Текст книги "Кончил дело - Гуляй смело (СИ)"
Автор книги: LisaAliza
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 13 страниц)
А Васька слушает, да ест.
– Видишь, было совсем не страшно и не больно, да?
Артур под руки оттащил моё безвольное тело на кровать, усадил осторожно. Снял наручники, глянул на запястья, вздохнул, улыбаясь.
– И зачем ты так упрямо вертелся? Видишь, наставил сам себе синяков... Эй, ты в порядке?
Какое там! Я был в полуобморочном состоянии, голова шла кругом, а в ушах до сих пор звенело.
– Хочешь пить? – он подсел рядом, протянул бутылку минералки.
Я посмотрел на него пьяно, не имея ни желания, ни сил что-либо отвечать. Почему-то я был почти уверен, что сейчас он придвинется ближе, осторожно напоит меня из рук...
То есть, я подумал так, потому что к этому располагала ситуация, а вовсе не потому, что мне бы этого хотелось, нет-нет.
Но он только сунул бутылку мне в руки.
– А вот я, пожалуй, выпью кофе, – как ни в чём не бывало.
Да, обычный трудовой день продавца, ага – мимоходом глянул, как на складе магазина школьник кончил на полу, пока сосал резиновый член.
Обычное зрелище.
Бытовуха, обыденность, банальщина.
От этих мыслей я, наконец, начал приходить в себя, присосался, как клоп, к бутылке, сердито поглядывая на Артура.
А тот преспокойно орудовал ложечкой, заваривая растворимый кофе. Разве только не посвистывал ещё.
Я поставил бутылку на пол. Наконец-то перестали дрожать руки.
– Ты точно не будешь ничего? Тут есть печенье, ещё что-то было...
– Нет, – буркнул я, – мне надо идти.
И тут до меня дошло, что я совершенно голый. Развалился тут, растрёпанный, со всё ещё влажным членом... водичку попиваю.
Всё, жизнь удалась. Можно уходить из школы, блин.
Я запыхтел и начал одеваться с видом оскорблённой добродетели.
Вот изверг, а! Что он заставил меня делать... И ведь смотрел! Всё-всё-всё видел...
Мне стало совсем не по себе.
Артур тем временем наблюдал за мной, сложив руки на груди.
– Эй?
Я молчал. Застегнул ремень, начал надевать рубашку.
– Что случилось?
... Да ничегошеньки. Ровным счётом ничего.
Он вздохнул, шагнул ближе.
– Так и будешь молчать?
Я поднял глаза.
– Понравилось представление? – я и сам не понял, почему спросил это с такой обидой.
– Хм, да. Конечно, понравилось. Разве кому-то могло не понравиться такое?
Прозвучало так буднично, спокойно, совершенно обыденно.
– А вот мне – нет! – бросил я, выуживая свои носки из-под кровати. И зачем я их туда зашвырнул?
– Разве? А мне показалось, тебе было хорошо.
– Я сказал, НЕТ.
– Извини, – он взял чашку со стола, попробовал кофе.
Чудесно. Отлично просто. Я начинал злиться, сам не зная, почему.
Извини, да? Просто извини. Подумаешь. И всё. Ещё бы зевнул при этом.
– Миш?
Что-то ухнуло внутри.
– Чего ещё?
– Может, – он прихлебнул кофе, – ты скажешь уже наконец, что именно тебе не понравилось? Просто, насколько Мне было видно, неприятных ощущений ты не испытал.
– Ну конечно... Со стороны-то виднее, да?
Я злился. Нет, блин, я действительно злился!
– Ммм, может быть. Но ты выглядел очень... удовлетворённым. Тогда что не так?
– Что не так?! Что, мать твою, не так? Ты глазел на меня всё это время! Глазел, блядь, как конченый маньяк! Вот что не так!
– Вот как?
На его лице было совершенно невозможно что-либо прочитать. Спокоен, как удав.
Интересно, а в жизни он тоже такой? За пределами этого логова разврата.
Кофе, блин, ещё посасывает тут.
Ну конечно, это тебе не член резиновый посасывать.
– Я, наверное, – он задумчиво пожевал губу, – должен извиниться. Не вполне понимаю, за что именно, но, раз тебе это было так неприятно... Не злись, окей?
И он чуть улыбнулся примирительно.
– Но какого хрена ты на меня пялился, можешь ты сказать? – не-е-е-ет, так просто сдаваться я был не намерен.
– Хм... ну как тебе объяснить, – он снова глотнул остывающий кофе, – просто... я ведь уже говорил тебе, что ты милый, разве нет? Если человек, на которого приятно смотреть, занимается чем-то, приятным ему... То, естественно, и наблюдать за этим процессом тоже очень приятно.
– Да ты валерист!!
– Кто?
– Ну... вуалист... или как их там...
– А, вуайерист? – он хохотнул. – Нет, это вряд ли. Я не подглядываю из кустов на нудистских пляжах. И за соседями с биноклем не слежу... – и почти виновато пожал плечами.
– Ну разумеется, – я заворчал, – соседи-то такого шоу не устроят.
– Ошибаешься. В мире масса людей, которых не устраивают типовые отношения. Которым нужно исключительное разнообразие. Ты даже не представляешь, сколько их.
... Не представлял. Поправочка, не представлял. До встречи с тобой, блин...
– Мне это всё не нравится!
– Да перестань. Ты же пока ещё не опробовал и сотой части всех возможн...
– Чего?! Что значит «пока ещё»?
Ну всё. Он меня вывел. Ловелас, блин, массовик-затейник, тоже мне!
– Я всего лишь хотел сказать, что в следу...
– Не будет никакого «следующего раза»! Я больше не приду, ясно?
Он будто изменился в лице.
Совсем чуть-чуть, на долю секунды. Но я-то заметил... Или я ошибся?
– Хорошо, – ещё глоток кофе, – видимо, это и правда не для тебя. Больше не приходи.
Вот так легко? Просто больше не приходи, и всё?
Я сейчас уйду, а через час он уже не вспомнит, как меня зовут?
Что-то неприятно заныло внутри.
Нет уж. Я ему всё скажу...
– Блин, кого ты из себя строишь?! Кто тебе вообще дал право вот так... вот... вот, я не знаю!! Делаешь со мной, что тебе заблагорассудится! А откуда мне знать, что тебе там в голову взбредёт?! И то, что сегодня я... вот так, а ты... сверху... и видел... – я краснею, чёрт, краснею! – И ты, блин... хренов извращенец! Ты понимаешь, что мне такое ещё неделю назад и в голову не пришло бы! Я... у меня школа вообще-то! И футбол с Серёгой!! И... и Полинка из одиннадцатого "А"!!
Он прищурился.
А меня всё несло.
– Вот бы мне кто сказал ещё неделю назад, чем я тут буду заниматься со всеми этими приборами для извращенцев!! Да ещё и за деньги! Сказали бы мне, ага! Представляю! Будешь, ты, Миха, на полу, в наручниках!... – я задохнулся от возмущения.
Судя по тому, как горело лицо, я был весь пунцовый.
– Стою тут ещё перед тобой... как... как свёкла, бля! – бросил я вдогонку обессиленно.
– Всё сказал?
Он звякнул ложечкой, поставил пустую чашку на стол и шагнул ко мне.
Мамочки.
Сейчас он меня убьёт.
– Эм... Спасибо, что не смолчал, – он улыбнулся. – Я рад, что ты высказался. Знаешь, я мог бы многое тебе объяснить, но, когда ты в таком состоянии... не вижу смысла. Тем более, ты собираешься уйти. И всё-таки кое-что я хотел бы сказать.
Он уже почти смеялся глазами.
– Ты же пришёл сюда не из-за денег. Первый раз – да. Но не сегодня. Сегодня ты пришёл, потому что тебе было хорошо, и ты хотел это повторить. Неважно, за деньги или нет. Ты правильно заметил тогда – сам пришёл, сам разделся передо мной, никто тебя не тянул. Да, мне понравилось наблюдать, и что в этом такого предосудительного? Для меня это нормально, в конце концов, иначе бы я не работал здесь. Но и тебе это понравилось, разве ты не видел себя? Тебе было так хорошо, что ты добровольно продолжал делать это, только для того, чтобы кончить, неважно, вижу ли это я, или кто-то ещё. Да ты сделал бы это и перед толпой, будь она здесь в тот момент. Ты был в таком состоянии, что, будь вместо той розовой игрушки мой собственный член, ты не остановился бы.
Я открыл было рот.
– Ладно, иди, – он вдруг потрепал меня по голове, – у меня тут ещё куча дел. Если хочешь, можешь прийти завтра к двум, у меня с двух до трёх – перерыв, можешь составить мне компанию на обеде, – он усмехнулся. – Если, конечно, не будешь истерить, как сегодня.
Он цокнул языком, дразня меня, и буквально вытолкал мою бренную тушу за дверь.
Вот как... Вот оно как.
Я хмуро поплёлся домой, с трудом переваривая услышанное. Хрен я к нему приду. Надо же, а мне ещё было интересно, что он за человек... Какой он в жизни, блин... Мда..
Обидно было вовсе не от того, что он воспринимал меня только как испытательный полигон для своего товара.
Самое-то обидное было в том, что он сказал правду.
Там, на полу, я этого, конечно, не понимал.
А теперь вот понял.
Он был абсолютно прав. Будь это его член, я бы не стал сопротивляться.
Не прав он был только в одном.
И хочется, и колется.
На следующее утро я явился в школу угрюмый, молчаливый и источающий ненависть ко всему живому.
– Миха-а-а-а!
Серёга налетел на меня, чуть не сбив с ног.
– Ты прикинь, Тарасова заболела, химии не будет! В футбол погоняем? – он пихнул меня локтем.
– Уммггффф... не знаю... – я зевнул во всю пасть.
– О, а это что такое?
Он заинтригованно разглядывал синяки на моих запястьях.
– Травма. Производственная травма, – отрезал я и поплёлся в школу.
Блин, химии не будет. То есть, как раз с двух часов я свободен... Обеденное время...
Да что за наваждение-то!
Я тряхнул головой. Весь мир против меня. Это точно заговор.
Заговор с целью запихать сегодня мне в зад очередные адские прибамбасы.
Ровно в два часа я спустился в столовую, и тут...
– Мишка, привет!
Полинка. Полинка Денисова из параллельного одиннадцатого "А".
Именно.
– А... эм, привет... – я глупо заулыбался.
– Мишка, – она помялась, – а у меня к тебе дело. То есть просьба.
Я опешил.
У Полинки? У Мисс-Недоступность-всея-школы ко мне... дело?!
– Мишка, у тебя есть свободная минутка?
Минутка? Да у меня целый час свободный, кстати.
Как раз обеденный перерыв Артура.
Стоп. Тихо!
НЕТ!
– Конечно, пошли в столовую?
В общем, дело обстояло так. Полинка собиралась осенью после школы идти в архитектурный универ, поэтому уже третий месяц прилежно ходила на подготовительные курсы. В качестве промежуточной итоговой работы ей задали какую-то инженерную ахинею начального уровня. А Полинка, хоть и была девушкой неглупой, ни пса не поняла в этом завале бумажек и лелеяла надежду на помощь моего бати, закостенелого инженера восьмидесятого левела.
О, подлые вероломные женщины!
– Конечно, Полин, какой разговор! Когда тебе удобно? Можешь прийти сегодня, отец дома после семи.
– Спасибо, Мишань!! – и унеслась куда-то.
...Мишань?...
Два двадцать.
Вот и сиди там где-нибудь. Перерыв у него, надо же... Обедай, блин. Обожрись хоть до полусмерти.
Дурак.
Чурбан.
Блин.
После обеда я пребывал в нирваноподобном состоянии, все два урока гадая, за что же судьба дала мне шанс на покорение нашей местной королевны. Может, это бонус фортуны за проданную задницу?
Возникло дикое желание узнать реакцию Артура на то, что я больше не появлюсь.
Интересно, он вообще заметит моё отсутствие?
А может, уже и замену мне подыскал...
«Хрена с два! Твоя жопа незаменима!» – жалобно проклюнулась моя гордость, но я тут же засунул её в то самое место, о котором она говорила.
А потом события опять повернулись в несколько иное русло.
После занятий Полинка нашла меня в вестибюле и застенчиво так сообщила, что вечер у неё свободен, а потому мы можем погулять в аккурат до прихода моего батяни.
Ну, что ж, раз пошла такая рыба – заряжай вторую сеть, решил я.
Мы шатались с Полинкой часа этак три. Она затащила меня в свою любимую кофейню, смеялась, лопала Тирамису и вообще выглядела вполне довольной жизнью.
– Пожа-алуйста, ваш счё-ёт... – манерный официант с улыбкой до ушей протянул нам чек.
– Вот педик! – смешно фыркнула Полинка.
Я икнул.
– На самом деле, я не думаю, что это плохо, – она мило нахмурила лоб, – скорее даже наоборот. Ведь у всех сейчас есть свобода выбора... Я вот сама однажды с подружкой...
Я поперхнулся чаем.
– Ты?!
– А что такого? Ну, мы же не что-то там... такое... чересчур... – она пожала плечами. – Просто, я думаю, девушке можно попробовать с девушкой, ведь это не так ответственно, как с парнем, понимаешь?
Я попросту прифигел от таких излияний. Но и застеснялся изрядно, чего уж там.
Сижу тут с обалденно красивой девчонкой, можно сказать, на свидании... Она вся такая искренняя, рассуждает о свободе, об ответственности первого секса с парнем... Про опыт даже свой вон рассказывает.
А я чем могу похвастаться?
Тем, что сосал искусственный член.
А другим таким членом меня трахнули в задницу.
Ну просто мужчина мечты!
Я промычал что-то. Вставил своё веское слово, так сказать.
– А вообще, я чувствую, что с парнями мне будет лучше... – щебетала она тем временем.
«Мне тоже», чуть не ляпнул я сдуру, но вовремя заткнулся.
Стоп-стоп-стоп! О чём ты опять думаешь? Давно на складе не трахали?
Кстати, да. Давно. Уже почти целые сутки.
Да стоп, говорю я тебе!
Потом мы наконец добрались до моего логова, батя с подчёркнутым рвением объяснял Полинке какую-то заумную хрень, а она кивала, записывая нужные ответы. Умная она, Полинка эта, между прочим... Ещё и красивая такая. Эх...
Ещё через час она начала собираться домой, зашуршала пакетом с учебниками в коридоре. Я, как истинный мужчина и неотразимый ловелас, провожал её до лифта. Дальше она не позволила, сказала, с детства не любит провожалки и всё такое.
– Мишка, ты такой классный!
Двери лифта со скрежетом открылись.
– ...А девушка у тебя есть?
– Я... нет-нет! Нету! – я замотал головой, как подсудимый на допросе.
– Слушай, а может, мы могли бы... Ай!
Она еле успела запрыгнуть в лифт, и двери с лязгом закрылись.
ДА ЧТО ЗА НАХРЕН?!
***
На следующий день я понял, что такое сила коллективной ненависти.
Почти половина старших классов видела, как вчера мы с Полинкой в гордом уединении ушли после уроков.
И сегодня ад не заставил себя ждать.
Ладно... я понимаю тех олухов, которые вились вокруг неё уже год, как минимум.
Но Серёга!
– Миха-а-а! ЗдорОво, герой-любовник!
Я покосился на него скептически.
– Я всё знаю! – заявил он не то с гордостью, не то с обидой.
– Чего ты там опять знаешь?
– То, что знают уже все, о, великий Казанова! То, что ты теперь с Полинкой!
Великий Казанова в лице щупленького меня вздохнул и побрёл в класс.
День обещал быть тяжёлым.
***
Учёба сегодня тоже не очень-то ладилась.
А потом ещё Жентос с предпоследней парты похвастался новой игрой с очешуительной, как он выразился, графикой.
Что-то там про короля Артура. Я поёрзал невольно.
А интересно, он меня вообще ждал вчера?
Вот дурак-то. Пусть знает, как наших обижать!
И чего я завожусь опять? Кстати, а каких щей ему вообще про меня помнить?
Мы с ним и знакомы-то пару дней.
Были, то есть. Были знакомы пару дней.
Блин.
И я скис.
В итоге, голодный, не выспавшийся и не в самом лучшем настроении, я пулей понёсся вниз после уроков, мечтая улизнуть домой незамеченным, во избежание массового истерического интервью на тему Полинки.
Спустился первым в вестибюль, вылетел на крыльцо, пафосно хлопнул дверью, сбежал по ступенькам...
– Привет.
– ТЫ ЧТО ТУТ ЗАБЫЛ?!
Замечательно. Явился. Собственной персоной. Охренеть – не встать.
Не встать?
Я с ужасом почувствовал, что тело моё, в отличие от меня самого, несколько иного мнения на этот счёт.
...Чёрт.
Нет, а что такого? Тело моё так среагировало вовсе не потому, что мне нравится конкретно Артур! Вовсе нет!
Просто он... выглядит классно сегодня, вот и всё. Футболка чёрная, брюки бежевые с кучей карманов.
Браслет этот его кожаный.
Нравится мне, допустим, такое сочетание.
У меня, может, всегда с детства колом встаёт на каждый увиденный браслет... Мало ли...
Захлопали двери, на крыльцо высыпали ученики. И тут же мат-перемат на весь двор.
А ещё солидная образцовая школа, даже рубашки форменные.
– Миха!! А ты чё это сегодня без Полинки сбежал? – Серёга ткнул меня в бок и осёкся.
– А... э... здрасьте...
Надо спасать ситуацию! Сейчас Артур как ляпнет про мою «работу»... и мне конец...
Я глубоко вдохнул, развернулся на пятке.
– Серёг, познакомься, это Артур, брат... э-э... зятя моего работодателя. Он тоже... со мной работает.
Серёга захлопал глазами.
– А-а! Очень приятно, да! А я – Михин лучший друг, вот! Мы с ним прошлым летом тоже работали вместе! Билетёрами в зоопарке! Миха, он знаете, какой клёвый? Вы там только следите за ним, а то у него что ни день, то травма производственная! А я вот переживаю, между прочим!
...Заткнись... Заткнись, блядь!...
– И не только я переживаю! У него, вообще-то, ещё деву...
– СЕРЫЙ! ПОДЬ НАХЕР, А!!
Серёга стушевался.
Точнее, охренел.
Я посмотрел на Артура с такой неожиданной мольбой во взгляде, что кот из Шрека по сравнению со мной казался просто тупой домашней скотиной.
Артур молча подхватил меня под локоть и потащил за угол.
– Эй!! А там у вас вакансий нету? А Миха у вас кем работает?
– ИСПЫТАТЕЛЕМ! Лётчиком-испытателем, бля! – успел я заорать на грани истерического хохота, пока Артур практически тащил мою тушку за шиворот.
Затащив меня за угол школы, он наконец отпустил моё несчастное тельце.
Я ещё и руку его отдёрнул, пафосно так.
– Пусти, блин!
– Я тебя и не держу.
Вдруг я понял, что соскучился по этому его пофигистичному тону.
Но как же он меня бесит-то, мамочки!
Гр-р-р, ненавижу!
– Вот ты... ты каких щей сюда припёрся? Как ты, блин, меня нашёл?!
– У тебя на рубашке, вообще-то, логотип с номером школы, – он пожал плечами. – А магазин всего в двух остановках отсюда. Идти пятнадцать минут.
Следопыт, ёпт...
– Так, ладно, ладно... Хорошо, – я выставил вперёд ладони, будто защищаясь от чьих-то активных приставаний.
Впрочем, Артур так и стоял напротив, засунув руки в карманы.
– Ладно, с этим понятно... Ну, и что ты тут забыл-то?
Он лениво посмотрел по сторонам, оглядел школу со скучающим видом.
Вот же гад, зевни ещё давай!
– Я? Ничего я не забыл. Это ты забыл свои заработанные деньги.
И вдруг шагнул вплотную, так, что его щека коснулась моего виска.
Я застыл.
А он спокойно сунул мне деньги в карман школьных брюк.
– Вот, держи.
И отступил назад.
Что-то перевернулось в груди.
...Раз. Два. Три.
Спокойствие. Только спокойствие...
– То есть, – я выдохнул медленно, – ты пришёл, чтобы просто отдать мне деньги?
– Ммм... ну да, – он пощипал переносицу.
– И ты больше не заставишь меня использовать эти магазинные ужасы для озабоченных?
– Видимо, нет.
– Нет? Точно нет?
– Нет.
– Нет?? Совсем-совсем-совсем нет?
– Я же сказал, нет.
– То есть ты больше ни разу не...
– Ну что ты ко мне пристал?
Блин, он опять улыбается одними глазами.
– Я?! Это Я к тебе пристал? Бля! Ты... Ты меня, вообще-то, трахнул, если что! Теперь припёрся всучить мне деньги! И я ещё к тебе и пристал?!
– Насколько мне помнится, конкретно Я тебя не трахал, – он оскалился.
Я светофор. Точно, человек-светофор. Иначе как объяснить, что ещё секунду назад моё лицо было нормального цвета.
А вот теперь я красный как рак.
– Я... Аэ... Ну ещё б ТЫ меня трахнул!!
– Тебе этого так хочется?
– Дебил!!
– Хм, это «нет»?
– НЕТ!
– Точно?
– Точно Нет!
– Совсем-совсем-совсем нет?
– А-А-А! Да пошёл ты!!
– М... хорошо.
Он развернулся и как ни в чём не бывало пошёл прочь.
Пффф... Отделался, значит, от меня? Может, он этого и хотел? Довести меня, а потом слинять под шумок?
...Ах так?!
И я бросился за ним.
– Эй!
– Эй, стой!
– Да стой ты!
– Блин!
Он резко развернулся так, что я чуть не врезался в него с разбега.
– Что опять?
Он улыбается. Мать твою, он ещё и улыбается!
Я молчал. Блин, что ему сказать? Что вообще говорят в таких ситуациях?
Ладно, подумаем иначе... Что мне сделать? Как поступить-то?
...А чего я хочу?
– Так и будешь молчать?
Я сопел, опустив голову и разглядывая его замшевые кроссовки.
– Я не могу стоять здесь вечно, пойми уже... – мягко, терпеливо.
Снова как с маленьким?!
И тогда я, отважно подняв на него глаза, выдал:
– Раз я решил, что ухожу, мне ведь ещё полагается отработка, так?
Бабу с возу – кобыле легче.
Артур с минуту помолчал. Просто стоял и смотрел на меня.
Наверное, прикидывал про себя, не свихнулся ли парнишка.
Потом, правда, чуть потеплел лицом, почесал затылок, хмыкнул.
– Значит, ты действительно...
– ДА! Да, блять, я согласен! Дейст-ви-тель-но согласен! Только перестань так со мной разговаривать! Потерплю ещё эти извращенские штуки и твои шизанутые идеи! Если тебе это так жизненно необходимо – пожалуйста! Вот он я! – я драматично раскинул руки в стороны. – Хочешь – бери!
Он опешил.
– Только, блин, не надо мне вот, – я явно терял мысль, – ну, если делать это... Короче, я согласен, сказал же!
– Вообще-то, я всего лишь хотел уточнить, действительно ли ты работал билетёром в зоопарке.
...Это жестоко...
– Я уже говорил, что ты меня бесишь, нет?!
– А я уже говорил, что ты милый, да?
Я беззвучно завыл.
За что? За что мне всё это?
– Всё. Мне пора. У меня ещё дела вечером, – подытожил я важно.
– Вечером?
– Ну да. Я в кафе иду.
– С кем? – он прищурился.
– Ну... Стоп, блин, какая тебе разница?
– Из чистого любопытства.
– Ну, это так.. личное...
– Я просто спросил.
– Ёлки-палки, это неважно!
– Так с кем?
– Ну, с друзьями. Со школы, – отмахнулся я.
– Ясно. Я жду тебя в восемь.
– Эй, я сказал, вообще-то, что буду занят веч...
– В восемь, – отрезал Артур и вышел из школьной ограды.
А я остался стоять с раскрытым ртом.
Вот нахал, а. Теперь ещё и распоряжаться моим временем будет? Работодатель, блин.
– Да, чуть не забыл...
Я подпрыгнул. Ну что на этот раз не так?!
– Побрей себя.
Этого мой бедный кипящий мозг уже просто не в состоянии был переварить.
– Ч... что?
– Побрей. Себя. Там. Какое из этих слов тебе не знакомо?
– Э... А это... зачем ещё?
– Мне так нравится, – и улыбнулся широко, пожав плечами.
Твою ж мать.
***
Я плёлся домой, размышляя про Артура. Ну вот что за тип, а? Как можно быть таким... трудным, блин. Как я ни пытался, а так и не смог до конца понять, что же меня в нём так воз... возмущает, я имел в виду! И вообще, что я мог сказать о человеке, которому позволяю проделывать такое с собой? Что я вообще о нём знал? Что он дико тащится по всем этим штуковинам, которыми торгует.
Что он красивый...
Тут я кисло вздохнул.
Наверняка у него кто-то есть. К тому же, в его возрасте уже всег... Эй, я даже возраста его не знаю. Сколько ему?
Года двадцать два? Двадцать три?
Эх...
Ладно, продолжим. Что у нас там ещё? Любит кожаные браслеты. Раньше носил пирсинг, судя по всему. Не особо разговорчивый. Хотя в последнем я не был уверен. Наверняка у него есть друзья, увлечения... Почему-то создавалось стойкое ощущение, что только со мной он перебрасывается парой слов, и то исключительно по работе.
Мда... по работе, блин. И смех, и грех.
***
Как оказалось, батя, у которого сегодня был сокращённый рабочий день, договорился с Полинкой на очередной урок унылой инженерии в шесть вечера. Я, конечно, этого не знал, а потому не ждал ни гостей, ни, собственно, батю.
В итоге, в пять сорок пять меня едва не застукали в незапертой ванной, свирепо орудующего бритвой в паху.
Приходу Полинки я был искренне рад, а она, в свою очередь, рассказала мне об обрушившемся на неё шквале слухов касательно нашего с ней бурного романа. Мы с ней на пару ехидно посмеялись, и они с батей засели за очередную зубрёжку.
Я же пошёл одеваться, кхм, на работу. И тут меня посетила очередная непутёвая мыслишка.
Я не знаю, как так вышло, но трусы я попросту не надел.
Вот так. Что я хотел этим доказать – непонятно.
И тут приключилась небольшая оказия.
– Мишка, ты куда собрался?
– Я... эм-м... да так.. прогуляться...
– Так ты подожди меня! Мы сейчас разберём последние две страницы, и я свободна!
Упс.
– Да я, вообще-то.. ну, у меня встреча...
– А-а-а... – разочарованно протянула Полинка.
Вот так, Миша, и рушится идиллия бытия. А что я мог ей сказать?
Мол, ты знаешь, извини, Полин, но у меня через полчаса встреча с одним мутным извращенцем, который со скучающей рожей имеет меня во все дыры ассортиментом своего секс-шопа... Не веришь? Вот, гляди, я даже трусы не надел! И спустить штаны торжественно, под фанфары и серпантин. Прощай, школа. Прощай, Полина. Прощай, жестокий мир.
Ровно в восемь я стоял в дверях магазина. Артур, склонившись над кассовой стойкой, заполнял какие-то бумажки.
– ДИНЬ-ДОН! – Я решительно шагнул внутрь, вдохнув воздуха, как пловец перед погружением.
– Привет. Я сейчас, пять минут. Иди пока на склад.
– Да бли-и-ин... – заворчал я, плетясь туда, куда послали.
– Что-то не так? – он даже головы не поднял.
– Нормально всё, – буркнул я. – Ты, в принципе, мог бы вообще не утруждать себя здороваться со мной... Я могу просто заходить молча, так же молча идти туда, снимать штаны, вставать раком, рисовать на жопе мишень и ждать тебя.
Вот это я разворчался, а.
– А мишень зачем? Думаешь, я могу промахнуться?
Я понял по голосу, что он улыбается. Шутник, блин.
– Я просто имел в виду, что можно вообще обходиться без приветствий, – поток моего ворчания всё не хотел иссякать. – Могу просто заходить и молча подставлять зад, блин!
– Если тебе так больше нравится – пожалуйста.
Ах ты гад...
– Не нравится мне!
Он изволил, наконец, оторваться от бумаг. Улыбнулся мне.
Приветливо так.
– Не ворчи. Топай на склад уже, я сейчас.
– Угу...
