![](/files/books/160/oblozhka-knigi-proklyatie-chernoy-ovcy-383529.jpg)
Текст книги "Проклятие чёрной овцы"
Автор книги: Mairead Korx
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 4 страниц)
Парень расстегнул куртку, принимая трясущуюся от холода кошку, и застегнулся снова. Джулия натянула мокрую худи и поёжилась.
– Полная жесть… Нам лучше бы торопиться.
Минут через десять компания пересекла сырое, безжизненное и потускневшее от ливня поле, подходя к той самой тропинке, которая вела к садоводчеству Миддл. Джулия облегчённо вздохнула, когда увидела уже знакомый пролесок и даже свои собственные следы на дороге. Всё-таки она выбралась. И почти не опоздала.
– Пришли. – Сообщила Джулия и выбралась из-под зонта. Джейк передал ей на руки Кэрри, на прощание погладив кошку за ушком. – Спасибо ещё раз! Надеюсь, ещё увидимся.
Она подмигнула мальчикам и направилась к калитке, с облегчением отметив, что в саду никого нет, и пока что никто её не сможет отчитать при новоиспечённых знакомых. Но едва рука девушки коснулась ручки, её окликнул Джейк:
– Стой! В смысле… Подожди немного.
Эрик вопросительно уставился на друга, но, поймав его короткий взгляд, всё понял без слов. Они оба думали об одном и том же ещё с момента, как Джулия покинула их базу.
– Умеешь хранить тайны? – спросил Джейк, подойдя к калитке поближе.
– Страшные тайны, – добавил Эрик сзади. Джулия сдержала смешок.
– Умею. – Коротко ответила она, видимо, заинтересовавшись. Мальчики переглянулись между собой и как будто ментально договорились друг с другом о том, что посвятят новую знакомую в свои дела.
– Есть одна не очень старая, но достаточно жуткая история, связанная с садоводчеством, которое находится за двадцать пять миль отсюда. – Начал Эрик, тоже подходя ближе. – Мы изучали его историю всё лето. Не думаю, что ты захочешь услышать всё от начала и до конца, но суть проста: мы работаем над одним из самых страшных мест в Шотландии, о котором практически никто не знает, и наша цель – узнать, откуда ветер дует, проще говоря, почему садоводчество называют проклятым и, по возможности, постараться предотвратить последствия проклятия. Разумеется, это простой интерес, но кто знает, на что мы наткнёмся и что сможем изучить.
– Мы около недели назад остановились на том, что стоит посетить это садоводчество самим, а если быть точнее, найти его кладбище. Мы уверены, что там кроется основная разгадка того, что происходило раньше, и кто знает, произойдёт ли что-то подобное сейчас. – Продолжил Джейк. Джулия серьёзно кивнула.
– Неделю мы ездим в это место на велосипедах, но так и не можем найти кладбище. Всё на месте – жилые дома, бары, кофейни, сады и магазины. Кроме кладбища, которое там точно есть. Мы приходим по ночам, потому что жители этого садоводчества не любят незваных гостей, ну и просто во избежание лишних вопросов. Пока мы не найдём место, которое нам нужно, разгадка не продвинется ни на шаг.
– Ты с нами? – спросил Эрик. – Мы обычно никому не доверяем, и ни за что не посвятили бы постороннего человека в свои секреты, но ты нам нравишься, и мы хотим, чтобы ты стала нашим верным товарищем в этом непростом и жутком задании.
Джулии хватило нескольких секунд, чтобы понять, что она хочет принять участие в этой безумной и небезопасной затее. Она хитро улыбнулась, после чего спросила:
– Где и во сколько мне вас встретить?
– Мы заберём тебя сами около двенадцати, – сказал Джейк. – Куда выходят твои окна?
– В сад. То есть, сюда. Второй этаж.
– Отлично! Мы посветим тебе в окно лазерной указкой, жди сигнала, после чего можешь выходить. У тебя есть велосипед?
– Я возьму его из папиного гаража, – заверила Джулия. – Один момент… Куда девать Кэрри? Её нельзя оставлять… Погодите! – она придумала моментально. – У меня есть рюкзак, специально для переноски животных, её можно просто посадить туда, и она будет в безопасности.
Кэрри довольно мяукнула, оценив идею хозяйки. Мальчики переглянулись и показали два пальца «вверх».
– Встретимся. – Сказал Эрик и впустил под зонт уже насквозь промокшего Джейка. Друзья помахали вслед скрывшейся за забором Джулии и быстрым шагом отправились домой, чтобы не промокнуть совсем.
– Они неплохие ребята, – прошептала девушка на ухо кошке, оборачиваясь, чтобы проводить взглядом исчезающий в деревьях жёлтый зонт.
*(1) – Кирк-Йэтем – реально существующий шотландский посёлок.
*(2) – примерно два с половиной километра.
** – отсылка к фильму «Человек-Муравей и Оса».
*** – разговор с человеком во сне.
Глава 3.
В комнату медленно прокрался слепящий лунный луч, который сначала остановился на пушистом ковре, который всё-таки заняла кошка, потом проскользнул по гладкой поверхности рабочего стола, а после лёг в изголовье кровати Джулии. Тем же вечером она решила лечь спать в восемь часов, чтобы хоть немного компенсировать то время сна, которое планировалось потратить на более интересные дела, предварительно заведя треснувший будильник, на одиннадцать сорок пять. Кэрри поначалу спала рядом, но через пару часов перебралась на новый ковёр, решив, что так будет удобнее.
Наконец, стрелка часов передвинулась на девятку, и ненавистный будильник негромко захрипел. Накануне Джулия специально поставила его на тихий режим, чтобы не перебудить весь дом, и сейчас, как по щелчку, поднялась с кровати и, в этот раз осторожно, выключила звонок. Кэрри тоже проснулась, потянулась и запрыгнула на подушку. Джулия погладила кошку по спине и стала собираться.
Вчерашним вечером она поняла, насколько обманчива может быть погода, поэтому заранее приготовила свою серую непромокаемую куртку с капюшоном и костюм для Кэрри, который бы позволял ей оставаться сухой, если вдруг ей захочется вылезти из рюкзака. Кошка была благополучно запихнута в непромокаемую одежду, и теперь сидела на ковре в ожидании посадки в рюкзак. Джулия же, сложив все необходимые вещи, а именно – карманный фонарик, бутылку с водой и (на всякий случай) складной ножик, натянула леггинсы и залезла в заранее принесённые в комнату кроссовки. Кэрри, как по команде, послушно забралась в рюкзак, оставив снаружи только голову, и Джулия, застегнув его, осторожно приоткрыла дверь комнаты и стала ждать сигнала.
Через минуту на стену запрыгнул тонкий красный лучик, который слегка подвигался вправо-влево, после чего шмыгнул на потолок и пропал. Девушка поняла, что пора выходить.
– Нам нужен чёрный ход, – сказала она шёпотом, закрывая за собой дверь и мягко продвигаясь по своему этажу к двери, ведущей на верхнюю веранду. От веранды вниз шла полукругом узенькая деревянная лестница, по которой можно было спокойно спуститься в сад с другой стороны, если не хотелось проходить через холл. Джулия подёргала за ручку, молясь, чтобы веранда была открыта. Ей повезло. С улыбкой втянув носом свежий ночной воздух, девушка слетела по лестнице вниз и направилась к калитке.
– Минута в минуту, – раздался голос из-за забора, как только она приблизилась к двери. – Но ты забыла велик!
– Гараж с другой стороны сада, – прошипела она в ответ. – Я ещё не выхожу.
Джулия проскользнула за гараж и выкатила оттуда велосипед: она поставила его туда заранее, так как знала, что отец всегда запирал грузовик на кодовый замок, чтобы его никто не угнал. Холодными ловкими пальцами отодвинув шпингалет на двери, она вышла за пределы участка и тихонько прикрыла калитку за собой.
– Бу! – поздоровался Джейк и улыбнулся. На нём тоже была непромокаемая куртка с капюшоном, только чёрного цвета. На поясе красовалась кожаная барсетка с неаккуратным швом посередине. Левой рукой парень опирался на велосипед.
– Бу, бу… – Сказала Джулия. Кэрри одобряюще пискнула, будто тоже здороваясь с Джейком. Стоящий рядом Эрик просто помахал девочкам рукой. Он был одет в такую же одежду, как и Джейк. Единственным отличием был небольшой тканевый рюкзачок цвета баклажана за его плечами, в правую стенку которого упиралось что-то цилиндрической формы. Его велик стоял на подножке у забора.
