Текст книги "Девочка, ты попала! - 2 (СИ)"
Автор книги: Регина Янтарная
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 8 страниц)
Глава 8
Макс
– Как ты могла?! – гневно воскликнул я, совершенно забыв о своих обязанностях стюарда, а теперь ещё и уборщика, так как разбитые стекла бокалов, испачканные в кроваво – бордовой жидкости коктейля были разбросаны теперь по всей палубе.
Юля, сильно удивившись, приспустила свои солнцезащитные очки, и впервые заинтересованно глянула на меня поверх них.
– Что тебя не устраивает, милый? – лелейным голоском вопросила она. Толпа молодёжи замкнулась вокруг нас в предвкушении очередного спектакля. Но я настолько был потрясён изменениями, произошедшими с моей дражайшей супругой, что не находил слов. Я в сердцах махнул рукой, круто развернулся и направился к лестнице, ведущей вниз на служебный ярус.
Войдя в свою каюту, скинул с себя очередной заляпанный китель и брюки. И в одних плавках завалился на лежанку, закинув руки за голову.
Я думал. И я был в отчаянье. Не знаю, уж. Под воздействием Юлька, находится каким или так искусно претворяется, но собственными силами её не «одолеть». Тут определённо доктор нужен. И как можно скорее. Разве можно было сводить родимые пятна? А после процедуры бежать – под солнце жариться! Я, аж, заскрипел зубами с такой злостью, словно стремился их раскрошить.
Как Юльку показать доктору? По – хорошему уговорить? Под каким предлогом? Она ведь считает, что у неё всё более чем прекрасно.
Тут постучали в дверь каюты. Уверенный в том, что это мои друзья голубки пожаловали, недовольно буркнул:
– Чего там скребётесь как мыши? Заходите.
В комнате, ну прямо как видение, появилась… Юлия.
Я так обалдел, что даже протёр кулаками глаза, но очаровательное видение никуда не исчезло. Юля поверх своего нескромного купальника накинула короткую пляжную тунику небесно – голубого цвета под цвет моря и её глаз. Туника была ей очень к лицу. Но меня она разозлила.
Значит, перед этими молокососами она ходила, мягко говоря, полуголая в своём фиговом купальнике. А как идти к мужу, так прикрылась. Я сжал зубы, прикусил губу и с отчаяньем простонал на всю каюту.
– У-уу – у!
– Вам плохо, мистер? – бросилась нимфа ко мне.
Плохо ли мне? Да. Мне ужасно плохо! Хуже некуда.
– Макс, – наконец, прорезался звук моего голоса. И я решил уточнить своё имя.
– Макс остался дома, – тяжело вздохнула Юлия – Николь.
Она уселась рядом со мной на лежак. На всякий случай, я предупредительно подвинулся, ну, чтобы ей было удобнее.
– Позвать к вам доктора, мистер? – наивно предложила она.
Её поведение и слова вызывали у меня всё большее беспокойство. Кому из нас нужен больше доктор, ещё надо разобраться. Словно ненароком я положил свою руку на её ладонь. Она не отдёрнула руки. Кстати, интуитивно я ждал, что по классике жанра, она выдернет свою руку как ошпаренная и начнёт визжать на всю яхту. Ничего подобного! Сидела как миленькая. Этот успех надо было закрепить. Я нежно погладил её руку. Она откликнулась! Словно нехотя и неуверенно, но среагировала. Вскинула свои бездонные синие глаза на меня.
Внутри меня всё воспламенилось, взбудоражилось и напряглось. Не надо забывать, что лежал я в одних плавках. И факт того, что со мной произошло, не остался не замеченным моей нимфой. Её глаза стали размером с блюдца. Но я не дал ей опомниться, и рывком подтянувшись на лежаке, в одно мгновение сгрёб её в охапку.
– Юля… Юленька, как я рад, что мы, наконец, с тобой вместе!
Не понял, как это произошло, но она вдруг взбеленилась, заартачилась и начала дубасить меня руками и ногами, куда придётся. И даже успела расцарапать мой висок! Да такие ноготки я у своей женушки никогда не видал. Походу нарастила в соответствие со своим новым имиджем…
– Нахал! Гад! Психопат грёбанный! Что творит? Я к нему сочувствие проявила, а он…
Растрёпанная Юлька, запахивая полы своей пляжной туники, вылетела из дверей, оставив меня с разбитым сердцем и расцарапанным лицом.
Обескураженный я, схватившись за голову, сидел на койке. Пора было признаться самому себе, что бьюсь я головой об стену. Иначе эту ситуацию и нельзя было и обозначить.
Юлька упорно считает, что она Николь. И что её Макс где – то далеко…
***
Юля
Я блаженствовала в джакузи, наслаждаясь миксом ароматов лаванды, розы и каких – то средиземноморских водорослей. Мой возлюбленный был рядом со мной. И больше никто не мешал нашему счастью. Чего ещё можно было желать?
Закинула руки назад, улыбаясь и обнимая Макса за шею, пыталась затащить его к себе. На моих губах блуждала улыбка: Макс, как долго я тебя ждала… Как сильно я по тебе соскучилась… По телу пробегали импульсы чувственной дрожи и возбуждения. Я потянула свои губы для поцелуя…
Что ты медлишь? Чего ты ждёшь, Макс… Я сильнее замкнула руки на его шее. И вдруг… мне стало тяжело дышать. Я открыла рот, пытаясь сделать глоток воздуха. Вместо чистого глотка воздуха в рот устремилась пахучая жидкость. Я вздрогнула и очнулась. Широко распахнула глаза.
О боже! Я лежу в джакузи. Гребни мыльной пены облепили моё лицо и подступают к глазам. Я слышу шум работающего гидромассажа. И крепко обнимаю сама себя…
Я встряхнула головой. Обмылась чистой водой и выбралась из джакузи. Как это я уснула? Мне сегодня нельзя спать. Надо быть начеку. И когда все уснут – перебираться в ту комнату под лестницей. От греха подальше. Ну, а там, закрывшись на защёлку, можно будет позволить себе и вздремнуть. Вспомнив неудобную узкую кровать в комнатушке, подумала: Если, конечно, повезёт.
Я накинула на себя пушистый синий халат, всунула ноги в мягкие тапочки и вышла из ванной комнаты. Глянув на себя в зеркало, хмыкнула. Вспомнив домашние тапки самого хозяина, отметила его любовь ко всему мягкому и пушистому. Очередной пунктик странностей господина Адамса. Но этот всяко было лучше длинного и обтягивающего вечернего платья, не говоря уже о стервозных шпильках. Про последнее даже вспоминать не хотелось.
Вот ведь какой Адамс! Не дал мне ни подумать, ни переодеться, ни проститься, наконец, с родственниками. Засветил устрашающую картину с братцем Альфредом и, не дав опомниться, потащил в своё логово…
Прошёл час. Я прислушалась к звенящей тишине в доме. И решала – пора! Скользя тенью по дому, я переместилась в комнату… под лестницей.
***
Заскочив внутрь, я провернула защёлку. И только теперь вздохнула с большим облегчением. Отдышавшись, двинулась в кромешной темноте, шаря перед собой руками. Долго шарить не пришлось. Вот она и кровать. Осторожно присела на неё. Ну, а затем легла, мечтая вытянуть блаженно ноги. Однако вытянуть ноги не удалось.
Это что кровать такая рассчитанная на подростков? Кровать оказалась очень узкой неудобной и жёсткой. Плохо дело. Я ложилась и так и сяк. Переворачивалась на бок, поджав колени к себе. Садилась полулёжа и полустоя. Я извертелась просто как юла. Сама не поняла, как меня и сморило, чтобы в таких нереальных условиях умудрилась – таки заснуть…
– Машенька! – радостно воскликнула я, расставляя руки в стороны и ловя в свои объятия семенящую ко мне на своих маленьких ножках дочку. Поймав малышку в свои руки, крепко прижала к себе. – Господи! Как сильно я по тебе соскучилась! Как ты выросла, – отстранив от себя, рассматривала я Машуню со всех сторон.
– Мама…, – ласково пролепетала дочка. – Мама… Мама…
Ох ты! Я всё пропустила! Когда моя девочка впервые стала на ножки. Когда произнесла своё первое слово «Мама». Бедная девочка, она не знала даже кого ей называть мамой! На глаза у меня выступили слёзы. И потекли по щекам. А я только сильнее прижимала к своей груди малышку, словно боялась, что меня снова разлучат с ней.
