Текст книги "- Вы же учитель физкультуры! (СИ)"

Автор книги: КотЭйко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 8 страниц)

– Тяжело, наверное, было быть соседями со Смирновым.

– Да нет, нормально. Он был вполне хорошим, пока в десятый не перешел, – говорила Лена.

– Да нет же, он был ужасным. Я его с первого класса знаю, – вздохнула тяжело я.

– О чем болтаете, девушки? – поинтересовался Александр Павлович и подошел к нам вместе с учителем физкультуры.

– Фу, да от вас же никотином несет, – схватилась за нос Лена.

– А ты разве не куришь? – поинтересовался трудовик.

– К вашему сведению, я не курю. Ибо считаю это дурной привычкой. Я бы и вам не советовала, – съязвила Лена.

– Ты такая грубая, – улыбнулся Павлович.

– Павлович, со стороны выглядит так, будто вы клеитесь ко мне, – грубо сказала русоволосая.

– А тебе не нравится, что ли? – поинтересовался мужчина.

– Ну, знаете, не вижу в этом ничего хорошего. Так что, пожалуйста, ведите себя, как это подобает учителю! – глядя на Назарову, я начинаю понимать, что мы похожи. Только вот, правда, она смелее меня. – Пошли, Даша, – схватила меня за руку девушка и повела за собой.

Мы зашли в школу и поднялись на третий этаж.

– Лена, ты разговаривала с трудовиком так, будто между вами что-то произошло, – подметила я.

– Ага, – ответила подруга и краснела от злости. – Я его просто ненавижу! – сказала девушка.

– Ненавидишь? Из-за того, что он ведет себя так легкомысленно?

– Не только.

– А что тогда? – спросила у Назаровой.

– Этот парень – друг моего родного старшего брата. Он так же приезжий, как и я. Только вот он приехал позже нас, он продолжает приходить к нам домой в гости. Видите ли, потому что они друзья с Лешей.

– Леша – это твой брат? – поинтересовалась у девушки.

– Ну, да. Мой любимый братец, чёрт бы его побрал, бабника хренова, – кипела от злости Лена.

– Ладно-ладно, успокойся, – пыталась успокоить девушку.

У нас с одиннадцатым А был сведенный урок труда, и, к сожалению, он стоял первым по списку, и, чёрт подери, второй была физкультура. Тяжелое начало дня...

7 часть

Прозвенел звонок, и все одиннадцатиклассники направились в кабинет труда. Александр Павлович усадил всех девочек и приказал заниматься своими делами, а с мальчиками они стругали табуретки.

Наша учительница по труду вышла в декрет, поэтому уроков с ней у нас нет. А из расписания труд не убрали, так что мы всё же обязаны ходить на уроки вместе с мальчишками. Оценки Павлович ставит те же, что стояли у нас в том году. Вообще, он добрый мужик, только вот девок страшно любит. Иногда это меня даже пугает.

Всегда делает комплименты и хихикает с девчонками. Кажется, я понимаю из-за чего ненавидит его Ленка.

А, может, она ревнует его ко всем? Возможно же такое, бывают ведь и такие случаи. Ведь они знакомы давно уже.

– Эй, о чем думаешь? – легонечко ударила меня локтем.

– Да так, ни о чем особом, – ответила девушке и облокотилась на свою руку.

– Раз так, тогда почему ты не повторяешь домашку? – поинтересовалась Лена.

– Зачем, я её запомнила, – ответила подруге.

– Везет тебе, а у меня завал, – тяжело вздохнула Лена и скривила лицо.

– С чем проблемы-то?

– С алгеброй. Сколько бы я не решала задачу, у меня никак не выходит ответ, – недовольно сказала девушка.

– Дай, взгляну, может помогу чем, – попросила у девушки тетрадь. После чего Назарова достала из своей сумки тетрадь по алгебре и открыла её.

– Вот, помоги, пожалуйста, – указала на задание.

– Начнем с того, что уравнение решено неправильно, – обратила внимание на задание повыше.

– Как это неправильно? – удивилась девушка.

– Вот так вот, ты пропустила знак. Если поменять знаки, тогда выйдет правильно, – ответила Лене.

– Сейчас исправлю, – сказала Назарова и поменяла знаки. – А что с остальными? – поинтересовалась русоволосая.

– Остальные решены верно, а теперь дай прочитать условие задачи, – отобрала из рук тетрадь и начала читать задание. – Знаешь, задача такого типа нелегкая, но я попробую решить за тебя, позволишь? – спросила у девушки.

