытого рта. Постепенно Гарри начал отвечать на эти легкие, почти невинные поцелуи. И только почувствовав, что Гарри расслабился в его объятиях, Снейп оторвался от его сладких губ и спросил:

– Теперь тебе не кажется, что это было не реально?..

– Теперь нет, – Гарри улыбнулся. – Северус.

***

Спустившись в столовую вместе, Гарри и Северус вошли в услужливо открывшиеся перед ними двери и сполна насладились вытянувшимся лицом наследника рода. Северус выдвинул для Гарри стул возле себя, и тот улыбкой поблагодарил его, присаживаясь напротив Драко.

– Прошу прощения за опоздание, – на удивление спокойно проговорил Поттер. – Как добрался, Драко?..

– Кхм-кхе-кхе… Спасибо, По… Гарри, – Драко взял себя в руки, следуя этикету, и лишь вытаращенные глаза, которыми он уставился на руку крестного, поглаживающую пальцы Поттера, выдавали его крайнее недоумение. – В Хогвартс-экспрессе как всегда страшная скука. Ты, кстати, признан победителем Турнира, ты в курсе?..

– В самом деле?.. А как Дамблдор объяснил мое отсутствие?..

– Крестный, вы что тут Поттера в заложниках держите? – усмехнулся Драко, наполняя свой бокал красным вином. – Все газеты пестрят идеями на счет его исчезновения.

– Нет, Драко, просто пока ты не приехал, у Гарри мысли были другим заняты, – ответил Люциус, и Гарри увидел, как уши младшего Малфоя отчетливо порозовели. – Впрочем, это не столь важно. Гарри, официально ты похищен Темным Лордом.