– Итак, все в сборе! – довольно улыбнулся Эрик. – План таков: едем друг за другом, Джулия, ты в середине, Джейк, поведёшь. Как только въезжаем в садоводчество, сразу говорю, молчим, ни звука, это может стоить нам многого. В случае опасности Кэрри лучше с головой укрыть в рюкзак. И ни в коем случае не надо заходить в круглосуточные магазины, Джейк! – Укоризненно посмотрел на друга. Джулия вопросительно уставилась на парней. – Три дня назад ему приспичило купить пачку чипсов по дороге, и он зашёл в «Приму», откуда был выпнут с угрозой вызова полиции за нарушение комендантского часа, – пояснил Эрик. – Хотя, это было лишь оправдание; они просто терпеть не могут приезжих.
– Перестань мне про это напоминать, – буркнул Джейк. – Я всё прекрасно усвоил. Тем более, наши чипсы у меня с собой, проблем не возникнет… Наверное.
– У меня есть вода, – тихо сказала Джулия, смотря на Эрика. Что-то было в нём не так, и девушка пыталась понять, что именно. Столкнувшись со взглядом тёмно-серых глаз, она вдруг поняла всё, и удивлённо воскликнула: – Ты без очков?!
– Очень опрометчивый шаг надевать очки в дождливую погоду, – сказал парень. – Сегодня, благодаря Джейку, я чувствовал себя настоящим кротом, пока не нашёл вас, поэтому решил использовать линзы. – Джейк расхохотался. – Очень смешно.
Джейк фыркнул и взобрался на свой велик, после чего хорошенько дал на газ, и вскоре скрылся на еле освещённой фонарями дороге. Джулия проверила Кэрри и, убедившись, что кошка на месте, поехала следом. Процессию замкнул Эрик, внимательно оглядывающийся по сторонам. Компания тронулась в путь.
Уже целый час они ехали на велосипедах, невзирая на усталость, затёкшие ноги и на то, что становилось всё холоднее и холоднее. Через тридцать минут удалось съехать с трассы, ведущей на Кирк-Йэтем, и завернуть немного левее, на какую-то пустынную заброшенную дорожку. Ехать оставалось ровно столько же, как сказал Эрик, но долгий путь давал о себе знать, и ребята решили сделать небольшой привал недалеко от указателя.
– Как же у меня болят ноги! – пожаловалась Джулия, слезая с велосипеда и выпуская Кэрри из рюкзака. Кошка тут же довольно заюлила по траве, разминая лапки. – Вы как?
– Я намозолил ладони поверх тех мозолей, которые посадил себе вчера на этом же пути, – усмехнулся Джейк. Он поставил велик на подножку и принялся растирать руки. – А еще только половина пути…
– Не жалуйтесь, – изрёк Эрик. – Взявшись за это непростое дело, мы смирились со всеми трудностями, которые нас подстерегают или же уже подстерегли. – Он последним спрыгнул со своего велосипеда и, едва ступив на траву, сам ощутил, насколько затекли ноги. – Хотя, может быть, вы и не зря так говорите. У меня тоже всё гудит.
– Перекусим? – предложил Джейк, открывая барсетку и выуживая оттуда пачку начос. – Я жуть как проголодался.
– Только о еде и думаешь, да? – подколола парня Джулия, но взяла горсть чипсов и тут же съела. Желудок предательски сжался, получив порцию вредной еды. Внезапно, девушке в голову пришёл один вопрос, и она, прожевав, обратилась к парням: – Можно спросить?
– Ты уже спросила, – хихикнул Джейк, набивая рот очередной добавкой чипсов. – Валяй!
– Почему вы живёте в сарае, вместо того, чтобы хотя бы снимать домик в своём садоводчестве? Там же ужасная антисанитария, нехватка продуктов, холод и вообще…
– Неправда. – Прервал Джулию Эрик. – Но раз уж ты спросила, мы живём в садоводчестве Литтл, как мы уже говорили, а этот сарай – наша база, как ты уже знаешь. Нам не настолько много лет, чтобы зарабатывать самим и, тем более снимать жильё. – На вопросительный взгляд Джулии он добавил: – Нам обоим семнадцать.
