290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Руки, полные пепла (СИ) » Текст книги (страница 18)
Руки, полные пепла (СИ)
  • Текст добавлен: 1 декабря 2019, 06:00

Текст книги "Руки, полные пепла (СИ)"


Автор книги: -Мэй-






сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 38 страниц)

И она знала Аида. Совершенно точно знала. И дело не в том, что ее тело откликалось на его прикосновения. Нет, это, конечно, было так: она боялась, но жаждала Аида. Его рук, его губ, его порочных поцелуев. Его силы. Но больше всего Софи жаждала чего-то глубинного – самой сущности Аида, которая проскальзывала в его темных глазах, в перестуке костей, порой сопровождавших его слова.

Персефона желала терпких зерен граната, тьмы Аида и вечности в Подземном мире.

Софи вытиралась, когда услышала за дверью странные звуки, как будто глухие удары. В последнее время большинство происходивших вещей не внушали оптимизма, так что и здесь закралось нехорошее предчувствие. Не выпуская полотенца, Софи выглянула из ванной.

Перед закрытой дверью Амона стоял крайне злой Сет и куда более спокойный Гадес.

– Амон, чтоб тебя! Открывай!

Сет в сердцах пнул ногой дверь, но из-за нее раздавалась только тишина.

– Ломай, – резко сказал Сет.

Сила праха и тлена на секунду взметнулась, не вскрывая замок, а просто уничтожая его, превращая в пыль.

Накануне вечером они успели все вместе посидеть в гостиной, обсуждая последние новости. Амон воспринял их… плохо. Он и так-то сидел молчаливый, не поднимал глаз и явно думал о своем. Но когда узнал, что сама казнь была довольно бессмысленной, ощутимо вздрогнул. Он рано пошел спать, и Софи была уверена, что уже встал и где-то на кухне – рассвет давно наступил.

Капли воды на лице не все были вытерты, но Софи, не выпуская полотенца, тоже нырнула в комнату. Она как раз успела к моменту, когда Сет тряс Амона за плечи, а тот слабо отмахивался, но наконец-то сел в постели. Выглядел он сонным, как будто его только разбудили.

– Вы что тут делаете? – он потер глаза, осматривая вошедших.

– Ты не открывал, – пояснил Сет.

– Не слышал. Я спал.

– Уже середина дня.

– Я хочу спать.

Амон, который всегда вставал с рассветом и утверждал, что не может и дремать днем, снова зарылся под одеяло.

– Нет уж, – прорычал Сет. – Нечего лежать унылым богом. Поднимайся!

Не церемонясь, Сет начал просто стаскивать одеяло с Амона, и тот действительно вскочил. Софи думала, сейчас он начнет притворно возмущаться, может, пошутит, но Амон оставался серьезен. Он выглядел разозленным, и Софи едва ли не впервые ощутила мощь его силы, жар и зной, от которого вмиг высохли остававшиеся капли влаги на лице.

– Оставь меня в покое, Сет.

– Нет.

– Я ведь могу и приказать.

– Попробуй.

Сет улыбнулся, и Софи подумала, что понятия не имеет, как это работает, может ли глава пантеона действительно приказать так, что боги вынуждены подчиниться. Может ли применить силу. Сейчас полуголый Амон сидел на постели и смотрел на Сета снизу вверх, но Софи ощущала силу солнца. Его иссушающую, всепоглощающую мощь, которая могла не только плавить кости, но и уничтожать божественную сущность.

Амон был сильным богом, очень сильным. Он не любил это демонстрировать, предпочитал оставаться вечно юным… на казни Фенрира он проявил другую сторону, и ему не понравилось.

Сет не дрогнул, продолжая улыбаться. Небрежно кинул одеяло на кровать.

– Если не встанешь сам, я тебя за шкирку вытащу.

– Лучше за Анубисом следи.

– Не волнуйся, меня на всех хватит.

Амон явно хотел задеть Сета, но тот не поддался. И это тоже не было похоже на Амона. Гадес тихонько выскользнул из комнаты, Софи последовала за ним, заметила, как Сет наклонился к Амону:

– Я знаю, что такое убить бога, уж поверь мне. Но он мертв, а ты нет. Просто прими это и поднимай уже свою задницу из кровати. Ты нам нужен.

