Текст книги "Род Харальда I Прекрасноволосого"

Автор книги: Irizka2

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 4 страниц)

10. Сальто-мортале

Первое мгновение Март даже начал отвечать, а потом дёрнулся, сам не понимая себя и своих желаний. Олав нежно улыбнулся и погладил его ладонью по щеке.

– Хочу тебя, – сказал альфа, и Март отскочил от него так сильно, что, натолкнувшись на стол, расплескал чай в чашках и уронил ручки на пол. – Ты мне снишься, снится наш первый раз…

Олав снова притянул Марта к себе и поцеловал, теперь это был грубый и настойчивый поцелуй, напоминающий их прошлую встречу в этой комнате и Марту показалось, что все прежние ощущения и страхи вернулись в одно мгновение.

– Прекрати. Синдри скоро вернётся!

– Не вернётся. Он пошёл домой. Потому что я хочу побыть с тобой! – Альфа продолжал ласкать ему губы, страстно обжигать дыханием кожу и с силой прижимать к себе, заставляя Марта чувствовать себя пойманной в клетку мышью. Омега стал задыхаться, дёргаясь в крепких объятьях, пытался кричать и истерично колотил Олава кулаками.

– Не бузи, – рыкнул на него альфа и ловко перехватив запястья, скрепил их вытащенным из коробки жгутом. Подтолкнув омегу к постели, вторым жгутом он стянул ему руки чуть выше локтя. – Вот так ты мне больше нравишься, – с садисткой усмешкой произнёс Олав и стал стаскивать с Марта одежду.

Омега не кричал, на него то накатывало раздражение, что Олав снова делает все по-своему, то горячее возбуждение. И от всех этих эмоций Март чувствовал себя беспомощной куклой в руках садиста. Твёрдые пальцы альфы, его грубые нетерпеливые движения и сбившееся дыхание во влажных поцелуях на онемевшей коже – все это возбуждало, заставляя похоть контролировать тело и разум.

Течка была уже слабой, но Олаву казалось, что омега течёт от желания. Одуряющий запах Марта превращал мозги в сгустки желе и все сомнения ушли, не оставив ничего кроме нестерпимой тяги к прекрасному телу. От захватывающей сердце нежности трясло, хотелось целовать его всюду, оставить свои отметки и, связав такого податливого и прекрасного омегу, закрепить рядом с собой навсегда – Олав был уверен, что Марту понравится подчиняться и быть его собственностью.

Немного размяв проход пальцами, Олав погладил его изнутри, задевая чувствительное место, отчего Март вздрагивал и тихо постанывал, выдавая свое желание. Альфа восторгался происходящим, нашёптывал Марту пошлые глупости, не замечая, насколько тот скован. Прежде чем войти, Олав притронулся обжигающими поцелуями к напряжённому раскрасневшемуся анусу, заставляя омегу трястись от стыда.

Звук шуршащей обёртки презерватива вызвал у Марта новую волну отчаянья, он стал скулить, елозя со связанными руками, попытался встать, но альфа придавил его сильно рукой к постели. Слёзы градом покатились из глаз, а когда Олав, слишком поспешно и небрежно вошёл в него, омега вскрикнул от боли.

– Не надо, пожалуйста, – взмолился Март.

– Сейчас будет хорошо, – Олав замер, давая привыкнуть к себе, и провёл пальцами по спине, расслабляя застывшие мышцы и успокаивая.

На омегу это подействовало по-странному умиротворяюще. Март выдохнул, отринул все мысли, оставляя своё тело для употребления. Мелькнула мысль, что всё могло быть и хуже, а этот наглый альфа был объектом его эротических фантазий и Март мечтал о нем и дрочил слишком долго. И Олав, по крайней мере, предохраняется…

Олав действительно старался сделать омеге приятно и в какой-то момент Март кончил, хотя казалось, что он совсем ничего не чувствует. После оргазма пустота внутри стала ещё более оглушающей, не хотелось ничего, и было уже не важно, что Олав его просто использует, безжалостно и очень грубо. Март запутался, не понимая, что сильнее его расстраивает: их первый секс без обоюдной договоренности или то, что для Олава Март всего лишь временная игрушка. А Март мечтал о настоящих, долгих и трепетных чувствах. Если бы Олав сейчас сказал ему о любви, все стало бы проще и лучше. Но Олав довольно сопел, напоминая Марту, что таких как он, у наглого альфы вагон и маленькая тележка. И что, наигравшись, Олав исчезнет из его жизни, забив на шантаж и насилие. И от этого было действительно обидно.

– Так хорошо с тобой, – сонно пробормотал альфа, стягивая с себя использованный презерватив и небрежно забрасывая его в мусорник. – Давай ложиться спать, завтра рано в колледж.

– Уйди из моего дома, – тихо произнёс Март, так и не пошевелившись, после того как Олав срезал с него стяжки и нежными движениями растёр затёкшие руки.

– Мне некуда идти, маршрутка уже уехала, я живу за городом, и добраться туда уже не смогу.

– Пешком, – всё так же безэмоционально произнёс Март, – иди домой пешком.

– Шутишь? – с непониманием удивился Олав.

– Нет.

– Ну и уйду! – обиделся альфа.

Быстро собрав свои вещи, он вышел, хлопнув дверью, но Март даже не шелохнулся. Омега лежал неподвижно на постели, рассматривая переплетение нитей на покрывале и вдыхая стойкий запах альфы. Запах, от которого раньше кружилась голова, и ноги подкашивались, а теперь хотелось бежать и прятаться. Почему обида на Олава была такой горячей? Растекалась в груди болезненной ревностью, напоминала, что им просто воспользовались, а омеге так хотелось настоящих чувств.

На следующее утро Олав появился в колледже поздно, сонный и помятый. И Марта в первый момент уколола совесть, что он в мороз отправил человека на улицу, но совесть быстро успокоилась, когда Олав не обратив внимания на Марта, подсел к Ари, и, положив тому руку на спину, стал что-то нашёптывать. Уткнувшись в книгу, Март хотел убраться из класса и не видеть Олава больше никогда в своей жизни.

День прошёл в затуманенной дымке, омега всё ждал, что Олав, как и прежде, будет над ним издеваться, или хотя бы проявит немного внимания. Но Олав к Марту так и не подошёл, может просто был занят подготовкой праздничного вечера, а может, обижался на то, что его выгнали. И Марта разрывало между желанием подойти самому и извиниться за свой поступок, и желанием наказать Олава ещё сильнее, за то, что тот дважды без дозволения брал его силой. Только вот наказанным Март чувствовал себя сам. Без Олава было ужасно плохо, тоскливо без его задорного, слишком громкого голоса и раскатистого смеха, и холодно без случайных прикосновений и поцелуев.

Вечером Март на тренировке чувствовал себя разбитым, руки не держали и он сорвался, сильно ударив бедро. Тренер растёр ему ногу разогревающей мазью и отправил домой. Но на улице лило как из ведра, а Март забыл зонт, и ему казалось, что ещё немного неудач на его голову и он будет реветь похуже, чем тёмные тучи над головой.

– Тебя проводить? – раздалось над ухом, и Март с удивлением увидел Олава рядом с собой. Предаваясь жалости к себе, он не заметил, как альфа вынырнул из-под тёмной стены дождя и прикрыл Марта своим зонтом.

Март опустил голову и что-то неуверенно промямлил, не зная как рассказать как больно и плохо, то ли с ним, то ли без него. Но Олаву и не нужно было ничего объяснять, он обнял омегу и тихо шепнул ему в макушку: «прости».

Марту было всё равно, за что альфа извинялся, хотелось просто прижаться носом покрепче к горячей груди и слушать, как тревожно бьётся чужое сердце. Олав заботливо погладил омегу по промокшим волосам, поправил очки и предложил свой локоть, чтобы идти ему было проще. Но заметив, что омега хромает, удивился и спросил что случилось.

– Сорвался с шеста, – пояснил Март.

– Ну, ты – неуклюжий, как ещё не расшибся? – рассмеялся Олав, и Март тяжело вздохнул, поняв, что этот альфа никогда не исправится.

– Зайдёшь ко мне? – отпускать альфу не хотелось. С Олавом было хорошо и спокойно, особенно когда тот не домогался. За день отстранённого холода исчезли все прошлые страхи, и Марту теперь казалось, что Олав не так уж и плох, особенно когда искренне и нежно обнимает его. Где-то в глубине подсознания мелькнула мысль, что это ненормально – желать близости со своим насильником. Но мысль эта быстро пропала за детским желанием быть кому-то нужным. А Март чувствовал, что Олаву он действительно нужен. И не только для постельных утех. Но зная наклонности альфы, на всяких случай уточнил: – На чай.

Олав усмехнулся, от его задорной улыбки Марту стало легко. И сейчас омеге даже казалось, что он может понять и простить Олава, смириться с его нездоровым чувством юмора и безумным желанием контролировать и доминировать над Мартом. Между ними почти не было разговоров и слов, и омеге и не хотелось ничего объяснять. Навряд ли Олав бы смог его понять, альфа жил в каком-то своём, нереальном мире. Но может, в этом и не было ничего плохого, Март просто ещё не понял, как правильно его воспринимать.

– Не, мне домой надо. А то дед вчера так всыпал за ночное появление, что я до сих пор сидеть не могу! – Альфа показательно потёр повреждённое место, ласково улыбнулся и оставил лёгкий поцелуй на замёрзших губах. – До завтра!

– Пока, – махнул ему рукой Март и с сожалением стал смотреть, как скрывается под тёмным дождём этот несносный, грубый и очень нужный парень.

/Mari Boine – Mu ustist, eŋgeliid sogalaš

11. Галоп на цыпочках

В пятницу с самого утра Олав крутился, стараясь поспеть везде и всюду. Командовал людьми, сам активно занимался подготовкой и пытался уделять внимание Марту, который быстро сникал, если про него не вспоминали. Реакция омеги Олава очень радовала. После их первого секса Март немного зажался, и альфа чувствовал, что парня мучают какие-то внутренние переживания, да и после второго Март был замкнут, и может, даже разозлён. Но когда Олав решил на омегу пообижаться, тот стал совсем потерянный, на уроках чуть не плакал, и Олаву стало стыдно за своё ребяческое поведение. Омеги ведь очень чуткие и сложные существа, с ними нужно быть осторожным.

К последнему уроку голова шла кругом, столько всего осталось не выполненным и ещё больше не начатым. Пришлось в добровольно-принудительном порядке собрать ребят и приписать их к общественным работам. Март тоже согласился и у Олава от его присутствия включился заряд бодрости. К четырём оформление зала было почти закончено, большая часть ребят убежала за костюмами, Март доклеивал светящиеся фонарики-тыквы, а Олав помогал техникам установить аппаратуру для диско. Уже почти закончив, Олав с разочарованием обнаружил, что длины кабеля питания не хватает и надо идти за удлинителем, а никого из помощников и не осталось.

– Пошли со мной! – вытащил он Марта из кучи бумажек.

– Куда? – немного испуганно пробормотал омега и Олав нервно облизнулся. Как у Марта выходило быть таким соблазнительным, он не понимал.

– Покажу, – шепнул он ему на ухо, и с ещё большим удовольствием замечая, как сжалось тело и участилось дыхание Марта, словно предвкушая что-то особенное, совсем не связанное с учёбой.

Удлинитель можно было взять в кабинете труда, но Олав уже давно хотел показать Марту другое место. Спустившись к спортивному залу, и проведя его к техническим комнатам, Олав завёл омегу в самую старую часть здания. Лет сто назад тут были бомбоубежища, но их давно перестроили под склады. Света было мало, проводка была старая и лампочки редко меняли. И всё же, увлечённый историей, Март не остался равнодушным к влажным куполообразным сводам и кирпичной кладке стен.

– Это ещё не всё! – заговорчески произнёс Олав. Подобрав удлинитель, он повёл омегу дальше.

В одной из ниш спряталась обычная скучная дверь, но за ней располагался старый погреб. Когда именно он был построен Олав не знал, но ещё в прошлом году, пытаясь унять своё любопытство, стащил ключ у завуча и теперь хотел показать это тайное место омеге.

Лестница спустила их ещё на пару метров, потолок был низкий, и Олаву приходилось сгибаться, чтобы не чесать макушкой каменный свод. Света тут не было, и альфа осветил длинный коридор с десятком ответвлений фонариком на телефоне. Март удивлённо ахнул и стал медленно прогуливаться по земляному немного влажному полу, рассматривая пустые комнатушки и мрачные, холодные кельи. Подземелье напоминало тюремное помещение из старых фильмов. Только тут не было решёток и мебели. Тут вообще ничего не было и могло бы показаться скучным. Но Марту явно нравилось это неуказанное на карте строение.

– Не бегай, тут скользко, – Олав попытался утихомирить воодушевлённого омегу.

Март забил на свет и носился как угорелый, словно пытаясь отыскать тайны создания старого подземелья.

– Надо обязательно дедушке рассказа… – омега не договорил, громко вскрикнул и прыгнул в сторону Олава и его фонарика.

– Что там?

– Какая-то тень, что-то пробежало у меня между ног. Огромное и слизкое. Может, крыса? – испуганно затараторил омега, прижимаясь к Олаву всем телом.

– Нет тут крыс, – Олав провёл лучом света по стенам и остановился рядом с тем местом где стоял Март. – Не знаю, что ты там увидел, но оно тебя спасло, – альфа высветил углубление на полу – не более метра, но расшибиться можно было.

– Я знаю, что это! – восторженно проговорил омега, расцветая на глазах. – Такие купальни строили в начале девятнадцатого века. Может, тут был заточён какой-то дворянин?

– Раньше земля была ниже, эта часть здания могла быть в полуподвальном помещении, – пожал плечами Олав, не особо интересуясь находкой.

– Посвети мне, пожалуйста, я всё сфотографирую!

Съёмка заняла ещё минут десять, за это время Олаву стало скучно, и он замёрз. Март же носился и сиял розовыми щеками, возбуждённый и очень привлекательный.

– Всё, пошли, – альфа устал быть подсветкой и схватил Марта за руку, потащил его к выходу, – тебе надо ещё переодеться.

– У меня нет костюма, я могу до самого праздника сидеть и тебе помогать, – смущённо проговорил Март, а когда понял, что альфа его намеренно гонит, стал упрямиться и драться.

Они уже дошли до раздевалок, когда Март случайным движением заехал Олаву ладонью в ухо.

– Да что ты такой агрессивный? – Олав вывернул парню руки и прижал к стене, – тебя в детстве не учили, что омеги должны быть послушны и не махать кулаками?

– А как мне ещё себя с тобой вести? Ты издеваешься надо мной. И насилуешь! – всхлипнул Март, и Олав успокаивающе его поцеловал.

Омега сразу растаял, Олав чувствовал, как расслабляются его мышцы, как меняется от возбуждения запах и от этого его самого вело. Хотелось большего, чем просто поцелуй, хотелось жаркого дыхания у своей груди и громких стонов Марта. Руки сами невольно соскользнули по телу, огладили бока и замерли на бёдрах. Хотелось стащить с Марта штаны и зажать прямо в раздевалке колледжа. Но сдержав себя, Олав лишь немного потёр ладонью у омеги между ног. Тот задышал тяжелее, напряжение в штанах увеличилось, и Олав усмехнулся, радуясь тому, как легко он может усмирить этого самоуверенного наглеца.

– Только не насилуй меня больше, – слабо пробормотал Март, становясь податливым, мягким и полностью принадлежащим ему.

– Хочу тебя! – с рыком выдохнул в ухо альфа, желание распирало, и не было сил устоять. Если бы не вечеринка, на которую он подписался ведущим, давно бы утащил Марта домой, связал бы покрепче и имел долго, растягивая удовольствие и наслаждаясь их близостью.

Словно услышав его мысли Март слабым голосом проговорил:

– Не хочу, чтобы ты опять меня изнасиловал…

– Хватит повторять об этом, – Олав болезненно сжал его плечи, стараясь унять собственное напряжение, – это чертовски возбуждает, я не сдержусь и трахну тебя прямо тут.

Март возмущённо вскинул брови, отталкивая от себя альфу.

– Я так и знал, что не стоит с тобой говорить об этом. Ты ничего вообще не понимаешь! Не чувствуешь, как больно мне сделал. Мне было безумно страшно, я не знал, как с этим справиться!

– Разве? По мне так – тебе понравилось, и ты кончил.

– Мудак! – фыркнул Март.

– Пошли, я тебя отвезу. У меня ещё подарок для тебя есть, – как ни в чём не бывало, продолжил Олав.

/Plumbo – Møkkamann

12. Яйцо или воробей

Пока Март собирался, Олав отнёс удлинитель в зал и оставил за старшего одного из ребят из любительской рок-группы, что пришли уже подготавливаться. Машину, что Олав одолжил у явившегося в гости дядьки, альфа нагло припарковал на учительской парковке. Март, конечно же, сразу стал расспрашивать, откуда у него машина и есть ли права. От такой дотошности хотелось смеяться, и Олав пошутил, что машину угнал, а прав у него нет. Март сразу притих и Олав потешался над его испуганным видом всю дорогу.

Прежде чем ехать к Марту, Олав заехал за Эрлингом, у которого была целая коробка вещей, и тащить их на транспорте было трудно. Омеге Олав вручил подготовленный подарочек – соблазнительный костюм чертёнка. Март попытался возразить, ему будет холодно и вообще неприлично, но поймав сердитый взгляд Олава, притих и послушно пошёл переодеваться.

В гостиной ребят ждал вежливый допрос пожилого альфы – дедушка Марта, как считал Олав, был не в своём уме и те десять минут, что Март потратил на переодевание, рассказывал им о купеческих войнах, когда ганзейский союз решил отобрать у купцов Бергена право на торговлю. Олав слушал, не возражал, хотя был уверен, что всё было как в учебниках – то есть по-другому.

– У меня встал, – пробормотал Эрлинг, когда омега спустился в прихожую.

Красивая спортивная фигура была туго обтянута чёрным винилом, короткие шорты открывали длинные ноги; чулки в широкую сетку прятались в высокие сапоги чуть выше колена; узкая майка с шнуровкой на боках открывала красивые рельефные плечи, а на голове был ободок с красными светящимися рожками. В руках Март, дополняя свой костюм, держал плохо сделанную плётку.

– Даже не вздумай смотреть в его сторону, – угрожающе шепнул другу Олав.

– Ты его в магазине секс-товаров купил? – Март покрутился перед альфами, намеренно игнорируя их восхищённые взгляды, и поправил шортики, стараясь спустить их немного ниже. Его наряд в стрипклубе и то сильнее прикрывал тело.

Альфа отобрал у омеги плеть, считая, что этот атрибут должен принадлежать ему и вручил новый ошейник, теперь уже не из магазина животных, а из салона тематических аксессуаров. Ошейник был в меру широким, отделанный мягкой тканью, чтобы не натирать шею и украшенный железными колечками. Март послушно его надел, видно посчитав, что это часть его костюма, но Олав тут же уточнил ему на ухо, что омеге придётся носить эту штуку всегда.

– Поехали. Мне ещё аппаратуру настраивать, – напомнил Эрлинг, не давая им времени снова начать препираться и галантно подал омеге руку. Но его тут же оттолкнул Олав и, подхватив Марта за талию, оттащил от другого альфы подальше. Сейчас он уже жалел, что взял такой откровенный костюм, потому что очевидно, Март не останется без внимания.

В колледже уже было полно народу, ребят не пускали в концертный зал, и все крутились у раздевалок и в аудиториях. Олав провёл к сцене Эрлинга и Марта, не желая отпускать омегу к остальным. В подсобке быстро переоделся в чёрную рубашку с красной вышивкой и нацепил на голову чёрные рога, собираясь изображать дьявола.

Вечер начался неплохо: небольшая самодеятельность, подготовленная выпускниками разогрела зрителей, потом Олав взбодрил их немного пошлыми конкурсами и шутками, а после восьми часов на сцене появилась группа Эрлинга и ребята играли весьма хорошо. В зале увлеклись танцами, выпиваемыми из-под полы горячительными напитками и друг другом.

Пока альфа отрабатывал на сцене, Март куда-то пропал, затерялся в зале и, освободившись, Олав пытался отыскать свою пропажу.

– Потанцуешь со мной? – рядом появился Инге и соблазнительно улыбнувшись, притянул альфу к себе.

– Я Марта ищу.

– Сдался тебе этот Март, – фыркнул омега, – Бруни и Лейв обижаются, что ты не обращаешь больше ни на кого внимания. Даже Ари считает, что ты слишком зациклился.

– Март мне нравится, – пожал плечами Олав, – думал, ты будешь рад.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Назад к карточке книги "Род Харальда I Прекрасноволосого"