– На базе мы не живём, а лишь ночуем летом, обычно только спим там, иногда приходим на целый день. – Подхватил Джейк. – Мы нашли этот сарай год назад, после чего решили устроить тут своё тайное убежище. – При слове «тайное» Джулия хмыкнула. – Нет, серьёзно, в него никто никогда не совался раньше, наверное, потому что оно стоит посреди трассы, от которой всё-таки пара миль до нашего садоводчества, а до Кирк-Йэтема вообще молчу, сколько. Соответственно, его не сильно то и заметно. Даже мы обнаружили его случайно: так же заблудились, как и ты. А последний месяц этого лета мы подумали полностью провести здесь, приходя домой только помыться и на обед. Родители не против, они знают, где мы и в каких условиях живём. Здесь – абсолютная свобода, веселье и, конечно же, тяжёлый умственный труд.
Джулия и Джейк переглянулись, посмотрели на Эрика и расхохотались. Тот презрительно фыркнул, но спустя минуту тоже рассмеялся.
– Джейк так говорит, потому что я даже летом не оставляю учёбу, как будто это какое-то бесполезное занятие, – пояснил он. – А ведь если бы я забросил на каникулы историю, географию и даже латынь, мы бы ни за что не продвинулись так далеко со своими разгадками. Сила Джейка в его интуиции, в способности мыслить сердцем и догадываться о чём-либо прежде, чем я найду это путём штудирования книг и сети. А моя роль заключается в том, чтобы использовать все знания, которые у меня есть, думать и действовать логически. Тем самым мы дополняем друг друга, и именно поэтому продвигаемся всё дальше и дальше.
– Мне кажется, что учёба никогда не бывает лишней, – согласилась Джулия. – Особенно история. Я сама её терпеть не могу, но признаю, что это один из самых полезных предметов. Так что, Джейк, не говори о том, чего не знаешь.
– Ну неужели летом устроили каникулы для того, чтобы сидеть и горбатиться над книгами? Над химией и немецким? – ответил Джейк, скептически нахмурившись. – Или ты собираешься в Германию сразу же, как мы закончим начатое расследование?
– Вообще-то да, первая неделя учёбы у меня пройдёт именно там. – Победоносно воззрился на друга Эрик. – Что ты на это скажешь? Я никогда не занимаюсь чем-либо бесцельно, ты сам это знаешь.
– Всё-всё! – воскликнул Джейк и вскочил. – Дискуссия на тему пользы, которую приносит зубрёжка, обычно растягивается надолго, – объяснил он, повернувшись к Джулии. – Ну, что, поехали?
С чипсами было покончено, с водой и припасёнными бананами – тоже, и было принято решение двигаться дальше. Кэрри послушно запрыгнула в рюкзак, который, на этот раз, надел на плечи Джейк, и ребята продолжили путь по пыльной дороге, на которой уже практически не оставалось зажжённых фонарей.
***
– Это находится здесь?
Голос Джулии задрожал, как только она увидела, что Джейк паркует свой велосипед рядом с чугунными резными воротами, на которых был выгравирован большой ворон, и висела табличка «Садоводчество Кёрс, 4». Сквозь чёрные прутья забора просачивались длинные колючие ветви каких-то кустарников, было невозможно протиснуться ни снизу, ни между ними. А сверху, по всему периметру забора, змеилась проволока, усеянная железными шипами. Кажется, жители садоводчества и вправду не хотели впускать на свою территорию посторонних, что было заметно даже по домофону, который сделали прямо на воротах, прямо на въезде, чтобы туда могли попасть только местные, имеющие ключи от домов и, соответственно, от домофона тоже.
– Мне кажется, нам тут будут не очень рады, – сделала девушка очевидный вывод. – И как мы попадём вовнутрь?
– Обычно мы перелазим через забор, но я не думаю, что ты станешь рвать на себе одежду, поэтому поищем более гуманный способ, – сказал Джейк. – Можно, в принципе, попробовать обойти территорию по периметру и зайти со стороны чёрного выхода, но придётся идти ещё минимум три мили.
– Напугал! – прошипела Джулия и, поставив велосипед на подножку, ловко перемахнула через забор. Парни от изумления раскрыли рты. – Ну, вы долго там?
Джейк и Эрик спрыгнули следом. Они уже бывали здесь, но каждый раз это место вызывало эмоции отвращения и страха, как будто тянущиеся параллельными линиями сады постепенно сжимались, словно образовывая плотную стену, желающую задушить незваных гостей. Те же чувства, по-видимому, испытала и Джулия, которая не двинулась ни на шаг с момента прыжка, лишь сжала кулаки так сильно, что ногти впились в вспотевшие ладони. Джейк подошёл к ней со спины и молча дотронулся до её плеча. Девушка вздрогнула и поёжилась.
– Здесь просто омерзительное место! – выдавила она шёпотом и тут же тихо откашлялась. – Что ж, идём. – Сделать вид, что липкий страх испарился за несколько секунд, показалось лучшей идеей.
– Ведите себя предельно тихо, – напомнил Эрик. – Кладбище должно быть за последним участком слева, но мы с Джейком почему-то не можем его найти, хотя уверены, что оно точно там находится. Буквально на днях папа ездил в лес в какой-то посёлок неподалёку, заблудился и ненароком вышел к чёрному входу Кёрса. Те ворота по случайности кто-то оставил открытыми, а из-за них всё садоводчество видно как на ладони. Папа до сих пор не может отойти от ощущения, что за ним следят, когда он проезжает мимо этих садов, а всё потому, что ему тогда показалось, будто за последним домом сначала сверкнуло что-то, а потом поднялся белый дымок, который просочился сквозь чью-то калитку и там исчез. После этого он застыл на месте, как вкопанный, а очнулся от того, что его кто-то хлестнул по ногам, по ощущениям, сказал он, как лошадиный хвост. Однако рядом никого не было, и папа настолько испугался, что побежал прочь не в лес, а по совершенно незнакомой тропинке. Так, кстати, и вышел к месту, откуда пришёл. Но не суть важно…
Встретившись с ошарашенными взглядами Джулии и Джейка, из-за спины которого виднелась жалобная мордочка Кэрри, Эрик вздохнул и ободряюще добавил:
– Нас же четверо, в конце концов. А по законам всяких паранормальных явлений, они всегда нападают на кого-то в одиночку. Так что не бойтесь, – это он уже сказал менее уверенным тоном. – Если мы, конечно, не разделимся, как в Скуби-Ду.
Садоводчество, несмотря на устрашающий вид, оказалось довольно маленьким, и расстояние от ворот до последних участков было пройдено за пару минут. Но чем дальше приходилось идти, тем труднее становилось дышать, и тем страшнее выглядели дома, в которых не горело ни одно окно. Фонарей на дороге также не было, единственный свет давал широкий лунный луч, который тянулся по всей дороге. У последних домов сильно запахло сыростью, будто где-то рядом находилось болото.
– Чувствуете? – спросила Джулия. Ей стало настолько страшно, что она вцепилась в рукав Джейка и не отпускала его. – Этот отвратный запах.
Кэрри тихо пискнула. Джейк, не отводя взгляда от дороги, осторожно застегнул рюкзак; за сеточкой блеснули напуганные кошачьи глаза. Джулия, не отпуская Джейка, осмотрелась.
– Там кресты, – сглотнув, произнесла она, показывая на тропинку за правым участком, окружённую кустарниками. – Я не вижу их, но я чувствую, я чувствую, что там смерть.
– Идём. – Твёрдо сказал Эрик и зашагал по указанному направлению. Похоже, он единственный не испугался, поэтому свернул на тропу первым. За ним, держась друг за друга и оглядываясь, пошли Джейк с Джулией. – И какой идиот сказал нам про левую сторону? Мы всё время искали не там!
– Кто же мог подумать… – Ответил Джейк, всматриваясь вдаль сквозь кусты. – Там настоящее кладбище. – Внезапно произнёс он, остановившись. – Самое настоящее кладбище. И я сильно сомневаюсь, что оно принадлежит только одному садоводчеству.
Сотни, тысячи одинаковых деревянных крестов стояли в несколько десятков рядов на огромной площади; за каждым крестом виднелось каменное надгробие, судя по всему, они также были одинаковые. Но каждое – жуткое, мёртвое, сырое, поросшее мхом и отвратительно блестящее, как будто только что выточенное и готовое принять предначертанную душу. Между могилами были узенькие тротуары из гравия, по которым, друг за другом, шли взбудораженный Эрик, потрясённая Джулия и удивлённый Джейк с Кэрри за спиной. Эрик уже достал из рюкзачка какую-то пожелтевшую бумажную карту и внимательно изучал её, при этом, не прекращая путь и будто зная, куда надо сворачивать. Наконец, он остановился у одного из надгробий и, порывшись в рюкзаке, выудил оттуда карманный фонарь. Яркий свет пробежался по всей могиле и задержался на выгравированном на кресте номере: «107».
– Это то, что нам нужно, – шёпотом сказал Эрик и выудил откуда-то старую газету. Заголовок гласил: «Предсмертные слова последнего выжившего при пожаре в 1987 году в садоводчестве Кёрс: ПРАВДА В ОВЦАХ! Эксклюзивная экскурсия в прошлое проклятого садоводчества.»
– Причём тут овцы, Эрик? – покосился на друга Джейк. – У кого-то в этом садоводчестве было сто семь овец, или почему мы пришли именно к этой могиле?
– Действительно, почему именно тут? – тихо поинтересовалась Джулия.
– Я нашёл эту газету у себя на чердаке ещё в начале лета, – просиял Эрик. – И с этого момента мне стало всё ясно, но я не знал, как можно осуществить свою задумку. – Джейк посмотрел на друга как на сумасшедшего. – Помнишь, мы с тобой забирались в овчарник ночью?
– Конечно, как такое забыть? Перебудил всех овец, еле ноги унесли.
– Я просто искал подходящую. Слышал от папы же, что в овчарнике этого садоводчества двести девять овец, но только одна из них – уникальная, чёрная с серой короной поперёк лба. Вы же знаете, что у каждой овцы свой колокольчик с уникальным звучанием, однако каждый пронумерован? На ночь их снимают, но если разбудить овцу посреди ночи, позвенев в её колокольчик, она подойдёт к тебе, чтобы ты его повесил. Той ночью мы с Джейком взломали загон. Я по очереди звенел в каждый колокольчик, но не надевал их, а вешал на место, чтобы овцы не создавали лишнего шума. И та самая чёрная с серой короной овца пришла…
– На звук сто седьмого колокольчика. – Прошептали одновременно Джейк и Джулия, зажав рты руками от страха. Эрик лишь кивнул и улыбнулся.
– Нам нужна именно эта могила. – Сказал он и направил свет фонарика на надгробие.
Элизабет Грейс Эттвуд.
1883-1983
– Эта женщина прожила сто лет! – удивился Джейк. – Поразительно.
– И, по-видимому, за эти сто лет успела натворить дел. – Добавила Джулия. – Она как-то связана с проклятием садоводчества?
– Прежние жители что-то знали об этом, но никто из них не выдал ничего, как будто им кто-то запретил. В газетах писали, что они умоляли о том, чтобы их скорее убили, чем выпытывали что-либо про паранормальные явления в их домах. Думаю, у этой женщины были какие-то способности, и что ещё хуже – она не использовала их во благо, скорее, наоборот. А похоронили её под видом обычной жительницы. Слова последнего человека – последнего человека, знающего эту историю, дали нам ключ. Скорее всего, этот человек умер после неё, и действительно оставался единственным, кто знал о проклятии, но не успел о нём никому рассказать.
Эрик достал из рюкзака какие-то странные приборы и принялся изучать надгробие. Джулия присела на корточки и спрятала лицо в коленях. Ей стало настолько плохо и жутко, что она задрожала.
– Эй, как ты? – похлопал девушку по плечу Джейк и присел рядом. – Боишься?
– Нет, наслаждаюсь, – отрезала она, но тут же смягчилась. – Извини, просто мне правда немного не по себе. И, как бы это глупо ни звучало, у меня тоже начинает появляться ощущение, что за мной наблюдают.
– Это паранойя. Вот увидишь, всё пройдёт, как только мы выберемся отсюда, сядем на наших железных коней и уедем. Ты снова окажешься в своём мирном садоводчестве, ляжешь в тёплую кровать и заснёшь, обнимая свою любимую кошку. – Из рюкзака раздалось мурлыканье. – Ну, не кисни!
Джулия слабо улыбнулась и взглянула Джейку в глаза. На кладбище было темно, но отблеск от фонаря Эрика давал достаточно света, чтобы разглядеть, каким живым и задорным голубым огоньком они горели. А Джейк, в свою очередь, ненароком заметил, что глаза Джулии тёмно-зелёные, как мокрая от дождя трава. Этот успокаивающий обмен взглядами не вызвал ни смущения, ни отторжения. Стало просто легче от осознания того, что рядом кто-то есть, и этот кто-то поддержит и успокоит, насколько сильна бы ни была паника.
– Я закончил, идём. – Сообщил голос Эрика, как из тумана. – У меня теперь есть вся необходимая информация, осталось только хорошенько проработать её дома.
– Наконец-то, – выдохнула Джулия. – Мне становится всё хуже и хуже.
До забора главного входа ребята шли как в трансе, даже не заметив, как они миновали кладбище и главную дорогу. Перепрыгнув проволоку один за другим, они так же молча взобрались на свои велосипеды.
– Мне всё ещё страшно, – поделилась Джулия уже в полный голос, когда они уже немного отъехали от садоводчества Кёрс. – Меня не покидает ощущение, что за мной кто-то наблюдает, и вряд ли я сегодня вообще засну.
– Если хочешь, можешь оставаться ночевать на нашей базе, Джейк с удовольствием уступит тебе своё гнездо, – рассмеялся Эрик.
– Да, потому что Эрик не позволит тебе смять его идеальную постель, – съязвил Джейк в ответ. – А если серьёзно, у нас есть надувной матрас и постельное в запасе.
– Спасибо, но я уж как-нибудь дома перекантуюсь, – сказала Джулия. – К тому же, сегодня мои родители ещё дома, так что не о чем волноваться. Вот завтра вечером они уедут, и мы с Кэрри точно глаз не сомкнём. Мы только что переехали в новый дом, и это даже как-то добавляет жути, потому что ещё непривычно.
– И надолго? Просто если на одну ночь, то в принципе, не смертельно.
– Две недели, улетают на море, – вздохнула девушка. – Я не смогла поехать, потому что поездка заняла бы и полторы учебные недели, что очень нежелательно, особенно в новой школе. И теперь я не знаю, как выживать одной в пустом двухэтажном доме после того, что я видела и слышала сегодня.
– Не надумывай лишнего, – посоветовал Эрик. – Мысли материальны. А вообще, ты в любой момент можешь прийти к нам, в этот раз это не будет считаться взломом. Когда ты ворвалась к нам вечером, это было неожиданно и очень неприятно, но сейчас мы будем рады видеть тебя всегда.
– Я запомню! – сказала Джулия и улыбнулась. На душе немного полегчало. Проклятое садоводчество осталось далеко позади, и теперь девушка в полной мере наслаждалась поездкой, подставляя лицо под дуновение прохладного ветра и понимая, что, несмотря на новое место жительства и непривычную обстановку, она всё-таки познакомилась с кем-то и, возможно, даже подружилась. Эти приятные мысли полностью затмили сознание Джулии и она, окончательно успокоившись, ехала вперёд, смотря на восходящее солнце. – Уже рассвет?
– Три часа семь минут, – сообщил Эрик сзади. – К пяти часам доберёмся до твоего дома, если прибавим скорость.
– Мама встаёт на работу в шесть утра, и ей лучше не знать, что меня всю ночь не было дома. Поэтому, погнали!
И за считанные секунды три велосипеда, постепенно ускоряясь, друг за другом унеслись вперёд по трассе, навстречу занимавшемуся рассвету.
***
Прошёл день с момента поездки на кладбище. В ту ночь Джулия вернулась домой без происшествий, и буквально рухнула в кровать вместе с так же изрядно утомившейся Кэрри. Утром она поймала себя на том, что хочет пойти и проведать безумных мальчишек, но тут же отбросила эти мысли до самого вечера, пока не уехали папа с мамой. Девушка провожала родителей в саду, которые уже грузили чемоданы в такси, как вдруг снова подумала о том, что было бы неплохо дойти до Джейка с Эриком и провести время с ними. Но сомнения взяли верх, и Джулия пошла готовить ужин. Так наступила ночь.
– Тяжёлый денёк выдался, да, Кэрри? – спросила она у кошки, поднимая её на руки. – Устала?
Кэрри согласно мяукнула и, спрыгнув с рук, побежала вверх по лестнице и в мгновение ока оказалась в комнате на кровати. Джулия приземлилась рядом и погасила ночник.
– Я дико устала, – прошептала она кошке на ушко, заворачиваясь в одеяло. – Но, вот и она – свободная жизнь! Сходим завтра к мальчикам?
Но Кэрри уже мирно спала, и Джулия, положив руку ей на животик, закрыла глаза и провалилась в глубокий сон.
Хлоп.
Хлопок за окном выудил Джулию из сна, и она раздражённо вздохнула, подумав про себя, что третий день подряд ливни – это уже слишком, однако встала, чтобы закрыть окно. Задвинув плотно шторы, она легла обратно в постель, как вдруг хлопок повторился. На этот раз чётче и как будто совсем рядом.
– Что за…? – спросила девушка саму себя, поворачиваясь на другой бок, лицом к окну, и застыла с недоговорённой фразой на губах. По стеклу, с внешней стороны, один за другим ползли капли. Капли крови. Одна, вторая, третья… Они капали всё чаще, потоки крови становились шире, после очередной капли на стекло упала небольшая тень. Тень от чьей-то руки.
Джулия закричала так сильно, что чуть не оглохла от собственного крика. Она соскочила с кровати и, захлёбываясь внезапно нахлынувшими слезами страха, схватила Кэрри на руки и сбежала по лестнице в холл. Натянула первые попавшиеся кроссовки и пулей вылетела из дома, одним движением заперев его на ключ. Сердце дико колотилось, пока Джулия бежала до калитки, и липкой паутиной осело ощущение, что за ней гонятся. Захлопнув калитку, девушка, что есть силы, помчалась на знакомую тропинку, защищая кошку от колючих кустарников, но раздирая в кровь свои руки и лицо. Как перебежала поле, она уже не помнила, только чувствовала, как впиваются в ладонь ключи, как дрожит напуганная Кэрри, и как сильно бьётся сердце, будто хочет выскочить из груди. Спустя минуту она уже была на трассе, на которой одиноко стоял деревянный сарай, но именно это дряхлое сооружение сейчас было для неё спасением, пристанищем, единственным местом, в котором она хотела бы находиться.
– Джейк! Эрик! Кто-нибудь! – завопила Джулия, что есть силы колотя кулаками по хлипкой двери знакомого сарая и не обращая никакого внимания на занозы, которые засаживала себе с каждым ударом. Слёзы предательски текли по разодранному лицу, отчего царапины на щеках начало сильно щипать. Кэрри жалобно заскулила.
Вскоре послышались спасительные шаги, и Джейк, спросонья не соображая ничего, отворил дверь и искренне удивился тому, как быстро Джулия её захлопнула.
– Что случилось? – пробормотал он, протирая глаза. – Тебе что-то приснилось?
Джулия прислонилась к двери спиной и залилась слезами.
Глава 4.
– Что случилось? – переспросил сонный Джейк, продолжая протирать глаза. Он не до конца очнулся от дрёмы, поэтому не соображал абсолютно ничего, и ему казалось, что он всё ещё находится в собственном сне. Между тем плачущая и дрожащая Джулия, всё ещё вжатая в дверь, виделась ему более чем реальной.
– Кровь, – тихо и запинаясь на полуслове, прошептала девушка. Она, видимо, находясь в шоке, обеими руками щупала Джейку плечи, будто боялась, что он не настоящий. Кэрри соскочила на пол и начала громко мяукать, садясь под люком – просить, чтобы её посадили наверх. – Руки… Скрюченные, морщинистые, кровавые руки с когтистыми пальцами. – Повторила Джулия. От громкого мяуканья проснулся Эрик, который сначала высунулся из люка наполовину, а потом спрыгнул целиком, тут же беря на руки кошку. – Кровь. Много крови. Я чувствую её запах даже сейчас. Меня сейчас вырвет от этого солоноватого, мерзкого запаха ржавого железа!