Амон хмурился, но теперь не возражал. Он кивнул и отвернулся, заметил Софи, задержав на ней взгляд. И Софи увидела не только вечно юного мальчишку, но и бога солнца, которому тысячи лет. Который мог испепелять и уничтожать – но предпочитал просто греть и давать тепло.

На кухне Гадес раскладывал что-то на столе, но так неуклюже, что Нефтида с раздражением сказала ему садиться. В ее руках тарелки с нарезанным сыром и колбасой буквально летали, Анубис ей помогал. Пахло чем-то вкусным и травяным, как будто заварили густой мшистый лес вперемешку с волшебной пыльцой.

– Блинчики закончились, – сказала Нефтида. – Есть гренки. И чай.

– А где кофе?

Сет вошел на кухню, но один. Нефтида пожала плечами:

– Можешь сварить.

– Почему, если ты не любишь кофе, страдать должны все?

– Можешь сварить.

Сет явно не горел желанием, еще что-то проворчал и залез в холодильник. У него в руках мелькнула маленькая бутылочка зелья, и Софи видела, как Анубис наблюдает за этим. Сжимая в руках ложку и яростно размешивая в чашке сахар.

Сет выпил зелье быстро, не поворачиваясь к остальным. Как будто это было слабостью, которую он по привычке не хотел показывать. Уселся, подвинув к себе чашку.

Анубис положил ложку на стол с оглушительным стуком.

– Аккуратнее, – сказал Сет, осторожно наливая чай. – Надеюсь, сегодня ты не накуришься.

– Серьезно? Ты будешь продолжать делать вид, что всё нормально? У тебя кровь шла. У богов не идет кровь просто так.

К удивлению Софи, Сет оставался спокоен. Он кивнул и поставил чайник на стол:

– Яд еще во мне. Зелья вдвое меньше, не удивительно, если яд немного себя проявляет.

– Немного? – Анубис подался вперед. – Он тебя убивает!

Софи ощутила, как что-то изменилось на кухне. Солнечный свет померк, поглоченный сизым сумраком, подернулся дымкой, удушливой, болотной. Гниение, щедро прикрытое бальзамическим запахом благовоний. Пыль осела на кожу, защипала в носу.

За спиной Анубиса раскрывались крылья, уходящие за стены и, может, даже за горизонт. И Софи поняла, что это: у Гадеса мертвецы ощущались похожим плащом. Миллионы душ, за которые они были в ответе.

Гадес давно привык, Софи не было неуютно. Но Анубис еще не освоился, и Софи казалось, что крылья давят даже на нее, прижимают к земле, подавляют. Она не могла представить, каково Анубису. Но чувствовала его собственную силу, пыль и гниль, едкий смолистый аромат. Софи подумала, что возможно, силы Анубиса зависят от его эмоций – потому ему сложно. Или всё наоборот: силы влияли на него.

Они окутывали Анубиса, а он сам… соскальзывал в них. Не мог удержаться.

– Успокойся, – хлестко сказал Сет. – Дыши.

Софи ожидала, что Анубис пошлет его куда подальше, но тот прикрыл глаза и действительно сделал несколько глубоких вдохов. Его руки сжимали столешницу до побелевших костяшек пальцев.

Силы схлынули, растворились в солнечном свете. На кухню вернулся запах чая.

– Инпу прав, – заявил Сет, – мы постоянно разбираемся с последствиями, но не с причинами.

– Зевс на приеме пытался, – заметил Гадес. – И Тот попробовал, когда Оружие изучал. Мы допрашивали Фенрира. Каждый раз получалось так себе.

– Не забудь о Посейдоне. Ты умеешь напомнить о хорошем, Аид!

– Оружие Трех Богов еще у нас.

Сет кивнул:

– Я не был их целью. Сначала – лекари. Потом – Зевс. Зачем нужен Зевс?

– Глава пантеона?

– Фигня. Всем понятно, если Зевс умрет, ты быстренько всех построишь. Пока не выберете нового главу.

Софи заметила приподнятые брови Гадеса: может, и все это понимали, но точно не он сам. Он попробовал возразить:

– Если среди убийц был Посейдон, и он хотел власти, то получил бы ее после убийства Зевса.

– Ты упускаешь важную деталь, Аид. Фенрир четко сказал, что был план ранить Зевса. Не убить. Он им нужен. Зачем?

– Кронос. Зевс знает, как его освободить. У него есть что-то вроде ключа. Один он бы не смог, нужно объединиться нам троим, сыновьям Кроноса.

– Ну, с Посейдоном проблем не было. Зевсу могут пригрозить. Предложить противоядие за ключ и инструкции.

– Зевс никогда на это не пойдет.

Недоверчивое хмыканье Сета лучше всего выражало всё, что он думал о подобной уверенности в Зевсе. Но Гадес качнул головой и пояснил:

– Зевс понимает, что Кронос будет в ярости. Он уничтожит всё. Если ты считаешь, что Зевсу плевать на мир, ему точно не плевать на себя. Из-за него Кронос в Тартаре. Так что Кронос начнет с Зевса.

– Это более весомый аргумент.

Софи поймала себя на мысли, что заслушалась разговором. Она и раньше понимала, что эти двое много тысяч лет работали в команде, видела, как они слаженно и не договариваясь отбивались на приеме Зевса. Но почему-то именно сейчас, видя, как они понимают друг друга в разговоре, в полной мере ощутила эту связь.

Нефтида не встревала, намазывая джем на гренку и внимательно слушая. Анубис полностью пришел в себя, поглядывал то на Гадеса, то на Сета и что-то жевал. Амон еще не пришел.

– Хорошо, – Сет откинулся на стуле. – Им нужен раненый Зевс. Наверняка это как-то связано с новыми свойствами яда. Что теперь, Аид?

– Зевс ищет лекарей и тех, кто может разобраться в Оружии или яде. Но боги не очень-то жаждут сюда приезжать. Я хочу, чтобы над ядом поработала Геката.

– Пф! – фыркнул Сет. – Она наверняка с убийцами.

– Может быть. А может, и нет. Но я точно знаю, что она лучше иных богов разбирается в яде. Она может сказать, что изменили.

– Танатос?

– Я нажму на него. Если нужно, через Гипноса. Танатос может что-то рассказать.

– Хель?

– Она исчезла. Наверняка в своем царстве мертвецов. Туда нам не пробраться, пока она сама не захочет. Может там хоть вечность сидеть.

– Нафиг эту сучку. Думаешь, Танатос не сможет отсидеться у нее? Если они заодно?

– У меня есть власть вызвать его.

Сет задумчиво кивнул:

– Ты думаешь…

– Да. Посейдон, Хель, наверняка Танатос и Геката.

Софи показалось, что чем дальше идет разговор, тем меньше улавливает она сама – потому что слишком хорошо понимают друг друга Гадес с Сетом. Интересно, если дать им продолжать в таком духе еще минут пятнадцать, они дойдут до того, чтобы просто читать мысли?

Но вмешался Анубис:

– Я тоже кое-кого позвал. С Хель и Танатосом сами разбирайтесь, но вот с ядом помочь может.

– Кто? – Сет прищурился.

– Увидите через час-другой.

– Надеюсь, это стоит того, чтобы я задержался и не ехал в клуб. Там дел невпроворот.

Анубис явно натянул на лицо то выражение, которое считал самым невинным. И сделал вид, что очень занят гренкой, намазывая на и без того перегруженный хлеб еще варенье.

Сет хмурился, не замечая, что и Гадес отвел глаза. Наверняка это закончилось бы допросом, но на кухне появился Амон.

Он явно был из ванной, его рыжеватые волосы вокруг лица намокли и стали совсем темными. На лице Амона блуждала улыбка, но немного грустная, как будто он всё еще оставался тем солнечным мальчишкой, но с нашедшей на диск тенью. Софи не могла не подумать: а если бы он так и остался спать, не стало бы это затмением?

Все молчали, как будто не знали, что сказать. Не были уверены, что окажется уместно. Амон уселся и проворчал:

– А кофе где? Совсем от рук отбились.

Он поднял глаза, и Софи ощутила легкое щекотание его силы, согревающее, пахнущее нагретыми досками. Она знала, что на самом деле имел в виду Амон: он всё еще глава пантеона и не собирается ломаться только от того, что проявил ту часть себя, которую явно не любил.

– Мы будем рады блинчикам, – сказал Сет. – А уж кофе тем более.

– Спасибо.

Амон явно благодарил не за желание выпить кофе. Улыбнулся:

– А ведь знаешь, сначала, когда только напали на меня, я не сказал сразу о теневых псах, потому что они могли быть твоими.

– Ты думал, я мог напасть на тебя?

– Боялся этого.

Амон внимательно смотрел на Сета, и Софи не могла понять, чего в его взгляде больше, ожидания реакции, вины? Амон явно сожалел о тех мыслях, о том, что мог их хотя бы допустить. Софи не помнила, не могла помнить, что связывает этих двоих, кроме того, что уже знала. Амон хоть на миг, но допустил, что тот, кто его защищал и единственный мог победить змея Апопа, хотел убить.

– Что ж, – сказал Сет, – из всех твоих идиотских идей, эта – точно самая дурацкая.

Амон улыбнулся:

– А как же экспедиция в Миссисипи?

– Хорошо, вторая по идиотизму. В тот раз меня еще москиты сожрали. Вот этого точно никогда не прощу!

Кухню заливало солнце, в лучах которого вились песчинки пыли, то ли самой обычной, то ли оставшейся от силы Анубиса. Порой Софи ощущала то дуновение раскаленного самума, то запах ночных цветов, склепы и шелест костей, крошащихся под туфлями.

После завтрака Сет и Гадес ушли в гостиную, Нефтида прибралась и исчезла в своей комнате. Анубис достал сигареты.

– Сет не любит, когда курят в квартире, – вздохнул Амон.

– Ты же не расскажешь? – откинувшись на стуле, Анубис задрал голову и выпустил дым в полоток. – Ну что, Сет просил приглядывать за мной?

– Ага. А Гадес – за мной?

– В точку, – Анубис вздохнул. – Когда эти двое объединяются, лучше не стоять у них на пути.

Амон проворчал и открыл чашку керамического чайника, заглядывая внутрь.

– На двоих, – констатировал он. – Анубис? Софи?

Анубис покачал головой, снова затягиваясь сигаретой, Софи подвинула свою чашку, и Амон щедро плеснул туда. Мшистый лес смешался с летним лугом.

– Почему раньше я не чувствовала твоей силы? – спросила Софи.

Амон нахмурился и налил себе чай. Отпил и пожал плечами:

– Она ярче, когда я слишком… глава пантеона.

– Когда он не отрицает темных сторон, – усмехнулся Анубис, покачиваясь на ножках стула. – Не пытается быть только милым.

– Эй, я милый!

Амон шутливо ткнул Анубиса в бок, отчего тот чуть не завалился на своем стуле, но только рассмеялся. Софи поняла, что этих двоих объединяет куда больше, чем могло показаться сначала. Они оба обладали огромной силой – но Анубис боялся, что не сможет ее контролировать, Амон же слишком не хотел распоряжаться этой силой неправильно.

– А я всегда только девочка-весна, – проворчала Софи.

– Вовсе нет! – энергично возразил Анубис. – Ты еще королева Подземного мира. Сейчас твоя сила как будто спит, но вообще-то она похожа на Гадеса. Только теплее и больше… о жизни.

Отодвинувшись от Анубиса, Амон наклонился к Софи и громким шепотом сообщил:

– Однажды ты надрала ему задницу за то, что он в Подземном мире…

– Эй, вот не надо, Амон! Ничего я там не ломал! Эта башня и без меня едва держалась.

Софи улыбнулась, но зацепилась за другую мысль:

– Ты бывал в Подземном мире?

– Конечно. Много раз, Сет и Неф часто там.

– А ты знаешь Макарию?

Анубис нахмурился и покачал головой:

– Никогда ее не видел.

– Я знаю, – неожиданно подал голос Амон. – Она похожа на Гадеса.

Софи сжала губы:

– И на ту смертную?

– Не очень. Смертная была какой-то странной… но в то время психиатрию еще не изобрели. Тогда Гадесу было непросто, он тосковал по тебе, в Подземном мире навалилась куча проблем, Сет с Неф куда-то запропастились. Когда я к нему забежал, с этой смертной уже всё закрутилось. Ну, вообще-то всё было быстро, но ей хватило. Она умерла, когда Макария была совсем юной. И Гадес забрал ее.

Софи кивнула. Она прислушивалась к своим ощущениям, пыталась понять, как она сама относилась к Макарии? Но не знала ответа. А сейчас… сейчас Софи поняла, что ее совсем это не заботит. Такие несущественные детали, хотя Гадес из-за них волновался. Но, с точки зрения Софи, Аид зачастую волновался о вещах, о которых точно не стоит.

Она бы не удивилась, если покраснела – вспоминая его прикосновения, движения, как покрывалась мурашками, ощущая его. Испугавшись, что сейчас либо Амон, либо Анубис заметят это, Софи торопливо подняла кружку с чаем.

– Я не думал, что это будет… так, – неожиданно сказал Амон. – Убийство бога.

Он глянул в сторону двери, как будто хотел вернуться в комнату, спрятаться под одеяло и снова спать. Но остался.

– Фенрир всё равно убивал, – жестко сказал Анубис. – Он мог давно что-то предпринять, а не идти на поводу. Из-за него у нас нет лекарей! Даже не к кому обратиться.

Он затушил сигарету в чашке. Его стул снова стоял на четырех ножках, а между пирсингованных бровей Анубиса залегла складка:

– Я знал, что Осирис устал от вечной жизни. Его не держали ни люди, ни боги. Так или иначе он бы всё равно скоро ушел. Я это знал, и Сет тоже.

Он говорил так, будто его это не волновало, но Софи слышала в словах Анубиса глубокую печаль. Она знала, они не были близки с Осирисом – но может, Анубис жалел, что это так. Хотя давно смирился.

– Он хотел уйти, – негромко сказал Анубис, – но не Сет. Я не могу потерять Сета! И Неф…

Его сила вновь взвихрилась, но всего на мгновение, хотя даже этого краткого мига Софи хватило, чтобы ощутить: это как заглядывание за врата смерти, Тартар, у которого она только постояла рядом. Если бы хотел, Анубис мог не моргнув глазом снести всю квартиру – если бы использовал свою мощь.

Раздался громкий звонок в дверь, который был слышен во всех частях квартиры. Вытащив из кармана мобильник, Анубис посмотрел время и покачал головой:

– Это еще не может быть она!

Тем не менее, когда они прошли в гостиную, то увидели входящего Сета и женщину за ним.

– Какого хрена? – прошипел Сет Анубису. – Вот кого ты позвал?

Анубис невозмутимо пожал плечами:

– Она умеет лечить.

– Калечить у нее выходит лучше.

– Я вас вообще-то слышу, – голос женщины оказался очень приятным, с напевными интонациями и едва уловимым акцентом. Она прошла с грацией хищника и опустилась в кресло. – Твои манеры, Сет, всё еще как у дикого зверя. Цивилизация на тебя не очень повлияла.

– Всё для тебя, – прорычал Сет.

Софи стояла в дверях, не зная, то ли ей пройти и сесть тихонько рядом с Гадесом, то ли исчезнуть, пока никто не заметил. Гадес сам к ней подошел и представил:

– Персефона. Сехмет.

Грозная богиня войны и палящего солнца. Софи помнила из мифологии, что Сехмет вроде бы дочь Ра… но ей уже успели рассказать, что это не так. А вот всё остальное правда. И теперь, смотря на женщину в длинном струящемся платье цвета крови, Софи думала, что она одна из немногих, кто выглядит именно так, как она представляла. Гибкая, опасная, с внимательным взглядом и насмешливой полуулыбкой. Пышные темные волосы, большие, густо подведенные глаза, высокие скулы.

– Я пришла, потому что Анубис попросил, – заявила Сехмет.

– Ты мне должна, – упрямо сказал Анубис.

– Да, за ту милую историю, когда ты помог заполучить мумию. Вот я здесь, и мой долг уплачен.

– Ты должна помочь. Понять больше о яде из Оружия.

– Должна? – Сехмет приподняла идеально очерченную бровь. – Я никому ничего не должна.

– Вот и прекрасно, всё выяснили, – сказал Сет. – Можешь уходить.

– Как невежливо! А если бы я помогла, ты бы тоже попользовался и выкинул? Ах да, ты же всегда так делаешь.

– Сехмет, это было много лет назад. Мы с тобой вместе – много лет назад. Всё давно занесено песком.

– Разумеется. Ты же развлекался со мной, пока твоя женушка отдавалась Осирису. А как только она вернулась, выкинул меня.

– Ты всегда была эгоистичной стервой. И видела только то, что хотела.

– А ты хотел, чтобы я хоть что-то видела?

Софи невольно вспомнила подруг, которые в школе обожали долго выяснять, кто на них как посмотрел, кто с кем встречался, а главное, по какой причине расстался. Им казалось это очень важным, а Софи искренне не понимала.

Только теперь в комнате будто вихрился раскаленный песок, слышался шелест скорпионов, а нагретые камни отдавали тепло.

– Хватит, Сехмет, – вздохнул Сет. – Ты пришла, чтобы ворошить прошлое? Можешь считать, что всё сделала.

– О, я только начала… но ты прав, к чему о прошлых обидах. Я просто не буду помогать тебе в настоящем.

– Ты поможешь, – негромко сказал Амон. И его голос разливался опасным выжигающим солнцем. Ртуть, проникающая в щели. – Ты – защитница богов. Ты – грозное око бога солнца. Мое око. Если ты не понимаешь, что это важно, я прикажу тебе.

Сехмет сжала губы, и Софи поняла, той некуда деваться. Приказ Амона обязана выполнить. Но даже в этот момент Сехмет не выглядела покорной, только необузданной в своей дикой, первозданной красоте.

Софи легко видела их вместе с Сетом. Война и воин. Они наверняка могли устроить пару песчаных бурь и даже не заметить этого. И всё-таки… Софи не могла представить, чтобы Сет обнимал ее так бережно, как Нефтиду.

Они оба слишком неистовые, и этот огонь выжигал бы между ними всю трепетность.

Словно в ответ на мысли Софи, в комнату вошла Нефтида. С непроницаемым выражением лица, только аромат ночных цветов превращался в гниль, сладковатый разлагающийся тлен.

– Что ты здесь делаешь?

– О, Неф, как давно мы не виделись! Даже чаю не предложишь?

– Я не звала тебя в свой дом.

Их взгляды скрещивались, будто клинки. Изогнутые лезвия, способные в полете разрезать изящную шелковую ткань. Обе женщины не были рады друг другу.

Поднявшись, Сет молча вышел из комнаты, и Софи подумала, он таким образом желает показать, что разговор окончен. Но потом перехватила взгляд Гадеса, полный тревоги. И когда он тоже поднялся, Софи последовала за Аидом.

В ванной лилась вода. Сет стоял, тяжело облокотившись на раковину. Софи не видела его лицо, зато капающую кровь – отлично. Красные кляксы расползались по белому фаянсу, часть их смывалась водой.

Гадес подхватил Сета и усадил прямо на пол ванной, прислонив спиной к душевой кабине. Кровь текла из носа, заливала рубашку.

– Сет? Сет! Не отключайся.

Взгляд Сета мутнел, и Гадес отрывисто сказал Софи:

– Зелье!

Маленькие бутылочки аккуратными рядами стояли в холодильнике, между молоком и сыром, который притащил Амон еще давно да так и оставил засыхать. Между такими обыденными вещами выстроились слабо мерцающие баночки. Софи видела, что их несколько десятков. Она знала, что делать зелье сложно, поэтому, когда богов-лекарей было много, они справились быстро. Но не теперь.

Взяв бутылочку, Софи захлопнула холодильник и поспешила обратно. Гадес и Анубис уже отвели Сета в комнату, он выпил зелье.

– Сет? – позвал Гадес.

– Прекрати, – огрызнулся Сет. – Всё в порядке.

Выглядел он паршиво. Бледный, с темными кругами под глазами. Его ощутимо трясло.

– Холодно, – пробормотал Сет.

Софи вспомнила, как он мерз из-за силы Осириса… и сейчас ей казалось, что только благодаря этой силе он вообще еще жив. Нефтида укутала его одеялом, и Сет не сопротивлялся. Зелью требовалось время, Амон неуверенно произнес:

– Я могу сделать теплее.

– Почему до этого не пробовал? – нахмурилась Нефтида.

– Раньше было сложно. Сейчас… могу.

Он свел ладони вместе, как будто Амону требовались ритуальные жесты, и почти мгновенно Софи ощутила, что в комнате действительно стало теплее. Гадес решительно вышел, и Софи поспешила за ним – ощущая, как вихрится его сила смерти, мрака и неотвратимости.

Сехмет стояла в гостиной, с идеально прямой спиной и испуганным выражением лица. Видимо, пока всё было только разговорами, она действительно не осознавала, что происходит.

Гадес в два шага оказался около нее и навис, позволяя мощи мертвецов окутывать их обоих. Если бы он захотел, движения брови было достаточно, чтобы кости Сехмет перетерлись в пыль прямо внутри тела.

Она невольно пригнулась, теперь уже не казавшаяся такой опасной и решительной.

– Ты поможешь, – в голосе Гадеса пульсировала смерть. – Я тебя заставлю, если потребуется.

Сехмет ответила глухо с нотками рычания, но не угрожающего, скорее, прорывалась ее истинная сущность.

– Я сделаю то, что просит Амон-Ра.

Комментарий к 24.

Аааа! По “Рукам” написали фанфик)))

Это офигительно круто!

Древний Египет, Сет, Амон и Гадес. И где же Исида.

https://ficbook.net/readfic/6460378

Если что, я не против таких вещей, очень даже “за”.

========== 25. ==========

Машины Гадес любил. Не то чтобы приходил в восторг от скорости, как Сет или Анубис, но ему нравилось быстро перемещаться, не прибегая к магическим средствам. Зачастую, когда рядом не было Персефоны, дом в мире людей оставался всего лишь местом, где размещались врата в Подземный мир. А вот салон машины и вправду оставался тем пространством, куда хотелось возвращаться.

Пока по окнам шелестел дождь, в салоне было тепло, пахло землей и костром, хотя Гадес сам не помнил, кто принес с собой этот запах.

Когда-то автомобили впервые показал Сет. Оба пришли в восторг от изобретения людей, но первые знакомства не все были удачными. Гадес помнил, как в начале двадцатого века он не справился с управлением, и вместе с Сетом вылетел с дороги, прямо в лес и деревья. Их тела тогда погибли.

Когда Гадес вернулся, уже стемнело, пахло металлом и гарью. Тело Сета еще оставалось мертвым, Гадес вытащил его и начал ждать. Это была холодная, неуютная ночь рядом с искореженными останками машины. Тогда Гадес не просто испугался, что Сет останется мертвым – это было по его вине.

Но к утру Сет вернулся, долго ругался, но только потому что ему было больно. Он никогда не винил Гадеса и даже не думал о том случае.

Гадес сосредоточился на дороге. Он не знал, почему именно сейчас об этом вспомнил, прошла уже сотня лет. Машины с тех пор стали более безопасными, а он научился куда лучше водить. Хотя всё равно опасался, когда Сет превышал скорость.

Сейчас Гадес ехал сквозь сгущающиеся сумерки – из-за дождя они наступили раньше положенного. Лондон искрился фонарями, вывесками и витринами. Гадес не обращал на них внимания.

Он ехал домой к Стиву. К Гипносу.

Зазвонил телефон, и Гадес с раздражением глянул на дисплей. Отвечать на звонки за рулем принадлежало к числу нелюбимых дел Гадеса, но это могло быть важно.

– Привет, Амон. Можешь побыстрее? Я подъезжаю к Гипносу.

– О! У тебя разве нет такой крутой штуки, как у Сета, когда можно разговаривать через наушник и без рук?

– Короче.

– Сехмет говорит, что разберется с ядом. Ну, она всегда была самоуверенной… но тут связалась с Аполлоном.

– Она его нашла? Даже Зевс не знал, где его сынок.

Амон усмехнулся:

– Там же, где обычно и Зевс, пристроился к одной юбке. На самом деле, Сехмет связалась с Артемидой, а та всегда знает, где ее брат.

– Хорошо, я понял, долгая история. К делу, Амон.

– Они пробуют сделать противоядие более простым. Выходит не очень. Но Сехмет посмотрела Оружие Трех Богов и сказала, что мы идиоты.

– Не сомневаюсь.

– Она поняла, как изменили яд наши заговорщики.

– Минуту.

Гадес притормозил перед светофором, мутным пятном выделявшимся сквозь дождь. Запустил «дворники» и кинул в трубку:

– Продолжай.

– Ничего серьезного. Все прежние свойства, но Сехмет утверждает, что тот, кто создал Оружие, может влиять на тех, в ком яд. Точнее, на яд и влиять. Короче, по желанию может в какой-то момент увеличить действие, и противоядие не очень поможет.

Гадес ощутил, как руки невольно холодеют.

– Это убьет их?

– Нет, если не будет слишком долго. Но не думаю, что наши заговорщики захотят убивать, иначе это бессмысленно. Вообще пока не понимаю, зачем это нужно.

– Хорошо, Амон, я перезвоню после встречи с Танатосом.

Из-за дождя Гадес едва не проехал нужный дом. Небольшой, на окраине города, в тихом районе, где самое страшное, что может случиться – соседская собака нагадит на твой газон. Остановив машину, Гадес торопливо прошел по дорожке, пока дождь заливал ему за шиворот. Позвонил.

Он мог и приказать, но предпочел попробовать по-хорошему.

Стив открыл и не был удивлен. Он смерил Гадеса равнодушным взглядом и посторонился. Не сказал ни слова, сразу прошел на кухню и принес в гостиную чашки и чай. Хотя пить Гадес опасался.

Он даже перчаток не снял, оставшись стоять перед низеньким столиком, где Стив раскладывал блюдечки с тонкой розовой каемкой.

– Где Молли?

– Поехала к маме, – отозвался Стив. – Я знал, что ты придешь. Но не могу позвать брата. Он не будет меня слушать.

– Это ведь он просил усыпить меня, тогда?

Стив опустил голову, уж слишком старательно наливая чай. Тогда он сказал, что не видел тех, кто его шантажировал, они скрывались в тенях. Но сейчас Гадес не сомневался, что прекрасно тот знал о Танатосе.

Если бы тогда Стив выдал брата, всё было гораздо проще. Гадес вздохнул: злости он не ощущал, верность Гипноса Танатосу в какой-то степени восхищала.

– Он не скрывался, – тихо сказал Стив. – Знал, что я его не выдам. Его сообщники действительно угрожали Молли, но Танатос сказал, ее не тронут. Я должен был всего лишь усыпить тебя. Мне пообещали, никто не умрет.

Ну конечно. Тогда хотели всего лишь ранить, чтобы собрались лекари.

– Это в прошлом, – ответил Гадес. – Если Танатос не придет к тебе, я сам его позову.

Он с самого начала знал, что этим всё и закончится. Но просто не хотел встречаться с Танатосом у Сета, в клубе или где-либо еще на территории, которая хоть сколько-то была «своей».

Так и не сев, Гадес прикрыл глаза. Он немного раскрыл пальцы, позволяя силе сочиться сквозь себя, проникать Подземному миру в человеческий. Остро запахло цветами и тленом. А потом Гадес позвал, мысленно, не размыкая губ: «Танатос».

Давным-давно у Нюкты и Эреба родилось несколько детей. Сейчас никто не знает, куда исчезли они сами, отошли от дел, возможно, уснули до конца времен. Но вот дети их активно оставались среди людей – и в Подземном мире. Они сами выбрали его, стали плотью и кровью мира фиолетовых искр. Они подчинились Гадесу.

Он обладал силой вызвать каждого из них. Подчинить себе и заставить говорить. Если Танатос не хотел рассказывать сам, Гадес его заставит. И кто бы ни стоял среди остальных заговорщиков, они либо не знали об этом свойстве, либо просчитались, упустив его из виду.

Либо забыли, что Гадес не просто бог смерти. Он – Подземный мир, он – начало и конец, врата, сквозь которые может просачиваться мрак, ключ и замок.

«Танатос!»

Он упал к ногам Гадеса. Вывалился из пространства, где бы он до этого ни находился. Тяжело дышащий, бессильно скребущий пальцами темные доски пола. Он явно сопротивлялся, но ничего не смог сделать.

Танатос вскинул голову, его глаза сверкали:

– Что тебе нужно?

– Я звал, – негромко сказал Гадес. Он знал, что в его голосе шелестит Стикс. – Ты должен приходить, когда я зову.

– Я тебе ничего не должен!

Гадес не ответил. Он только легонько шевельнул пальцами, и тело Танатоса на миг рассыпалось в пыль и снова собралось. Он завопил, громко, истошно, упал, сжимаясь. Его движения казались судорожными, ломкими.

Вскрикнув, Стив кинулся к брату, сел около него, мягко взял за плечи. Гадес стоял не шелохнувшись. Он позволил силе окутать комнату, погладить Танатоса, напоминая о себе, прозвучать в голосе скалами и пылью:

– Я – Невидимый и Неодолимый, врата и тюрьма, владыка Подземного мира, его создатель и страж. Ты подчинялся мне тысячи лет и будешь подчиняться впредь.

Танатос поднял голову, но теперь на его лице было другое выражение, восторг и радость. Он отстранился от брата и встал на колени:

– Я ждал этого! Когда ты снова вспомнишь, кто ты такой. Я клянусь тебе в верности.

Гипнос тоже встал рядом, склонив голову.

– Вы уже ослушались меня. Предали. Я придумаю для вас наказание. Но сначала то, что важнее. Танатос, приведи Хель.

Он поднял голову и нахмурился, но с колен подниматься не торопился. И Гадес позволил призрачным асфоделям распуститься на полу.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю