![](/files/books/160/oblozhka-knigi-vopreki-roditelskomu-mneniyu-378505.jpg)
Текст книги "Вопреки родительскому мнению"
Автор книги: LyVo
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 3 страниц)
LyVo
Вопреки родительскому мнению
Дисклеймер!
Данная книга основана на реальных событиях. Некоторые моменты подверглись творческому изменению. Книга не хочет никого оскорбить. Все имена изменены, а личности персонажей не расскрываются.
Надежда всей семьи,
И мамочки, и папы.
Поступил он наконец-то,
В престижнейший сарай.
Приехала родня поздравить.
И радость воцарилась!
Получит наш сынок диплом
И в жизни не пропадёт!
Но массовая эйфория
Сменяется тоскою.
Кругом лишь пожар и боль…
Пожар и боль…
Но поймёт он через время!
Ещё спасибо всем нам скажет!
За потерянное время,
На бесполезные дела.
За потерянную жизнь
Подверженную иному
мнению.
За воплощение чужой,
Родительской мечты.
И поймут все только через время.
Что каждому своё
А родительское мнение, не так уж важно.
Главное – твоё.
Глава 1
Я проснулся в девять утра от своего противного будильника, который вызывает у меня чувство страха и небольшой паники с мыслями о том, как надоело болеть и терпеть вечное першение в горле. Начал собираться в студенческую поликлинику. Мысль о поездке в другую часть города ещё больше отталкивала меня от этой идеи, ведь на улице стояла ранняя весна с ей сопутствующей дождливой погодой и грязью. Быстро собравшись и не теряя ни минуты времени, я отправился на пустой студенческий желудок к станции метро.
Зайдя в Минский метрополитен, мне, как больному человеку, бросилось в глаза отсутствие масок чуть ли не у всех людей за исключением самих работников метро, которые без устали напоминали:«Соблюдайте масочный режим, берегите себя и своих близких». Поезда долго ждать не пришлось. Я зашёл в битком забитый вагончик и стал около двери – это моё любимое место, благодаря собственно разработанной методике езды: я мог облокотиться всем корпусом на железный поручень и не бояться упасть, в то же время клацая в телефоне. Но в этот день мой гаджет не доступен в полной мере, ведь я забыл подзарядить его на ночь, и у него крайне низкий заряд батареи. Я принялся читать рекламные объявления, раздумывая над тем, насколько это целесообразно: покупать рекламу в метро. Почитав рекламу я пришёл к мнению, что это довольно-таки выгодно, так как если человек не любит проводить время за книжкой или телефоном в метро, то любопытство заставит его взглянуть на рекламу…
Выйдя на нужной станции, я направился к поликлинике быстрым шагом, чтобы прийти чуть заранее и занять очередь. Зайдя в поликлинику, мне быстренько измерили температуру, которая оказалась тридцать семь и семь, после чего я взял карточку с талончиком и отправился к терапевту. Придя к нужному кабинету, я занял очередь и должен зайти третьим.
Наступила моя очередь заходить на приём:
– Можно заходить? – слегка приоткрыв дверь спросил я.
– Заходи и поживее, у нас обед через десять минут! – резко ответила медсестра, сидевшая напротив доктора.
– Что беспокоит тебя? – начала выполнять свою работу женщина-терапевт.
– Горло першит уже на протяжении трёх дней и насморк, также температура тела до тридцати восьми поднимается! – незамедлительно ответил я приготовленный ответ на этот вопрос ещё на коридоре.
После тётенька посмотрела мое злосчастное горло, послушала мое дыхание и усадила на кушетку. По окончании пары минут ожидания и рассматривания врачебных рекомендаций, развешанных по всей стене я поинтересовался. – А почему вы маску на подбородке носите, а не натягиваете на нос?
– Потому что мне так не комфортно! – фыркнула женщина в халате и тут же продолжила. – Я в отличие от тебя – бездельника, работаю и устаю носить маску каждый божий день!
Я захотел возразить, что маска для доктора обязательный атрибут в наше время, но в кабинет без стука зашёл парень с огромными снимками грудной клетки в руках и смешной сумочкой на плече.
Присмотревшись на парня, я сразу же узнал его – это Ванёк, мой сосед по блоку в общежитии: слегка полноватый, среднего роста и аккуратно уложенной причёской, которую он наводил каждое утро. Ваня относится к таким людям, которые равнодушны ко всему, что не касается их и в то же время весьма переживают по любой причине, что касается его самого.
Положив снимки на стол доктора, вторая попросила подождать на коридоре. Я попытался привлечь внимание своего соседа, но он как будто не хотел обращать внимания, кто сидит на приеме. После разгневанная моим вопросом женщина продолжила:
– У этого мальчика точно коронавирус, сомнений быть не может, я конечно пошлю его сдать тест, но и так тут понятно всё, а что касается тебя, я тебе напишу справку, освобождающую от занятий на три дня, за это время подлечишь своё горло! – быстро и с предвзятостью проговорила она.
– Хорошо, но я живу с этим мальчиком в блоке, может целесообразно меня тоже отправить на тест? – слегка испугавшись спросил я и ожидал худшей реакции за вторую наглость в течение трёх минут.
– Нет, я знаю своё дело, у тебя просто ангина. Возьми свою справку и освободи кабинет для следующего пациента. – стиснув зубы сказала она, показывая всю любовь к своей работе.
Я быстренько вышел из кабинета, запихнул в рюкзак справочку, освобождающую меня от занятий, и направился на поиски моего соседа, чтобы вместе поехать в общежитие. Дойдя до лестничной площадки в три шага, я спустился на первый этаж молниеносно, оглянулся – его здесь не было. Подумав о поездке обратно одному, я вышел на улицу, застегнул своё пальтишко и, не успев до конца поднять голову, я увидел недавний субъект поисков.
– Ванёк! – коротко и громко крикнул я. Но реакции не последовало, после чего я предпринял вторую попытку. – Ваня-я-я! – ещё громче и протяженнее крикнул я.
Мой друг не спеша обернулся с лицом, как будто хотел побыть один и я тут не кстати, но тут же сказал:
– Ого, нифига себе, а ты тут что забыл?
– Ходил на приём, в тот же кабинет, что и ты, – ответил я и тут же и продолжил разговор, – ты меня не заметил? Я сидел на кушетке, когда ты заносил свои снимки к доктору и даже пытался привлечь твоё внимание!
– Не , я не помню, чтобы даже кого-то видел тогда в кабинете, сходишь со мной мне надо быстренько сдать ПЦР тест?
– Конечно, ты не знаешь долго это или нет?
– Вообще без понятия, подожди меня здесь, надеюсь скоро вернусь, в падлу торчать в больнице долго.
– Жду, – ответил я, – по твоему приходу кое-что интересное расскажу.
Лицо Ванька дало мне понять, что мне вряд ли удастся удивить его и он зашёл в какую-то дверь.
В минуты ожидания я размышлял, как бы рассказать историю так, чтобы не получить однословный ответ, что ему это не интересно. Я пинал камень лежавший рядом с тротуаром. Неподалёку стояла милицейская машина, в которой два офицера делали что-то своё. После недолгого ожидания мне пришла идея написать своей девушке о моей болезни, из-за которой мы не сможем видеться несколько дней. Ещё спустя десять минут вышел мой друг и я сразу же спросил:
– Ну, что? Больно или неприятно может? Мне рассказывали эта процедура не самая приятная.
– Да не, вообще нормально, ничего не почувствовал, – как оказалось позже для меня – это вообще не нормально, а ужасно противно, – чё ты рассказать хотел?
– Серегу отчислили из Универа.
– Пф, вообще пофиг на него! – эмоционально сказал Ваня.
– Тебя даже не интересует почему его отчислили? – слегка возмущённо спросил я.
– Нет, я его едва знаю, пару раз к нам приходил, это вы с ним вроде как хорошо общаетесь, а мне вообще нету дело до него!
– Как и до всех остальных. – слегка расстроенный сказал я.
– Возможно. – холодно сказал он на этом закрыв тему.
До самого общежития мы мало разговаривали, слегка обговорив нынешний рынок электротехники и, чёрт побери, какие же дорогие видеокарты сейчас на компьютеры. Слегка затронули тему того, что я хочу уйти из университета, на что мой собеседник ответил привычной реакцией, что ему по барабану, ведь это его не касается.
По прибытии в свое временное место жительства, я пообщался со своим ангелочком, про которого, к слову, вы узнаете позже много чего. Поиграл в уже легендарную серию игр – Ведьмак, а потом решил приготовить макароны с тушеной говядиной к приходу моего соседа, по совместительству лучшего друга, с занятий.
Выйдя на общую кухню, на которой готовили только студенты из Африки, я поставил кастрюлю на свободную конфорку и начал кипятить воду, наблюдая, как готовят люди из зарубежья. Сам я с ними никогда не общался, но они ко всем были такие дружелюбные и отзывчивые, вечно ходили с наушниками и одевались в крутую одежду. Готовили они вдвоём на одной огромной сковороде, которая вмещала, наверное, больше еды чем моя средняя кастрюля, они использовали много разных ингредиентов, все перемешивали и казалось, должно получиться несъедобная несуразица, но выглядело все аппетитно. На момент кипения воды, я закинул в кастрюлю макароны, сделал огонь на плите чуть меньше и услышал громкие шаги по коридору. Сомнений не было – это мой сосед, Матвей, идёт в берцах, я вышел встретить его.
– Ты уже знаешь? – не успев поздороваться со мной спросил сосед.
–Если ты про отчисление Сергея, то знаю, – монотонно ответил я, – грустно это конечно, ты причину знаешь до конца?
– Ну так, не совсем, я ещё сам с Серёгой не общался, он на время уехал в свой город серьезно поговорить с родителями. Пошли в комнате пообщаемся на эту тему.
– Интересно, чем он теперь заниматься будет? Его в армию не заберут? – спросил я, только что осознав угрозу обязательного воинского призыва мужчин, достигших восемнадцати лет.
– Не знаю я ничего пока что, ты сам лучше расскажи, почему на занятиях не был сегодня?
– Приболел я чутка, в поликлинику поехал до того как ты проснулся, часов в девять утра приблизительно, пару часов пробыл там. Ванька встретил, который уже вторую неделю болеет, а дальше по обычному… От телефона к компьютеру и наоборот.
– Садился бы учиться уже, сессия всё ближе, экзамены сдавать надо же как-то. Я к примеру до шести утра решал задачи по механике, буду их продавать наверное, их никто кроме меня решать не умеет в группе, хоть какую-то выгоду буду иметь с этого всего, – гордо проговаривал сосед, – тебе надо кстати задачи? Тебе, как соседу, скидку сделаю большую.
– Да, наверное надо бы, допускаться к экзамену надо же как-то, а как сдавать его, я вообще не понимаю и не знаю.
– Для начала начни хотя бы хоть что-нибудь делать, а не сидеть днями напролёт в играх и телефоне! – возмутился Матюха, который все время твердил, что не любит что-то не понимать и если он что-то не понимает, то обязательно захочет разобраться в этом.
– Да я не такой как ты, я не люблю делать, то что мне не нравится, я уже восьмой месяц страдаю в этом Университете, а это вообще не мое! Не моё решать задачи по механике и физике, не моё делать и понимать химию, которую я ненавижу всем сердцем! Понимаешь?! Не моё это всё! Я больше человек гуманитарный, а ещё я ненавижу ходить на пары, почему нельзя работать и учиться заочно, я не понимаю! – выплеснул я энергию и злость, накопившуюся за последнее время.
– Макароны переваришь, – тактично перевёл тему отличник и трудяга, – я пойду пока позвоню Серёге, наложи мне макарон тоже пожалуйста. Позже поговорим на эту тему.
– Перекусив макаронами, я лежал и думал о своём туманном будущем, что у меня всё валится из рук и я уже как полгода не иду к прямым своим целями, которых хочу достичь. А вместо этого всего делаю вещи, которые хотят мои родители. Меня убивала изнутри мысль о жизни, которую я не хочу иметь, которую создаю не я собственными действиями.
Громкий стук, такой, как будто дверь ударилась об стену со всей силы. Со стуком пришёл сильный смех и возмущения. Я сразу же подорвался с кровати и побежал к источнику звука, которым являлись Влад и Лёша – хорошие друзья, которые жили в комнате, зачастую конфликтовали по пустякам, но сомнений в их дружбе у меня никогда не было, единственное, Владик очень сильно утомлял Алексея своими глупыми действиями и разговорами.
– Ванёк, это жесть! – прокричал Лёха – у этого маразматика нереально защитить ни одну задачу по механике, он просто сидит и улыбается, когда ставит меня в тупиковую задачу!
Владик в этом время улыбался, очевидно было: Владик смог защитить задачу в отличие от разгневанного друга.
– Да нормально, можно у него защитить задачу, просто больше учить надо, – ехидно сказал Владислав, – больше учить.
– Что ты лыбишься?! Он тебе задал два вопроса самых лёгких, а мне семь! – прокричал Лёха.
В это время я смеялся и обратил внимание на Ваню: ему как было все равно, так и осталось.
– А ещё преподаватель по черчению, он же вообще не обращает внимания на мои просьбы о помощи! Я подхожу прошу помощи, а в ответ: «Иди сам разбирайся». А тебе он сам начертил, чего не хватало! Это неадекватно, меня это предвзятость задолбала уже!
– Ну не плачь, Лёшенька, – не очень смешно пошутил Владик, – потом всё сдашь.
– Да закрой ты свой рот! Ванёк, ты чего молчишь?
– Да мне всё равно. – мягко и правдиво проговорил Ванька.
– Иди ты в жопу! Если я больше тебя учусь – это не повод закрывать мне рот словесно. – смутившись сказал Владик, занимаясь разборкой рюкзака.
– Я тебе его сейчас физически закрою! – сказал Лёха держа в голове, что Владик кандидат в мастера спорта по борьбе.
– Да?!
– Да!
«Снова сейчас подерутся!», – смеясь проговорил я у себя в голове. Ваньку всё также было пофиг и он уже не отрывал своего взгляда от ноутбука.
Лёша набросился первым и молниеносно схватил Владика за шею. Ребята упали на кровать Владика. Лёша оказался на своём оппоненте. Но Владик, будучи более опытным в борьбе, аккуратно и не спеша убрал руку инициатора драки со своей шеи, взялся за неё удобнее и начал ее выкручивать. Второй, попытавшись предварить болевой приём на его руке, навалился всей массой тела на Владика. Но опытный борец не растерялся и обхватил шею противника. Схватка на этом закончилась, инициатору драки пришлось сдаться. Ваньку всё также было всё равно, а мне всё также смешно.
Пришёл Матвей и все жильцы блока, за исключением одного парня, который почти не появлялся в блоке, в прочем, как и на занятиях, собрались в одной комнате.
– Опять подрались? – спросил Матюха.
Но никто не ответил, по красным лицам борцов от физической нагрузки и моему красному лицу от смеха было всё понятно и так.
– В общем, – продолжил сосед по комнате, – я поговорил с Серёгой, его отчислили за подпаленный ацетон в своём блоке. Они с парнями разлили ацетон на пол и решили зажигалкой чиркнуть. Один из находящихся в блоке всё это снял и выложил в инстаграм. Но самое интересное, было это два месяца назад, а кто-то из засветившихся на видео кого-то то ли оскорбил, то ли ударил. В общем какого-то обидел или что-то похожее, никто не знает. И обиженный показал видео коменданту. Вот их и решили отчислить за такое опасное действие. Ацетон, видно на видео, они потушили мгновенно можно сказать.
В помещении воцарила тишина, никто не хотел комментировать это. И тут все услышали:
– Вот дебилы! Вообще наплевать.
– Ты можешь своё равнодушие оставлять при себе, это неправильно так резко высказываться! – начал возмущаться Матвей, подходя к Ваньку.
Но Ванек свёл зарождавшийся конфликт к нулю своим молчанием. И после Матюха продолжил.
– Сергей вернётся через неделю на пару дней за своими вещами и забрать документы – я вот что предлагаю: можно проводить его как-нибудь по-дружески, сходить куда-нибудь или просто собраться выпить. Что думаете по этому поводу?
– Ближе к его приезду и решим, – сказал я и пошёл в свою комнату дальше играть в компьютерные игры.
Только я сел за компьютер, как ко мне подошёл Матвей и начал разговор.
– Ты собираешься делать что-нибудь по учёбе?
– Не знаю, у меня всё больше и больше мыслей отчислиться из этого университета, с начала учебного года я понимаю, что нахожусь не в том месте и занимаюсь не своими делами. – с ноткой грусти ответил я.
– А что надо тебе?
– Я не знаю, нету такого сейчас, что может меня заинтересовать сильно и надолго, на всю жизнь, как тебя химия к примеру.
– Я просто вот что тебе сказать хочу: если ты хочешь оставаться в этом высшем заведении дальше, то тебе надо обязательно подучить механику.
– Я понимаю, но мне это вовсе неинтересно. Лёха вон рассказывает, что сдать задачу почти нереально, а он учил и разбирается.
– В общем, я тебя предупредил, ты хотя бы попробуй поучиться, – закрыл тему сосед, – я пойду задачи решать, у меня целых три варианта разных заказали.
– Окей, я попробую поучить. – не веря в самого себя сказал я.
Ближе к ночи мы начали веселиться в блоке. Шутить друг над другом и беситься. Время шло очень быстро. Я, Матвей, Лёша прикалывались над Владиком, а он делал вид, что ему всё равно изредка закрывая нам рты и бросая угрозы. После все начали шутить над мной. Мне уже не было так смешно, как раньше.
Мы не заметили, как быстро прошло время и наступило время в которое шуметь нельзя. К нам постучались в дверь. Я подошёл к двери и спросил:
– Кто?
– Опер-отряд, – ответили мне из-за двери, – открывайте.
Я открыл дверь, в блок зашли трое парней в бейджиками на груди, символизирующие их активную позицию в защите общежития, а вернее гноблении обычных жильцов.
– Чего шумите? Вы время видели?! – предвзято и противно заговорил один из троицы.
– Не заметили как время ночное наступило, бывает такое, – ответил Лёша, – больше так не будем.
– Может на вас акт составить? – ответил Лёше тот же опер.
– За шум вы можете составить акт после второго захода только, сейчас у нас предупреждение. – подметил Матвей.
– Мы сейчас найдём на что составить акт!
– Что ты найдёшь? Уходите отсюда, вы мне мешаете готовиться к парам завтрашним! – неожиданно для всех влез Владик.
– А ты идём сюда, – подозвал опер Владика, – видишь? Рядом с плинтусом пятно грязи?
– Да, вижу. Сейчас весна. Кругом грязь и слякоть. – уверенно, смотря своему оппоненту глаза ответил Владик.
– Ну вы это не убрали, значит нужно акт составлять за антисанитарию!
– Какую ещё антисанитарию? У нас всё хорошо в блоке, за одно пятнышко ты нам только выписывать акт выписывать собрался? А ты не офигел?! – вышел из себя Владик, крича на опера.
– Тебе дали крупицу власти, а ты ведёшь себя уже как мразь. Все жильцы общежития смеются и ненавидят вас за маразм, созданный именно вами! Вы же ведёте себя как нелюди, оторванные от общества! – вырвалось у меня. – Я не представляю себе, как вы дружите, выручаете кого-то. Ой, ладно, лучше помолчу…
После недолгого молчания, один из молчащих до этого, сказал ещё более противным голосом, как будто старался специально:
– Ты сейчас берёшь в эту тряпочку, – указывал Владику на лежащую тряпочку в ванной, – и тщательно убираешь всё тут. Ты меня понял?
– Нет, не понял! Сейчас ночь и мне надо доделать уроки и спать! – снова закричал Владик.
– Ладно, мы завтра лучше зайдём, пойдём парни, – заговорил третий и самый здравомыслящий, – спокойной ночи.
Опер-отряд вышел из блока и я сказал:
– Как же мне надоели эти придурки!
– Меня особенно выбесило про тряпочку, он так это сказал… – скорчив лицо сказал Матвей.
– Да это все выбесило.
Веселья больше не было. Все разбрелись по своим кроватям и гаджетам.
В течение следующих двух дней я полностью был погружён в компьютер, ведь мне предоставилось освобождение от занятий, которое я решил использовать максимально по своим интересам. Мысли об учебе посещали меня, но быстро улетучивались, когда я всё глубже и глубже погружался в сюжет игры. Но мой больничный заканчивался, пообщавшись с парнями, я лёг спать пораньше.
Первая пара по истории пролетела незаметно. Второй было черчение. Так вышло, что я попал на аттестационную неделю, преподаватели выставляют отметки и если у меня будет больше чем две отрицательные отметки, то меня вызовут в деканат. Черчение у меня вёл низкий и толстый мужчина, который очень любил девочек и помогал им, но в то же время, не очень любил мальчиков и мог очень жестоко шутить над ними, особенно про армию. Иногда, среди парней мы называли его «Пузырь». Я принёс своему преподавателю подготовленные эскизы. Он посмотрел на них, три подписал, что означало правильность работы и следовательно сдачу, а один отдал мне и ничего не сказал по этому поводу. Я не успел спросить, что не так я сделал, как он сказал на всю аудиторию:
– Вы же помните, ребята, что все подписанные эскизы – положительная отметка на аттестации, если хоть один не подписан – отрицательная.
– Да, помним! – подтвердило несколько человек.
– Вот этот нехороший студент получит о-о-очень плохую отметку, – улыбаясь и сдерживая смех проговаривал Пузырь, – верите мне?
– Конечно верим! – проговорила девочка за первой партой, которая безумно бесила всю группу и в то же время являлась старостой.
– За что? – спросил я.
– А просто так, – хихикая сказал взрослый мужик, – всё давай, иди.
– Так за что? Скажите, что не так в этом эскизе, я исправлю за пару. – повысив голос возмутился я.
– Я же говорю, просто так, всё иди, а то ещё сверху чертёж дам!
Подавленным и расстроенным я уселся на своё рабочее место. Поводил карандашом по листу бумаги и начал просто наблюдать за происходящим в аудитории. Кто-то в спешке дочерчивал свои эскизы, девочки заигрывали с противным Пузырём, который охотно помогал им и ставил положительные отметки. Подошёл ещё один парень, с которым я отлично общаюсь – Витя. На этот раз преподаватель вообще решил не смотреть на эскизы и просто сказал «иди». Витька парень низенький и худенький, который мог начать переживать по любому поводу и редко высказывал своё возмущение в лицо. Он мне всегда нравился, можно сказать тянул к себе. И после холодного приёма преподавателя он просто пошёл и сел на своё место.
К концу пары компетентный преподаватель начал зачитывать отметки, которые поставил нам на этой аттестации. Я, как и ожидал, был не аттестован, а со мной ещё треть группы, после пары не аттестованные высказали своё возмущение друг другу, поделились своей злостью и недовольством с другими. Это ни к чему конечно же не привело, наша злость была уже бессмысленна, у нас стояли плохие отметки, и оставалось только стараться не получить ещё две не аттестации.
Следующей парой была злосчастная и такая не любимая для меня механика. На паре присутствовали абсолютно все. В аудиторию зашёл наш преподаватель: невысокий дедуля лет восьмидесяти, с едва видными волосами на голове и ужасной улыбкой, посмотрев на которую становилось не по себе. Он сразу же начал рубить с топора.
– Все, кто пропустил мои занятия – должники! Если пропустили лекцию – её надо отработать, пропустили практическое занятие – я вам даю дополнительную задачу и её надо защитить! – хрипло и улыбаясь проговорил дед.
«Офигеть, – подумал я, – и как мне теперь отработать пропущенную лекцию и практическое занятие, пока я болел? Не мог же я во время всемирного карантина пойти с температурой на занятия!» В это время Геннадий, а именно так звали принципиального дедулю, начал писать новую тему и задачу на доске. Писал он также противно ,как и улыбался. С поднятым высоко от других четырёх пальцев мизинцем, как будто хотел показать своё эстетское происхождение или маразм.
Разобрав задачу и ответив на все вопросы Матвея, Геннадий начал вызывать к доске по одному студенту, первый студент отказался выходить, за что получил единицу. Второй вызванный студент также отказался выходить, итог остался прежним. И только третий студент решил выйти постараться что-нибудь решить, но ничего не смог выстрадать правильного и также получил единицу. Так вызвали ещё человека три-четыре и все бы дальше получали единицы, но вдруг вызвался Матвей к доске. Решив задачу и ответив на дополнительные вопросы, Матюха сел на своё учебное место. После недолгих раздумий лектор поставил ему семь из десяти возможных баллов. Сказать, что он расстроился – ничего не сказать.
Выйдя из аудитории, мы дружно начали обсуждать это механическо-моральное побоище. Все пребывали в большом шоке, ведь аттестацию получили только двое студентов из всей группы, а остальные получили единицы с учетом прошлых пар. Также, что вызвало лично у меня огромное удивление, так это разданные задачи, которые мы приносили к прошлым парам и мои две задачи, купленные у Матвея оказались решены не верно.
По приходу в общежитие, я сказал Матвею про изъяны в решении задач, а он заверил меня, что к следующей паре все перерешает и постарается сделать всё в лучшем виде. Также сказал про большую скидку при заказе ещё одной задачи. Для допуска к экзамену, к слову, надо было сдать шесть задач. А по сколько я ещё пропустил две пары, то для меня семь задач и отработать лекцию. Сдача всего этого для меня выглядела нереальным препятствием.
Сразу же после разговора с Матвеем, я написал своей девушке и назначил ей встречу. До момента выхода на улицу я занимался чем угодно, кроме учёбы: посмотрел несколько видео, почитал новости, чутка поиграл в компьютер и даже успел убраться в комнате, а происходило это редко.
Наступило время выходить. Я надел своё пальто и быстренько побежал к лифтам. Приехал первый лифт – он оказался полным. Второй также оказался полным. Третий и четвёртый вовсе не работали и мне пришлось спускаться пешком с одиннадцатого этажа. Быстро преодолев все ступеньки и лестничные проходы, я выбежал на улицу. Там меня уже ждал мой Котик, а это означало ни что иное, как мое опоздание.
Котик – это Карина, я люблю ее так называть потому что она такая мягкая и нежная. Карину я видел всегда «гением чистой красоты»: с красивыми голубыми глазами, прямыми волосами, идеально красивым и аккуратным носиком, а ещё у моего котика очень красивые губки не понятной мне формы.
– Ты опять опоздал! – без приветствия и делая меня виноватым сказала Карина.
– И что? – улыбаясь и переводя в шутку, сказал я и полез обниматься.
– А вот ничего! – ущипнула меня Карина так, что я чуть не подпрыгнул. Ей это принесло искренний смех. – Куда пойдём?
– Не знаю, пошли вдоль речки пока что погуляем.
Карина рассказывала про свою учебу за неделю, которую не видела меня, про взаимоотношения со своими подружками и про то, какие у неё хорошие отметки и в то же время сложные экзамены будут. Я рассказал про забавную стычку Владика и Лёхи. Хотелось мне ещё рассказать о своём намерении уйти из университета, хоть Карина и знает о нем, но в то же время воспринимает как в шутку. Но для меня это уже не шутки.
– Пойдём покушаем куда-нибудь, – сказал я, указывая рукой, что нам надо свернуть, – я не кушал ничего с самого утра.
– Ты можешь нормально есть? Ты поэтому такой и худой, потому что вечно пропускаешь приемы пищи!
– На себя посмотри. – в шутку сказал я подчеркнув ее стройную фигуру.
– Ай, всё, отстань! – надув щеки отвернулся мой котик.
– Ну не обижайся, пожалуйста, – приобняв ее сзади, начал извиняться я, – я же тебя очень сильно люблю!
– Ага, а ещё обижаешь меня. – мило сказал Котик.
– Я же просто шучу, я никогда не хочу тебя обижать, не обижайся.
– Ла-а-адно, пошли быстрее, а то я замерзать начала. Но больше так не шутить!
– Хорошо, – зная о будущих шутках сказал я, – больше не буду.
По прибытию в забегаловку, мы заказали самое практичное: дёшево, но как можно сытнее. Кушая и разговаривая о грядущем лете я сказал.
– Я хочу отчислиться.
– Что ты сказал?! – слегка прокричала Карина и начала сверлить меня взглядом. – Зачем?
– Я не хочу учиться в этом месте, меня постоянно терзает изнутри мысль о том, что я занимаюсь не тем делом, трачу своё время впустую.
– Нет, нельзя, – коротко и не совсем ясно проговорила она, – я запрещаю забирать документы из университета.
– В смысле запрещаешь? Это моё дело, где учиться и что делать! – повысив голос сказал я.
– Зачем ты тогда поступил в это место?
– За меня родители можно сказать решили, я вообще бессилен был тогда, мне сказали и все.
– Может потерпишь? Просто, понимаешь, тебя в армию заберут, если ты заберёшь документы. – с ноткой грусти начала говорить Карина. – Я этого очень сильно не хочу и боюсь.
– Я понимаю это всё и сам не хочу идти в армию, но я каждый день страдаю находясь в этом универе, ты понимаешь?
– Я прекрасно понимаю тебя, но нужно потерпеть чуть-чуть, потом будет проще скорее всего, а если тебя заберут в армию, я тоже буду страдать без тебя. – хлюпая проговорил мой Котик. – Не надо отчисляться, пожалуйста.
– Хорошо, я постараюсь поучиться, но ничего не обещаю, – сказал я от невозможности терпения слёз Карины.
После мы ещё посидели часик, обсуждая различные темы, но больше не возвращались к теме отчисления в тот вечер.
Зайдя в своё убранное место жительство, я сразу же лёг в кроватку и начал думать о своём эгоизме. Своим отчислением, я удовлетворю только себя, мама будет плакать, Карина будет плакать, близкие расстроятся.
Раздался телефонный звонок и я поднял трубку. Это была Мама.
– Привет, сыночек, как у тебя дела? – спросила мама.
– Всё хорошо. – без эмоций ответил я.
– Как дела на учебе?
– Хорошо всё, мама. – соврал я, так как правду сказать не хватало смелости, про отчисление и подавно речи не шло.
– Приедешь на большие выходные? По папиной линии я слышала вся родня собирается.
– Да, скорее всего. Ещё не могу точно сказать.
– Ну и славно, скоро спать ложиться будешь?
– Уже лёг.
– Всё, хорошо, не буду мешать. Спокойной ночи, люблю и целую.
– Доброй ночи, мама.
На большие выходные я всё же уехал из-за приезда папы, а в последнее время мы мало общаемся вживую.
После длительной поездки в поезде, я передал маме сумку и сразу же сел на автобус до деревни, где уже находился мой папа.
Проезжая дорогу, по которой я чуть не каждые выходные и каникулы ездил к бабушке, я словил сильные ностальгические чувства по детству. Вспоминались большие выходные, которые я всегда проводил с семьей у бабушек.
По приезду в деревню я зашёл к бабушке по маминой линии. Бабушка Нина сразу же пригласила меня за стол и заговорила::
– Ну рассказывай.
– Что рассказывать? – неловко спросил я.
– Как учёба? Расскажи хоть что-нибудь. – начала упрашивать меня бабуля.
Я после недлительной паузы, казавшейся вечной ответил:
– Всё хорошо, – промямлил я с носом в тарелке, – а что такое?
– Мы все пережимаем. Сейчас без образования никуда. Учись главное, внучок, учись.
После недолгого вождения вилкой по еде я снова соврал:
– Да всё хорошо, не переживай.
Мы ещё немного поговорили. Я собрался и пошёл к второй бабушке, живущей через маленькое поле.
Я ловко перепрыгивая лужи и грязь перебрался на другую сторону. Поздоровался с пожилыми женщинами, которые разговаривали сидя на лавочках. Услышал от них восторженные возгласы: «Какой красивый и высокий! Небось все девки за тобой бегают!» Я просто улыбнул, зашёл за угол, обошёл несколько машин.