– Нет, Машенька! Нет. Мама тебя никому не отдаст, – шептала я дочери. А она обняла меня за шею своими маленькими ручками.
– Мама…
Я очнулась. Где я? Что такое? Руки, ноги затекли. Не разогнуть, не встать. Какой – то шум по всему дому. Топот ног, что – то гремит, голоса… мужские. Много голосов. Что произошло?
Грабители?
Или ищут меня?
Кто?!
Я с трудом поднялась с постели. Выпрямилась, потянулась. И тут раздался стук в дверь и приглушённый шёпот:
– Николь, ты здесь? Открой! – это был голос Фриды. Я колебалась. Я не знала, как поступить. – Скорее, пока сюда не добрались!
Я провернула защёлку. И распахнула дверь.
***
Макс
Я переоделся и пошёл в камбуз. Шеф встретил меня с перекошенным лицом.
– Ты что вытворяешь, сукин сын?! Кто заплатит за понесённые убытки? Какого… ты вообще нанялся на судно, если не собрался работать?
– Я всё улажу. Убытки возмещу сразу же по возвращению на берег. Не волнуйся. Работать буду. Говори, что делать? – спросил я. Он взглянул на меня недоверчивым взглядом, нахмурил брови.
– Ладно. Иди наверх, отнеси гостям фрукты, – сухо бросил он.
Я взял поднос с фруктами. И направился к лестнице. Быстро взлетел наверх. Покосился взглядом на отдыхающих. Юля – Николь сразу заметила меня. Я понял это по её изменившейся позе. Она резко отвернулась.
Ну, что же, я не гордый. Обошёл её лежак с другой стороны.
– Ваш заказ, леди, – лукаво улыбаясь, произнёс я.
Она лениво протянула руку и взяла с подноса банан.
– Не очистите, господин стюард? – она протянула банан мне.
Лёд тронулся!
Я быстро поставил поднос на столик. Взял протянутый банан, не сводя с Юли взгляда. Она сняла солнцезащитные очки. И одарила меня сияющим синим взглядом.
Пришла в себя! Обрадовался я, очищая банан.
– Саша с Виталиком утверждают, что тебя действительно зовут Максом, – мягко проговорила она. – Я кивал по – японски, боясь случайным словом снова всё испортить.
Похоже, психика её находится в неустойчивом состоянии после перенесённого стресса. И лучше тупо со всем соглашаться. Тем более, беседа пока идёт довольно мило.
– Моего жениха тоже зовут Максом, – очаровательно улыбнувшись, обнажив белоснежные зубы, вдруг выдала она.
Я напрягся. Не то, чтобы мне не понравилось сказка про жениха, хотя мне она не понравилась, но вот её до сияющего блеска отбелённые зубы мне определённо не нравились. Юлька обычно посвящала меня заранее в такие кардинальные изменения внешности. Собственно она и не делала таких экспериментов со своей внешностью. А теперь походу делает.
– А твою жену, я поняла, зовут, Юля? – спросила Юля – Николь. Я снова кивнул. – Ты чего глухонемым прикидываешься? Новую игру затеял? – звонко засмеялась она.
– Ещё у нас есть дочка Машенька, – прорезался мой голос, дабы напомнить ей на всякий случай. Вдруг это ей поможет и подтолкнёт её память в нужном направлении.
– Я это уже поняла, – ровно сказала она. И снова улыбнулась.
И тут я заметил рядом с нами высокого темноволосого молодого человека, который внимательно слушал наш разговор с Юлькой. Я понял. Это доктор. Вот почему Юля – Николь так мирно со мной беседует… в присутствии врача. Дабы продемонстрировать, что больной тут на всю голову я. Я один. А она здорова.
Да ну?!
– А у тебя, Николь, как я понял, дочери нет? – с иронией вопросил я.
– К сожалению, – тяжело вздохнула она. – Но у меня скоро намечается свадьба с другим – моим Максом, – тоже на всякий случай, уточнила она. – Думаю, у нас будут дети. Девочка и мальчик, – она мечтательно улыбнулась.
Ну, хоть так. Промелькнуло в моей голове.
– А моя жена пропала…, – выдал я, сверля Юлию взглядом.
– Ох! – воскликнула она. – Какая жалость. Так ты теперь ищешь её повсюду? – невинно поинтересовалась она. Я кивнул. – Как же тебе – бедолаге помочь?
– Ты действительно готова мне помочь? – тут же зацепился я за её фразу.
– Конечно, – невозмутимо произнесла она. – Я добрая натура. У меня большие возможности и связи, – она снова широко улыбнулась, обнажив белоснежные сияющие на солнце зубы.
– Я очень тебе благодарен, Николь. Ведь нашей доченьке Маше очень нужна мама, – задевал я невольно детскую тему, желая затронуть в ней материнский инстинкт.
– Пришли мне на мобильный фото жены, – ровно произнесла Юля – Николь.
– Продиктуй мне свой номер, – быстро отозвался я.
Стоило ей озвучить свой номер, как я тут же выслал фото жены. И наше семейное фото, где мы втроём счастливые улыбаемся вместе с нашей малышкой. Юля – Николь молча разглядывала полученные снимки. Я не сводил с неё взгляда, наблюдая, как менялось выражение её лица. Улыбка сползала с него медленно и недоумённо…
– Этого не может быть…, – наконец, растерянно произнесла она.
– Может, может, – помогал я вспомнить ей всю её прошлую жизнь.
– Это же я! – убитым голосом воскликнула Юля – Николь.
Подлетел доктор. Выхватил мобильник из рук Юли – Николь и начал ошеломлённо изучать фотографии.
– Алекс! Как так? У меня что раздвоение личности? – в синих глазах застыло удивление и полное непонимание ситуации. – Алекс! Ты чего молчишь? Скажи, хоть что – нибудь. Ты же доктор!
Ага! Всё – таки доктор. Я не ошибся. Но я помалкивал. Ждал естественного развития хода события.
– Надо поехать к нему домой, – кивнул Алекс в мою сторону.
– Зачем? – ровно поинтересовался я.
– Чтобы встретится с твоей женой, – твёрдо произнёс он.
– А её там нет, – отчеканил я для тех, кто ещё не понял.
– А где она? – опешил он.
– Вот…, – я сделал лёгкий, едва заметный кивок в сторону Юли – Николь.
– Где – вот? – словно не заметил он моего кивка.
– Вот, – я сильнее кивнул в сторону жены
– Нет. Это Николь, – уверенно заявил Алекс.
– Да ладно?! Она же Юля. Она же Эмма Фалкен, – с сарказмом произнёс я.
Доктор смутился. Уставился на меня ошалевшими глазами.
– Откуда ты знаешь про сестру Николь – Эмму? – наконец, спросил он.
– А я и не знаю ни про какую сестру. Эта ваша пациентка представляется то одним именем, то другим. Лично я уже запутался. А как вы? – сощурившись, я переводил взгляд с Юли – Николь на Алекса и обратно.
Жена моя находилась в нервозном состоянии, близком к обмороку. А хвалённый доктор никак не облегчал ситуацию. Он только озадаченно тёр свои виски, чесал затылок и, не менее нервозно снимал и протирал свои очки. Делу это не помогало никак. Пока они оба находились в растрёпанных чувствах, я решил взять инициативу в свои руки.
– У меня, друзья, есть предложение, – объявил я.
– Какое?! – синхронно воскликнули они, с надеждой уставившись на меня.
– Отправиться домой к Николь. – торжествующе выдал я. И не обращая внимания на её категорическое мотание головой, воодушевлённо продолжал: – К её маме и папе. И да! К её жениху, чуть не забыл главное. К её личному Максу! – закончив свою пламенную жизнеутверждающую речь, я окинул взглядом внимающую публику.
Увлеченные своими «открытиями», мы не заметили, как нас окружили… отдыхающие. Было тихо. Лишь крики чаек над водой. И шум работающих турбин разрезали звонкую тишину, установившуюся на верхней палубе. И я увидел, что мобильник Юли – Николь благополучно переместился в руки её друзей и передавался от одного к другому как эстафетная палочка. Все с любопытством разглядывали фото Юлии и всей нашей семьи. Я победно взглянул на свою жену.
– Николь, так почему ты так не хочешь возвращаться к себе домой? – заботливо поинтересовался я.
Она не отвечала. Я понял: она думает. Сейчас, главное, не передавить. Я ждал.
– Хорошо, – всё же согласилась она. И я облегчённо вздохнул. А вот по её верной свите прокатился вздох недовольства.
Может, хоть сейчас она осознает, что представляют из себя её «друзья»? Как кутить на её денежки, так они её обожают. А как вдруг у неё нарисовались «проблемы», так им по фигу.
– Алекс, сразу же по возвращению на берег закажи билеты домой, – по – хозяйски распорядилась Юля – Николь.
– А мне? – вкрадчиво поинтересовался я.
– Ему тоже, – хмуро произнесла она. – Пусть убедится, что я настоящая Николь, – ожесточённо проговорила она, глядя на меня своими синими – пресиними глазами.
***
Наутро мы все сидели в частный самолёт… Николь. Блеф. Откуда у неё свой самолёт? Арендовала и выпендривается перед своей компашкой. То – закажи билеты, то свой самолёт. Да ей уж определиться пора. Я наблюдал за ней. Сегодня я её не узнавал. Нет. Это, по – прежнему была Юля. Если не считать момента исчезновения ребёнка, то такую взволнованную обеспокоенную обескураженную я её ещё не видел. Это навело меня на плохие мысли. И я начал звонить домой.
Домашние меня заверили, что с Машенькой всё в порядке. Мне этого было недостаточно. И я попросил, чтобы дочке поднесли телефон. Разумеется, малышка ещё не умела разговаривать, но она старательно прогулила в трубку. Я был безмерно счастлив.
Доченька, я обязательно верну нашу маму домой! Разговаривал я про себя с Машенькой и улыбался.
– Макс! – тормошил меня Алекс, склонившийся надо мной. – Иди. Тебя Николь к себе зовёт, – произнёс он. Глаза его были печальны.
– Что случилось? – поинтересовался я, чтобы хоть как – то подготовиться морально, дабы предстать под очи нашей «царицы»
– У неё дед умер, – огорошил он меня. – Ещё четыре месяца назад умер.
Да твою ж…! Нет у неё никакого деда! – с досадой подумал я. И поднялся со своего кресла.
***
Таир
Я никогда не испытывал эмоций. Исключение, конечно, было. Ненависть к своему отцу. Но она воспитала меня, закалила, обучила мастерству. Я пронёс её через года. Она придавала смысл моему бытию. Она зародилась, росла и размножалась во мне ежесекундно как бактерии.
К Юльке моё отношение было простым. Безразличным. Я хотел использовать её как орудие мести. И когда все ополчились на неё, я понял, что она только «моя». Я никому не хотел отдавать свою жертву. Я жаждал и лелеял только одну мысль – месть. И когда она исчезла из дома, и мы нигде её не нашли, первая мысль была – вот всё и закончилось.
Однако ночью я никак не мог уснуть. И поймал себя на мысли, что во мне произошёл перелом. Как такое возможно? Я с ужасом обнаружил, что привязался к этой девчонке. Не знаю, уж как к подопечной или как к сестре… Осознав это, я начал выкорчёвывать из себя подобные эмоции. Но мысли бомбардировавшие мой мозг все сводились к ней одной.
Где она? Что с ней? Жива ли?
К утру я был невыспавшимся и нервы мои были на пределе. Где искать Юльку в чужом городе не приходило никаких стоящих идей. За завтраком всеведущий Эдуард поведал, что ночью Альфред брат Николь в поисках сестры завалился на квартиру к её жениху. Однако, облазив весь дом, её там не обнаружили.
– С чего вдруг он ломанулся искать её именно у Макса? – поинтересовался я.
– Эмма сказала, что её сестра Николь была со своим женихом весь вечер. И исчезли они с вечеринки одновременно.
– Так жених, как я понял, благополучно спал у себя дома? – уточнил я.
– Именно так. И Николь у него не было. Альфред вернулся злющий оттуда, – доложил Эдик. Ну, хоть какой – то толк от этого голубоглазого помощничка, усмехнулся я. – Дела плохи, – продолжал сокрушаться он. – Сегодня звонил Лев Борисович. У него неприятности. Кто – то идёт по его следу. А тут ещё девчонку увели из – под самого носа. Он рычал, рвал и метал, если дело не доведём до принятия наследства нашей подопечной, нам не жить.
Всё то время, которое я провёл рядом с этими двумя парнями, я считал их никчёмными бойцами. Вот уж не думал, то что Эдик трётся возле Эммы – сестры Николь может принести хоть какую – то пользу. Теперь как не крути, а всё упирается в жениха Николь. Если Юлька и не с ним, уверен, он должен знать, где она может быть. Только вот этих двоих напарничков я не собирался посвящать в свои планы. Действовать предпочитаю в одиночку.
– Ладно, парни, – произнёс я. – Где искать нашу подопечную мы не знаем. Поэтому предлагаю разделиться. Каждому искать самостоятельно. Надеюсь, кому – нибудь да повезёт.
Расставшись со своими товарищами, поначалу я отправился к тем, с кем устанавливал контакты по поводу банды Льва Борисовича, промышляющей мошенничеством в особо крупных размерах…
***
Юля
– Зачем Адамс… Макс впустил их в дом? – с тревогой спросила я.
– Он не хотел. Но они пригрозили полицией, обвиняя его в том, что он похитил тебя. Вот ему и пришлось, – вполголоса проговорила Фрида.
– Что это за люди? – поинтересовалась я.
– Там брат твой Альфред. А с ним ещё несколько человек.
Послышались мужские голоса и топот ног за дверью. Мы притихли. Мужчины прошли мимо.
– Как только они ворвались в твою комнату, у меня сердце ухнуло, – продолжала Фрида. – Но когда тебя там не оказалось, я сразу сообразила, где ты можешь быть. Николь, ты спряталась здесь, потому что боялась что они придут за тобой ночью? – взволнованно спросила она, явно переживая за меня.
Разочаровывать её, что о них я даже и не вспоминала, а опасалась озабоченного Адамса, я не стала.
– Конечно, Фрида, я безумно боюсь брата. Он против нашей свадьбы с… Максом. Вот и преследует меня, – тяжело вздохнула я.
Мы прислушались. В доме воцарилась тишина. И тут её сотряс возглас Адамса:
– Николь! Фрида! Где вы? Выходите. Они ушли…
Я безумно хотела спать, поэтому безропотно отправилась в свою спальню. Адамс меня хвалил за сообразительность, предусмотрительность и за всё хорошее, чего я даже не совершала. Я поддакивала, кивала, думая о том, что завтра надо подыскать себе новое жильё, где бы я могла укрыться от брата Альфреда, вынашивающего коварные планы.
***
Макс
Я сел в соседнее кресло. Юля – Николь сидела с закрытыми глазами. Рука её лежала на подлокотнике. Несмело я положил руку поверх её руки. Она не шелохнулась. Я осмелел. Погладил. Она распахнула свои синие глаза. И я был поражён, сколько в них было боли.
Впервые с того момента как я её нашёл, в меня закралось сомнение: Юля ли это? Не знаю, что меня торкнуло на такие мысли. Те же глаза… те же губы… голос. Да она теперь не любит меня. Любит другого Макса. Но это не даёт мне основания сомневаться в ней. Я отмёл дурацкие мысли. И сильнее сжал её руку.
– Макс, я хотела показать тебе фото своего жениха, – задумчиво произнесла она, доставая мобильник. – Я решила, что в свете раскрывшихся обстоятельств из аэропорта мы поедем прямо к нему. Домой мне нельзя.
Я напрягся. И всё – таки домой она не спешит. Есть ли у неё вообще там дом? Нет. Конечно, дом мог и быть, но вот ждёт ли её там семья? Мама, папа, другие родственники.
Юля – Николь показала фото импозантного брюнета с тёмно – карими глазами. Похож на звезду шоу – бизнеса.
– Красивый мужчина, – прокомментировал я. – Артист?
– Нет. Крупный бизнесмен. Миллиардер. Мы помолвлены, – улыбаясь, произнесла она.
– Ты его любишь? – спросил я. И сердце моё замерло.
– Да. И только сейчас в разлуке поняла, как сильно я его люблю. А ещё как сильно я хочу деток. Спасибо, тебе, Макс, за это.
Впервые меня благодарили за то, что я сам помог себя разлюбить. Но это было ничто по сравнению с тем, что она не помнит о существовании своей дочери Машеньки. Это просто невозможно. Господи! Может, реально это не Юля? А какая – то посторонняя Николь. Но не может же быть такого сходства! Близнецы? Клоны? Я схожу с ума. Надо остановиться. Это Юля. Юля, которая по каким – то причинам потеряла память…
***
Юля
Николь привезла нас в дом, в котором рапологались уютные пентхаузы. Дверь открыла пышная невысокая дама. Она застыла на пороге не в силах вымолвить ни слова.
– Фрида, ты чего стоишь как вкопанная? – недовольно произнесла Юля – Николь. – Разве так встречают гостей? – строго вопросила она.
Ошарашенная Фрида не шелохнулась с места. Юля отстранила её с дороги.
– Странная какая – то. Ничего от неё не добьёшься, – буркнула она. И добавила: – Проходите, ребята.
Мы с Алексом прошли за Юлией – Николь в квартиру.
– Спрашивать сегодня у Фриды – где Макс, бесполезное занятие. Надо сказать ему – ну нельзя же держать в доме такую бестолковую прислугу! – говорила Юля, проходя вглубь квартиры.
Мы уселись с Алексом в гостиной на больших диванах. Не успел я подумать, что, похоже, вломились мы в чужую квартиру, как из дальней комнаты послышался женский визг. И не один. Соскочив с места, мы рванули туда.
Стоя на пороге просторной светлой кухни, ошеломленный я видел сразу две Юлии…
Сказать, что я был обескуражен, значит, ничего не сказать. Я был в шоке. Обе девушки так же. Они смотрели друг на друга, распахнув свои синие глазища. Теперь уже они не верещали. Они молча и пристально изучали друг друга. Внезапно, словно что – то торкнуло меня и я пришёл в себя. Теперь я уже узнавал свою Юлю. Не ту, с которой прилетел сюда, а ту, которая уже была здесь. Юля, наконец, тоже перевела взгляд со своей копии на меня.
– Макс! – воскликнули они обе одновременно. Юля бросилась мне на шею. А Николь к своему Максу, который появился вслед за нами на шум на кухне. Через несколько минут в доме появился и Таир.
– Слава богу, Юлия, – обнял он её. – С тобой всё нормально.
Через полчаса мы все вместе сидели в гостиной. Смеялись, вспоминая курьёзы, когда путали девочек. Радовались счастливые, что всё так обошлось. Николь, узнав, что Альфред мечтает упрятать её в клинику, кому – то позвонила. А через двадцать минут объявила:
– Альфреда увезли в клинику лечить от игромании. Не знаю, поможет ли это ему. Но семейным бизнесом он больше заниматься не будет никогда.
– Хотел обрадовать вас всех, – произнёс Таир. – Льва Борисовича с его подельниками повязали. А Владислав с Эдуардом арестовали здесь. Так что мы можем спокойно отправляться домой.
– Юля, сдадим тест на ДНК? – лукаво спросила Николь. – Что – то мне подсказывает, что мы сестры.
– Сдадим. И Таира с собой прихватим. Он может оказаться нашим братом, – ответила она. Я был ошарашен новостью. Юля продолжила: – У меня тоже есть маленькая тайна. И заключается она в том, что папа переписал всё своё состояние на меня. Но я поделюсь с Таиром обязательно. А сейчас больше всего на свете я хочу увидеть свою Машеньку. Крепко прижать её к себе и никогда – никогда с ней не расставаться.
– Если Таир окажется нашим братом, я тоже отпишу ему немало, – засмеялась Николь.
***
Юля
Тест на ДНК показал, что мы действительно оказались сёстрами с Николь, а Таир – нашим братом. Нет, мы с сестрой не были близняшками. Да и при более близком детальном рассмотрении мы лично с ней нашли множество отличий друг от друга. Мы были разными. Просто окружающие нас люди очень хотели видет в нас ту, которую хотели видеть. А при нашей феноминальной похожести, сделать это было нетрудно. Мы были погодками и мамы у нас были разные. А вот папа у всех троих был один. И он признался в грехах своей молодости. Куда теперь было деваться! Главное, что он принял всех своих детей. К тому же, в цепких объятиях своей Алёны, похоже он наконец успокоился.
