290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Время падших королей (СИ) » Текст книги (страница 1)
Время падших королей (СИ)
  • Текст добавлен: 4 декабря 2019, 07:00

Текст книги "Время падших королей (СИ)"


Автор книги: -Мэй-






сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 17 страниц)

========== Часть I. 1. ==========

– Я клянусь…

Часть меня хотела закончить клятву. Но я знал, что не смогу ее соблюдать. Никогда не смогу. Все мы в этом мире либо пешки, либо короли, и я становиться пешкой не хотел. Я не хотел следовать правилам. Я хотел их создавать.

– Закончи!

В голосе королевы слышалось нетерпение. Бархатные нотки превращались в металл. Холодный безразличный металл, который сомкнется на моих запястьях, стоит пойти против ее воли.

Не вставая с преклоненного колена, я поднял голову и заглянул в ее лицо. Увидел ярость, мгновенно сменившуюся удивлением. И ловко прикрытую обычной холодной маской безразличия.

– Закончи клятву, мой рыцарь.

Но я не мог. Не был в силах произнести слов, которых хотела она и весь зал притихших придворных вокруг. Они ловили каждое движение и думали, будто понимали меня, ее или клятву, произносимую в этом зале.

– Закончи клятву… мой брат.

Ее последние слова прошелестели едва слышно, как будто она не приказывала, просила. В глазах Элерис, еще мгновение назад полыхавших яростью, теперь плескалась только печаль. Меня всегда поражали эти перепады настроения. Я никогда не мог знать, где вижу королеву, где сестру, а где просто Элерис с ее истинными желаниями.

Я не мог произнести клятву. Но и не мог не подчиниться.

– Я клянусь.

Она кивнула. Как будто двух слов достаточно вместо длинной витиеватой клятвы, заверяющей в верности короне. Я мог поклясться сестре в чем угодно – но не королеве. Она поняла и приняла это. Поэтому только кивнула, оставляя на мое усмотрение, в чем конкретно я клянусь.

– Клятва принята, мой рыцарь.

Я поднялся с колен, а Элерис церемониально вернула мне меч. И только когда ладоней коснулась прохладная сталь, я с удивлением понял, что это не мое оружие. Сестра уверенно положила мне в руки отцовский меч. Увитые символическими лилиями ножны.

Я посмотрел на Элерис, но она только кивнула, как будто ничего особенного не случилось. Много ли придворных заметили, что именно она мне дала? Кто из них сейчас начал подозревать, какими именно клятвами мы обменялись? Бесстыдно у всех на глазах.

Поклонившись, я повесил ножны на пояс и отошел в сторону, уступая место следующему рыцарю. Не смотря на аристократов вокруг. Не отрывая взгляда только от нее, от моей сестры, ставшей законной королевой.

Я клянусь тебе в верности, Элерис. Как своей сестре и единственной, кого я люблю.

Я принимаю твою клятву, Киран. Прими этот знак как символ моей любви, преданности и того, что ты всегда останешься сыном своего отца. Короля.

Они думали, я убил их короля.

Моего непутевого папашу, который сумел сделать признанную дочь с безумной королевой и непризнанного сына с младшей дочерью какого-то мелкого лордика. Никто никогда не скрывал, что я – королевский бастард. Наоборот, на это указывали постоянно, не забывая напоминать о моем месте.

Возможно, потому что отец оставил меня жить в королевском дворце.

Возможно, потому что я был его первым ребенком. И этого никак не изменить.

Я даже не знал, кто моя мать – лет до двенадцати. Тогда я обнаглел и задал отцу прямой вопрос. Честно говоря, полностью отдавал себе отчет, что он выставит меня за дверь… но Его Величество Дакарус Крандор внезапно поднялся с места и подошел к старому комоду, где, насколько я знал, держал дорогие ему вещицы. Оттуда он и достал завернутый в простую тряпицу портрет. Овальная рамка, помещавшаяся на его ладони. С раскрашенного куска дерева улыбалась миловидная девушка, открыто и непринужденно.

Тогда я понял, что все слухи о том, будто моя мать соблазнила короля, надеясь занять место королевы, вряд ли правдивы. Девушка на портрете улыбалась слишком открыто и искренне.

А еще впервые задумался, что, может, моя мать не была случайной любовницей. И король действительно ее любил.

– Она умерла? – спросил я. – Мне говорили, что умерла.

– Да. При твоем рождении. Поэтому не важно, кем она была и к какому роду принадлежала. Ты мой сын.

Впрочем, это не мешало отцу вовсю гонять меня как будущего рыцаря короны. На большее я никогда не рассчитывал: законы Менладриса однозначны в отношении бастардов.

Я был никем.

Только не для Элерис.

Я помню, как она родилась: мне было пять, подняли все флаги, а пировали еще неделю. Как ни странно, меня стали быстро пускать к сестре – возможно, потому что к тому моменту королева обезумела до такой степени, что ей было плевать на ребенка.

В моей памяти ярким пятном осталось ее перекошенное лицо, когда я однажды встретил Ее Величество Азалин в коридорах дворца. Она брела в одном нижнем платье, волосы небрежно растрепаны, а взгляд напоминал дикое животное, застрявшее в капкане и готовое отгрызть себе лапу, чтобы выбраться.

Но капкан существовал только в ее воображении.

Тогда я прижался к гобеленам на стене и хотел то ли пропустить королеву, то ли незаметно прошмыгнуть мимо. Но внезапно ее взгляд наткнулся на меня. И если я надеялся, что она меня не узнает, то в этот момент понял – тщетно.

Королева Азалин метнулась ко мне, и ее скрюченные пальцы необыкновенно крепко вцепились в камзол на груди.

– Чертов ублюдок! – Она не говорила, она выплевывала слова, и несколько капель слюны упали мне на щеку. – Ты убьешь мою дочь! Я вижу это. Вижу!

А потом она отшатнулась, как будто перед ее глазами промелькнула другая вероятность.

– Или спасешь… ты спасешь мою дочь.

Королева отвернулась и как ни в чем не бывало пошла дальше по коридору. А я стоял и смотрел ей вслед, пока не набежали фрейлины и как можно быстрее увели царственную особу в ее покои.

Не помню, умерла она в тот же день или другой. Наверняка не в этот, хотя было бы красиво. Как говорят, королева Азалин случайно в темноте ночи упала то ли из окна, то ли с балкона замка. Но все знали, что она выбросилась сама.

Говорили, будто за ней не уследили. Но все знали, что невозможно уследить за той, в ком есть древний Дар, такой сильный и мощный, что она не смогла с ним совладать.

Она правда могла что-то видеть. И я действительно спас ее дочь – хрупкую Элерис, когда ее похитили, и никто не мог отправиться в погоню, потому что не знал, кто виновник и где принцесса.

Тогда отец вызвал меня в свои покои. И начал так, как начинал всегда – без лишних предисловий.

– Я знаю, чем ты и моя дочь занимаетесь ночами.

Я молчал, понимая, что отрицать бессмысленно. Его Величество не спрашивал.

– А еще я знаю, что вы можете ощущать друг друга.

– Иногда, – аккуратно ответил я.

Мы с Элерис росли вместе. Только меня обучали держать в руках меч и постоянно напоминали, что я – всего лишь бастард. А Элерис прививали хорошие манеры и готовили к будущей роли королевы Менладриса. К счастью, правила строги к незаконнорожденным, но любой потомок чистой крови может взойти на престол независимо от пола.

Элерис послушно кланялась и улыбалась выученными правилами этикета. А потом сбегала ко мне, где могла быть собой без чужого контроля.

Я был ее братом. Позже – личным клинком и телохранителем.

Я был ее любовником.

И иногда – только иногда – мы правда могли как будто перемещаться в сознание друг друга. Как объясняла Элерис, это тоже проявление Дара. Пусть короли-колдуны давно не правят Менладрисом, но их наследие всё еще струится по нашим венам. И не зависит от ритуалов как прочая магия.

В тот вечер Его Величество Дакарус отправил меня в одиночку за преследователями. И меня вели мое чутье и наша связь. Я догнал похитителей, смог спасти Элерис.

Но в это время в замке убивали короля.

И когда мы вернулись, принцесса превратилась в королеву. Которой не хватало только официальной церемонии и принятия вассальных клятв.

Многие подозревали меня в убийстве отца. Поэтому я хотел выяснить, кто на самом деле это сделал.

Но Элерис вручила мне королевский меч. Тем самым показав свое отношение ко мне на виду у всех напыщенных вельмож. Она знала, что я верен ей. И всегда буду. Не важно, лежит на ее голове корона или нет.

Я с трудом дождался окончания церемонии. Но не стал расшаркиваться с аристократами, а незаметно ушел. И шагая по коридорам замка, купающимся в закатных лучах сквозь стрельчатые окна, я думал, что один. Гобелены со сценами охоты окрашивались в кровавые цвета, а одна моя рука невольно покоилась на эфесе меча в ножнах. Шаги казались оглушительными, отражаясь от камня под ногами, дробясь и возвращаясь ко мне лучами солнца.

Но не было больше в коридорах безумных королев или щебечущих фрейлин. Первая давно мертва, а вторые все еще в церемониальном зале.

Среди этих кровавых стен только призраки и мои сомнения.

В покоях я первым делом расстегнул пояс с мечом и положил на стол. Потом скинул официальные одежды и переоделся в простую рубашку и штаны. Подумав, все-таки налил в кубок вина и уселся с ним за стол, смотря на королевский меч.

Он переходит от отца к сыну и вручается, когда наследник восходит на престол. Это знак власти, такой же, как корона. И Элерис вручила его мне.

Я залпом допил вино и налил еще. Зажег свечи, потому что успело стемнеть.

В дверь постучали. Но я знал этот стук и не стал отвечать – она может заходить в любой момент.

Сидя спиной к двери, я не мог ее видеть. Но услышал легкие шаги и шелест платья, а потом маленькие ладони легли мне на плечи.

– Думала, эти клятвы никогда не закончатся.

Она обошла меня и встала рядом со столом, так что я мог ее видеть. Элерис даже не заходила в свои покои: она так и осталась в расшитом металлом церемониальном платье. Длинные волосы, такие светлые, что казались белыми, прядями ниспадали на спину, а на голове представляли собой сложную конструкцию из кос разной толщины. При свечах я не мог видеть, какие почти медовые глаза у Элерис, да и косметика на узком лице как будто меняла мою сестру.

Говорили, что мы очень похожи. Но во дворце много о чем говорят.

Я видел, что сейчас на лице Элерис только усталость.

– Помоги снять платье, – попросила она. – Слишком тяжелое.

Она повернулась спиной, а я поднялся и начал ловко расшнуровывать – в этом деле у меня имелся опыт. Элерис убрала волосы вперед, чтобы мне было удобнее. И в этот миг я снова был одновременно и собой, и ею. Наши сознания как будто соприкасались, сливались, так что не представлялось возможным понять, где заканчивается одно и начинается другое.

Его пальцы расправляются со шнуровкой, хватка вшитых металлических пластин ослабевает, давая вздохнуть полной грудью. Киран наклоняется, я ощущаю его дыхание у себя на шее. Кожи касаются его губы, осторожно, как крылья бабочки.

Он отстраняется, помогая стянуть вниз платье. Оно падает, будто тяжелые оковы. Я наконец-то могу дышать полной грудью и, оставшись в нижнем платье, поворачиваюсь к брату.

Он смотрит так, будто готов убивать за меня. Разрушать империи и возводить их из пепла, если я только попрошу.

Но я только говорю:

– Нальешь и мне вина?

И усаживаюсь на второй стул. Киран придвигает мне бокал, наполненный вином. Я ничего не ела… кажется, уже много часов. Поэтому даже пара глотков приносит тепло и легкость. Выпив половину, я откидываюсь на спинку стула и начинаю расплетать многочисленные косы.

Она расплетала волосы. Уставившись на пламя свечи то ли задумчиво, то ли просто отстраненно. Она устала, я мог бы ощущать ее усталость даже без Дара.

– Зачем ты это сделала?

В первый момент Элерис как будто не поняла. Нахмурившись, посмотрела на меч. Потом пожала плечами и продолжила заниматься волосами.

– У меня есть корона, но я не хочу меч. Мне нужен клинок.

Так меня обычно называют. Клинок королевской семьи. Бастард, способный только убивать и разить врагов. Темный рыцарь на страже короны.

– Но это меч королей.

– Ты мой брат. В тебе тоже есть королевская кровь.

Элерис снова пожала плечами, как будто ей пришлось растолковывать что-то само собой разумеющееся какому-то глупцу.

Но я не отступал:

– Это может вызвать ненужные разговоры. Я не претендую на трон.

– Ты – мой клинок. У кого же еще может быть королевский меч?

Оставив волосы в покое, Элерис нагнулась и провела кончиками пальцев по рукояти меча. Никаких сложных украшений, но резьба, секреты которой давно утеряны. Один из редких артефактов времен королей-колдунов. Говорят, как и все прочие, он несет владельцу проклятие. Но никто не знает, какое заключено в этом мече.

Рука Элерис скользнула по столу и коснулась моей. Ее ладонь легла на мой сжатый кулак.

– Ты не можешь оставаться тут на ночь, – сказал я.

И увидел, как брови Элерис приподнялись вверх. Светлые от природы, сейчас они были подкрашены для церемонии и хорошо видны.

– Почему?

– Потому что ты королева. И моя сестра.

– Будучи принцессой, мне это не мешало.

– Потому что отец закрывал глаза на твои якобы тайные побеги из комнаты. Но теперь ты королева. За каждым шагом следят тысячи глаз королевства.

– Они меня не волнуют.

– А что тебя волнует?

– Только ты. И благополучие Менладриса.

Я видел, что она хочет продолжить, но как будто… нет, не сомневается, но не желает говорить сейчас. Элерис всегда становилась такой, когда приходилось заниматься делами, хотя хотелось ей совсем иного.

– Завтра приезжают с официальным визитом Вейны.

– Что им нужно?

– Понятия не имею. Но я хочу, чтобы ты присутствовал при этой встрече.

– Конечно.

С тех пор, как ушли короли-колдуны, Менладрисом правят благородные Дома. Именно дед Элерис был тем, кто смог уговорить остальных признать Дом Крандор королевским, что позволяло решить многие внутренние споры. С тех пор минуло несколько поколений, но до сих пор не все Дома согласны с положением вещей. Особенно Дом Вейн.

Что вселяло опасения, так то, что похитители Элерис, скорее всего, были от Вейнов. Я не мог быть уверен, поэтому не выдвигал обвинений. Но мог поклясться, это они!

Теперь желающие аудиенции. И это не предвещало ничего хорошего.

– Подумаем об этом завтра, – вздохнула Элерис. – Помоги мне распутать волосы. Что-то невыносимое с этими прическами!

Встав за спиной сестры, я начал ей помогать, ощущая, что сама она почти засыпает. Поэтому, когда последняя коса оказалась распущена, и густые светлые волосы тяжелыми прядями упали едва ли не до пола, я без лишних разговоров подхватил Элерис на руки. Она не сопротивлялась. А стоило уложить ее в постель, как тут же уснула.

========== 2. ==========

Комментарий к 2.

Простите, тут много трепотни… надеюсь, вы хотели узнать больше о Домах, расстановке сил и магии.

Ты пахнешь чужой кровью. И смертью – тоже чужой. Я смотрю на твою фигуру, очерчиваемую лунным светом, на меч в руках, обагренный кровью. Трупы похитителей лежат у твоих ног, и накрапывающий дождь не может скрыть темных пятен, скапливающихся под телами.

Тесная, сейчас безлюдная улица как будто давит с двух сторон. Я никогда не бывала в городе, расположившемся у замка, ночью. Никто не позволял принцессе таких прогулок.

Сейчас карета без гербов, принадлежавшая похитителям, безжизненной громадой застыла за моей спиной. Впряженные лошади и кони, лишившиеся всадников, нервно бьют копытами, почуяв кровь, но не двигаются с места. Возница был последним, чью плоть пронзил твой меч.

Сейчас безжизненные глаза смотрят в небо Тарна, усыпанное звездами.

Ты нашел меня. Ты последовал за мной. Ты пришел один. Но…

– Ты убил их всех, – тихо говорю я.

И вижу в глазах решительность и ярость. Если бы мог, ты убил их еще раз. Увидел, как они захлебываются кровью. Услышал, как предсмертные вопли отражаются от низеньких домов, где жители благоразумно попрятались за закрытыми ставнями. И подглядывают сквозь щели, чтобы потом разнести новые слухи.

Твои ноздри раздуваются, как у дикого зверя. Твоя ярость могла бы снести врагов не хуже любого оружия. Ты похож на отца куда больше, чем думаешь.

Я не знаю, кем была твоя мать, но, если бы не уверенность, что она из иного рода, могла решить, что даже матери у нас одинаковы. Потому что в твоих глазах мне чудится отблеск безумия. И жажды крови, которую вряд ли сможет что-то удовлетворить.

– Некого будет допросить, – говорю я.

В твоих глазах отражается что-то вроде сожаления. О нет, не о том, что ты уничтожил их. Только о том, что не узнаешь, кто послал похитителей.

Меч в руках опускается, но ты не торопишься подойти. Вместо этого, смотришь на труп, лежащий у моих ног.

– Ты убила его.

– Его убил мой Дар.

Вскинув глаза, ты смотришь на меня с недоумением. И я знаю, хочешь задать тысячу вопросов, но, к сожалению, у меня нет ответа ни на один из них.

– Я… я не знаю, как это вышло, – шепчу я. – Услышала, как мы остановились, крики. Те, кто был со мной в карете, вылезли, остался один. Я видела, как он последним выскочил, видела, как подходил к тебе со спины, пока ты расправлялся с остальными. Я… испугалась. Захотела, чтобы он умер. Чтобы его сердце остановилось, лопнуло!..

Опустив глаза, я вижу дикий, отчаянный и навсегда застывший взгляд трупа. И его развороченную грудную клетку, раскрывшуюся, будто цветок. Мне кажется, это нереально. И только смотря на куски ребер, я начинаю осознавать, что это сделала я.

Говорят, подобная магия была доступна королям-колдунам. Но эти знания и силы ушли вместе с ними. И никто не слышал о подобном сотни лет.

Невольно делаю шаг назад. Чужая кровь неправдоподобно темная ночью. А меня начинает охватывать паника.

– Я не знаю, как это вышло… я хотела, но не думала… он же… я…

Подняв глаза, я смотрю на тебя. Вижу, как шагаешь ко мне, как сдергиваешь с плеч плащ и накидываешь мне на плечи. Твои платиновые волосы, такие же светлые, как у меня, в лунном свете кажутся совсем белыми.

– Тише, – говоришь, прижимая меня к себе. – Всё в порядке.

Я верю. Знаю, что всегда могу верить тебе.

Но не знаю, видишь ли и ты повторяющийся сон-воспоминание о той ночи похищения?

Придворный этикет строг и полон условностей. Беседующие могут не сказать друг другу ни слова, но их положение, их намерения будут читаться ясно. Я всегда страдал от скуки на уроках этикета, но отец заявил, что если я хочу жить при дворе, то обязан знать правила.

Да и как будто я мог противиться указу короля.

Я встретил Элерис у ее покоев как часть ее свиты. Но сестра тут же взяла меня под руку и решительно двинулась по замковым коридорам, пока ее фрейлины и охрана шагали позади. Я ощущал беспокойство Элерис, но не мог понять, это из-за встречи с Домом Вейнов или из-за ночных снов.

Конечно же, сестра, я знал, тебе снова приснилась ночь похищения. Но не успел поговорить об этом. Ты слишком быстро ускользнула в свои покои, чтобы подготовиться ко встрече.

Платье Элерис выбрала темно-красное – цвета королевской власти, цвета силы, которую она не боится демонстрировать. Многочисленные металлические цепочки позвякивали в такт ее шагам, а волосы, увитые в сложную косу, змеившуюся по спине, венчала тиара. Простое украшение, напоминающее о том, кому принадлежит настоящая корона.

Представители Дома Вейнов ждали в Янтарной комнате. Дорогая деревянная мебель светлых оттенков, ковры и гобелены. Комната для переговоров с важными персонами. Камин, конечно же, натопили заранее, а вино охладили.

Остановившись на миг перед дверью, Элерис сжала мою руку, а потом вошла в комнату. Ей навстречу поднялся сидевший в кресле человек, начиная долгую церемонию приветствия и вежливого расшаркивания, прежде чем они смогут перейти к важному. Я сделал шаг назад, а потом отошел к столу, чтобы разлить по бокалам вино.

Алавар Вейн. Похоже, дело серьезное, если старик Треус Вейн послал своего младшего сына.

Элерис уселась в резное кресло с бокалом вина. Ярко горящий слева от нее камин бросал теплые отсветы на ее фигуру. Гость устроился напротив, а я встал позади кресла королевы.

В простом темном мундире, я мог бы сойти за телохранителя, но Алавар отлично знал, кто я. Он бросил на меня цепкий взгляд, но тут же снова посмотрел на королеву.

Младший сын Треуса Вейна. На несколько лет старше меня, жестокий, самоуверенный. С поблескивающим синевой перстнем на среднем пальце правой руки – символом его принадлежности к Ордену магов.

Сейчас, при дневном свете из окна, можно хорошо рассмотреть россыпь драгоценных камней на его камзоле. Медный отблеск темных волос Алавара и внимательный взгляд его прищуренных, слегка раскосых глаз. Казалось, он постоянно насмехается над миром, смотря на всех снисходительно и пряча в уголках губ улыбку.

Алавар Вейн не сильно изменился с последнего раза, когда я его видел.

– Примите мои соболезнования, ваше величество, – тем временем рассыпался в вежливых речах Алавар. – Кончина короля стала неожиданностью для всех нас.

– Я надеюсь.

Гость нахмурился от пары небрежно брошенных слов, а я невольно положил руки на спинку кресла Элерис, жалея, что не могу на ее плечо, чтобы остановить от слишком резких слов. Я понимал, что она подозревает Вейнов в причастности к смерти отца, но не стоит бросаться обвинениями.

Но Элерис и не собиралась.

– Прошу простить меня, милорд, – вздохнула она, – вы правы, эта смерть стала большой неожиданностью. Никто в замке до сих пор не пришел в себя.

– Надеюсь, убийцу найдут и накажут.

Алавар бросил быстрый взгляд на меня, как будто показывал: я знаю о слухах. Конечно, он знал. Он бы не приехал, не собрав все возможные сплетни.

– Не сомневайтесь, – голос Элерис не скрывал металла и звенел, как цепочки, увивающие ее платье.

– Я пришел заверить вас в верности Дома Вейнов.

– Не рано? Дома принесут мне Клятву на официальной церемонии.

– Конечно. Если не против, будем считать, что я прибыл на нее чуть раньше.

Через неделю. Накануне в церемониальном зале собрались представители только нашего Дома, мелкие дворяне и аристократия. Через неделю же пышная церемония, на которую съедутся представители других Домов и принесут клятвы королеве. И вот уж где придется быть во всеоружии.

Элерис кивнула:

– Будьте моим гостем, лорд Алавар. Ваши родственники прибудут к церемонии?

– Да, дела позволяют отлучиться отцу и брату только на день.

Как бы не так! Я почти не знал старшего брата Алавара, но говорили, он точная копия отца. А Треус Вейн – ворчливый, но очень умный старик, в свое время не посягнувший на трон только из-за того, что он был начисто лишен магического Дара, так ценимого среди Вейнов.

Именно поэтому пусть его старший сын – наследник Дома Вейнов, всем прекрасно известно, что Алавар имеет не меньший вес. Как единственный из этих троих, кто стал полноправным магом.

– Я рада лояльности Дома Вейн, – сказала Элерис. – Но знаю, что прежде всего вы заботитесь о своих интересах. Так что привело вас в Тарн за неделю до официальной церемонии, лорд Вейн?

После витиеватого этикета Дома вели дела по-разному. Кто-то, подобно торговому Дому Руарисов, увлекался долгими беседами, в которых легко можно запутаться, о чем на самом деле идет речь. Но Элерис Крандор, подобно отцу и другим Крандорам прошлого, предпочитала говорить напрямую.

Алавар ничуть не изменился в лице, продолжая мило улыбаться. Он даже не отреагировал на титул, который ему не полагался: лордом Вейном могли именовать лишь его отца – иногда старшего брата в знак того, что именно он наследник.

Но Элерис знала, каким уважением пользуется Алавар и подчеркнула это.

– Хотите начистоту? – Он пожал плечами. – Хорошо. Вы взошли на престол неожиданно и в весьма юном возрасте. Но достаточном, чтобы править. И вы – законная королева Менладриса. Но рано или поздно вам будет нужен супруг. Как думаете, в сколько светлых голов в Домах придет эта мысль? А сколько у них неженатых благородных представителей? Церемония Клятвы превратится в смотрины.

– Я не собираюсь выходить замуж.

– Пока. До тех пор, пока на вас не насядут жрецы, ваше величество. А вам придется с ними считаться, осмелюсь напомнить, власть Дома Крандор всегда основывалась на поддержке жречества. И самом большом войске, чего уж там.

Я почти ощущал, как Элерис хочется обернуться и посмотреть на меня. Она поняла, к чему клонит Алавар, но не была готова к подобному разговору. Она всего лишь вчера приняла вассальную клятву своего Дома. И три дня назад мы смотрели, как тело отца запечатывают в склепе. Под песнопения тех самых жрецов, под удушливый аромат лилий и благовонных смол.

Когда Алавар произносил следующие слова, он не смотрел на меня.

– Все знают о слухах про личную жизнь, ваше величество. Но всем плевать. Имеет значение только то, на чью голову вы водрузите корону.

– Но мой муж даже не будет обладать полнотой власти. Я – наследная королева. И после моей смерти он не останется на троне.

– Но муж королевы – король.

У Крандоров всегда были наследники мужского пола, и проблемы не возникало. Но отец умудрился сделать единственного сына бастардом, не имеющим, по сути, власти и титула – и уж тем более каких-либо притязаний. А безумная Азалин родила только дочь.

Полноправную королеву Менладриса. Принявшую корону в тот момент вчера, когда зазвучали первые клятвы. Тот, кто станет ее супругом, не будет полноправным владыкой… но Алавар прав, муж королевы – король.

– И Дом Вейнов не хочет быть последним при этом, ваше величество.

Его брат давно женат, у него несколько детей, в том числе и мальчики. Но сам Алавар не женат. Пока. И сейчас, сидя в кресле, в свете дня с одной стороны и камина с другой, Алавар бессовестно улыбался и предлагал себя.

– Я не собираюсь замуж, – холодно сказала Элерис. – И это будет моим решением.

– Конечно. Но на него повлияют обстоятельства. Возможно, Дому Крандоров понадобится мощная поддержка.

– Вы что-то знаете, лорд Алавар?

– Увы, нет. Но верность – штука шаткая, и пока все Дома не принесли Клятву, существует вероятность, что-то пойдет не так. И… раз уж начистоту. Кто-то из этих Домов уже убил короля.

– Если один из Домов не принесет клятву, я его уничтожу.

Что-то такое прозвучало в голосе Элерис, что заставило Алавара посмотреть на нее с удивлением. Перезвон металлических цепочек, когда королева подалась вперед, холод ее голоса с ноткой ярости – а может, и безумия.

– Вы думаете, у меня не хватит войска, лорд Алавар? Или я побоюсь использовать силу? О нет. Если кто-то пойдет против меня, он будет уничтожен. Я разрушу до основания его родной замок, вымажу руины кровью, а главу Дома и его детей распотрошу и вывешу там же, чтобы все в их землях видели гниющие внутренности и знали, что ждет мятежников.

Алавар Вейн смотрел на королеву ошарашенно, а потом кивнул и залпом допил вино. Вместо того чтобы что-то сказать, он только поднял правую руку, и я увидел, как синий камень на кольце Ордена магов начал тускло мерцать, когда Алавар начертил в воздухе замысловатый знак. Тот вспыхнул ярким красным светом и погас.

Печать, которая могла показать, есть ли в сидящем перед тобой магия. В Элерис это был яркий, дикий и необузданный Дар.

– Вы удовлетворены, лорд Алавар?

– Вполне. Подумайте над моими словами, ваше величество.

– А вы – над моими.

Ее Величество Элерис Крандор поднялась и прошествовала к двери. Только там она остановилась, как будто ждала, последую ли я за ней. Но я не пошел.

Когда сестра скрылась, Алавар буквально подскочил со своего места и направился к столу, чтобы налить еще вина.

– Ну ничего себе! – Только и выдохнул он. А потом протянул мне один из кубков. – Похоже, твоя маленькая сестричка выросла.

Я взял вино из его рук.

– Она теперь королева.

Большинство Домов полагает, что их отпрыскам следует общаться друг с другом, поэтому частенько посылает детей в другие Дома на год или два. Для укрепления связей – и как залог верности. Когда благородные Дома поддерживали Крандоров в том, чтобы корона стала именно их, Вейны сопротивлялись дольше всего. Поэтому не удивительно, что старик Треус Вейн отправлял младшего сына в столицу.

Алавар провел у нас год, позже еще несколько. Потом его взял в обучение Орден магов, и с тех пор я его не видел – до сегодняшнего дня.

– На самом деле, правда жаль короля. Он мне нравился.

Алавар присел прямо на стол, теперь ему не нужно было соблюдать церемонии – и он показывал, что не считает мое положение ниже. Но я не стал садиться. Не стоит дразнить лорда из Дома Вейнов, как будто я считаю нас равными.

Когда-то мы с Алаваром были друзьями, но с тех пор прошло много лет.

– Короля убили, – сказал я.

– Знаю. Все в курсе. Есть даже живучий слух, что это сделал ты.

– И этому верят?

– Не очень, но слух красивый: бастард убил короля, чтобы на престол… то ли взошел он сам, то ли его любимая сестрица. Пусть и есть куча свидетелей, что при смерти короля ты был в другом месте. Хотя правда не выглядит лучше.

– Да?

– В тот момент, когда король умирал, ты был далеко и спасал принцессу – тогда еще принцессу – от таинственных похитителей.

Мне хотелось сказать, что это не звучит так уж плохо, но я молчал. Знал, к чему клонит Алавар, и что имеет в виду.

– Ты их убил, Киран. Ты их всех положил на той улице. Сколько их было, десять, двадцать? Вряд ли ты считал. Всем известно, что такое возможно с помощью Дара. Когда кровавый туман застилает глаза, а тебя защищает не только обычная броня, но и невидимая защита.

Алавар посмотрел на вино в бокале, поболтал, но пить не торопился.

– Ты знаешь, что о вас говорят? То есть о вас ты наверняка в курсе слухов. Я имею в виду, как называют тебя. Какой считают Элерис.

– Догадываюсь.

– Не уверен, Киран. – Алавар поднял голову, мутный дневной свет играл на драгоценных камнях и золотых нитях его камзола. – Говорят, Элерис безумна, как и ее мать. Говорят, у королевы сильный Дар. Моя печать это только подтвердила.

Магия всегда была частью Менладриса. Четкая, упорядоченная магия, пронизывающая весь мир. Энергия. Если ты рождался хотя бы с минимальными магическими способностями, то Орден мог обучить тебя чувствовать эти нити и управлять ими. Магов не так много, но они сильны. К счастью, Орден остается вне политики и не поддерживает ни один из Домов.

Но древние короли-колдуны обладали иной силой. Они не находили магию в окружающем мире, они сами были магией. И та сила, что бурлила у них внутри, получила название Дара.

Им сложнее управлять, но он всегда с тобой. И короли-колдуны были настолько могущественны, что маги с энергией нитей казались пылью рядом с ними.

Так было, пока в один прекрасный момент короли-колдуны не исчезли. Оставив после себя только артефакты, невнятные манускрипты и память. И Дар.

Он передается по наследству. Но может и не проявляться. Чаще всего искры Дара возникают то у тех, то у иных представителей благородных Домов – ведь они, как гласят легенды, прямые потомки королей-колдунов.

Мать Элерис обладала Даром. Многие полагали, он и свел ее с ума. Ведь в отличие от магии, нельзя научиться управлять Даром – это искусство сгинуло вместе с королями-колдунами. Поэтому искры Дара ценились, но их обладатели, скорее, получали хорошую интуицию, иногда еще кое-что, но редко могли пользоваться по своему усмотрению. Никто в Менладрисе давно не умел направлять магию Дара.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю