Текст книги "Неразлучны (СИ)"
Автор книги: Luna Frid
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 11 страниц)
Дыхание льда – ответвление дыхания воды.
Ката первая, колотый лёд: мечник вынимает клинок из ножен на высокой скорости, но в последствии удара переворачивает катану тупой стороной вниз, делая удар об землю, позволяя появится своеобразной ледяной звезде, которая взрывается, пока использующий технику наносит прямой удар или вверх, заявляя тело врага заледенеть и взорваться.
Ката вторая, ледяная гладь: мечник проводит своеобразное круговое движение катаной вокруг собственной оси, делая это под специальным углом. Рассчитана на большое количество противников. Сразу за катаной идет свет, а после показывается словно зеркало.
Ката третья, град: на высокой скорости атакующий наносит множество быстрых, но не особо длинных ударов, размельчая противников в щепки. После использования можно заметить ледяные искры.
Ката четвертая, порыв вьюги: позволяет атаковать с любого обзора, кроме как напрямую, так как при ударе использует поворот для увеличения силы и скорости атаки. Катана несёт за собой кучу снежинок с холодными порывами ветра.
Ката пятая, лавина: массовая атака, заставляющая мечника идти вперёд, с поднятой вверх катаной, (в это время за обладателем несётся лавина, словно волна) в зависимости от местности и пришествия удара может иметь разную площадь атаки и урон. Отличная когда не нужно прикрыть спину.
Ката шестая, падающий снег: атака проводится в прыжке или воздухе. Напоминает вторую кату водного стиля, но имеет свою изюминку, в нужный момент сменить траекторию атаки, на практически любую сторону света. Так же хороша, если нужно сменить на одну из кат выше, кроме первой.
Способности:
Ледяная поступь: позволяет примораживать ноги к земле, чтобы не потерять контроль над телом, в момент сильного удара.
Метель: техника скрытия, полностью сбивающая, как и запах, так и присутствие. Минус один слишком заметно летом. Можно использовать также как и массовую заморозку.
Ледяное зеркало: создаются большие панорамные стекла изо льда, и если требуется, с их помощью можно одурачить соперника, создавая ложные иллюзии и создавать из них мелкие атаки.
Кукла: твой или чей-то двойник изо льда.
Ледяное дыхание: с помощью дыхания ты можешь заморозить предметы.
Облик ёкая: позволяет высвободить всю силу, соответственно усилив как физ., так и маг., часть. Примерное время нахождения полтора часа. Имеет сильные последствия на тело, так как сильно напрягает его, а так же замораживает душу и сердце.
Полный ноль: можно использовать только в режиме. Прикладывая руку к врагу ты замораживает его, а тело подо льдом начинает разлагаться. Эта техника приводит к смерти даже демонов.
Огненный лёд: техника выработанная гг бессознательно ещё в детстве, когда она вместе с Танджиро наблюдала за танцем его отца. Позволяет создавать лёд высокой температуры, а также управлять паром.
====== Глава 1: Потерять все. ======
Обычный зимний день был наполнен грустью. Сидя на ступеньках своего дома, подогнув колени к телу, обвив их руками и спрятав за ними голову, оставив только глаза, ты с пустотой в очах наблюдала за бегающими детьми. Надевая белую юкату ниже, чтобы тебя вовсе не было видно. Никто из них не принимал тебя. На вопрос «почему?» было много ответов. Первым из них стал твой внешний вид. Длинные синие волосы, словно сплетения шелковых нитей и ясные глаза, словно два сияющих на свету ограненных кунцита. Такой тебя видели все и видимо детей это пугало, но, кроме того, многие в этой деревне догадывались, что небольшое семейство обладало маленьким секретом. Твоя мать была Юки-Онна – снежный демон из старых легенд, которые сохранились до наших дней. И даже несмотря на то, что она не раз помогала людям в моменты, когда над селением стояла метель, или же если кому требовалась помощь при пожаре, всё равно остерегались вашей семьи. Милые мамы вбили в голову своим детям, что с тобой нельзя дружить иначе превратишься в глыбу льда. Естественно это все была клевета в твою сторону. Такими сильными навыками дитя не обладало вовсе, а если учесть, что на пятьдесят процентов ты все же человек, то и не могло быть и речи. За всего шесть лет жизни ты слышала в свою сторону столько грязи, сколько не вытерпел бы ни единый человек, но ты смеренно терпела обзывательства, кидание камней, попытки издевательств и даже побои. Но сколько бы раз тебя не обижали, сердце рвалось вперёд, туда где играли другие. Но стоило завидеть юных забияк, как коленки начинали дрожать, и хотелось провалиться под землю, чтобы тебя не видели. Именно поэтому ты просто издали наблюдала за гуляющими детьми. Зимой тебя никто не трогал, просто игнорировали, словно ты не существовала. Печальное и гнусное ощущение одиночества поглотило тело, позволяя ему растворяться в кислоте жизни.
Вот прямо перед тобой пятеро мальчишек и три девочки пытаются построить снеговика, среди них есть дети как постарше, так и помладше.
Вскоре среди привычных фигур появляется статное тело взрослого. Высокий худощавый мужчина, с темными бордовыми волосами, держит за руку мальчика твоего возраста так ужасно похожего на отца. Отпустив ребенка, он подтолкнул его к другим и тот радостно побежал лепить снеговика. Почему-то новое лицо вызывало на пересохших губах усмешку. Где-то в груди зарябила надежда на то, что у тебя может появиться друг, но в тоже время колкое ощущение боли отдалось в голове, якобы приказывая прервать глупые мысли.
“Для них ты – монстр…”
Тихий злостный шепот отдается в голове, отравляя тебя ядом. Сил плакать уже нет, и ты просто мычишь, полностью спрятавшись в коленях, уже не смотря на радостных детей. Ком подступает к горлу, и чтобы хотя бы как-то себя отвлечь, ты не видя тянешь руку к снегу. Окунув ладонь в сугроб, ощущаешь спасительную прохладу. Холод никогда тебе не навредит. Берешь всего небольшой снежок, чуть подкидывая и позволяя ему зависнуть в воздухе. Снег вмиг становится водой, с помощью которой ты конструируешь небольшие фигурки. Да, если бы сейчас тебя увидели те мамаши, то клеймо ведьмы стало ещё сильнее, хотя это все, что ты можешь сделать.
– Эй! Чего ты сидишь там одна! Пошли играть! – радостный голос раздается впереди, чуть отдали от тебя и ты невольно поднимаешь голову. Тот самый новенький мальчик машет тебе рукой через ограждение, приглашая поиграть.
Это простое действие порождает в душе надежду, но ты не смеешь встать. Другие дети подбегают к нему, видимо отговаривая приглашать тебя. От этого ты отводишь взгляд, крепко сжимая ручки в кулачки.
– Ну же, пошли, Танджиро! – командует мальчишка постарше.
– Нет! – неожиданно громко восклицает мальчик, заставляя снова обратить на него внимание. – От нее пахнет добротой! Она хорошая! – яро протестует, снова повернувшись к тебе. – Пошли гулять! – его рука спокойно проходит сквозь щели в ограде и тянется к тебе в надежде, что ты примешь его ладонь.
“А ведь она такая теплая… ”
Чей-то голос в голове отражается, словно эхо в колодце, и ты сама не замечаешь, как принимаешь протянутую ладошку. Не без удивления подмечая, что, несмотря на мороз, его рука и правда, ужасно горячая. Настолько теплая, что в миг позволяет растопить застывшее девичье сердце.
В итоге ты выходишь наружу, что заставляет других детей бежать домой, но ни Танджиро, ни его отец не спешат следовать за ними. Огненный мальчишка весело улыбается начиная расспрашивать тебя за цвет волос, а позже пытается узнать секрет того как ты смогла сделать изо льда прямо в воздухе фигурку лошади…
Время быстро идёт и вот тебе девять лет. Ты все такая же одинокая девочка, хотя и не совсем. У тебя есть всего один единственный друг, но ведь больше и не нужно, если он настоящий, верно? Да, ты считала именно так, наслаждаясь каждым днём, когда Танджиро спускался с горы, чтобы поиграть с тобой, иногда приводя сестру или брата. Семья Камадо стала для тебя чем-то особенным, ведь они приняли необычную девочку, протянули ей руку дружбы, а кое-кто смог растопить и маленькое заснеженное сердечко.
Ты не любила лето больше всего, ведь на улице стояла жара, а твоя мать могла спокойно покинуть дом только вечером, когда температура спадала. Благо ты, будучи полукровкой, могла спокойно бродить по палящим просторам. Стоило солнечным лучам пробудить тебя ото сна, как ты резво подорвалась с кровати. Водные процедуры, завтрак, пожелание хорошей работы отцу, поцелуй в щеку от матери и вот ты, наспех подвязывая синюю юкату белым оби, бежишь навстречу с Танджиро. Казалось ничто не способно тебя остановить, никакое препятствие не могло заставить тебя сдаться, если на кону стояла очередная встреча. Пробегая по улочкам, ты оглядываешься по сторонам, чтобы, наконец, найти в толпе красную макушку, когда это удается сделать, ты на всех парах летишь к нему. Запрыгиваешь сзади, крепко обнимая мальчика за шею. От неожиданности тот теряется и почти падает, но все же оказывается способным устоять.
– Привет, (т.и)-тян! – радостно говорит он, оборачиваясь, когда ты так же продолжаешь виснуть на нем.
– Утречко, Тан-Тан! – бойко отвечаешь, сразу переместив взор на рядом идущего мужчину, с корзиной углей за спиной. – Здравствуйте Танджуро-сан!
– Да, доброго тебе дня. – приветливо улыбается мужчина, прикрывая свои глаза, а ты слышишь в его голове лёгкую хитринку. – Ну, Танджиро, я пойду, а ты пока поиграй с (т.и)-чан.
– А? Но я же должен тебе помочь? – удивившись такому, Танджиро растерялся, а ты только шире улыбнулась, крепче обнимая мальчика.
– Растопи ее сердце. – полностью игнорируя вопрос сына, глава семейства Камадо уходит, на прощание махая рукой в воздухе. От его слов Танджиро краснеет, словно маков цвет и только волосы способны посоревноваться с лицом.
– От тебя опять пахнет чем-то горелым, Танджиро! – игнорируя странную фразу, заявляешь, зарываясь носиком в волосы мальчика, достаточно быстро отдаляясь.
– А, что? Ты меня нюхаешь! – в шоке и смущении кричит он, подхватывая твои ноги, неся хрупкую фигуру на своей спине.
– Ну, я думала, что если я буду чаще принюхиваться, то смогу, как и ты. – сразу говоришь уверенно, после понижая тон, из-за чего он кажется подавленным – Но у меня не очень получается… Я только твой запах и запомнила.
Твои слова вводят Камадо в краску, ведь он придал им более другой блеск. Сердце мальчика подскочило, пока ты продолжала прижиматься к его спине, катаясь.
– (т.и)-тян, а во, что ты хочешь поиграть? – стараясь отогнать смущение спрашивает он.
– Ну, давай позовём Недзуко и поиграем в дочки матери? – предлагаешь, вытягивая голову вперёд, чтобы посмотреть на Танджиро.
– А… Ну хорошо! Получается ты мама, а мы с Недзуко дети? – рассуждает вслух мальчик, пока ты легко высвобождаешься из его рук, шагая рядом.
– Нет! Я мама, ты папа, а Недзуко дочь! Мама говорила, что ребенок должен быть похож на кого-то из родителей, а ты с Недзуко совсем на меня не похожи. – отрицаешь, уверенно размахивая головой в стороны, со своим энтузиазмом бодро шагаешь, оставив смущенного Танджиро позади.
Вскоре вы добираетесь до дома Камадо, где забираете с собой Недзуко и начинаете веселую игру. Время пролетает незаметно, пока веселье захватывает тело и позволяет ему расслабиться. Когда солнце начинает идти к закату, вы видите, как возвращается отец Танджиро. Он забирает Недзуко и уходит, дав сыну, указание вернуться к темноте домой, поэтому вы ещё продолжаете играть. Правда теперь игра идёт не так, как обычно, но все же весело.
– Папа, тебе налить чаю? – любезно спрашиваешь, расхаживая в фартуке своей матери, который забрала ещё в начале игры.
– Да, пожалуйста! – с улыбкой отвечает Танджиро, сидя на маленьком пне перед большим, поправляя приклеенные усы, отвечает он, а ты легко смеёшься.
– Вот. – Протягиваешь ему пустую чашку, которую вы используете, как и многую другую посуду в свое игре.
– Спасибо! – делая вид, что пьёт, Танджиро со стуком ставит чашку на стол. – А где наша дочь?
– Эм… Ее дедушка забрал. – Придумываешь на ходу, стараясь не вдаваться в детали. – Как прошел день на работе?
– Сегодня нам удалось продать все! Скоро можем переезжать в дом побольше. – уверенно заявляет Танджиро, а его усы все же отклеиваются, заставляя тебя смеяться. – Ты чего?
– У тебя усики отпали, папа! Ахаха! – смех становится громче, и ты держишься за живот, когда Камадо пытается вернуть украшение на место, но с треском проваливается.
– Похоже, папа начал лысеть… – неловко говорит он.
– С усов? – подмечаешь, вызвав на щеках мальчика неловкий румянец, хотя и сама светишь алыми щеками.
– Ну, бывает и такое! – отмахивается, резко замолкая. Танджиро смотрит на тебя проникновенным взглядом, словно выискивая что-то. Это не ускользает от тебя, и ты сразу начинаешь дико смущаться, потупив взгляд в пол, боясь встретиться с такими притягательными алыми глазами. – Это… (Т.и)-тян… Я хотел тебя спросить… – тихо начинает, собравшись с духом. – Ты станешь моей невестой?! Не в игре, а по-настоящему! – сразу переходит на крик, вызывая твое изумление.
Сердечко пропускает пару ударов, а в груди расцветает цветок счастья, когда ты улыбаешься в ответ, громко восклицая:
– Да!
После этого игра надолго не затягивается, ведь Танджиро нужно идти домой в горы. А ты вприпрыжку добираешься к себе, радостно входя. Папа задерживался на работе, а мать спокойно сидела за столом, довязывая платок.
– С возвращением! – приветствует тебя мама, погладив по голове. – Как прошел день?
– Отлично! Представляешь, мама, Танджиро обещал сделать меня своей невестой! Здорово, правда?! – твои глаза сияли счастьем, и женщина, чьей копией ты практически была, мило улыбнулась тебе.
– Да, это прекрасно! – заявляет мягким голосом, словно богиня спустившаяся с небес.
– Мамочка, а как вы с папочкой познакомились? – вдруг всплывает в твоей юной голове вопрос.
– Я спасла его от демона. Запомни, (т.и), может, я повторяюсь, но ни в коем случае не вздумай присоединяться к Мудзану. Он враг не только людей, но и ёкаев. Поэтому прошу тебя…
– Да, я знаю, матушка! Ты мне уже говорила! Я никогда не пойду к Мудзану! – перебиваешь мать, подняв руку вверх, сжав ее в кулак. – Клянусь!
Женщина улыбается и, закончив работу, принимается за приготовление ужина, с чем ты ей помогаешь. Время идёт незаметно и вот на дворе сумерки, а на вашем столе стоит кастрюля с супом, который ты уже уплетаешь за обе щеки. Мать ласково смотрит на тебя, внезапно напрягаясь. По твоему телу пробегает озноб, словно что-то ужасное приближается. Тело улавливает некие странные колебания, и ты яро ощущаешь опасность. Не успеваешь ничего сказать, как мать подрывается с места, строго приказывая:
– Сиди дома и не вздумай выходить!
С невероятной скоростью она покидает дом, а ты мнёшься между двумя желаниями пойти за матерью или же послушаться ее. Проходит минут десять и ты не можешь выдержать давление, резко срываешься с места, выбегая из дома. Ты идёшь по ощущениям, словно понимая куда ушла мать. Ноги ведут тебя на задний двор, и ты аккуратно выглядываешь из-за стены, когда слышишь голос матери.
– Я даю тебе второй шанс, последняя Юки-Онна. Присоединяйся ко мне и будь уверена в том, что больше никто не посмеет насмехаться над ёкаями. – мужчина, стоящий напротив, выделялся статной одеждой, заносчивым выражением лица, насмешливым лиловым взглядом и наглой ухмылкой.
– Ты же знаешь, Мудзан, я никогда не сделаю подобной ошибки. Проваливай, если не хочешь ощутить гнев истинной ледяной королевы! – голос твоей матери не был привычным нежным и мягким, он был пропитан гордостью, величием и непоколебимостью.
– Правда? – насмехается Кибуцуджи. – Тогда как насчёт того, что здесь твоя дочь? – указав пальцем прямо на тебя, приторно говорит он.
– Что? – мать сразу же оборачивается, и ты видишь, что ее напряжение переходит все границы, за что ты сразу ругаешь себя. Это и был тот самый предводитель демонов. – (т.и), я же сказала не выходить! – впервые мать кричит на тебя, но ты можешь её понять и смирно выходишь из-за угла.
– Прости, мамочка… – шепчешь, опустив голову рассматривая свои босые ноги. Слезы накатывают на глаза и начинают щипать их, но ты удерживаешь влагу, не давая ей пролиться.
– Ну, так что? – горделиво спрашивает Мудзан, и ты сразу ощущаешь, что он забрал себе преимущество.
– Ты видимо забыл, как уже единожды проиграл мне. – возвещает твоя мать, прикрыв свои глаза, и ты видишь, как мир вокруг меняется. Снег появляется, словно из воздуха, и ты ощущаешь, что тебя словно что-то покрывает это легкий слегка сияющий синевой барьер.
Схватка между двумя сильными демонами, приводит в восторг, восхищения и ужас. Две невероятные силы столкнулись вместе в виде льда и разрушения. Гром разразился над поселением, освещая темные силуэты, сражающиеся в полнейшей темноте. Ты не видишь битвы полностью, но можешь заявить, твоя мать побеждает, пока всего одна деталь не уходит от ее взгляда, помогая Мудзану нанести разгоряченной снежной деве прямой удар в ледяное сердце, растопленное твоим отцом.
– Видимо ты забыла, дорогая (имя матери), ты сильна пока сердце твое сковано в лёд. С тех пор как мы встречались последний раз, более ста лет назад, ты и правда могла меня победить, но за это время я стал сильнее, а ты лишилась того, что даёт тебе силы. Можешь считать, что этот человек убил тебя, иначе потеря сердца никак бы не отразилась на твоём холодном лице. – презренно говорит он, скидывая ослабшее тело с руки, медленно продвигаясь к тебе. – Хотя ты и была способна на сильные заклятия. – продолжает мужчина, остановившись рядом с тобой. Ты же пыталась понять произошедшее, все это было словно кошмарный сон. Безжизненное тело матери, истекало кровью, и ты видела это все в тумане. Разум потерял себя в пустоте, а тело отказывалось двигаться. Мужчина предстал пред тобой словно чудовище из редкостной книги ужасов, сковал тебя одним малиновым взглядом, словно насадив на кол. – Раз ты отказала мне, то я возьму твое творение, хотя пока ещё рано. – Он улыбается, а для тебя эта улыбка схожа с истинными оскалом. – (т.и), верно? Я заберу тебя позже, а пока, не смей растопить своё ледяное сердце. Живи с ненавистью ко мне в душе, замораживая себя от макушки до пят, чтобы каждый день ты ненавидела себя, свою слабость и собственное отражение. – он произносит это с придыханием, пока защитный барьер исчезает. – Это мой тебе подарок. – резкая боль пронзает левый глаз, и ты кричишь…
– Ах…! – твое дыхание ужасно тяжёлое, ночной кошмар, словно письмо из прошлого, заставил вспомнить все как ужасные, так и прекрасные моменты собственной жизни.
Недзуко и Ханако спокойно спят на своих футонах. Хотя ты замечаешь, что кажется, потревожила старшую сестру дома Камадо.
– (т.и), ты в порядке? – сонно спрашивает она, потирая свои глаза подобные цветению сакуры.
– Да… Просто кошмар, не волнуйся за меня, Недзуко. – натягиваешь улыбку, подавляя боль, ярко сияющую в груди, повернув голову к окну, идёт снег.
– Не говори так, мы все одна семья, ты очень дорога мне и Танджиро и всем-всем-всем. – улыбается она, погладив тебя по голове, словно не ты здесь старше.
– Недзуко… – шепчешь, пока улыбка становится искренней. – Спасибо.
– Ложись спать, скоро вставать, но лучше ещё поспи. – мягко говорит, возвращаясь в свою постель.
– Я пока пойду воды попью. – говоришь, выходя из комнаты, хотя врешь, ведь просто уже не сможешь заснуть.
Тот день стал для тебя роковым. Вернувшийся домой отец сошел с ума, хотя и смог оказать тебе помощь. Сейчас через твой глаз проходил тонкий шрам, уродуя бледную и нежную кожу. Хотя ты знала одного человека, который так же считал тебя красивой. Да, Танджиро всегда говорил тебе, что ты прекрасна. После этого тебя отдали в дом Камадо, пока твой отец пил и в итоге покончил с жизнью, в собственном доме смастерив виселицу. Родители Танджиро приняли тебя с распростёртыми объятиями, давая всю тепло и заботу, словно собственной дочери. Изначально было тяжко прийти в себя, но всего один лучик света все же смог проникнуть в больное сердце, растопив тот лед, который заново нарос в душе с приходом Кибуцуджи. Как и в первый раз Танджиро вытащил тебя из тьмы, пожирающей душу от потери родственников, ведь вскоре тебе пришлось поддерживать паренька. Его отец умер, и вся забота о семье легла на ещё детские плечи. Ты помогала, чем могла, заботясь о младших, помогая по дому, а так же если было нужно, и в городе торговала углями. И лишь ночью тайно училась управлять собственной силой, чтобы однажды, суметь защитить от Мудзана дорогих тебе людей.
Стоя перед зеркалом, ты умылась холодной водой и посмотрела в собственное отражение. Шрам давил на сознание, а привычно фиолетовый глаз разделился на две части. Радужка левой части левого глаза стала серой и плохо видеть, но ты не сдавалась, шагая по жизни вперед, зная, что у тебя есть человек, который подставит плечо. Закончив с процедурами, ты переоделась, натянув белую юкату, подвязанную черным оби и накинув на плечи синее хаори со снежинками на кромке, покинула дом. Утренние тренировки то, что нужно, чтобы проснуться и убрать из тела злость на единственное в мире существо, которое ты ненавидишь. Ступая босыми ногами по снегу, ты уверенно тренировалось, и это давало свои плоды. Ты уже лучше владела силой, хотя до уровня матери тебе было как до Марса.
За тренировками утро пришло незаметно, и вскоре ты услышала до боли родные голоса семейства Камадо, кажется, среди них шел какой-то спор, поэтому ты поторопилась. Когда ты вышла из-за деревьев, то увидела Танджиро с корзиной древесного угля. Стоило это сделать, как ты вспомнила, совсем скоро будут зимние праздники.
“Наверное, он хочет заработать побольше денег, чтобы семья встретила новый год в благополучии.” – промелькнуло в твоей голове, когда ты двинулась в сторону Камадо.
– Уходишь, даже не позвав меня, Танджиро? – мило спрашиваешь, подойдя ближе к парню, растянувшись в улыбке. Он же отрывает взгляд от Недзуко, которая одаряет тебя болезненным взором, и ты начинаешь ощущать себя виноватой за произошедшее ночью.
– (т.и)! Не пугай меня так! Ну, я просто… – сразу восклицает, а после заливается диким румянцем, почесывая затылок, когда голос опускает тон с каждым словом. – Нам нужно больше денег, поэтому я решил поработать и сегодня.
– Ты мог попросить меня о помощи, вместе мы сделаем больше. – спокойно говоришь, не без улыбки наблюдая смущенное лицо Танджиро.
– А ну я… Ха-ха… Помоги, пожалуйста, маме! Думаю это более важно! – восклицает он, бегая взглядом по заснеженному лесу. – Ладно, я пойду! И… – он отходит от тебя, махая на прощание рукой, резко запинаясь. – Ты босая!!! – тычет в тебя пальцем, и, получив твой нежный взгляд, успокаивается. – Я все никак не могу привыкнуть. Прости. – нервно смеётся, и все же уходит, напоследок крича. – Я всем куплю чего-нибудь вкусного!
– Вот же… Танджиро слишком упёртый. – вздыхаешь, оборачиваясь к дому, замечая Киэ и Недзуко, которая держала Рокуто.
– (т.и)-тян, … – начинает Киэ, лёгким движением руки подозвав тебя к себе. Смиренно подходишь, останавливаясь напротив женщины, которая приветливо улыбается. – Недзуко сказала, что ты плохо спишь. Что-то случилось? К тому же утром я нигде не могла тебя найти. – голос твоей второй матери очень взволнованный, она явно переживает за тебя, из-за чего ты ощущаешь укол вины в сердце.
– Простите… Мне просто приснился тот самый день и я не могла больше уснуть. – искренне извиняешься, рассказав свой «секрет», тем самым вызывая «ох» от представительниц прекрасного пола.
– Иди сюда. – легко подхватив твою руку, Киэ мягкими и аккуратным движением притягивает тебя к себе, забирая в теплые объятия.
– Сестричка, если ты плохо спишь, можешь прийти ко мне, думаю вместе нам будет легче заснуть. – говорит Рокуто, протягивая руку к твои волосам, растрепав их.
Тепло разливается в твоей груди от того насколько мягко к тебе относится эта семья. К уголкам глаз подкатывают слезы, но ты сдерживает их, в ответ, обнимая Киэ, спрятав лицо на ее груди.
– Видишь, (т.и), я же говорила, мы все твоя большая семья. – ласково говорит Недзуко, только киваешь, вскоре отпуская «маму».
– Давайте я помогу с приготовлением. – улыбаешься, получив в ответ такие же ясные улыбки от новой семьи.
За приготовлениями время идёт быстро, хотя кое-что не даёт тебе покоя, Танджиро долго не возвращался домой. Это напрягало и в то же время позволяло немного расслабиться? Это было странно, пока ты не поняла почему.... Мир перевернулся с ног на голову, когда твое тело пробил озноб, страх сковал душу в тиски, сердце пропустило пару ударов, а после разбилось о гранитные плиты. Запах гнили достиг носа, когда ты вспомнила, где ощущала подобное.
– Мудзан… – единственное, что вырвалось из твоих уст, когда ты бросила нож, на столешницу резко выбежав из кухни, оставив удивлённую Киэ.
Кинувшись в девичью комнату, ты достала из ящика, пару листов бумаги и старую карту. Тебе удалось забрать ее из дома, когда отец уже умер. Мама рассказывала тебе о старике по имени Урокодаки. Он был истребителем демонов, но принимал ёкаев за полноценных людей. Она не раз говорила тебе, что если нужно спрятаться от демонов или же Мудзана, ты можешь прийти к нему и это был тот случай. В спешке написав письмо, ты свернула его в футляр, чуть подморозив крышку, чтобы Урокодаки точно узнал отправителя. За такой спешкой ты не даже не услышала, как взволнованно тебя звала Киэ, а вскоре и присоединившаяся к ней Недзуко. Только тогда ты поместила бумагу и четко прочертила на карте дорогу, ты с лёгким страхом в глазах посмотрела на последних дорогих людей.
– Пожалуйста! Возьмите это и бегите! – кричишь, ведь эмоции на пределе и у тебя нет времени отдаваться смущению, Мудзан мог прийти в любую минуту.
– (т.и)-чан, что происходит? – ласково спрашивает Киэ, приближаясь к тебе, протянув руку, которую ты перехватываешь, мягко сжимая.
– Пожалуйста, тетушка, доверься мне. Всем нужно срочно бежать, а я останусь здесь, клянусь ненадолго и сразу же вас нагоню. Просто бегите, следуя этой карте! Прошу! – это был тот самый молитвенный голос, которым отчаявшиеся просят бога о помощи. Киэ понимала, что что-то не так и явно хотела спросить, но так и не могла осмелиться, смотря в твои помутневшие в страхе глаза.
– (т.и), пообещай, что вернёшься к нам невредимой! – заявляет Недзуко, чуть перепуганным тоном, и ты лишь киваешь.
– Обещаю! Но в ответ прошу, ничего не спрашивайте и просто бегите! Все вместе! Если встретите по дороге Танджиро, заберите его с собой! – отпуская руки женщины, ты смотришь в ее глаза, стараясь придать голосу уверенности. Видимо это получается, потому что ты видишь веру в ее глазах, женщина кивает тебе и, забрав письмо и карту, передает ее Недзуко, сама убегая собирать детей.
Семейство покидает дом, когда ты провожает их теплым взглядом, спрятав слезы. Вероятнее всего у тебя просто не получится сдержать обещание, и ты умрёшь от злобных рук Мудзана. Тем не менее, ты не допустишь новых жертв и сбережёшь семью Камадо, если отвлечешь его внимание на себя. Опустившись на колени, тихо шепчешь, сдерживая всхлипы:
– О благородные снежные покровы, прошу вас, укройте тех людей от глаза злобного. Не дайте замёрзнуть во вьюгу страшную. Не дай телам остынуть на веки, защищая идущих молитвою моею и волею. – эти слова ты повторяла вновь и вновь сидя на коленях, смотря в сторону ушедших, приложив правую ладонь к снегу, вторую же подняв в молитвенном жесте. От твоих тонких пальчиков исходил мягкий синий свет, делая тебя более примечательной в вечерней тьме. Как ты и хотела, поднялась вьюга, которая должна была скрыть всех из семьи и не навредить им. Ведь такова твоя воля, воля последней, хотя и не чистокровной Юки-Онна. Сколько просидела ты не знала, но вскоре над землёй стояла яркая луна, пока ты продолжала молиться природе, как матери всего сущего.
С каждой минутой в твое сердце пробирался дикий страх, Кибуцуджи приближался к тебе, что не давало покоя, но как бы твой голос не дрожал, вместе с руками ты продолжала свое дело. Пока ты не ощутила всепоглощающий ужас, он охватил твое тело резко, словно ты была глупым кроликом, попавшим в ловушку. Обернувшись, ты заметила Мудзана, мужчина вальяжно стоял, облизывая с пальца кровь. Увиденное потрясло тебя в шок, и ты осела на землю.
– Молодец. Это было очень хорошее заклятие. – лукаво говорит, присаживаясь на корточки. – Хотя они все равно не могли убежать. – взмах руки и несколько тел летят в сторону дома снося двери, окрасив снег в красный цвет.
Слезы застилают твои глаза, и ты просто не можешь поверить в то, что видишь. Ты позволила своей семье умереть второй раз. Это было больно, настолько больно, что ты перестала ощущать свое существование. Перед глазами стояли цветные пятна, а слезы не прекращая шли с твоих глаз.
– З-зачем…? – говоришь через всхлипы, стараясь подняться на ноги, но тебя крепко держат за лодыжку.
– Я же сказал, тебе нельзя растопить сердце. Если это нужно, чтобы оно было твердым и дальше, я убью ещё многих. Мне нужна твоя сила и ты никуда от этого не денешься. – твою лодыжку сжимают до дикой боли, и немой крик вырывается с уст, когда ты вопреки всему стараешься приблизиться к телам.
Мудзан отпускает тебя, позволяя ползти по снегу, что ты и делаешь. Он сломал твою ногу и это явно непростой перелом, но вопреки всему ты ползешь, пальчиками цепляясь за снег, который так напоминал о матери. Среди кучи тел не замечаешь всего одной фигуры – Недзуко. Девушки нигде не видно и потому ты затихаешь с последней каплей надежды, оглядываясь по сторонам, надеясь, что она встретила Танджиро и сейчас они убегают. Тем ее менее, ты не можешь перестать лить слезы, ведь перед тобой мертвые лежат члены твоей семьи.
– Мудзан! – кричишь, с дикой злостью оборачиваясь и смотря на довольного мужчину, это то чего он хотел. Вопреки боли в сломанной ноге, ты подрываешься с места, сделав всего один шаг, хотя этого достаточно, чтобы призвать движением рук и ноги кол изо льда, пробивший грудь мужчины.
– Неплохо. Хотя тебе все же не хватает крови демона. Ну, это не проблема. Я могу поделиться. – обломав кол словно игрушку он приближается к тебе, схватив за запястья.
Ты не можешь и двинутся, как тогда тебя сковали малиновые глаза. Все вокруг плыло из-за слез, а тело обмякло, словно вата в воде.
– Убей меня… Я не буду тебе служить. – шепчешь в отчаянии, пытаясь выбраться из мертвой хватки прародителя демонов.
– Поверь, твои инстинкты решат это спор за тебя. – лукаво отвечает он, гордым взглядом осмотрев твое бренное тело. – Не волнуйся недостающую девчонку я нагоню позже. – якобы ласково говорит он, вызывая новую волну гнева, что ты более интенсивно пытаешься вырваться.