– Если не затруднит, – ответила подруга. После я начала выполнять задание.

Через семь минут я решила задачу.

– Вот, держи, – подвинула к ней тетрадь. – Видишь формулу, что написана выше примеров, вот её ты должна была подставить сюда, – указала на уравнение. – Потом подставляешь нужное число и решаешь.

– Ого, спасибо тебе большое, – сказала девушка и закрыла тетрадь.

– Пожалуйста, если хочешь, помогу ещё с чем-нибудь.

– Да нет, спасибо, мне только нужно было алгебру. Ещё раз спасибо, – улыбнулась подруга и положила тетрадь в сумку.

– Как скажешь, – ответила Лене.

– Эй, пс... – прошептала одна из моих одноклассниц. – Зайцева, блин, – произнесла Маша, после чего я обернулась к ней.

– Голенцова, чего тебе? – поинтересовалась у шатенки.

– Что так грубо? А, впрочем, неважно, я хотела предупредить тебя, что урок физкультуры будет с одиннадцатым А, – сказала одноклассница и поправила свои волосы.

– О, классно, – обрадовалась Лена.

– И правда, очень хорошо, – ответила подруге и постаралась улыбнуться ей. Улыбка у меня вышла непонятно какая. Уголки губ слегка приподнялись вверх и тряслись от напряжения.

– Эм, Даша, – произнесла Лена.

– Да? – спросила у подруги.

– Когда не хочешь улыбаться, не улыбайся. Тебя никто не заставляет. А то выглядит так, что тебя насильно заставили улыбнуться, – ответила девушка.

– Что? Всё настолько плохо? – спросила у Назаровой.

– Твоя улыбка выглядит, как у серийного убийцы, – ответила Лена, на что я надула губы. – Ахах, ты такая милашка, – схватилась за мои щеки девушка и начала их тянуть.

– Эй, больно же! – сказала девушке, после чего она сжала их покрепче.

Чёрт, теперь у меня красные щеки. Гляделась в маленькое зеркальце я, что было у меня в сумке.

Труд для нас с Леной прошли незаметно, так как мы болтали целый урок. Началась перемена, и все направились в раздевалки, чтобы переодеться на физкультуру.

Переодевшись, я направилась вместе с Назаровой в столовую. Лена проголодалась, да и я к тому же была голодна. В кармане спортивных штанов завалялись деньги, ещё с того года.

Стоп, с того года? О, чёрт, до меня дошло, что я не стирала форму с весны. Блин, неудобно как-то. Нужно будет простирать на выходных.

Так вот, Лена купила себе булку, а я пирожок. Я знаю, что вы сейчас думаете: « Есть перед физкультурой – не самая лучшая идея». Да знаю я, но кушать очень хочется. Из-за моего дурного характера, я со вчерашнего дня ничего не съела.

– Какая вкусная булочка, – говорила Лена и жевала булку.

– И не говори, пирожок тоже очень смачный, – отвечала Назаровой и жевала пирожок с капустой. – Ах, сейчас бы чайку, – произнесла я.

– А леща не хотите? – поинтересовался у нас мужчина, что стоял позади. Мы с Леной обернулись к нему и увидели недовольного учителя, что стоял со соложеными руками и недовольно смотрел на нас с Леной.

– А... Артём Витальевич? – увидев парня, я подавилась булкой. Моим спасением была Лена, что постучала мне по спине.

Она просто моя спасительница. Ох, уж этот физрук. Такое чувство, что приведение: появляется из неоткуда.

– Чего леща-то сразу, Артём Витальевич? – пробормотала недовольно подруга.

– Ну хорошо, не желаете получить десять кругов по стадиону? – положил руки на пояс.

– За что, Артём Витальевич? – спросила Назарова и недовольно посмотрела на учителя.

– За булочку и пирожок, Назарова.

– Вот вы зануда, – надула губы девушка и продолжила есть.

– Мы понимаем, что есть перед физкультурой неправильно. Но если организм требует пищи, не стоит ограничивать себя, а то, знаете, может быть истощение организма, – кусая пирожок говорила я.

– Какая ты умная, а если вдруг тебя вырвет на уроке? Что тогда, а? – спросил парень.

Знаете, а этот умник подал мне грандиозную идею. Сейчас нажрусь и устрою веселье на физкультуре.

– Не беспокойтесь за меня, учитель. Один пирожок не повредит мне, – ответила парню, после чего он недовольно закатил глаза.

– Ваше дело, что хотите, то и делайте. Но смотрите мне, опоздаете на урок – накажу, – посмотрел на нас устрашающе.

– Мы поняли, – передернуло меня от его взгляда.

– Не забудь, Попрыгайкина, ты пересдаешь приседания сегодня! – напомнил парень и вышел из столовки.

О, Боже, он меня уже бесит! Не умничал бы. Сам курит в школе, а нам есть не разрешает, вот гаденыш...

– Забей на него, Даша, – вздохнула Лена и начала доедать свою булку. Она съела её в мгновение ока. – Доедай быстрей, а не то, и правда, опоздаем, – поднялась с места девушка.

– Угу, – ответила я и закинула в рот пирожок, что оставался у меня почти съеденным. Я встала с места и вместе с Назаровой направилась в спортзал. Мы вовремя зашли в зал, ведь звонок прозвенел буквально в ту же минуту, что мы открыли дверь. Все выстроились, и учитель начал перекличку. Таким образом он знал, кто находится на уроке, а кто отсутствует.

– Так, одиннадцатый А и одиннадцатый Б, вам задание – пробежать восемь кругов.

– Уу... – дружно произнесли классы.

– Что за реакция, ребята? – поинтересовался физрук, и посмотрел на моих идиотов-одноклассников и на одиннадцатый А.

– Ну, восемь кругов, – произнес мой светловолосый одноклассник, словно простонал. – Много, знаете ли, – добавил блондин.

– Я в твоё время, Голубев Паша, бегал двенадцать кругов, – вздохнул Артём Витальевич.

– Ну, так это ж ваше время, а это наше. Может четыре круга? – решил поторговаться с физруком.

– Восемь! – сложил руки брюнет.

– Может, тогда пять? – снова вставил Паша.

– Девять! – добавил Артём Витальевич.

– Ладно, восемь, так восемь... – вздохнул Павел.

– И, вообще, физкультура полезная вещь, я вам скажу. Будете здоровее и, конечно же, сильнее, – посмотрел на классы парень.

– Лучше секса ничего нет, – какой-то смелый вставил свою никчемную фразу, после которой классы дружно засмеялись. И что такого смешного сказал Смирнов? Подумаешь, вставил какое-то глупое предложение, о котором сам не подумал. И почему эти люди такие глупые.

– Соглашусь, Смирнов, секс – важная вещь, даже важнее физкультуры. Но, знаешь что, парень, если ты не спортивный, да ещё и жирный, не видать тебе секса, – как будто сам испытал. И о чем только говорят эти двое? Они явно идиоты. Как говорится: «Рукалицо». Без лишних слов, физрук такой же как и Смирнов – бабник.

– А знаете, вы правы, – ухмыльнулся Смирнов и посмотрел в сторону, где стояла я. – Чтобы девушка дала, нужно выглядеть сексуально. Да, Зайцева? – обратился ко мне Смирнов, после чего я вздрогнула.

Почему он спрашивает меня об этом? Мне-то откуда знать?

– Зайцева, Артём Витальевич прав? – снова пристал со своими вопросами Смирнов. Я стояла растерянной и слегка покрасневшей. Идиот, неужели ему так хочется говорить о таких вещах?

Все мои одноклассницы пытались сдержать смех, понимая, что Смирнов надо мной издевается. Но тут за меня вступилась Лена.

– Смирнов, придурок, да будь у тебя тело в сто раз круче, тебе бы всё равно никто не дал, ибо мозгов у тебя нет! – воскликнула на весь спортзал девушка. После чего одноклассницы успокоились и со страхом посмотрели на Назарову. Девчонки боялись Лену, ибо она могла дать отпор каждому и даже накинуться с кулаками.

– Не зарекалась бы и ты Назарова, – ухмыльнулся шатен.

– Смотри, ты не зарекайся, а не то... – хотела продолжить Лена, но её перебил учитель.

– Разговорчики в строю! – кто бы говорил. – Хватит болтать попросту, чем быстрее побежите, тем быстрее вы справитесь.

– Ты прав, – ответил Смирнов и перевел взгляд на учителя.

Мои одноклассники развернулись налево и приготовились бежать. Артём Витальевич дунул в свисток и все побежали.

– Попрыгайкина, а ты пойди ко мне! – посмотрел на меня брюнет, после чего я нехотя подошла к мужчине.

– Чего вам, учитель? – спросила у Артёма Витальевича.

– Дорогая, а ты не собираешься пересдавать приседания? – спросил физрук и подошел ко мне поближе. Он встал напротив и смотрел мне в глаза. От него немного исходил запах никотина и мятной конфеты. Я сделала шаг назад и присела.

– Считайте, учитель, – съязвила я, после чего уголки губ физрука поднялись вверх, а глаза игриво заблестели, будто он со мной в игру.

8 часть

– Давай, Зайцева, покажи мастер-класс, – ухмыльнулся парень и опустил на меня свой взгляд.

Серьёзно насмехается. Вот, гад...

– Сейчас покажу, – мой голос стал грубее. – Один, – присела. – Два, – снова продолжила счёт. – Три...

Спустя десять минут.

– Давай, давай, Зайцева, я в тебя верю! Давай хоть шестнадцатый раз присядь, – кричал мужчина и смеялся.

Если бы он только знал, как я хочу засунуть ему кроссовок в рот, чтобы он заткнулся. Но воспитание, ЁМАЁ.

– Пожалуйста, не торопите меня, – старалась присесть я, обливаясь седьмым потом.

– Да, Зайцева, что-то меня не впечатлил твой мастер-класс, – вздохнул парень и присел на лавочку.

– А меня-то как не впечатлила ваша болтовня, – пробормотала под нос.

– Что? – услышав, что я сказала, спросил физрук и посмотрел на меня.

– Я говорю, смотрите, я не подведу вас! – сказала чуть громче. – Шестнадцать, – откуда ни возьмись появились силы. – Семнадцать... – продолжила счет – Восемнадцать...

Прошло ещё минут десять.

– Тридцать шесть, – считала я и старалась терпеть боль. – Тридцать семь, – уже ели дышала. – Тридцать восемь... – дрожало всё тело, и ныли ноги.

Я неспортивная. Физкультура для меня, как для моих одноклассников геометрия или химия. Очень сложная и непонятная. Я, конечно же, понимала, что физкультура легкий предмет, но я такая хиленькая, что еле-еле приседаю тринадцать раз. А тут бах, и почти сорок. Давай, Зайцева, держись! Ты же мужик!

– Тридцать девять, – считала я, после чего Артём Витальевич посмотрел на меня с удивлением. Но ноги уже не держались и дрожали. Шло напряжение по всему телу, кружилась голова и темнело в глазах. Но я не собиралась сдаваться. Я старалась присесть сороковой раз, что удавалось труднее всего.

– Молодец, Зайцева! Присядешь ещё раз – я поставлю пятерку! – поднялся парень со скамейки.

– С... Су... – почему-то мне хотелось произнести «сука». Возможно, из-за того, что я была на пределе? – Сорок, мать твою! – воскликнула я и присела наконец-таки. – Ой, ой, ой, я имела виду, что сорок раз, наконец-то, присела, – встретилась с его взглядом и сразу же исправила себя. Фак, так неловко, я ведь чуть ли не раскрыла свою личность. Какая же всё-таки балда. Но он сделал вид, что не услышал меня.

– Молодец, Даша. Пять. А теперь присядь на лавочку и отдохни, – вписал в журнал оценку.

Ну уж нет, я что слабачка, что ли? Нет, я буду потеть и пыхтеть, чтобы получать одни пятерки.

– Можно, я с классом поиграю? – поинтересовалась у учителя, пытаясь забыть, что произошло минуты две назад.

– Уверенна, что хочешь с классом? – спросил парень и сложил руки.

Тю, спрашивает ещё. Не знаю откуда, но у меня появилась энергия. Этот парень волшебник. Возможно, из-за него у меня появились силы. Только вот, он ни фига и не сделал.

– На все сто процентов, – ответила физруку.

– Ладно, беги, только не переусердствуй, – вздохнул с улыбкой Артём Витальевич.

– Ок, – ответила я. – Ой, то есть хорошо, – поправила себя и побежала к одноклассникам.

Оставшиеся двадцать минут, я играла в баскетбол с классом. Но, к несчастью, все прошло неудачно. Во-первых, мне заехали мячом. Во-вторых, я падала. И в-третьих, я не умела играть. Кажется, я здорово повеселила свой класс за этот день.

Закончился урок, и я с синяками на ногах отправилась на следующий. Пока была перемена, я сидела в классе и слушала Машу и Яну, которые обсуждали нашего нового физрука.

– Ну, а всё-таки, как думаешь, у Артёма есть девушка? – закинула ногу на ногу Маша и глядела в зеркальце, что держала у себя в руке.

– Вполне вероятно, ведь он такой красивый. Как у такого красавчика может не быть девушки, – расчесывала свои светлые волосы Яна и смотрела на подругу.

– Да, если у него она есть, будет немного обидно. Ведь я собираюсь покорить его, – улыбнулась в зеркало Маша и пальцем провела по губам, таким образом она размазывала блеск.

– Ты серьёзно? – поинтересовалась блондинка.

– Ага, спорим, что до конца года я пересплю с ним? – улыбнулась шатенка. О, мой Бог, они это серьёзно? Неужели девушкам нечем больше заняться?

– Ты правда намерена сделать это с учителем? – удивленно спросила девушка.

– Да, я хочу этого, – Господи, избавь меня от этих шлюх.

– О чем беседуете, красавицы? – вошел в класс Смирнов и вмешался в разговор одноклассниц. При этом он испугал девушек.

– Тфу, ты, блин... Смирнов, чего пугаешь-то так? – спросила Яна и положила руку на грудь.

– Янчик, испугалась? – мило спросил Смирнов.

– Конечно, дурак! – ответила девушка.

– Не пугайся, это же я, – улыбнулся Смирнов и приблизился к Яниному лицу. Девушка заметно покраснела и стала нервно теребить край своей блузки.

– Слушай, Яна, а ты оказывается такая милая, – произнес парень, смотря в её зелёные глаза.

Опять двадцать пять. Как же они меня задрали. Всё время Смирнов клеит девушек своим обаянием и своей внешностью. Он самый красивый из нашего класса. Ходят слухи, что он спал с многими из нашей школы. Ну, с четырьмя, точно. На перемене, в классе, на улице, в столовой и даже в туалете постоянно слышу, какой он милый и хороший. Тфу, бесит он меня с первого класса. Вообще, меня бесят все мои одноклассники, но он... Это просто словами не описать, какой он противный и глупый! Как парень-хулиган может нравится девушкам? Он пьет, курит, тусуется по барам, снимает девушек.

А чего я-то думаю об этом? Мне на него всё равно, клала я на этого типа!

– Смирнов, что ты такое говоришь, – слегка отпихнула его от себя. – Я вообще как бы красивая, это ничего? – спросила девушка.

– Да, соглашусь: ты красивая. Но по сравнению кое с кем, ты просто на втором месте, – ухмыльнулся парень.

– Кое с кем... И с кем же? – спросила высокомерно девушка и сложила перед собой руки.

– Если узнаешь, распсихуешься, – улыбнулся Женя.

– Что значит, распсихуюсь? А ну, давай, выкладывай, кто она! – воскликнула девушка и заметно покраснела от злости.

– Ну, нет, ты её разорвешь, – произнес парень и пронзительным взглядом посмотрел на мою парту, что стояла позади Яны. Он посмотрел в мои глаза, после чего мне стало не по себе. Такое чувство, что пересохло в горле, и одновременно что-то мешало дышать. А сердце бешено билось, от непонятно чего...

– Говори уже, Смирнов, не беси меня, в натуре! – воскликнула Яна.

– Ой, лапусь, да успокойся, он разводит тебя, как ребёнка. Красивее меня и тебя никого нет, – сказала типичная шлюха и поправила свои длинные волосы.

– Ахах, как скажете, красавицы, – подмигнул Женя и направился к своей парте, что была впереди меня, он подходил к своему месту и смотрел в мои глаза.

Почему он смотрит так на меня? Что я ему сделала такого, что он, не отрываясь, пялится мне в глаза.

И почему он молчит? Чёрт, чёрт, черт...

Что происходит?

– Даша, – послышался голос, отчего моё сердце на мгновенье замерло, а после начало биться сильнее.

– Чего тебе Смирнов? – Зайцева? Даша? Этот парень и впрямь продолжает меня удивлять.

– Я... – произнес тихо Смирнов, но подлый звонок перебил парня. После чего он изменился на глазах. – Какого хера ты уставилась на меня? – голос так же изменился, как и его взгляд.

Он пошутил, да?

Я смотрю на него? А разве не он сверлит меня взглядом?

– Нельзя смотреть уже, что ли? – на грубость я ответила ему грубо.

– Так, ребятки, присаживаемся, – влетела, как вихрь, наша классуха и перебила нас со Смирновым. Все уселись на свои места, а женщина начала скучный урок истории. Больше всего в жизни ненавижу историю. Она скучная... Хоть и не трудная, но всё же... Я облокотилась об свою руку и внимательно слушала Светлану Алексеевну.

За этот день я здорово измоталась. Занятия шли долго и скучно. И вот через три урока настал момент икс, я направлялась домой. Одна. Обидно однако... Лена осталась на футбол, а вот я держала путь к дому. Вышла из школы, поправила свой рюкзак и увидела Смирнова, что курил сигарету и стоял у входа, поглядывая в мою сторону. С ним же стоял и Артём Витальевич. Я сжала лямку покрепче и проходила мимо тех двух.

– Зайкина, ты уже домой? – поинтересовался брюнет и выдохнул дым. Так, Зайцева, вспомни о том, что ты МУЖИК. Держи себя в руках, держи...

Останавливаясь возле учителя и одноклассника, я нервно сжимала лямку и старалась быть, как можно спокойнее. Но, блин, беда, печаль, обида... Я была уже готова сорваться на учителя.

– Артём, а почему ты называешь так Зайцеву? – о, Боже, аплодисменты моему однокласснику Смирнову Евгению, за умный вопрос. Аплодируем стоя!

– Это же очевидно, – ответил физрук.

– Да, и что именно? – поинтересовался Смирнов.

– Я плохо запомнил её фамилию, – прям мистер очевидность, ага. Да-да, не запомнил он. Ему просто нравится смеяться надо мной. И всё тут.

– Не убедили, учитель, – произнес Смирнов.

– Но это правда, – засмеялся Артём Витальевич. – В любом случае, Зайцева, ты молодец! – похвалил парень и снова притулил к своим губам сигарету.

– Не понимаю, за что благодарите? – спросила у брюнета.

– За то, что показала мастер-класс, Зайцева! – выдохнул парень.

И теперь я точно поняла, что он меня подкалывает.

– Перестаньте! – сказала я, после чего Смирнов и учитель удивленно уставились на меня.

– Перестать что? – поинтересовался Артём Витальевич.

– Перестаньте насмехаться надо мной! У каждого свой придел! Пошутили, и хватит.

– А кто шутит-то? – спросил брюнет.

– Вы же и шутите! – ответила ему на вопрос.

– Интересно, когда я шутил? – поинтересовался с недоумением.

– Вчера, сегодня и вот сейчас. Вы специально это делаете?

– Это?

– Да, коверкаете мою фамилию, – ответила мужчине.

– Да нет, просто я и правда забываю твою фамилию, красавица, – мило улыбнулся Артём Витальевич.

– Пойдем, – неожиданно послышался голос и мою руку схватил Смирнов. После чего я удивилась сильнее.

– Ку... Куда? – почему-то у меня задрожал голос.

– Проведу тебя домой, – взял меня за руку, после чего я заметила, как «ёкнуло» моё сердце. – До свидания, учитель! – попрощался шатен и потащил меня за собой. Я даже и понять толком не успела, как очутилась за пределами школы, от моего взора скрылся Артём Витальевич. И школьным духом вблизи уже не пахло.

Одноклассник шел всю дорогу молча и не отпускал мою руку.

После чего остановился и всё же решил отпустить руку. Парень посмотрел на меня с полной уверенностью и серьёзностью.

Ой, что щас будет...

Помогите кто-нибудь... Бэтмен, Человек паук, Сейлор мун... Ну кто-нибудь...

9 часть

– Даша, – обратился ко мне снова по имени.

– Да? – вздрогнула я и посмотрела на парня.

– Ты – это что-то с чем-то... – улыбнулся шатен, и на его лице появилась легкая улыбка.

– Ты что издеваешься надо мной? – поинтересовалась у парня. – Если да, тогда я ухожу.

– Да нет же, Зайцева, я хочу тебе сказать кое-что очень важное. Постой только, – легонько положил свою руку мне на плечо и посмотрел в глаза.

Как странно... Такое чувство, что рядом не Смирнов, а совершенно другой человек. Очень ласковый и добрый. Ведь настоящий Смирнов постоянно дергает меня и приклепывается ко всему, что связанно со мной. Что же он хочет мне сказать?

– И что же ты мне хочешь сказать? – спросила у своего одноклассника я.

– На самом деле...

– А, вот вы где, ребята! – перебил нас голос Артёма Витальевича. После чего я почувствовала, как моё плечо крепко сжал Женя. Мне даже было немного больно.

– Чего вы хотели? – грубо спросил парень. Смирнов был явно не доволен, ведь его перебили. Он ненавидит несколько вещей; первое – когда навязывают своё мнение и второе, когда его перебивают.

– Да вот... – протянул мобильник Жени. – Ты уронил его, когда тянул Дашу за собой, – ответил парень и посмотрел на меня.

– Спасибо, – отобрал свой телефон. – Это всё? – грубо поинтересовался Смирнов.

– Ну, да, – ответил физрук.

– Тогда... – не успел договорить, как я ту же перебила его.

– До свидания, Артём Витальевич, – попрощалась с ним я. – До завтра, Смирнов, – посмотрела на одноклассника и, не выслушав их, направилась вперед. Я ускорила шаг, так как была напугана. Я не знаю, что хотел мне сказать Смирнов, но это было бы явно что-то нехорошее. Зная одноклассника, я с уверенностью могла это сказать.

Домой шла я недолго. Ведь Смирнов почти проводил меня, спасибо учителю, что пришел вовремя, а не то бы я с ума сошла. Вот он мой Супермен!

Заскрипела дверь, через которую я вошла в дом. Разулась и сняла рюкзак, кинула его на пол и побежала на кухню. Ведь понимала, что моя мама находится именно там. Это было понять легко по запаху пиццы, который исходил с кухни.

Я забежала на кухню и с объятиями накинулась на свою мать. Я обхватила маму руками и крепко обняла её.

– Мамочка, прости меня, – произнесла своей маме, после чего я увидела на маминых глазах слёзы. Кажется, это были слёзы радости. – Мама, почему ты плачешь? – поинтересовалось у женщины, после чего и она обхватила меня руками.

Я впервые за свою жизнь извинилась перед ней и назвала «мамочкой». Я понимаю её чувства.

– Я обидела тебя, да? – сквозь слёзы спросила мама.

– Нет, прости меня, это я сегодня обидела тебя. Прошу, прости... Я сглупила, мне не нужно было злиться на тебя, мамулечка, – не отпуская её, говорила я.

– Дарья, – произнесла мама и улыбнулась.

– Эм... Мама, могу я попросить тебя... – обратилась к ней я.

– Да? – спросила женщина.

– Не могла бы ты перестать называть меня Дарьей, ей-Богу, зови меня Дашкой, но не Дарьей, – произнесла я.

– Тебе не нравится твое имя? – поинтересовалась женщина.

– Не то чтобы не нравится... Просто все родители моих сверстников не называют детей полным именем. Они обращаются к ним так, как полагает родителям, – произнесла я. – Не в обиду, но манера разговора ваша с отцом устарела лет так триста... – и что только на меня нашло сегодня?

– Так значит, ты не хочешь, чтобы я называла тебя Дарьей? – спросила мама.

– Нет, – ответила ей.

– Хорошо, Даша, – не стала даже спорить со мной и легко согласилась. Я очень удивилась этому, ведь обычно она говорит что-то наподобие « Ну и что, наша семья не такая, как все. Мы воспитанный народ». Но в тот раз мама удивила меня. – Только, пожалуйста, дочка, если с тобой что-то не так или ты чувствуешь себя плохо, сообщи мне об этом. Поставь меня в известность, – наши отношения всё время были непростыми и напряженными. Как в то время, когда все секретничали с мамами, а мы с ней ссорились.

Я всегда хотела, разговаривать с ней по душам. Но, этого мне не удавалось. И кажется, она этого тоже желала, как и я. Но наши дурные характеры не позволяли этого.

– Хорошо, мама, я буду ставить тебя в известность, – улыбнулась я, после чего мы ещё раз обнялись и мама направилась к плите, а я присела за стол. – Мама, я голодная, – произнесла я. – Настолько, что и слона съела бы.

– Конечно, не ела почти два дня, теперь голодная. Подожди немного, – произнесла мама. Мне показалось, или она изменилась поведением и голосом. И на лице была простота, и не было того высокомерного взгляда. Она стала проще, а вот глаза её... Я заметила, были красными... Она плакала... Чёрт, из-за меня ведь...

Пока я размышляла над этим, она обернулась к плите, и я снова подошла к ней. И обняла маму сзади. Я никогда не делала так, и обнимались мы с ней крайне редко. Мы часто ругались, поэтому не было возможности. А сейчас появился этот шанс.

– Твои глаза красные, это из-за меня, ведь так? Прости... Я неидеальная дочь, – произнесла я маме.

– Это я глупая мать, – неожиданно прозвучали эти слова, от которых я удивилась ещё больше. – С сегодняшнего дня я не Надежда, а Надя. Отец не Александр, а Саша. Ты не Дарья, а Даша, – говорила мама. Можно было подумать, что это была не она, а совершенно другой человек. Но нет, это была моя мама. Хоть и голос её как-то поменялся, он стал у неё более грубым и громки. Но, всё равно она оставалась всё той же мамой, которую я люблю. Раньше она говорила чуть тише, и в голосе её звучало высокомерие. Но сейчас же звучит уверенность. Её любовь не сравнима ни с чем. Она одна такая единственная, любимая и неповторимая. Я люблю её. И теперь я, кажется, понимаю, какая настоящая мама. Она лишь была под маской. Но что-то случилось такое, что ей пришлось стать настоящей... Что же произошло с мамой?

Только для меня это всё-таки останется загадкой, с чего такие перемены произошли с моей мамой?

Я так и не знаю.

– Всё, хватит меня уже обнимать, задушишь! – воскликнула мама, после чего мы вместе с ней засмеялись. Ещё немного пообнимались, и после маме удалось меня от себя отлепить. Я сидела за столом и ждала мамину фирменную итальянскую пиццу. Которую она готовила просто лучше всех шеф-поваров вместе взятых.

Через час пришел с работы папа, и в этот момент уже была готовая пицца. Мы всей семьей поужинали и разошлись по своими комнатам. Сделав домашнее задание, я легла спать.

Мой сон был бы намного прекрасней, если бы я не захотела попить. Жажда мешала мне сосредоточиться на сне, поэтому где-то к часу ночи я подняла свою «тушу» и направилась на кухню. Открыла холодильник и взяла минералку, ногой держала дверцу холодильника, чтобы он освещал мне комнату, чтобы я видела, что и где находится.

Но я не учла того, что холодильник запиликал из-за того, что я долго держала его открытым. В комнату вошла моя мама и посмотрела на меня.

– Ага, воришка в доме? – сказала мама и, посмотрев на меня, улыбнулась. Улыбка была такой тёплой и приятной, что даже я растаяла перед ней.

– Нет, я водички пришла попить, – ответила своей маме и просто не смогла сдержать улыбку. – А ты чего не спишь? – поинтересовалась я.

– Да вот, воришек решила половить, – от её слов мне стало немного смешно.

– Мама... – произнесла я и старалась не засмеяться. – А если правда? – снова задала маме вопрос.

– Если честно, я просто тоже хотела попить. Пока твой отец храпит, можно будет и на кухне посидеть: – «Храпит»? Да эта женщина – точно моя мама? Если да, тогда она у меня самая клёвая. И зачем она только играла в строгую мамочку.

– Мама, ответь мне пожалуйста на вопрос, – сказала маме.

– На какой? – поинтересовалась кудрявая женщина, нагло выхватила бутылку с водой и присела за стол. После чего я села рядом.

– Почему ты вдруг изменилась? – сложив руки, спросила я.

– Я не изменилась, – сделала глоток и сразу же оторвалась от бутылки. – Я такой и была, – вздохнула мама. – В школе моё поведение было отвратным и училась я не очень-то хорошо, но и двоечницей никогда не была. Я была вспыльчивой и резкой. А твой отец был хулиганом в школе, – да ладно, она врет? Быть такого не может. – Ты, наверное, не веришь, но это так! – словно прочитала мои мысли. – С отцом мы решили воспитать тебя строго, так как не хотели, чтобы ты унаследовала наши гены, – но, кажется, я всё же унаследовала их. – Я всегда желала, чтобы моя дочь была прилежной ученицей, которую всегда ставили бы в пример. Как ты уже поняла, я была слишком строга с тобой, не разрешала тебе всего, чего бы ты не пожелала. Ты, наверное, думаешь, с чего я тебе всю историю рассказываю? – снова прочла мои мысли. – Так вот, тебе уже почти семнадцать, вот я и решила рассказать всю правду. Надеюсь, ты не станешь меня ненавидеть? Если хочешь, я запишу тебя на танцы, – сказала мама. Она помнила всё. Ведь ей это очень важно. А я глупая думала, что они не хотели, чтобы я была счастлива. Но я глубоко ошибалась в их адрес.