290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Руки, полные пепла (СИ) » Текст книги (страница 6)
Руки, полные пепла (СИ)
  • Текст добавлен: 1 декабря 2019, 06:00

Текст книги "Руки, полные пепла (СИ)"


Автор книги: -Мэй-






сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 38 страниц)

– Ты так волнуешься за своих друзей, – неожиданно сказала Софи.

Гадес смотрел не на нее, а на дорогу перед собой, но на его губах появилась улыбка, жесткая и бескомпромиссная, а в глазах отражался не только ночной Лондон, но и бездна. С таким выражением лица сжигали дотла города и развеивали прах по ветру.

– Это очень… по-человечески, – добавила Софи.

– А ты думаешь, мы должны быть бездушными и недоступными богами? Мы всегда жили среди людей. Мы больше люди, чем многие. – Гадес продолжал улыбаться. – Но это не меняет нашей сущности. Ты еще вспомнишь.

Гадес тоже помнил, как шел по зачумленным городам, разведя руки в сторону и собирая дань из теней, оставлявших кашлящие кровью тела.

Гадес помнил, как проводил время в пустыне с Сетом – и приходил в туарежские кочевья посреди черных камней, забирая детей в голодные годы.

Помнил, как много раз убивал сам, так что лица давно стерлись в единое размытое пятно – тень, которую он вбирал в себя, пропускал в Подземное царство.

А еще он помнил, что Персефона всегда это знала. И ее ничего не пугало. Она любила мужа таким, каким он был.

– Ты вспомнишь, – повторил Гадес спокойно.

– О том, что ты – смерть? – Софи нервно усмехнулась, крутя в руках телефон. – Как это работает? В смысле, Амон успел рассказать, что царства мертвецов есть и у других богов… а как же Ад или Рай? Как вы делите души? Или кто всё решает?

– Это… сложный вопрос. И не уверен, что кто-то из богов может дать на него однозначный ответ. Мы не знаем, как всё выглядит для людей. Возможно, после смерти им дается выбор. Или они попадают в тот мир, который ближе всего к их верованиям – к тому, чего они сами действительно хотят после смерти.

– И что, так многие жаждут греческого Подземного мира?

– Это мир сумерек, тайн и магии. Так что больше, чем ты думаешь.

– И ты впускаешь их?

– Мы все это делаем. Все боги смерти – это врата, сквозь которые мертвецы проходят на следующий этап существования. Если хотят этого.

Софи фыркнула, то ли скептически относясь к выбору, то ли не очень веря во всю концепцию. Переубеждать ее Гадес не стал. И потому что она сама со временем вспомнит, и потому что они уже подъезжали к дому Софи.

– Извини, до двери тебя провожать не буду, – сказал Гадес.

– О да, я со своей матерью тоже не хочу встречаться.

Она медлила. Крутила в руках телефон, отстегнула ремень безопасности, но не торопилась.

– Ты правда во всё это веришь? – спросила она.

– Не верю. Знаю.

Он тоже отстегнул ремень и наклонился к Софи, так что ощутил, как она невольно напряглась, а ее пальцы стиснули телефон.

– И я знаю, что ты и есть Персефона. Ты вспомнишь. Не можешь не вспомнить.

Он надеялся, что в последние слова не просочилось отчаянье. Он надеялся, что Софи не отшатнется.

И на миг ему показалось, он чувствует запах цветов. А Софи наклонилась ближе, так что Гадес мог ощутить ее дыхание. Она оставалась всё той же Софи, которая не помнила себя целиком, но ее глаза на миг отразили тьму Подземного мира. Его тайны и шелковистую траву, говорящую о смерти – и жизни, неизбежно о жизни.

Голос Софи шелестел, подобно этой траве:

– Проведи меня. Покажи. Я тебе верю.

– Назови мое имя. Назови мое имя, которое принадлежит тебе.

Ему показалось, еще мгновение, еще имя – и она вспомнит, всё и до конца. Но в этот момент со стороны дома раздалось:

– Софи?

Она отшатнулась и явно смутилась. Отвернулась и заторопилась выбраться из машины, скомканно пробормотав прощание и просьбу «держать в курсе». Гадес видел, что дверь дома распахнута, и на пороге стоит мать Софи, видимо, заметившая их.

Руки Гадеса лежали на руле. Ему оставалось только завести машину и уехать, раствориться в ночи. Но он прорычал:

– Да в бездну!

Дверца машины оглушительно хлопнула, Гадес в несколько широких шагов прошел мимо почтового ящика, по дорожке к дому. Догнал Софи почти у самых дверей, но смотрел не на нее, а на стоящую в дверях женщину.

Деметра ничуть не изменилась – да и с чего могла измениться богиня. В обычном, подчеркнуто домашнем платье с крупными красными маками. Спокойным взглядом, который кому-то мог показаться теплым, но Гадес знал, что это мед, патока, в которой застревают зазевавшиеся мухи.

– Добрый вечер, – поздоровалась Деметра холодно. – Видимо, я должна поблагодарить, что вы подвезли мою дочь?

– Вряд ли ты будешь благодарить.

Она посмотрела на Гадеса внимательно, и только ее глаза невольно расширились, когда она узнала. Больше ничто не выдало ее эмоций.

– Не понимаю, о чем вы. Софи, иди к себе, мы поговорим позже.

– Но, мама…

– Иди!

Софи не стала возражать, прошла мимо матери, неотрывно следящей за Гадесом, поднялась по лестнице, но уходить не стала, притаившись на ступеньках.

Деметра этого явно не заметила, она в упор следила за хищной улыбкой Гадеса:

– Думала, ты явишься позже.

– А я не думал, что ты решишься скрывать от дочери ее истинную сущность.

– Я сделаю всё, чтобы помочь Персефоне.

– Может, позволишь решать ей самой?

– Ей? – Деметра приподняла идеально очерченную бровь. – Ты соблазнил ее. Обманом заставил съесть тот гранат, привязал к Подземному миру. Не очень похоже на добровольное решение.

– Тебе всегда было проще так думать.

Пшеничные волосы Деметры свивались в толстую косу, но сейчас словно сами по себе расплетались, тяжелыми волнами падая на плечо. И вместе с ними в воздухе искрилась и сила. Запах свежей выпечки, шелест спелых колосьев, тяжелых от зерна.

Гадес тоже не сдерживал холодной, темной ярости. Он ощущал, как она клубилась на кончиках его пальцев, свивалась в тенях у двери, которую Деметра сжимала рукой. Воздух между богами подрагивал и едва ли не искрил от напряжения.

– Ты ведь знаешь, что происходит, – глухо сказал Гадес. – Все знают. Кто-то убивает богов. Персефоне опасно не знать, кто она. Не владеть силой, не суметь защитить себя.

– Я смогу о ней позаботиться. Для нее безопаснее пока не помнить. Так она не богиня. Никто не распознает ее.

– Кроме меня.

– Кроме тебя.

Гадес хотел сказать, что это глупо. Даже если никто не может понять, кто такая Персефона, уж Деметру все знают. И понимают, кто ее дочь. Но одновременно с этим он вспомнил, как часто Деметра брала приемных детей, пока Персефона жила с Гадесом. Обычные человеческие дети, которые вырастали, жили и со временем умирали. Софи могут считать такой же.

Только Гадеса не удалось обмануть.

– Я защищу ее, – сказала Деметра, и ее сила опала, словно прячась. – И от тебя тоже.

И она захлопнула дверь перед так и стоящим на пороге Гадесом. Он еще чувствовал Персефону там, за стенами, ее сердце билось в такт его собственному. А потом он глубоко вздохнул и вернулся в машину. Возможно, показываться Деметре было ошибкой. Но он был рад снова посмотреть ей в лицо – хотя кое-что в этом мире точно не менялось столетиями, например, маниакальное стремление Деметры «уберечь» дочь и навсегда оставить рядом с собой.

Без Персефоны машина казалась пустой, покинутой и холодной. Гадес включил печку, чтобы хоть немного прогреться и вытравить ощущение промозглого вечера и чужой силы. Потер виски, пытаясь собраться с мыслями. А потом проверил телефон, заметив новое сообщение от Амона: «ему стало хуже».

Комментарий к 8.

Извиняюсь, что долго не выкладывала главу – декабрь у меня самое рабочее время. Пишу, когда успеваю.

Зато в свое оправдание принесла картиночек по персонажам!

И большую главу, да.

И осознание, что идея ширится, и как всё впихнуть, не разрастаясь до огроменного макси, пока не знаю…

Гадес: https://vk.com/photo-115053908_456239971

Персефона: https://vk.com/photo-115053908_456239972 (ну, или просто после Гадеса листайте дальше)

Сет: https://vk.com/photo-115053908_456239968

Нефтида: https://vk.com/photo-115053908_456239969

Амон: https://vk.com/photo-115053908_456239968

P.S. Кто не любит комментить в «ждет критики» – подождите до вечера среды)))

И я всегда рада поболтать в комментариях и обсудить – даже если вам кажется, всё сказали до вас. Это не так. Каждый комментатор и коммент – уникальны.

========== 9. ==========

Комментарий к 9.

Псы Сета выглядят примерно так: https://img00.deviantart.net/9c15/i/2017/172/a/3/his_hounds_by_jeszika_le_viathan-dbdi385.jpg

Немного музыки, под которую частично и прошлая глава писалась, и эта: https://vk.com/audios3202581?z=audio_playlist3172888_50080608

Сидя на стуле, Аид расстегивает длинную застежку на спине платья. Персефона легко снимает ткань с плеч, позволяет упасть, шагает обратно к мужу. Обнимает его, ощущая дыхание Аида на своей коже.

– Устал? – мягко спрашивает она.

– Немного.

– Жаль, тебе пришлось участвовать в этом приеме сразу после возвращения с границ.

– У нас есть обязанности.

– Иногда мне кажется, у тебя их слишком много.

Аид усмехается, утыкается лбом в живот Персефоны:

– Сет купил новый бизнес, а Нефтида – платье. Они зовут в гости.

– Прекрасно.

Его губы ласкают ее кожу, когда Персефона отстраняется, берет лицо Аида в ладони, заглядывает в глаза:

– Ты бы убил за меня? Ты бы умер за меня?

Он улыбается уголками губ, и эта улыбка острее ножей, острее оскала, это сотни клыков, скрытых за сдержанностью.

– Конечно.

– Лучше живи за меня.

Аид не отвечает. Убирает руки Персефоны, притягивает ее к себе, снова утыкаясь в ее живот. Пальцы Сеф зарываются в его волосы на затылке, ласкают, обещая целую жизнь – и множество жизней после.

Персефона почти не слышит негромкий голос Аида:

– Может, в этом весь смысл.

Спускаясь к завтраку, Софи думала, мать устроит скандал. Но на кухне ожидал запах блинчиков. Усевшись на привычное место, Софи посмотрела в тарелку, где уже лежала парочка оладушек и капелька вишневого джема.

Сняв с плиты сковородку, мать поправила занавески в цветочек и уселась напротив.

– Сегодня придет мисс Стэнфорд, я проведу гадание. Понадобятся камни и розмарин. Срежешь пару стеблей?

Софи подняла глаза от тарелки на мать:

– Ты серьезно?

– Можешь и три. Пригодится. И дай мне свой телефон.

Теперь Софи смотрела с недоумением, но, судя по всему, мать говорила абсолютно серьезно, взяв в руки нож с вилкой и аккуратно отрезая маленькие кусочки от своего блинчика.

– Телефон, – повторила Софи. – Зачем?

– Чтобы ты не могла общаться с теми, с кем не стоит.

– И это всё?

Софи начинала медленно закипать. Она ожидала истерики, но никак не полного спокойствия со стороны матери – и полного игнорирования вчерашнего вечера.

– Я слышала ваш разговор с Гадесом, – сказала Софи.

– Подслушивать нехорошо.

– А то, что делаешь ты – хорошо? Я вас слышала! Так это всё правда? Про богов… про меня?

Деметра вздохнула и отправила в рот кусочек блинчика. Прожевала.

– Я надеялась, ты ничего не узнаешь в этой жизни.

Софи ахнула. Всё правда! Всё, до последнего слова! В окно, сквозь надоевшие занавески с цветочками, светило солнце. Подруга полчаса назад написала, что новое задание по математике просто адское – всё шло, как и всегда, жизнь продолжалась.

Только теперь даже мать, спокойно завтракая, не отрицала, что где-то там по солнечным улицам шагают боги, а Софи – одна из них.

Она вскочила с места, не в силах больше усидеть, и начала мерить шагами кухню. Остановилась, в упор посмотрела на мать:

– И что, ты теперь будешь делать вид, что ничего не произошло? Если… если всё так, я хочу вспомнить прошлые жизни. Вспомнить себя.

– Это невозможно, – Деметра промокнула губы салфеткой. – Сильная магия, которая мне многого стоила. Она необратима – по крайней мере, в этой твоей человеческой жизни.

– Что?

Гадес часто повторял «ты вспомнишь». Он верил.

– Этого не может быть.

– Может. Я же говорю, действительно сильная магия. Я постаралась, чтобы эту жизнь ты прожила как обычный человек. Со стороны Гадеса было несправедливо рассказывать тебе.

– Несправедливо? – Софи едва не задохнулась от негодования. – Да ты мне память стерла! Зачем? Чтобы я всю жизнь была с тобой?

– Ты не понимаешь, Сеф. Я всего лишь хотела, чтобы эту жизнь ты прожила так, как захочешь сама. Без его влияния.

– При чем здесь Гадес? Ты лишила меня памяти!

Деметра вздохнула. Наконец-то оставила блинчик в покое и посмотрела прямо на дочь:

– Дело не в том, что он тебе не пара, хотя это так. Но давным-давно Гадес соблазнил тебя. Сыграл на неопытности. Ловко убедил, будто ты этого хочешь – и ты съела те гранатовые зерна. Привязала себя к Подземному миру. С этим ничего не может поделать даже самая сильная магия. Но ты была юной и наивной.

– Вдруг я влюбилась?

– Возможно, – легко согласилась Деметра. – Но он не дал тебе шанса понять, насколько это реально. Гадес соблазнил тебя и привязал к себе. Ты должна быть благодарна, что в этой жизни лишена воспоминаний и свободна.

– О да. Я очень благодарна, что ты решила всё за меня.

Деметра вздохнула, но Софи не хотела больше слушать, она развернулась и ушла с кухни, громко хлопнув дверью своей комнаты.

Мать подходила и стучала, но Софи только грубо ответила, что не желает ее видеть. Как выяснилось вскоре, Интернет мать отключила, что заставило Софи раздраженно зашипеть и едва не отшвырнуть бесполезный ноутбук.

Но телефон она отдать не успела. Впрочем, и звонить кому-либо не спешила.

Софи ощущала себя в ловушке. Не могла понять, что правда, а что нет. И уж точно не в силах оценить – ей как будто не хватало информации. Возможно, просто памяти.

– Да чтоб вам всем!

Она пыталась заниматься, пыталась читать, но в итоге посмотрела залпом сезон сериала, название которого даже не запомнила. Мысли Софи занимали древние боги, псы из теней и вся правда, которая ей открылась. Она слушала «Стикс течет вспять», вспоминала Гадеса, его бархатистую тьму и не могла поверить, что он хоть когда-то мог ее соблазнить и заставить что-то делать силой. Сейчас они не были знакомы настолько хорошо, но это казалось абсолютно не в его характере.

Когда стемнело, Софи позвонила Гадесу. Но трубка отзывалась только длинными гудками. С раздражением Софи написала сообщение: «забери меня отсюда». Ответа пришлось ждать так долго, что Софи подумала, будто Гадес решил делать так, как говорит Деметра, и больше не общаться с Софи.

Телефон пикнул, высветилось «Амон будет у тебя через полчаса».

Софи нахмурилась и не смогла избавиться от беспокойства: что-то случилось или Гадес просто не желает ее видеть?

Полчаса – более чем достаточно, чтобы принять решение. И оставаться дома Софи не хотела. Она побросала в рюкзак какие-то вещи и тихонько приоткрыла дверь комнаты. Вышла в коридор, услышала голоса в гостиной: мать и мисс Стэнфорд. Аккуратно, на цыпочках, Софи пробралась вниз. Медленно, стараясь не шуметь, открыла замок и выскользнула за дверь.

Только шагая по дорожке прочь от дома, вдыхая морозный ночной воздух, Софи в полной мере осознала, что она только что сбежала из дома.

И впереди ночь, звезды и боги.

Оставаться около дома Софи не хотела – вдруг мать заметит ее исчезновение или в окно посмотрит. Но и пропустить Амона было страшно, поэтому Софи отошла в сторону, но постоянно оглядывалась.

Опасения оказались напрасными. Софи издалека заметила черную машину Гадеса и помахала рукой. Когда та притормозила рядом, Софи увидела за рулем Амона. Больше в машине никого не было.

– Давай залезай. Гадес попросил приехать за тобой.

Не заставляя просить дважды, Софи скользнула на сидение, закинув рюкзак назад. Пристегнулась и с опаской посмотрела на Амона:

– Что случилось? Где Гадес?

– То ли в Подземном мире, то ли еще где… он Стива ищет. Или уже нашел, я не очень понял. Тебя куда подвезти? Или?..

– Я из дома сбежала.

– О!

Амон посмотрел на нее с недоумением, а потом рассмеялся.

– Деметра будет в ярости! Обожаю такие моменты.

Его лицо будто осветилось, юное и радостное. Но потом Амон снова стал серьезным:

– Тогда поехали к остальным.

Пока он выруливал на более оживленные улицы, Софи постоянно украдкой косилась на Амона. Он выглядел как семнадцатилетний мальчишка, немного встрепанный, с сияющим взглядом и четко очерченными линиями лица. Но сейчас оставался серьезен, и временами Софи казалось, она ловила в его лице отблески… она сама не знала чего. Просто порой его лицо напоминало застывшую статую, древнюю, как пески пустыни – или воды Нила.

– Что случилось? – осторожно спросила Софи. – Как Сет?

Амон молчал некоторое время, сверяясь с навигатором и поворотами, потом ответил:

– Я вчера вез его домой, а он вырубился прямо в машине. И не приходил в себя. Я испугался. Написал Гадесу, позвонил Неф. Сет потом очухался и велел не паниковать, а ехать домой. Я так и сделал. Но ему только хуже стало. Мы опасались, он вообще ночь не переживет.

Амон сделал вид, что очень сосредоточен на светофоре, хотя Софи казалось, он думает совсем о другом. Негромко сказал:

– Я несколько тысяч лет не слышал, как бредят на древнеегипетском.

Он вновь улыбнулся, глянул на Софи.

– И надеюсь, не услышу. Утром явились боги, которые смыслят в лечении. Они весь день что-то делали, смешивали…

– Ради Сета?

– Ради себя. Если б не нашли противоядия от Оружия Трех Богов, следующим мог стать любой из них. Подыхать никому не хочется, так что они расстарались.

– Вышло? – Софи видела по лицу Амона, что определенно получилось.

– О да! Не знаю, чего они намешали, я не вникал, но противоядие сделали. Хотя там всё хитро.

– В смысле?

– Сет сам тебе расскажет. Мы едем к ним с Нефтидой.

Софи понятия не имела, где живут Сет и Нефтида, привычно даже хотела проверить время, но одумалась. Она же не собирается возвращаться до полуночи. Она вообще возвращаться не собирается.

Амон молчал, и Софи больше не задавала вопросов, она просто смотрела в окно машины на город и надеялась, что Амон знает правила дорожного движения – ехал он явно неуверенно.

– Дурацкая машина, – проворчал Амон в какой-то момент. – Я предпочитаю брать такси.

– Почему сейчас не взял?

Он глянул с удивлением:

– А так можно было?

– Смотри на дорогу, а!

– Да не бойся. Просто давно не практиковался. Ну, максимум – машину помнем.

– Звучит не очень обнадеживающе.

– Да ничего с тобой не случится. Себе дороже потом перед Гадесом отвечать. Он такого даже мне не простит.

Смутившись, Софи снова отвернулась к окну. Но когда поняла, что они едут едва ли не через весь город, посмотрела на Амона – и невольно залюбовалась, как неоновые отблески отражаются на его лице, на длинных пальцах, на лежащих на руле ладонях. Софи вспомнила слова о том, что в новом мире неон заменил Амону солнце, хотя и не дал силы – сейчас она понимала, что это значит. Разноцветные отсветы казались продолжением Амона, будто стекали с его собственной кожи, впитывались в машину.

Когда Софи решила, что они действительно едут на другой конец города, Амон внезапно свернул на парковку, а после они направились к многоэтажному дому, подсвеченному разноцветными огнями. Судя по холлу, Софи подумала, что квартиры здесь явно стоят недешево.

В лифте Амон что-то смотрел в телефоне, не обращая внимания на зеркальные стены, немало смущавшие Софи. Она вцепилась в лямки рюкзака и заметила:

– Не так скромно, как у Гадеса.

– А? – Амон оторвался от телефона. – Так Гадес и дома почти не бывает, он ему нужен ради двери в Подземный мир. А Сет с Нефтидой любят комфорт и размах. И высоту.

Софи покосилась на горящие цифры на табло: поднимались они под самую крышу.

Но квартира действительно поразила воображение. Софи привыкла к тому, что она с матерью живет хоть и в небольшом, но все-таки отдельном доме, пусть и на окраине. Но здесь она увидела огромную гостиную с панорамными окнами, за которыми расстилался ночной город. Обилие темных красных оттенков, тусклого золота и множество техники – по крайней мере, так успела заметить Софи в приглушенном свете, который включил Амон.

Его телефон зазвонил приятной мелодией, он поднес его к уху, одновременно махнув рукой Софи, мол, осматривайся. Она огляделась и заметила коридор, двери, которые явно вели в комнаты. Из одной раздавались голоса, так что Софи направилась туда. Но застыла на пороге.

Это была спальня. Тоже в оттенках темно-красного и в росчерках золотого, с огромной кроватью.

Сет полулежал в постели, и свет настольной лампы отбрасывал жёсткие тени на его лицо. Нефтида устроилась у него на груди, поверх одеяла, и её длинная юбка из мерцающей ткани побитым крылом пласталась на кровати.

Одной рукой Сет обнимал Нефтиду, тихонько гладя по волосам.

– Без тебя мне всегда снятся кошмары. Или я просто плохо сплю, – голос Неф шелестел, будто песок в часах, тихонько пересыпаясь из одной стеклянной колбы в другую.

– Ну, я сейчас здесь. И ты.

Он ответил тоже негромко, и Софи поразилась, как спокойно звучит его голос. Как ласкающе и шелковисто.

Эта сцена не предназначалась для чужих глаз. И Софи тихонько отступила, пока её не заметили, старалась не мешать. Но услышала слова Неф:

– Пообещай, что не умрёшь.

– Этого никто не может обещать. Даже боги.

Софи вернулась в гостиную как раз вовремя: Амон закончил разговаривать и развалился в кресле, что-то попивая из стакана.

– Думаю, ты сможешь занять одну из комнат, – заявил он.

– Они живут здесь вдвоем?

– Ага. Лекари тоже убрались по отелям. Ну, или по барам, я не в курсе.

Долго сидеть на месте Амон не мог и снова вскочил:

– Давай покажу тебе кухню. Есть хочешь?

По правде говоря, Софи даже не завтракала, так что согласилась. И следующие несколько часов провела с Амоном под его болтовню. Готовил он, как оказалось, неплохо, и Софи с удовольствием съела какие-то странно запеченые овощи с мясом.

– Ты выглядишь усталой, – заявил Амон позже. – Иди отдохни, я тут приберусь.

Он удивительно гармонировал с большой кухней, полной металлических поверхностей, сенсорных панелей и какой-то техники, о назначении которой Софи даже не подозревала. Оставив Амона, она взяла рюкзачок и вернулась в гостиную.

И не сразу заметила Сета, устроившегося в одном из кресел. Планшет в руках освещал его лицо, несколько настольных ламп в разных углах комнаты разгоняли полумрак. Сет был закутан в какой-то плед, домашний и уютный, что резко контрастировало с огнями ночного города в панорамном окне за его спиной.

Он поднял голову, посмотрел на Софи, потом на рюкзак в ее руках. Она замерла, не очень понимая, что сказать: одно дело, когда Амон заявляет, что она может здесь остаться, и совсем другое, когда она стоит перед хозяином дома, который и не знал, что она здесь.

– Я помешала? – спросила Софи.

– Нет. Но если ты сбежала из дома, не забудь кинуть матери хотя бы сообщение.

Софи уселась в одно из кресел, пристроив рюкзак у ног.

– Ты не удивлен, – сказала она.

– С чего бы? Ты делаешь так каждый раз.

– Но я ничего не помню.

– Это печально.

Софи думала, вежливо ли узнать, как он себя чувствует, или лучше промолчать. Поэтому спросила:

– А где Нефтида?

– Уснула. Мне не спалось, решил ее не будить, – он снова оторвался от планшета и посмотрел на Софи. – Конечно, ты можешь остаться пока здесь. Тут комнат больше, чем я помню.

– Зачем они все?

Сет пожал плечами и все-таки опустил планшет.

– Неф любит, когда дом большой. А мне плевать, где жить.

Он положил планшет на колени и потер глаза, как будто они устали, или Сет захотел спать. Но уходить он не спешил, только натянул на плечи плед. Софи в полумраке не видела толком его лицо, но не могла отделаться от ощущения, что Сет кажется то ли спокойнее, то ли уютнее, чем накануне. Сначала она решила, это из-за ранения, все-таки он явно не был в полном порядке.

Но сейчас ей казалось, из-за дома. Пусть Сет и говорил, ему всё равно, где жить, пусть это место выбрала Нефтида, Сет его принял. И он сам, даже в нелепом пледе, казался продолжением стильной мебели, бордового и золотого.

– Почему свет не включить? – проворчала Софи. – Вроде бы не ты бог Подземного мира.

– Псам так удобнее.

Сначала Софи не поняла, что он имеет в виду. Потом пригляделась к теням в углах и едва не вскрикнула: они шевелились. Одна из них отделилась и приблизилась к Сету, улеглась у его кресла. Софи могла разглядеть темное поджарое тело невысокой собаки, вытянутую морду и стоящие торчком уши. И красные глаза, в которых полыхала ярость бури и песок пустыни.

– В египетском языке есть иероглиф «зверь Сета», – пояснил он. – На самом деле, вот они, звери Сета.

– Они… такие как Цербер?

– Нет. Цербер принадлежит Подземному царству, хотя у него есть воплощение в этом. Мои псы – тени этого мира, отголоски первородных духов, древнего хаоса. Они признали меня хозяином, потому что я сумел совладать с ними – был сильнее. Они слушают меня… но не из-за верности, как Цербер, а потому что признают вожаком. Они ближе к кошкам, нежели к собакам.

С удивлением Софи поняла, что последнюю фразу Сет произнес с некоей… гордостью? Пусть его псы не тыкались в руки и не вылизывали лицо, виляя хвостами, но Сет их точно любил. И Софи не могла не задуматься, а что ощущали эти тени-духи.

Но они были здесь. Рядом. Охраняли Сета. И поймав на себе внимательный взгляд вытянутой морды, Софи подумала, что этим псам всё равно, кто она такая, или любой другой бог – если бы Сет приказал, они кинулись терзать.

А еще Софи помнила, что Сет не звал псов там, у клуба. И ей почему-то показалось, не потому что он не подумал об этом, а потому что не хотел подвергать их опасности.

– Они не очень сильные, – пожал плечами Сет, будто отвечая на мысли Софи. – Но не бойся, вреда не причинят.

– Я не боюсь собак.

– Хорошо.

– Амон… – Софи отвлеклась от прикрывшего глаза пса и задумалась, как сформулировать мысль, – Амон сказал, здесь были лекари. И они нашли противоядие.

– Конечно, нашли, они же не хотят, чтобы следующими проткнули их, а они тихонько подохли. Так что будут снабжать меня маленькими баночками и наблюдать. О, Тот был даже так любезен, что пообещал замаскировать дерьмовый вкус.

Софи не очень поняла и нахмурилась:

– Я думала, ты просто принял противоядие и всё.

– Если б было так просто, для создания Оружия не были нужны три бога. Нет, яд остается внутри меня, он пропитал кровь, саму мою сущность. Возможно, со временем исчезнет, но даже боги не знают, нужно несколько лет или сотня… или вообще никогда. Так что мне надо регулярно принимать эти маленькие снадобья, которые блокируют яд и не дают убить меня.

– Звучит не очень.

– Нет, поганая часть в том, что если в мое тело снова попадет яд, это меня точно убьет и сразу. Яд копится.

Сет говорил об этом, как будто не придавал большого значения, но Софи невольно подумала, что уж он точно не сможет оставаться в стороне и ждать. А значит, рискует получить еще тем пресловутым Оружием. И Софи подумала, что псы в тенях не просто охраняют, они беспокоятся.

И что будет, если Сет вовремя не примет противоядие? Этот яд внутри его тела снова начнет действовать?

А если ранят кого-то еще? Даже если не убьют, если достаточно малейшей царапины.

Софи помнила рассказы то ли о змее, то ли о каком-то ползучем гаде. Он ядовит, но первый укус не оставляет следов. Яд не выходит до конца из тела, и следующая порция станет смертельной, не важно, будет этот укус через год или через пять лет.

Пес у ног Сета внезапно открыл глаза и вскинул голову. Уши встали торчком.

– Аид идет, – сказал Сет.

– Откуда ты знаешь?

– Ну, это мой дом все-таки. Я в курсе, когда к нему приближается кто-то из богов, – Сет усмехнулся. – А еще Аид смс кинул, и псы его чуют.

Софи не стала спрашивать, откуда Сет знает, что чуют его псы. Но через некоторое время в комнату действительно вошел Гадес – квартира была такой большой, что Софи даже не услышала входную дверь.

Он только кивнул сидевшим и опустился в одно из кресел. Софи не видела, чтобы Сет сделал хоть одно движение, но лампы засветились ярче, лучше очерчивая теневых собак в комнате, бледное лицо самого Сета и усталое Гадеса.

Пес у ног Сета взвился и устремился к еще одному гостю, застывшему на пороге гостиной. Было слышно глухое рычание, как будто возмущались недра самой земли, как гроза где-то вдалеке или ветер нарастающей бури.

Софи снова не видела движений Сета, не слышала его голоса, но пес внезапно отступил и уселся рядом с креслом хозяина.

Не сразу, но Софи узнала вошедшего. Стив из группы. Или Гипнос, как она уже знала. Он казался растерянным, таким же уставшим, как и Гадес. В потрепанной одежде, с глазами покрасневшими и воспаленными. Он обвел комнату бездумным взглядом, потом еще раз… остановился на Софи, в несколько шагов преодолел разделявшее их расстояние и бухнулся на колени.

– Прости меня, моя королева, прости, я не должен был этого делать, ничто не может меня оправдать…

– Да, он так давно, – сказал Гадес, устало прикрыв глаза. – И я уже за… гм, мне надоело с ним разговаривать.

Софи ошарашенно переводила взгляд с него на Стива, который всё еще не вставал с колен и продолжал что-то исступленно шептать.

– Эээ… я тебя прощаю.

Стив вскинул голову и пробормотал что-то вроде «спасибо», поднялся наконец с колен. И тут прозвучал обманчиво спокойный, шелестящий голос Сета. Он растягивал слова, но за ними слышался рокот:

– Так это ты не соизволил предупредить нас о нападении. Из-за тебя мне теперь какую-то гадость пить.

– Это было ошибкой, – пробормотал Стив. – Ошибкой. Я сам пришел к Гадесу, чтобы он простил меня. Но я… ничего больше не знаю. Со мной говорили, скрываясь в тенях. Знаю только, там был не один бог.

– Это мы и без тебя выяснили, – протянул Сет, – и я не так великодушен как Аид.

Софи не уловила момента, когда это произошло, но теперь штук пять или шесть псов окружили Стива. Они все оказались невысокими, поджарыми, с горящими глазами. С клыков капала не слюна, а тьма.

– Сет, – Гадес открыл глаза, и его голос звенел натянутой тетивой, – не трогай его.

– Да ладно, пусть собачки ему член откусят – у него всё равно его нет.

– Сет!

Псы исчезли, Стив посмотрел на Гадеса, тот кивнул. И еще раз поклонившись смущенной Софи, Стив-Гипнос поскорее вышел из гостиной.

Сет смотрел ему вслед:

– Я не стал его трогать только потому, что он твой человек. Но я не шутил.

– Да? А что насчет Оружия Трех Богов?

И Сет, и Софи взглянули на Гадеса с недоумением. Он казался сосредоточенным и, сжав подлокотники кресла, смотрел на Сета.

– Не строй из себя идиота. Ты воин и единственный, у кого почти получилось убить бога в прошлом. Никогда не поверю, что ты не понял сразу об Оружии Трех Богов.

Сет отвел глаза:

– Ты переоцениваешь мои способности, Аид.

– Нет, это ты почему-то считал, что я ничего не пойму. Решил, что и так обойдется? Оружие Трех Богов? Или хотел тихонько сдохнуть?

Софи невольно вздрогнула от темной, всепоглощающей ярости, которая то ли слышалась в словах Гадеса, то ли шла от него ощущениями. Даже псы будто притаились. Но голос Сета оставался спокойным:

– Вряд ли кто-то из нас хочет умирать. Но может, нам не стоит так драматизировать этот момент? Если я умру, значит, так должно быть. Ничего не изменится в окружающем мире, звезды не перестанут светить, а пустыня как была неизменной, так и останется.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю