290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Руки, полные пепла (СИ) » Текст книги (страница 35)
Руки, полные пепла (СИ)
  • Текст добавлен: 1 декабря 2019, 06:00

Текст книги "Руки, полные пепла (СИ)"


Автор книги: -Мэй-






сообщить о нарушении

Текущая страница: 35 (всего у книги 38 страниц)

В мире чудовищ всегда царил полумрак без солнца. Поэтому Апоп предпочитала проводить там как можно меньше времени, возвращаться, только когда требовался сон или отдых.

Чаще всего она общалась с Ёрмунгандом. В отличие от многих чудовищ, он выглядел совсем как человек – Апоп не знала, что же в нем есть от зверя. Высокий, тонкий и спокойный. Они часто сидели вместе на шершавых камнях и разговаривали.

– Что Кронос хочет сделать с нами? – спрашивала Апоп, смотря на переливающиеся волны своими змеиными глазами. Она ни на миг не забывала, что в ее облике нечеловеческого.

Ёрм мягко улыбался:

– Я не знаю. Он держит нас как свою армию, хотя не уверен, что мы ему вообще-то нужны. Он не хочет открытого противостояния. Он хочет подчинить богов. Отомстить сыновьям.

– Не отпускать нас, – заканчивала Апоп.

– И это тоже. Возможно, он отдаст приказ. Возможно, нет.

– И что нам делать сейчас?

– Наслаждаться свободой, пока она есть.

Апоп наслаждалась. Выбрала себе новое имя и ей хотелось верить, что «Эбби» станет щитом, надежной преградой между тем, что хочет Кронос и она сама.

Впервые о ее желаниях спросил Амон. Искренне и, кажется, без какого-то подтекста. Эбби тогда растерялась. Постеснялась сказать, что жизни, которая до этого ей только снилась – и которую она боится потерять теперь.

– Убить меня? – улыбнулся Амон, хотя не очень весело.

– Я не хочу этого.

– Но сделаешь, если придется. Как ты говорила? Это естественное желание.

Эбби знала, что это так. Первая осознанная ее мысль касалась того, что нужно разыскать и уничтожить Амона. Ее тело жаждало этого, не вовремя обжигая тонкую кожу, и Эбби не представляла, как это контролировать и может ли она.

Она не делилась этим с Амоном. Не была уверена, что он поймет – или вовсе не прогонит или даже уничтожит. Но потом сидела с Ёрмом и спрашивала, неужели нельзя преодолеть такие стремления?

– Мой брат должен был уничтожить солнце и начать конец света, – ответил Ёрм. – У него не вышло, а конец света всё равно происходит. Может, от наших желаний ничего не зависит.

– Или зависит всё. Просто мы их не понимаем.

Амон подарил Эбби телефон, заявив, что в современном мире просто необходимо иметь свой собственный. Эбби быстро схватывала, как пользоваться той или иной техникой, как будто всегда знала, а сейчас требовалось просто… вспомнить.

Как будто уже видела всё это во снах.

В мире чудовищ телефон, конечно, не работал, превращаясь в бесполезный кусок пластика. Но в мире людей оживал, а порой приходили сообщения от Амона, и Эбби каждый раз ждала их. В нетерпении тыкала в экран, проверяя, не пришло ли что.

Сегодня она гуляла по ночному городу, пробуя наушники, которые тоже подарил Амон. Музыка казалась Эбби странной, непонятной, но было в ней что-то завораживающее. Она могла забыть, кто она такая и позволить чужим голосам нашептывать что-то, а телу двигаться в ритме, который задавала эта музыка.

Амон захотел встретиться. Эбби была недалеко.

– Почему он попросил не уходить? – спросила Эбби, когда они завернули за угол от клуба.

Амон смутился и замялся. Попытался оправдаться, но Эбби всегда знала, если он врет.

– Они боятся за тебя, – сказала она.

Чувства были чем-то странным для Эбби, тем, что она узнавала только сейчас, что никогда ей не снилось. И во многом она прощупывала их благодаря Амону, который щедро расплескивал эмоции вокруг себя.

Иногда Эбби понимала их, иногда не очень. Но всегда четко ощущала, что чувствует и сам Амон – особенно когда находилась рядом с ним. Он словно становился проводником к чему-то простому и человеческому. И, кажется, совсем не был против.

– Они боятся за тебя из-за меня, – сказала Эбби.

Амон только пожал плечами и повел ее дальше по улице. Ночью здесь совсем не было людей, а до оживленной дороги еще требовалось дойти. Только расплавленные пятна света от фонарей.

– Зачем ты захотел встретиться?

– Почему мне этого не хотеть?

– А ты не боишься?

Амон остановился и посмотрел на нее с недоумением – Эбби знала, что оно неподдельное.

– Ты говорила, что мы связаны. Ты чувствуешь меня. Ну, а я тебя… хоть и не совсем так. Но уверен, что ты сама не хочешь причинить мне вред. Просто интересуешься этим миром. И я могу это понять.

А как же Кронос, хотелось спросить Эбби. Ведь Сет прав, она и сама этого боялась.

– Пойдем, – Амон нетерпеливо тряхнул головой. – Я хочу пройтись и буду рад твоей компании.

Его светлые волосы выделялись в полумраке, и Эбби, не сомневаясь, зашагала следом. Вспомнила говорившего у клуба Анубиса, его она хорошо знала. А вот второго бога видела впервые:

– Кто это был? Там, с твоим другом.

– Его брат. Гор.

Что-то мелькнуло в ощущениях Амона, и Эбби нахмурилась. Попыталась распутать, распознать клубок незнакомых ей эмоций. Тем более ей показалось, Амон и не слишком-то скрывал.

– Ты… я не понимаю. Тебе не нравится Гор?

Остановившись, Амон обернулся:

– Почему? Он классный.

– Тогда я не понимаю.

– Эй, да просто прекрати пытаться залезть ко мне в голову.

– Ты слишком ярко думаешь.

А потом Эбби выцепила ощущение и нахмурилась:

– Ты боишься. Боишься остаться ненужным.

Амон явно смутился. Даже опустил голову, рассматривая асфальт. Потом неожиданно вскинул голову, и Эбби совсем потерялась, не понимая, чего он хочет, и что ощущает.

– Почему ты даже сейчас в очках?

– Мои глаза не совсем человеческие.

– И что? Они красивые. В современном мире можно не прятать, все решат, что у тебя линзы.

Эбби не успела понять, когда Амон шагнул ближе. Он аккуратно снял темные очки с ее глаз и медленно сложил их.

– Так гораздо лучше.

Она хотела отстраниться, но стояла на месте. Глаза Амона, в отличие от ее собственных, были обычными человеческими. Хотя сейчас, так вблизи, Эбби могла рассмотреть, что они чуть раскосые. И темные, как будто в них притаились все возможные пятна на солнце.

– Ты же знаешь, я могу убить тебя, – тихо сказала Эбби.

Амон оставался серьезным и не отрываясь смотрел на нее сверху вниз, он был чуть выше.

– Когда Кронос проснулся, я и так могу умереть. Как любой из богов.

Эбби не видела, куда он убрал очки, но они исчезли, а обе руки Амон поднял, и они на миг застыли рядом с лицом Эбби. Как будто он колебался мгновение, а потом всё-таки коснулся ее лица, сжал в ладонях.

– А чего хочешь ты? – его голос был глубоким и тягучим, будто летний мёд, капающий с сот. Эбби однажды видела это во сне. – Хочешь меня убить?

– Нет.

Она жаждала, чтобы он понял, чего она на самом деле хочет. Надеялась, что он сможет это ощутить. И не знала, правда ли Амон смог или это было и его желанием.

Он наклонился и поцеловал ее мягко, неторопливо, как будто у них есть всё время мира. Он ласкал ее губами и силой, нагретым послеполуденным воздухом и теплыми солнечными лучами, что проходили по коже.

Пока Эбби не окатила другая волна. Пока ее не затопило яростью и ненавистью Кроноса: он поднимал всех чудовищ, хотел показать богам, кто на самом деле главный.

Кронос отдавал приказ.

Амон отстранился, на его лице отразилось удивление, он тоже ощутил, что происходит. А в следующий миг отшатнулся, шипя от боли: Эбби заметила ожоги на его ладонях.

А потом ее затопил приказ.

Амон ощутил приказ Кроноса. Наверное, как и каждый из богов, в чьих пантеонах были чудовища – то есть все. Приказ, который вряд ли сулил что-то хорошее.

Обожженные ладони ныли, хотя Амон знал, действительно болеть будут потом. Он вскинул голову:

– Эбби! Ты сильнее этого.

Она не кинулась сразу убивать. Не запустила руки в его божественную сущность, хотя сейчас Амон четко понимал, что она может. И находясь так близко к нему, легко убьет.

Но Эбби стояла, опустив голову, и волосы с розовыми кончиками закрывали ее лицо.

– Пожалуйста, Эбби, борись с этим.

Амон не знал, слышит ли она. Не мог этого почувствовать. Даже понять, сколько прошло времени, но, когда Эбби подняла голову, ее змеиные глаза казались остекленевшими.

Она ударила не физически, а собственной силой, которую до этого Амон никогда не ощущал. Чем-то таким едким, как будто ядом со змеиных клыков – и он мог бы, шипя, разъедать божественную сущность.

Но Амон всё-таки глава пантеона. Он мог выставить щит, отливающий почти видимым жидким золотом. Мог увернуться в последний момент.

И начать отступать обратно к клубу, продолжая уговаривать Эбби. Но она его явно не слышала. Склонив голову набок, как будто легонько прощупывала его защиту. Щекотала ее, чтобы потом сломить одним ударом.

Она создана, чтобы убить солнце.

– Амон!

Краем глаза он заметил Анубиса.

– Эбби, пожалуйста! – почти взмолился Амон.

– Она не слышит, – негромко сказал Анубис. – Давай отходить к клубу, только медленно. Гор приведет остальных.

Амон прекрасно понимал, что это значит. Он видел Сета в деле и не сомневался, что сейчас он медлить не будет. Он – единственный, кто может убить Апоп.

Они медленно отходили, и Амон уже видел краем глаза сверкающую вывеску клуба. Нападать Эбби не торопилась, и он считал это хорошим знаком, продолжая уговаривать.

Она не слышала. Как будто внутри нее огромная черная дыра, которую распахнул Кронос, и та поглощала все слова Амона. Все желания самой Эбби.

Но она всё еще не нападала.

Пока не сделала легкое, едва уловимое движение, но направлено оно было не на Амона: Анубиса швырнуло на колени, он уперся руками в землю и издал сдавленный звук. Амон был главой пантеона, стоя так близко, он понял, что Эбби не причинила вреда, просто ударила по божественной сущности, по тому, что скрыто за человеческой оболочкой и отличает от людей.

Амон отвлекся всего на секунду, но этого оказалось достаточно: Эбби скользнула к нему юркой змеей, с нечеловеческой силой приложила к стене, сжав руки на шее. Амон захрипел, попытался вырваться, одновременно и руками вцепившись в запястья Эбби, и пытаясь оттолкнуть ее силой.

Но она идеально дополняла его самого – он не мог с ней справиться.

А в голове только билась мысль, что она посмела тронуть Анубиса.

Воздух не поступал в легкие, Амон хрипел, а на глазах выступили слезы, которые не позволяли ничего рассмотреть. Но внезапно всё прекратилось, хватка разжалось, Эбби взвизгнула, когда кто-то отшвырнул ее в сторону. Амон судорожно вдыхал, обожженные ладони начинали болеть. Он стоял, тяжело привалившись к стене.

Сет явился воплощенной бурей. И ветром, и гонимыми в ночи листьями. Вырываемыми корнями деревьев.

Он замер над Эбби, пульсирующая ярость, гибкие мышцы хищника под кожей. Одна из фонарных лампочек треснула и с ворохом искр погасла.

Сет не торопился и обернулся на Анубиса – Гор уже помогал ему подняться. Где-то позади маячила Нефтида. Амон успел подумать, куда делись Гадес с Персефоной и Луиза, но сейчас его заботило другое:

– Сет, не убивай ее.

Амон не надеялся, что Сет послушает, но, к его удивлению, тот не торопился. Вовсе не потому, что говорил глава пантеона – сейчас Амон не приказывал. Но Сет всё-таки медлил.

Может, он научился не бросаться вперед очертя голову.

– Она не хочет этого делать, – торопливо заговорил Амон. – Не надо быть такими, как Кронос! Я смогу до нее достучаться. Надо просто порвать ее связь с Кроносом.

Он, конечно, не испытывал и сотой доли уверенности, о которой говорил, но не мог не попробовать. Эбби тем временем зашипела, как настоящая змея, и кинулась на Сета. Оставалось только отшатнуться, наблюдая, как схлестываются их тела и силы, буря и первозданный хаос.

Лопнула еще одна лампочка, погружая улочку в больший сумрак.

Амон отвлекся, когда услышал вскрик Гора. Тот стоял рядом с Анубисом, но сейчас позади появилась еще одна фигура. И пусть выглядел он как человек, но Амон сразу понял, что это чудовище.

Может, потому, что он стоял на расстоянии, но сделал несколько жестов рукой, и на белой рубашке Гора появилось кровавое пятно – там, где его ранили, пока ходили за Зевсом. Рана почти зажила, но монстр как-то смог снова ее открыть.

– Не трогай моего брата!

Анубис был на полголовы ниже Гора и куда уже в плечах. Не такой внушительный, совсем не сиятельный, его еще слегка шатало после Эбби.

Когда-то очень давно, Амон сказал Анубису что он не очень-то похож на старшего брата. Видя обоих рядом, любой полагал, что Гор старше. Анубис пожал плечами, согласился и добавил:

– Но я тот, кто должен его защищать.

Не задумываясь, Анубис распустил крылья, в которых вихрились мертвецы, и ударил ими вперед, в монстра. В последний момент в них вплелись другие, золотистые и соколиные.

К чести чудовища, он не издал ни звука, когда его сущность разрывалась на части под таким напором. Он был всего лишь обычным монстром другого пантеона, которого Кронос послал вместе со всеми.

– Амон! – окликнул Сет. – Пробуй. Не выйдет, я убью ее.

Эбби извивалась на земле, пытаясь вырваться, но шансов у нее особо не было. Сет придавил ее коленом к земле и крепко держал запястья. Он мог убить ее в любой момент, но давал Амону шанс попробовать.

Тот приблизился и сел на колени над головой Эбби. Взгляд ее змеиных зрачков метался.

– Эбби!

Она не слушала, и Амон обожженными ладонями снова схватил ее лицо. Если между ними существует связь, которую они ощущали до сих пор, если они два противоположных начала, она должна его услышать и сделать свой выбор.

– Эбби, пожалуйста.

Она зашипела, и Амон с трудом не отдернул ладони, которые начинали сильно болеть, хотя сейчас их не обжигало.

– Амон, отойди.

Голос Сета звучал спокойно – и неотвратимо. Он дал попробовать. Но раз не выходит, то сделает то, что должен.

Оставалась последняя возможность. Наклонившись, Амон поцеловал Эбби: простой человеческий жест, доступный богам и совершенно дикий для чудовищ. Эбби замерла, перестав дергаться, Амон снова попытался дотянуться до ее ощущений. И не отстранился, только вздрогнул, когда показалось, что его губ коснулся щекочущий змеиный язык.

Он выпрямился, когда ощутил, что бездна в сознании Эбби исчезает. И позволил теплому золотистому сиянию своей силы заполнить пространство. Сейчас снова стояла ночь, он еще не восстановился после ацтеков, но нужно было сделать всё сейчас.

Он был главой и наверняка мог принять близкое им чудовище в свой пантеон.

– Ты должна согласиться.

Амон даже не был уверен, что произнес это вслух. Не видел, кивнула ли Эбби. Но ощутил ее согласие, ее жажду освободиться от Кроноса – и эта связь рассыпалась под мягким ласковым солнцем.

Чувствуя во рту привкус крови, Амон отстранился. Эбби тоже не сопротивлялась.

– Отпусти ее, Сет, – хрипло сказал Амон. – Теперь она принадлежит нашему пантеону.

Он сам не мог с уверенностью сказать, точно ли получилось. Голова отчаянно кружилась, мешая сосредоточиться. Но сейчас с земли поднималась напуганная, но точно не выполняющая приказы Кроноса Эбби.

Крепкие руки Сета помогли подняться и Амону. Он огляделся и заметил, что Нефтида осматривает Гора, подняв его рубашку, Анубис чуть поодаль сидит над мертвым чудовищем.

– Где Гадес? – спросил Амон.

Сет хмурился:

– В Подземном мире проблемы, они сразу туда. Гера впустила монстров.

– Каким образом?

– Как-то смогла изнутри.

Эбби жалась у стены под пристальным взглядом Сета. Оставив их, Амон приблизился к Гору с Нефтидой: он ворчал, она негромко говорила, что ничего страшного, но стоит снова перевязать.

Сначала Амон решил, что сидящий над чудовищем Анубис по какой-то причине горюет о нем. Но подойдя ближе, понял, что всё не так: Анубис провожал умирающего монстра.

Амон хотел уйти. Это был личный момент, не предназначавшийся для чужих глаз: проводник смерти и умирающий, пусть даже чудовище. Но Амон не мог заставить себя сдвинуться с места.

– Страшно…

– Не волнуйся. Всё будет хорошо.

Голос Анубиса был мягким, почти убаюкивающим. Как накатывающие на берег волны Нила.

– Куда уходят чудовища?

– У них наверняка свой загробный мир. Просто мы о нем не знаем.

– Не говори… не говори никому, что я боялся.

– Не скажу.

Амон не уловил тот момент, когда чудовище умерло. Просто в какой-то момент его тело рассыпалось пылью, смешиваясь с потрескавшимся асфальтом.

– Вам всем надо домой, – заявил Сет тоном, с которым вряд ли можно спорить. – Но я не доверяю ей.

Эбби еще больше сжалась. Амон отлично знал, что Сет ни за что не позволит ей войти в его квартиру и остаться хоть с кем-то наедине. По крайней мере, пока не будет уверен, что она больше не станет выполнять приказы Кроноса.

– Я могу перенести в Дуат, – предложил Анубис. – Там есть места… оттуда не выбраться, пока я не проведу. Но там спокойно. Утром решим, что делать.

Сет, конечно же, не хотел его отпускать, но Анубис только отмахнулся, что перенесет Эбби и будет ждать дома.

Прежде чем она исчезла, уцепившись за руку Анубиса, Эбби успела шепнуть Амону:

– Спасибо.

В машине Амона отчаянно мутило, он чувствовал, что потратил слишком много сил, и ему стоит выспаться… пару дней, например. Один раз он даже попросил остановить машину и, шатаясь, вылез проветриться.

Анубис ждал их, сидя на диване и завернувшись в плед. Кажется, с трудом удерживался, чтобы не уснуть. Но всё-таки перенес Сета в Подземный мир, откуда пока не было вестей.

Он вернулся, когда Нефтида сделала повязку Гору и вручила ему чай. Она занималась ладонями Амона, растирая по ним дурно пахнущую мазь.

– Как я устал, – пожаловался Анубис, падая на диван.

– Что там? – вскинулся Амон. Нефтида тут же вполголоса приказала ему не двигаться.

– Гера впустила монстров в Подземный мир. Зевс в ярости и не знает, что с ней делать. Чудовища… где-то там. Они не стремятся бездумно в атаку. Гадес, Персефона и Луиза ищут их. Сет, конечно, тут же включился в дело.

– Ложитесь спать, – посоветовала Нефтида. – Я разбужу, когда что-то станет известно.

Анубис не заставил просить себя дважды и свернулся на диване, накрывшись пледом. Гор выбрал другой диван, а Нефтида ушла на кухню.

Амон чертовски устал, но уснуть так и не смог. Он понятия не имел, что происходит в Подземном мире или с другими богами. Чатики молчали, а от него самого, вымотанного и потратившего силу, всё равно было мало толку.

Он думал, как там Эбби в Дуате, и не стоило ли ему поговорить с ней.

В итоге Амон оставил крепко спящих Анубиса и Гора и присоединился к Нефтиде на кухне. Она завалила стол травами, отмеряла что-то на маленьких кухонных весах и сортировала по пакетикам. Виновато глянула на Амона:

– Мне надо занять руки.

Амон кивнул, прекрасно ее понимая. Забрался на стул и, подперев руками голову, начал рассматривать, как Нефтида работает. По крайней мере, если бы что-то случилось с Сетом, она смогла ощутить.

Амон даже вызвался помочь, но повязки на ладонях мешали, он только рассыпал несколько пакетиков, после чего Нефтида отобрала и попросила следить за новостями в телефоне.

Первые начали приходить к четырем утра. Они больше походили на сводку погибших и раненых: боги открывали интернет и осторожно рассказывали о нападениях. Многие не отвечали, и остальные их не обсуждали. Надеясь, что они появятся к утру, а не стали жертвами.

Положив телефон на стол, Амон устало потер виски:

– Завтра надо собраться в клубе, обсудить, решить …

– Амон, иди спать, – мягко сказала Нефтида. – Иначе завтра ничего не сможешь.

Она поднялась, прошелестев юбками, подхватила один из пакетиков с травами и заварила.

– Не волнуйся, это не снотворное, но поможет отдохнуть.

После чая со вкусом терпких ягод, Амон действительно ощутил, как мысли будто бы стали утихать, успокаиваться. Он не сомневался, его разбудят, когда будут какие-то новости из Подземного мира.

Он шел в полумраке коридора, освещаемого только с кухни, когда движение в ванной привлекло внимание. Амон щелкнул выключателем и с удивлением уставился на спину Анубиса. Тот стоял неподвижно.

– Инпу?

Он вздрогнул и обернулся, моргая от яркого света, как будто только что проснулся. Первым делом посмотрел на свои руки, перевел взгляд на Амона:

– Что я здесь делаю?

– Ты меня спрашиваешь?

– Кажется… я спал.

– Инпу, – осторожно сказал Амон, – мы с тобой знакомы тысячи лет. Но во сне ты никогда не ходил.

Анубис нахмурился, задумчиво провел рукой по взъерошенным волосам.

– Всё тот же сон? – понял Амон. – Кронос не ограничился одним разом?

– Тот же, – кратко подтвердил Анубис.

Амону очень не понравилось, что теперь Анубис не просыпался и умудрился даже встать с постели и прийти сюда. Внутри заворочалось беспокойство. Может, сейчас Кронос смог, потому что Анубис ослаблен.

– Эбби, она… – неуверенно начал Амон. – Это было больно?

Анубис покачал головой:

– Нет. Скорее, неприятно. Как будто кто-то забрался внутрь меня грязными руками, пошебуршал там и ушел. Очень… мерзко.

Нефтида говорила, что сталкивалась с подобным, и раз сама божественная сущность Анубиса в порядке, значит, это касание не опаснее кошкиных царапок.

Амону показалось, он слышит какой-то звук из комнаты Гадеса. Он выглянул, а следом за ним и Анубис.

Дверь распахнулась едва ли не с ноги, и первым на пороге возник Сет. Явно потрепанный, вполне вероятно, злой. Где-то позади слышался голос Зевса. Но следом за Сетом первой прошмыгнула Луиза, волосы падали ей на лицо, и она старательно его прятала.

– Что случилось? – выдохнул Анубис.

Сет первым делом нашел взглядом Нефтиду, застывшую в дверях кухни. Подтолкнул к ней Луизу:

– К тебе новый пациент.

Луиза испуганно подняла голову, и Амон увидел, что на ее лице явно промытые, но всё равно уродливые набухшие царапины.

Значит, чудовищ Подземного мира они нашли.

Когда появился Гадес с Персефоной на руках, Амон понял, что ничего хорошего ждать не придется. Гадес выглядел мрачнее смерти, а Сеф у него на руках не казалась раненой, но и не шевелилась.

Потом Амон понял: она не выглядела живой, ее грудь не вздымалась, не было дыхания.

– Ее убил не монстр нашего пантеона, – быстро сказал Гадес. – Божественная сущность в порядке.

Гадес не договорил, но Амон и так понял: только неизвестно, Персефона вернется, или запущен новый цикл ее перерождения.

– Он хотел этого, – выплюнул слова Гадес. – Кронос направил чудовищ ради этого в Подземный мир! Убить Сеф и запустить цикл.

========== 47. ==========

Сет не знает Подземный мир.

Для него это не место, не пространство и не время. Для него Подземный мир – это Аид. Его друг, тот, кого он называет братом. Так что он принял бы его мир, даже если он представлял собой полную серы трещину в земле.

Сет не чувствует Подземный мир. Поэтому понятия не имеет, где могут быть впущенные Герой чудовища. Он доверяет Аиду, который прислушивается к звукам этого мира, раздувает ноздри, ощущая запахи, легонько шевелит пальцами, пытаясь почувствовать, в какой части что-то не так. Застывает натянутой струной.

Персефона и Луиза рядом. Первая нетерпеливо ходит позади мужа, и от взметающегося подола платья рассыпаются фиолетовые искры на траву. Луиза вместе с Зевсом сидит на ступеньках беседки рядом. Невозможно услышать, о чем они говорят – и говорят ли вообще.

Когда Сет только появился, Геру успели запереть где-то в замке Гадеса, а Зевс, бушевавший до этого, то ли устал, то ли просто сник.

Аид сразу предложил:

– Можем пойти по следу.

– Я воин, а не ищейка, – ответил Сет.

Сам Аид тоже не торопится в погоню. Гера не знала, зачем Кроносу чудовища в Подземном мире, но вряд ли для чего-то хорошего. Особенно если они до сих пор не показали себя.

Аид слушает Подземный мир, и ему ни до кого. Сет нетерпеливо вздыхает и отходит к Персефоне, приминая темную траву. Спрашивает вполголоса:

– И зачем это Гере?

Не то чтобы ему интересно, но он изнывает от безделья.

– Ты ее знаешь, – пожимает плечами Персефона. – Она высокомерно заявила, что были причины. Кто знает, что ей предложил Кронос? Гера может быть той еще стервой, но я уверена, что этой ночью чудовища не тронули ее детей. Зато проникли в Подземный мир.

Она кидает быстрый взгляд на Аида, но он не слышит их, всё еще сосредоточенный на своих ощущениях. Вздохнув, Персефона смотрит на Зевса:

– Он не хочет уходить, но надо уговорить его и перенести в замок. При борьбе с чудовищами он не будет хорошим помощником.

Сет не знает, это потому что сила Зевса здесь меньше, или потому что он еще не до конца пришел в себя. Наблюдает, как Персефона усаживается рядом с ним, о чем-то говорит. Как Луиза поднимается и подходит, смотрит на Сета, но молчит.

Встрепенувшись, Аид расправляет плечи и опускает руку, которой до этого трогал воздух.

– Их много, – говорит он. – У границы, где когда-то был пожар. Почему мой лес не дает им покоя?

Вряд ли он ждет ответа. Бросает взгляд на Персефону, которая в этот момент исчезает с Зевсом. Потом на Луизу.

– Я пойду с вами, – упрямо говорит она. Пытаясь убедить то ли себя, то ли Аида.

Он не возражает:

– Это и твой мир.

– Никогда не был моим…

– Твой, – в голосе Аида нерушимая мощь. – И, если со мной что-то случится, ты будешь его держать. Ты знаешь, как это происходит.

Он имеет в виду Анубиса и Дуат. Луиза вскидывает брови в удивлении:

– Персефона же…

– Возможно. Или Подземный мир изберет тебя.

Сет не очень хорошо понимает, как это работает, и уж точно не пытается распознать выражение лица Луизы. У Аида выходит гораздо лучше, потому что он говорит, негромко, вплетая голос в негромкий шум Стикса:

– Это ты оставила Подземный мир, а не он тебя.

Сет ничего не имел против тишины, но когда она становилась угнетающей, то буквально давила на виски. Вот это он ненавидел. И, по его мнению, сейчас в квартире стояло именно такое безмолвие.

Словно тоже ощущая его тягучесть, Анубис на кухне приглушенно включил музыку. Она шелестела, едва слышно, пока он позвякивал посудой, то ли решив всю перемыть, то ли просто готовя кофе.

До этого звучал негромкий голос Нефтиды из комнаты Амона, но тот наконец-то уснул, а Неф то ли ушла к себе, то ли на кухню к Анубису. Ее слышно не было, как и Гора с Зевсом, которые спали в гостиной. Где-то здесь была и Луиза.

Самому Сету совершенно не хотелось ложиться. Он знал, что через час-другой его отпустит задор битвы, но пока ему казалось, он еще чует запах чудовищ, слышит шелест их тел, в любой момент готовый отразить атаку.

Бесшумно, сам будто хищник, Сет прошел в комнату Гадеса и Персефоны. Она лежала на кровати, неподвижная, будто спящая, с разметавшимися рыжими волосами вокруг головы. Только грудь ее не вздымалась от дыхания. Гадес сидел на стуле, подперев голову руками.

Ни Анубис, ни Нефтида, ни Амон, ни даже близкий жизни Гор не смогли сказать, вернется Персефона, или запущен новый цикл. Зевс пытался ее позвать, но у него ничего не вышло. Им оставалось только ждать.

Сет слышал, как Аид тихо и устало ругался по телефону – Деметра наверняка кричала и слетала с катушек, почувствовав смерть дочери. Но и она не смогла понять, запустился цикл или нет. Для этого всегда нужно время.

– Аид, она всё равно не вернется сегодня, – сказал Сет. – Сидеть так бесполезно.

Гадес поднял голову, и пусть лицо выглядело уставшим, но глаза опасно сощурились:

– Отвали.

– Будешь огрызаться, получишь подзатыльник. У меня рука потяжелее твоей.

Гадес вздохнул, то ли понимая, что его заносит, то ли просто слишком уставший, чтобы возражать.

Сет не знал, жалел ли он о том, что отослал вчера Цербера. Не очень хотел говорить остальным, другу Сет всё-таки рассказал: его псы взяли след Тиамат. Выследить древнюю богиню оказалось не так-то просто, но у них начало получаться. Тогда Гадес предложил дать в помощники Цербера. Уж он-то мог встать на след и не выпускать его, пока не найдет.

Никто из них не произнес этого вслух, но, если Тиамат начнет огрызаться, у псов не будет против нее шанса. А вот Цербер сможет спокойно вернуться к хозяину.

Поэтому его не было в Подземном мире. В том лесу на границе, где пахло влажной землей и прелыми листьями, а между стволами вились ошметки тумана, цепляясь за ветви.

Сет первым почуял чудовищ, а потом и остальные услышали будто принесенные далеким ветром слова песенки, несколько детских голосов и что-то вроде считалочки, только слов не разобрать.

Что это за монстры, Сет так и не понял. Но голову они морочили прекрасно, то сливаясь с окружающим миром, то оборачиваясь когтями и клыками. Они не принадлежали ни греческому, ни египетскому пантеону. Они шептали, что пришли забрать кое-что по приказу Кроноса. А стоило обернуться, исчезали облачками морозного дыхания, тенями меж корней и клочьями тумана.

Сет никогда не слышал о подобных существах, но тогда это не имело значения. Они были врагами, которых надо уничтожить. Он и Гадес участвовали в тысячах битв, против разных существ и людей, используя то оружие, что предлагала эпоха.

Персефона и Луиза благоразумно отступили в сторону, отошли, пока Гадес и Сет поудобнее перехватили то оружие, что предпочитали. У первого – длинные кинжалы, с которых стекала тьма, у второго – хопеш, который он помнил еще с древних церемоний жрецов.

Чудовища нападали ловко, морочили голову, растворялись, не тревожа листьев. Сражаться среди деревьев было неудобно, и Сет быстро оценил, почему их загнали именно сюда. И он знал, Гадесу это не нравится точно так же, как ему.

Они разделялись, преследуя чудовищ, но не поддаваясь на провокации. Снова сходились друг с другом, вставая спиной к спине, оглядывая местность, делая синхронные движения, или наоборот, позволяя друг другу четкие выпады по очереди.

Пока не услышали крик. Сет понятия не имел, Персефона это или Луиза, но Гадес вскинул голову, явно понимая. Он кинулся туда, не раздумывая, так что Сету оставалось только шипеть ругательства и прикрывать ему спину.

Но всё равно опоздали. Чудовища оказались сильнее двух девушек, пока несколько вцепились в Луизу, остальные метнулись к Персефоне. Она отвлеклась на Гадеса, а он просто не успел – и когда с рычанием искромсал неясные контуры чудовищ, успел только к рухнувшему телу Персефоны, и на мокрые листья хлестала ее кровь из разодранного горла.

Сет не видел тогда лица Гадеса и не хотел бы видеть. Он быстро разрубил чудовищ, напавших на Луизу. Мельком отметил, что они похожи на собак-переростков с короткой угольной шерстью. А лицо Луизы хоть и залито кровью, но глаза и шея целы.

– Перенеси нас в замок, – коротко сказал тогда Сет Гадесу. – Осмотрим раны.

А когда они были промыты, он же сказал:

– Давайте все ко мне. Там дождемся, пока Персефона вернется.

К тому моменту Зевс уже успел ее позвать, и у него не вышло. Сет видел тогда глаза Гадеса и ему не хотелось, чтобы у того возникла хотя бы тень мысли, что ритуал не вышел, и теперь вновь запущен цикл.

Кронос явно это и планировал.

Сейчас Гадес сидел с тем же выражением лица. Совершенно нечитаемым, так что Сет оставался настороже, будто рядом со зверем, от которого не знаешь, чего ожидать. То ли он покорно устроится рядом, то ли взбрыкнет и придется его обуздать.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю