Текст книги "Я тебя отвоюю (СИ)"

Автор книги: Паутина чувств

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 3 страниц)

– Садитесь.

– Хотел еще раз извиниться за свою жену. Неловко за тот спектакль.

– Отчего же… Вы были крайне убедительны. Особенно удалась финальная сцена…

Усмехнулся, прикусив нижнюю губу.

– Вам сильно досталось от Ирины? Я знаю, что в порыве ревности слов она не выбирает.

– Мне немного обидно…

– Простите еще раз.

Альбина придвинулась к нему, отчетливо шепча ему на ухо:

– Ты не понял, Валер. Мне обидно не за её слова… А за то, что они не соответствуют действительности.

Произнеся последнее слово, она прикусила его за мочку, проведя кончиком носа по шее. Заметила, как мгновенно на коже проступили сотни мелких мурашек.

– Любишь играть в азартные игры? – прошептал, не сводя с неё глаз.

– Опасные. А может и вобще без правил.

– Правила всегда есть… Только они мои…

Женские пальцы скользнули по выпирающей молнии брюк, сжимая растущий бугорок.

– Может общие? – сжимала всё сильнее.

Перехватил её ладонь, сжимая в своей руке.

– Мои, Альбина… Исключительно мои…

Отпустил, поднимаясь с кресла. Пересел на свое привычное место, достав из кармана телефон. Дал понять чья игра. Кто главный. Чьи правила. Дал понять главное… К игре готов.

========== 9 ==========

Переглядывались издалека. Её несмелый встречался с его откровенным и наоборот. Улыбки, усмешки. Тщательное избегание личного контакта. Игра подстёгивала его азарт. Природный, мужской, животный. Всё, как по законам природы, он – охотник, она – добыча.

– Валер, у вас что, интрижка? – не сдержавшись, спросил Шалва.

Изогнутая мужская бровь, и уголки губ, которые стремительно поползли вниз:

– Нет никакой интрижки. Тебе показалось.

– Может быть…

«Только этого еще не хватало», – подумал про себя мужчина, – «Чтобы в коллективе поползли слухи».

Новая волна раздражения захватила его. Стал раздражительным, даже злым. Устроил разнос всем музыкантам на прогоне перед концертом. На нерве отработал сам концерт.

– Валер, какая муха тебя укусила? Можешь толком объяснить? Срываешься на всех.

– Работать надо нормально, вот и орать мне не придется.

Ответ босса Сергея не обнадёжил:

– А может все же поделишься?

– Серёг, что ты хочешь от меня услышать?

– Желательно правду. Это из-за Альбины?

Желваки заиграли на мужских скулах, а взгляд предательски дернулся в сторону.

– Знаешь, я иногда жалею, что не пидор. Заебали эти бабы… – зло ответил он.

Сергей рассмеялся:

– Ну, Валер, думаешь у пидоров проблем нет? Так те же самые, только им ещё и в лицо тычат.

– Да это я так, к слову. Ладно, Серёг, извини, я просто на нервах.

– Давай сегодня расслабимся, выпьем, посидим.

– Давай.

***

Ресторан, забронированный организаторами, шумный стол, за которым ужинают музыканты. Обильное возлияние тем, что покрепче…

Настроение улучшилось. Раздражение сходило на нет, а взгляд всё чаще скользил по бэк-вокалистке. Альбина отводила взгляд, но сама украдкой поглядывала в его сторону. Он сдался первым. Подсел к ней на свободный стул:

– Не занято? – тихо спросил он, опускаясь на сиденье.

– Как знать…

– Если и занято, то мною.

– Слишком самоуверенно.

– И это говоришь мне ты? Или ты забыла свою выходку в автобусе?

– Помню, – опустила глаза.

– Как и я.

Мужская ладонь опустилась на женское колено, тут же начав движение вверх.

– Не здесь, – прошептала девушка, перехватывая его пальцы.

– Сейчас, – горячее дыхание опалило ее кожу.

Продолжил наступление и почувствовал шлепок её руки по своей.

– Я же сказала, что не здесь, – повторила она.

Усмехнулся. Уколола.

– Дура.

Сорвался с места, направляясь к выходу. Прежнее раздражение вернулось, успев помножиться на злость. Сел в такси, возвращаясь обратно в отель. Бокал виски, едва успел скинуть пиджак.

«Дура», – повторил про себя. Непослушные пальцы набирали номер Светы. Сбросила. Еще. Сбросила. Еще. Сбросила. Стакан полетел в стену. Взял еще один, наполняя его до краев. Почти залпом. Еще звонок. Сбросила. Замахнулся, чтобы и этот отправить в стену. Стук в дверь. Рука повисла в воздухе.

– Что надо? – злой взгляд уничтожал хрупкий силуэт.

– Я услышала звон. У тебя всё в порядке?

– Сама как думаешь?

– Могу помочь?

– Можешь…

Мужская рука уверенно потянулась к её талии, одномоментно притягивая к себе. Дверь захлопнулась стремительно. Вдавил в дверь, накрывая собой.

– Можешь… Помоги.

========== 10 ==========

Женские тонкие губы отчаянно искали жесткие мужские. Увернулся, скользя ими по шее. Будил в ней ещё большее желание, утоляя свою злость. Она не цель, но замена. Пусть на ночь, пусть только на сейчас. Его пальцы наручниками сковали её запястья, оставляя следы. Вжал в дверь, не давая ей свободы. Лишая возможности двигаться. Брал ровно то, что она сама отдавала. Её тело дышало под его ласками. Не было нежности, только страсть. Разорвал её тонкую блузку, высвобождая небольшую упругую грудь. Слегка подул, покрывая тонкую кожу сотнями мурашек и тут же вбирая языком возбужденный сосок. Её руки произвольно дёрнулись, желая его обнять, как можно крепче. Не дал. Продолжал удерживать у двери. Наклонялся все ниже, оставляя влажную дорожку до тонкой полоски белья.

Отпустил. Шаг назад, переводя тяжёлое дыхание. Ни слова. Тишина и дыхание. Его глубокое с парами алкоголя и её быстрое… Голубые глаза изучали мужское тело. Расстегнутая до пояса рубашка оголяла плотную мужскую грудь, покрытую волосами.

– Всё ещё хочешь помочь? – негромко спросил он.

– Хочу, – без тени сомнений ответила Альбина.

Шаг к нему – шаг в пропасть. В темноту. в его руки, полные соблазна. Он – самое главное искушение. Запретное. Чужой. Но только не сегодня. Не этой ночью.

Грубо развернул её спиной к себе, прогибая в пояснице. Упругие ягодицы плотно прижались к его паху. Выдохнул. С её губ – легкий стон. Чем больше трение, тем отчётливее звуки. Плевать, что кто-то услышит. Прядь рыжих волос намотанных на кулак, вторая рука плотно сжимает её бок. Испарина покрыла мужской лоб. Закрыл глаза, думая о другой. Которая не ответила. Которая игнорировала. Которая дала понять – не нужен.

Негромкая мелодия его мобильника совпала с очередным женским стоном. Ёкнуло. Вдруг она. Прервался, доставая телефон из кармана брюк. Жена. Швырнул на пол, даже не сбрасывая звонок. Надоедливая трель вскоре смолкла.

Ненадолго. Через пару минут экран телефона вновь ожил.

«Сука, вечно не вовремя».

Стиснул грудь Альбины, снимая приступ раздражения. Чувствовал приближение разрядки. Не только своей, но и её. Ещё несколько движений, и надо быть осторожным, вовремя успеть.

Очередной неожиданный звонок телефона, резко дёрнулся. Не успел.

«Чёрт, сука, чёрт».

Вытер тыльной стороной ладони мокрый лоб. Нагнулся за телефоном, выключая.

– Тебе пора, Альбин.

Девушка повернулась к нему лицом, еле переводя дыхание.

– Можно останусь? – негромко спросила она.

– А можно не задавать блядских вопросов?

Отвернулся, направляясь в ванную комнату:

– Спасибо за помощь, Альбин. Дальше я сам.

Отрезал. Жёстко. Цинично. Его номер, его игра, его правила.

***

Его мужской цинизм граничил с её женской болью. Утро выдалось разным. Он старался держаться в стороне, а она искала его глазами повсюду. На мгновение пересекался взглядом и вновь строил стену. Отодвигал её как можно дальше от себя. Давал понять, что она – всего лишь разовый случай. Не больше.

А ей хотелось большего. Он для неё не одна ночь. Он для неё жизнь. Не было обиды. Было чёткое желание получить. Любой ценой. Дотерпеть, подождать, побороться… Но получить.

– Так и будешь меня избегать? – еле слышный женский шепот в одном из тёмных коридоров.

– Так и будешь меня преследовать? – парировал Валерий.

– Послушай, я же не прошу ничего. Но не нужно от меня шарахаться, как от прокаженной.

– Извини. я просто ясно хочу дать понять, что продолжения не будет.

– А тебя кто-то просит о нём? – с вызовом спросила она.

– На лице всё написано, – устало ответил он.

– Было бы что просить, Валерий. Такого добра… Навалом…

Разозлилась. Разозлилась сама и разозлила его.

– Ах-ты, сука! – яростно прошептал он, разворачивая её за плечо, – Ты свои стоны вчера слышала?

– Просто секса давно не было, – ледяное спокойствие сбивало его с ног.

– Что так? Желающих нет?

– Ну отчего же… Ты же вот позарился… А ведь для кого-то ты секс-символ, – усмехнулась, – знали бы они, правда, что символ твой… Маловат.

Вывернулась из его рук, быстро убегая в сторону выхода.

– Дрянь…

Слова резанули… Больно. Сжал костяшки пальцев и мгновенно разжал. Вспомнил прошедшую ночь. Её тело, изгибающееся в его руках, её стоны, бившие по его ушам. Закатил глаза к потолку, ощущая явное возбуждение.

«Дрянь».

========== 11 ==========

Он чувствовал злобу, дышал ею, горел ею. Бесила его настолько, что готов был нарушить главный свой принцип – не трогать женщин. Пустился за ней по длинному коридору, который петлял своими поворотами. Нашёл, догнал, потащил в угол. Альбина даже и не думала сопротивляться. Понимала, что бессмысленно.

– Что ты сказала? Ну-ка повтори, – гневно произнёс он.

Лицо мужчины сделалось багряным, белки глаз порозовели.

Девушка быстро сообразила, что сильно задела его. Глубоко.

– Валер, прости. Неудачная шутка, – быстро проговорила она, когда его пышущее гневом лицо остановилось в паре сантиметров от её лица.

– Шутка? Шутка, блять? – её ответ ещё сильнее распалил его.

– Прости… – всё, что она могла выдавить из себя.

– Тебе правда кажется это смешным? – не отступал певец от девушки.

– Нет, – испугано прошептала она.

Мужчина быстро схватил её ладонь и поднес к своему паху:

– Мелковат, говоришь? – зло прошипел он.

– Валер…– она попыталась отдёрнуть ладонь, чувствуя его нарастающее возбуждение.

– Мелковат? – вновь повторил он.

Чувствуя его желание, она, почему-то, испытывала страх. Он был совсем не таким, каким она его знала. Чужой, посторонний, грубый.

Мужчина грубо развернул её к себе спиной. Задрал подол платья. Резко. Раздался треск ткани. Не остановило. Тормоза отказали ещё несколько минут назад. Только животные инстинкты владели им. Руки пробирались внутрь неё. Сжалась вся в кулак, связалась в узел. Старалась не пускать.

Он почувствовал её дрожь. Не желания – страха. Отпустил. Пару шагов назад и глубокий выдох.

– Прости. Боже, Альбин, прости.

Повернулась к нему лицом, быстро смахивая с щек набегающие слёзы.

– Зачем ты так?

Вопрос повис воздухом, разрубая его напополам. Подавился своей частью, не зная, что ответить.

– Сам не знаю. Прости. Послушай. Давай забудем всё что было. Это перешло все границы. Ты просто работаешь, общаемся исключительно по делу. Хорошо?

Его тревожный взгляд ждал её ответа. Секунда – две – пять. Минута. Молчание.

– Хорошо, – выдавила из себя.

Он чуть кивнул головой и поспешил прочь. Ускорял шаг, теряясь в этом бесконечном коридоре.

Вернулся домой, избегая общения с Ирой. Ни до неё, ни до детей, ни до кого. Мысли остались в том темном коридоре. Достал телефон, поспешно набирая текст.

«Прости ещё раз. Наверное, я просто мудак».

Отправил. Не ждал ответа, четко осознавая, что она вряд ли ответит. Бросил телефон на тумбочку и ушел в душ. Теплая вода не спасала от внутреннего холода. Вышел в одном полотенце, встретившись с гневным взглядом жены.

– Ничего объяснить не хочешь?

– Что именно? – устало спросил он.

– Вот это, – протянула прямиком в лицо его же телефон.

– Роешься в моих вещах?

– Спишь с ней?

– Идиотка. Какого хрена ты лазаешь в мой телефон?

– Ну ты и козёл.

Сжал кулаки, понимая, что доля секунды, и он сорвется. Очень тонкая грань, которая стиралась на его глазах. Почти не контролировал себя. Повернулся к ней спиной, быстро натягивая на себя одежду.

– Ты куда? Я с тобой разговариваю, вообще-то.

Больше всего в данную секунду он ненавидел её голос. Раздражал настолько, что готов был зашить ей рот, лишь бы она не издавал ни звука. Никогда так быстро он еще не одевался.

Бегом по лестнице, прочь из дома. И ведь бежать было некуда, но остаться он не мог. Боялся сделать нечто такое, о чём потом мог бы пожалеть. Ехал наугад к Свете. Телефон свой он оставил дома.

Дом, подъезд, этаж. Был ли кто-то за этой дверью – узнает, нажав на звонок.

– Валера? – удивленно сказала Света, открыв ему дверь.

– Прости, что без звонка. Но идти мне было некуда. Пустишь?

Пауза. Он, как школьник у доски, который не выучил урок. Ждал, когда учительница поставит двойку.

– Проходи.

Не поставила. Пожалела.

========== 12 ==========

Переступив порог, почувствовал себя чужим, лишним, ненужным. Его тут явно не ждали, не желали и больше не хотели. Переминался с ноги на ногу, но всё же разулся. Света прошла по коридору на кухню. Он хвостом за ней.

– Что-нибудь выпьешь? – спросила она.

– Нет.

Он сел за стол, опустив лицо на сцепленные ладони. Она стояла в нескольких метрах от него, не сводя с него глаз. Тишина слишком громко подчёркивала их новый статус. Прежде они делили вместе постель, сгорали от желания, страсти, эмоций. Он поднял на неё глаза, пройдясь сверху вниз по её силуэту.

– Это конец? – тихо спросил он.

– Это начало, Валер.

– Я о нас.

– А я о себе. Нас уже давно нет.

– Я любил тебя, – испытывающе произнёс он.

– Видимо недостаточно, чтобы сделать своей единственной.

– Ты же знаешь, что всё не так просто.

– Отнюдь. Всё просто, если хочешь, а в наших отношениях хотела только я, тебя и так всё устраивало. Да только я устала хотеть.

Женскую правоту слушать было неприятно. Что толку от её правоты, если ею больше не согреться. Если больше не сбежать от опостылевшего дома, жены. Он тяжело поднялся из-за стола и направился к выходу.

– Я любил тебя, – повторил он, закрывая за собой дверь.

Ушёл. Так привычно, но первый раз, когда навсегда. Позволила себе заплакать. Заскользить острыми лопатками по стене, не находя точки опоры. Опуститься на колени и позволить боли издать сдавленный крик. Так кричат женщины, которые становятся сильнее. В один миг.

С другой стороны двери тяжёлая мужская спина прижалась к холодному металлу. Он слышал её слабость. Знал, что является её причиной. Стиснул зубы до скрежета. Хотелось вернуться самому и вернуть всё, что их связывало прежде. Перед глазами мелькали кадры их ненасытной страсти. А может она была права, это не любовь? Широкая мужская ладонь теплой полосой прошлась по холодной двери. Он хотел вернуться, но знал, что не имеет права.

И снова ночная дорога. Путь, в конце которого его никто не ждёт. А хотелось бы, чтобы ждали. Вспомнил про Альбину. Может быть ждёт она?

Быстро свернул в направлении её дома. На глаза попался круглосуточный ларёк с цветами. Купил букет. Пять минут, и он уже поднимается на лифте на её этаж. Ещё одна дверь. Вторая за ночь. Робко постучал костяшками пальцев. Ни звука. Посмотрел на часы – почти два. Наверняка она уже спит. Постучал ещё. Послышались шаги и возня с замком. Открыла.

– Валера? – на её лице читался испуг, смешанный с удивлением.

– Прости, что ночью. Прости, что без звонка. Прости, что так. И за то, что мудак – тоже прости.

Она не знала, что ответить.

– Проходи.

Он заметил её наготу под длинной футболкой, едва прикрывающей бёдра. Неловко протянул букет.

– Это тебе. Хотел ещё раз извиниться.

– Два часа ночи – самое подходящее для этого время.

Второй раз за ночь он ощущал неловкость.

– Извини, – пробормотал он, опустив голову вниз.

– Пойдём, – тихо сказала Альбина, увлекая его за собой.

– Не прогонишь? – неуверенно спросил он.

– Нет.

Она посадила его за стол, а сама принялась хлопотать у плиты.

– Почему?

– Что почему?

– Почему не прогонишь?

Она замерла с чашкой в руках на мгновение, затем подошла к нему, ставя её перед ним на стол:

– Потому что идти тебе больше некуда.

– С чего ты так решила?

– Потому что секс – это не единственное, что бывает между мужчиной и женщиной.

Опять задела. Тонко. Остро. Глубоко.

– А может я пришёл сюда именно за ним? – с вызывом спросил он.

– Сюда – нет, а вот там, где ты был до меня – безусловно. И то, видимо, отказали.

Её голубые глаза не сводили с него глаз. Читала его, как книгу.

– Так зачем я сюда пришёл? – спросил Валера.

– Когда—нибудь ты сам ответишь на свой вопрос. Пей чай, я тебе пока постелю в гостиной.

– Не боишься?

– Чего?

– Что приставать начну.

– Нет.

Она вышла из кухни, оставив его одного. Он долго всматривался в чашку с чаем. Зачем он здесь? Почему? Сейчас у него не было ответа. Поднялся со стула и тихо прошёл в гостиную. Наблюдал, как она застилает ему диван. Шаг к ней. Подошёл вплотную, чувствуя запах её кожи. Девушка замерла и обернулась к нему лицом.

– Ты здесь не за этим, Валер, – тихо прошептала она.

– А зачем?

– Придёт время – поймёшь.

Она легонько провела кончиками пальцев по его щеке. Лёгкое касание губ и она вышла из комнаты.

========== 13 ==========

Он напряженно вслушивался в её шаги, к каждому движению. Почему-то хотелось, чтобы она вернулась. Взгляд прожигал дверь её спальни. Несколько шагов к порогу, замер, вздохнул. Ладонью по твёрдой поверхности. Может войти самому? Зачем? Ответа не знал. Выдохнул. Отошёл.

Горизонтальное положение тела на её диване не освобождало от желания находиться ближе к ней. Повернул голову в сторону двери. Он тут – она там. Разделенные одной стеной. Может не стеной – жизнью. Она – такая случайная, вдруг появилась там, где не должна. Он – находится здесь, а должен где-то там. Чувствовал неспокойное спокойствие. Что-то тревожило, неясное, но почему-то хорошо. Закрыл глаза. Увидел маму. Маму с глазами Альбины. Чертовщина. Потёр ладонями лицо. Уснул.

Альбина слышала мужские шорохи за дверью. Почти насильно удерживала себя, чтобы не пойти к нему. Отчаянно хотелось. Хотелось так, как хочется утопающему вдохнуть глоток воздуха. Спасительный. Который поможет продлить жизнь ещё на минуту. Он нужен ей. Нужен физически, нужен, как доза. Ломает. Тело помнит его близость, помнит на себе его руки, помнит его внутри себя. А может и он сейчас ждёт? Ждёт, что придёт к нему. Её приход был бы равнозначен проигрышу. Она вступила в войну. Война, где цель – он, и не на одну ночь или несколько. Закусив губу, натянула на себя одеяло, чтобы закрыть себя им от него, от желания. Не время, не сейчас, рано.

***

Валера проснулся первым. Он, как и любой жаворонок, просыпался с первыми лучами солнца. Лучики несмело пробивались сквозь плотные шторы. Тишина. Видимо, Альбина ещё спит. Поднялся, стараясь не шуметь. Подавил соблазн заглянуть в её спальню. Если его никто не пригласил туда вечером, то утром там точно делать нечего.

Неловкость сковала его. Не знал, что делать. Проведи он ночь с ней, сейчас бы хозяйничал на кухне, но было всё иначе. Не так, как обычно с другими. Уйти молча, пока она не проснулась. Чувствовал себя мальчишкой, совершившим пакость, которого непременно будут ругать. Неловко. Неловко уйти, неловко остаться. И почему всё так?

Она не слышно вошла в гостиную, скользя улыбкой по его спине.

– Доброе утро, – нежный голос, коснулся его слуха.

Обернулся, растерянный.

– Привет. Я тебя разбудил? – не дожидаясь её ответа тут же добавил, – Прости. Я старался не шуметь.

– Я не слышала, как ты встал. Не извиняйся, – мягко ответила она.

Пауза. Секунда, пять, десять. Неловкость не исчезала… Лишь росла, передавалась по воздуху, словно вирус. Её щеки покраснели. Заразилась.

– Завтракать будешь? – прервала молчание Альбина.

– Ты же ещё не умылась даже, – улыбнулся он.

– Точно! – с улыбкой ответила она, – Видок у меня, наверное, ещё тот…

– Ты замечательно выглядишь…

Хрипотца в голосе выдавала его волнение.

– Давай ты иди в душ, а я рискну сам приготовить завтрак.

– Хорошо.

Позволила ему быть смелым. Мужчине это важно. Быть главным… Даже если сейчас – это только границы кухни.

***

За хлопотами он не заметил, как она вошла. Тарелки чуть не вылетели из рук, когда она произнесла:

– Такой аромат… Аппетит растёт с каждой секундой.

Поставив перед ней тарелку с яичницей, его взгляд скользнул по её фигуре. Мужская рубашка на явно обнажённое тело. Длина доходила до середины бёдер.

– Надеюсь, что тебе понравится.

Вновь хрипотца.

– Мы сейчас о еде? – с вызовом спросила она.

– Альбин…

– Значит о еде, – прервала его шатенка, отправляя в рот первый кусочек.

Он не сводил с неё глаз, наблюдая за тем, как она ест.

– Вкусно? – спросил Валера.

– Весьма…

Мужчина сел напротив неё, случайно коснувшись ногой её бедра. Обожгло. Только его или её тоже? Она сделала вид, будто ничего не заметила.

Альбина увлечённо листала журнал, расправляясь с завтраком одновременно.

– Тебе сколько ложек сахара в чай? – спросил он.

– Две. В последнее время это – моя любимая цифра, – закрывая журнал и поправляя прядь волос за ухо, ответила она, – две ложки сахара, две полоски…

– Какие полоски? – непонимающе спросил он.

– На тесте, Валер. Две полоски на тесте. Знаешь, что они означают?

Странный вопрос для отца троих детей.

========== 14 ==========

В данной ситуации он бы предпочёл не знать. А может просто не так понял, ослышался?

– Что ты сказала?

Альбина усмехнулась, со звоном поставила чашку на стол и вышла из кухни. Оставила одного, потерянного, непонимающего. Вернулась спустя пару минут, заметив его напряженный взгляд. Протянула через глянцевую поверхность стеклянной столешницы кусочек пластика.

– Я об этом.

Он уставился на тест. Полоски рябили в глазах, и, казалось, что их не две, а двадцать две. Сплошной частокол.

– Вижу, – выдавил из себя мужчина.

Ошарашенный, потрясённый.

– Самое время спросить, кто счастливый отец.

Выстрел. То ли ранила, то ли убила.

– Тебя это забавляет?

– Ничуть, – голос звучал холодно.

– Что ты собираешься делать?

– А что ты хочешь услышать? Аборт делать не побегу, не рассчитывай.

– Я не предлагал этого.

Она не сводила с него глаз. Ждала. Вновь. Ждать – её привычка.

– А ты вообще ничего не предлагаешь. Просто однажды неудачно трахнул. Не ту.

Женская обида хлестала мужской слух. Оставляла оплеухи.

– А что ты ждёшь? – взорвался он, – что в ЗАГС потащу?

Парировал. В больное, в беззащитное. Точно туда, где билось ещё одно сердце. Их общее.

– Убирайся.

Чашка с чаем полетела на кафель. Дребезг, противно-звенящий, привёл мужчину в чувство.

– Прости.

Встал из-за стола, направляясь к ней.

– Пошёл вон отсюда, – сквозь зубы процедила Альбина.

– Не дури, – попытался успокоить Валера.

– Не уйдешь ты, уйду я. В окно.

– Сдурела что-ли?

Липкий страх каплями по спине. Заставил замереть на месте. Её оборона строилась на мужских глазах. Внутри она не одна. Она больше не одна.

– Аль, не дури. Я уйду, только успокойся.

Ледяное молчание женщины усиливало мужской страх. Страшно быть беспомощным. Особенно ему.

***

Молчание Ирины было иным. Оно не пугало. Раздражало.

– Хватит на меня так смотреть, – не выдержал он.

– А ты ещё и права качать собрался? После загулов по шлюхам. Всех собрал? Никого не обидел?

Привычное чувство вины сейчас, почему-то, было выключено. Только раздражение.

– Достала. Ты меня достала.

– А ты своими шлюхами. Дома не ночуешь, и даже не паришься, чтобы придумать какой-то повод.

В голове вертелся утренний разговор с Альбиной. Тест. Изгнание.

– Что ты от меня хочешь?

– Правду. Хотя бы раз в жизни.

Усмехнулся. Вышло криво.

– Хватит фарса, Ир. Строишь из себя обиженную. Ты забыла, как в лицо бросала мне циничное «Я тебя не люблю»?

Глаза Ирины вспыхнули злобой.

– Это было давно, – глухо ответила она.

– Это было всегда. Я любви искал там, потому что её не было здесь. Да, ты хорошая мать, образцовая жена, но ты не любила меня никогда.

– Неправда, – её голос задрожал.

– Альбина беременна от меня, – выпалил Валера.

– Неправда, – упрямо замотала головой.

– Хотела правду? Слушай. Она ждёт от меня ребенка.

Закрыла уши руками. Такое слышать не хотелось. Не сейчас. Не сейчас. Никогда.

Комментарий к 14

Жду ваши отзывы

========== 15 ==========

Первое мгновение – стало легче. Правда жгла язык. Такая правда – прожигала женские уши. До мяса, до кости.

– Зачем ты так со мной? – опускаясь на колени, шептала она.

Почти сошла с ума, безумно повторяя одно и тоже. Сотни «зачем» и «почему» метались по стенам их спальни. Опускались булыжниками на его душе. Противное чувство вины прибивало к земле. Оно было знакомо ему, интрижки и романы случались в его жизни. Но сейчас – иное. Такой привкус ему не был знаком.

– Прости меня, слышишь. Прости.

Не слышала. Только затуманенный взгляд зелёных потерянных глаз. Потеряла его, а с ним – себя.

– Уйди.

– Ирин…

Она не плакала. Не билась в истерике, не лезла на него с кулаками. Женская боль без слёз бывает страшной. Испугался.

***

Страшно, когда нигде не ждут. Телефон, убивающий молчанием. Три дня, как пропал без вести. Три дня, как никто не пытался найти. Три дня на дне стакана и в полной окурков пепельнице.

Если никто не ищет, то может найтись самому. Холодный душ, свежая рубашка, вчерашний букет цветов. Пойти было проще туда, где не пахло его изменами. Где он ещё не успел все испортить.

Альбина открыла дверь, молча приглашая войти.

– Это тебе, – робко протянул он букет, – а это ему…

В другой руке он держал корзину с фруктами.

– Почему ему? Может ей.

Улыбнулся. Стало легче.

– Мне кажется, что будет сын.

– Посмотрим.

Старалась держаться отстраненно. Нельзя показывать, как сильно она его ждала. Он сам должен был прийти. Дождалась.

– Неважно выглядишь, – заметила она, наливая ему чай.

Он кашлянул и поднялся из-за стола. Подошёл к ней со спины, аккуратно обняв за живот. Мужская ладонь, в которой сейчас умещалась жизнь его ребенка, нежно скользила по ее телу.

– Аль, я ушел из дома, – зарываясь носом в волосы, прошептал он.

Замерла. Сердце заработало неправильно, резко меняя ритм.

– Я ей всё рассказал, – добавил он.

Повернулась к нему лицом, пытаясь понять, не врёт ли он.

– Ты серьезно?

– Думаешь, стал бы с таким врать?

Он легонько провёл большим пальцем по ее щеке. Наклонился, чтобы коснуться губ. Хотелось тепла. Хотелось, чтобы любили. Хотел любить сам.

Она сама обняла его за шею, давая понять, что не против. Мягкие мужские накрыли податливые женские. Осторожность быстро сменилась желанием. Робость и неуверенность уступила место мужской силе. Его руки быстро скользнули под футболку, пробегая пальцами по рёбрам. Каждая секунда добавляла желания. Она оторвалась от его губ, влажно прикусывая мощную шею, затем к мочке уха. Дыхание давно сбилось и не хватало воздуха. Катастрофически. Его пальцы стремительно, проникли под плотную резинку домашних штанов, нащупывая влажную ткань белья.

Застонала. В унисон со звонком в дверь.

– Ты кого-то ждёшь? – хрипло спросил он.

Отрицательно мотнув головой, Альбина выгнулась всем телом, показывая, чтобы он не останавливался. Он резко проник внутрь нее. Ещё и ещё. Звонок в дверь вновь задребезжал.

– Блядь, да кто там пришел. Аль, иди посмотри.

Будучи в плену желания, она не сразу поняла, что он ей сказал. И только трезвон привел ее в чувство. Поправив одежду, она поспешила в коридор. Прильнула к глазку, резко отпрянула назад. Визит законной супруги в данный момент был равносилен визиту святой инквизиции в дом ведьмы. В глазах потемнело, и она упала в обморок.

Комментарий к 15

Жду ваши отзывы

========== 16 ==========

Валера опрометью бросился к девушке. Хлопая по щекам и тормоша, пытался привести в чувство. Дверной звонок не унимался. Со злостью мужчина рванул дверной замок, открывая дверь. Ирина ворвалась фурией и застыла на месте, увидев на полу Альбину. Мужчина подхватил девушку на руки и понес в комнату, Ира за ним.

– Что с ней? – испуганно спросила она.

– Не знаю, в обморок упала, наверное.

Он продолжал её тормошить и через мгновение девушка открыла глаза.

– Господи, Альбин, напугала, – сам того не ожидая, он прижал её к своей груди. Почти инстинктивно.

Ирина силой рванула мужа за плечо, заставляя повернуться к ней:

– Может перестанешь любезничать с этой шлюхой на моих глазах?

– Тебя сюда не звали, – достаточно резко парировал он.

Задохнулась от возмущения.

– Не советую тебе наживать врага в моём лице, Валерочка. Замучаешься ты и твоя шалава разхлёбывать.

Чувствуя за собой правду, она не стеснялась в словах. Не стеснялась быть жестокой. Альбина, придя в себя, легонько отстранила от себя мужчину.

– Иди домой, – тихо, но достаточно твёрдо сказала она.

– Аль, погоди.

– Не усложняй, Валер. Иди.

Её твёрдая уверенность отрезала его. Возвращала туда, где он и должен был быть, к той – кому когда-то давал клятвы.

– Какая благородность, ты подумай. А когда ножки свои раздвигала, не думала о том, что он женат, что у него семья?

Упорное молчание было ей ответом. Альбина не прятала глаз, не прятала себя. Наоборот. Показывала всем своим видом – она есть. Две соперницы и с краю где-то он – главный трофей.

– Перестань, – достаточно резко оборвал её Валера.

– Будешь мне при этой… рот затыкать?

– Дома поговорим.

– А ты уверен, что он у тебя еще есть?

Резко. Остро. Под дых. Тронула почти святое.

– Если бы не было, то и тебя бы тут тоже не было.

Валера подошёл к Альбине и нежно коснулся щеки.

– Ну ты как? В порядке?

Не воспользоваться моментом было глупо. Не воспользоваться пленным на глазах генерала – вдвойне.

– Не переживай, любимый. У нас всё хорошо, – нежная улыбка и нежный поцелуй.

Он отпрянул. Стало неприятно быть пешкой в игре. Слишком очевидно. Настолько, что даже Ирина криво ухмыльнулась.

***

– Нравится быть добычей? – цинично спросила она, когда супруги возвращались домой.

Не ответил. Её хлёсткие фразы били пощёчинами. Лучше бы закатила истерику, чем вот так… Цинично, надменно, по живому.

– Ты хотя бы уверен в своём отцовстве?

Уксусом прожигала изнутри. Разъедала.

– Нравится издеваться? – севшим голосом спросил он.

– Нравилось её трахать?

– Это было один раз.

Она рассмеялась.

– Да, Меладзе. А я то думала, что ты умнее. Какой же ты всё-таки дурак.

– Разведись, – жёстко бросил мужчина.

– Чтобы достался вот такой вот девице? Размечтался.

– А что ты тогда хочешь?

– Семью. Реши вопрос с этой…даже называть не буду. И будем жить, как и раньше жили.

– Нравится жить в карточном домике?

– Хочешь стать конченным мудаком на весь белый свет?

Били вопросами друг друга, норовя задеть там, где болело.

– А если это мой ребёнок?

– Выбирай. Или трое, или один.

Понял, что проиграл. Не сейчас, и не вчера.

– Девочек не трогай, – голос задрожал.

– Не будешь трахать других девок – не будет неприятных сюрпризов.

Если не трахать других, значит нужно её. Хотя бы сейчас. Чтобы замолчала. Чтобы дала ушам отдохнуть и подумать.

Комментарий к 16

Жду ваши отзывы)

========== 17 ==========

С нелюбимыми любовью не занимаются. Обычное совокупление, потому что надо. Даже не ему – ей. Кончив в неё, он быстро встал с кровати и пошёл в душ. Хотелось не возвращаться, телепортироваться куда-то в другую точку, но чудес не бывает. Или бывают, но не с ним. Или не такие, всё больше неприятные, с душком.