Текст книги "Рассеченная мечом лента (СИ)"

Автор книги: FicFest

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 1 страниц)

========== Часть 1 ==========

Мадам Коти была известна на весь пансион неугомонным характером и страстью к загадочным историям. В свои пятьдесят три она легко находила общий язык с воспитанницами, поскольку жила теми же интересами, что и они. Учителя и другие воспитатели часто жаловались на нее управляющей, но та лишь кивала и продолжала спускать своей непутёвой работнице с рук ее странности. И в этом был особый замысел: в пансионе, удаленном от города и большой земли для юных дев было не так много развлечений. И чтобы они не сыскали себе чего-то более опасного, управляющая позволяла им слушать истории мадам Коти, намеренно не выказывая одобрения публично.

Каждый вечер за полчаса до отбоя девочки собирались в мастерской мадам Коти. Усаживались, кто на скамейки, кто на маленькие табуреточки у станков и приготавливались слушать очередную захватывающую дух историю. И надо сказать, мадам Коти умела рассказывать. Иной, возможно, даже счел бы это умение несостоявшимся актерским талантом. Но самой мадам такие мысли не приходили в голову. Ей просто нравилось видеть живой блеск в глазах своих воспитанниц, и потому она без всякого стеснения и страха показаться глупой меняла голос и гримасничала, отыгрывая каждый момент из истории.

– Мадам Коти, мадам Коти! – щебетали девочки. – А расскажите нам про любовь!

Мари, воспитанница, высказавшая эту фразу зарделась и потупилась. Мадам Коти улыбнулась и загадочно прищурилась. Девочки становились старше, и их все меньше интересовали сказки. Когда-то она и сама была такой. При мысли об этом воспитательница не смогла сдержать печальный вздох.

– Ну что ж, – смиренно произнесла она. – Про любовь, так про любовь…

Закончив магическую академию, Патрисия Штерн отправилась путешествовать по миру. Из всех стран, что она посетила, больше всего ей понравился Китай. И это неудивительно, я сама была в Китае лишь однажды, но и одной поездки мне хватило, чтоб влюбиться в эту страну. Её же романтическую, увлекающуюся натуру пленили красота и изящество древних дворцов и храмов, легенды о храбрых воинах и вымерших магических существах.

Но у Пэт была и другая причина поселиться в столице поднебесной: ее близкий друг Шэнли Вонг сделал ей предложение руки и сердца. Он был превосходным волшебником и к тому же занимался торговлей. В то время юной Пэт трудно было представить для себя более выгодную партию, поэтому она не смогла отказаться.

Шэнли окружил ее заботой и вниманием. У Пэт даже появилась личная служанка – Сюин. Она была довольно милой для своего возраста женщиной, прекрасно убирала дом, казалась вежливой и обходительной с гостями. Однако была одна проблема: Сюин то и дело поучала Пэт, как нужно вести хозяйство, как вести себя с мужчинами, и даже как ходить и говорить, так, чтобы произвести благоприятное впечатление. Конечно, в присутствии Шэнли Сюин несколько убавляла свой пыл, в остальное же время она была просто невыносима. А тут еще, как назло, Шэнли нужно было уехать в Бирму на три месяца.

– Не воспринимай всерьез все, что она говорит. И не грусти. Эта зима будет самой короткой из всех, что были в твоей жизни, – утешал девушку жених.

– Почему же интересно? – недоумевала Пэт.

– Потому, что она пройдет в тщательных приготовлениях к свадьбе! – не скрывая восторга ответил Шэнли. – Послушай, я нашел охранника, чтобы тебе можно было без опаски ездить в город. Его зовут Ли, он муамон.

– Кто-кто? – переспросила девушка.

– Муамон. Разве ты никогда не слышала о них? – удивленно спросил Шэнли, негодуя так, будто невеста не знала чего-то элементарного

– Нет.

– Муамоны – низший народ, вроде троллей. – вздохнув, начал объяснять Вонг. – Обычно их используют на войне или в боях на деньги. Они отличные воины! А еще они быстро всему учатся и способны выполнять любые работы. От возделывания земли до изготовления шелка! Так что если тебе что-нибудь будет нужно, он непременно это сделает.

Несмотря на свой внешний вид: невероятный рост, широкие массивные руки, огромные ступни, Ли был очень аккуратен в движениях, ходил легко и почти бесшумно и вообще не доставлял никаких неудобств. Когда ему предоставлялось свободное время, он читал мантры или медитировал, застывая каменной фигурой. В таком состоянии он мог находиться часами. Беспокойство вызывал лишь его меч, который он всегда носил на поясе.

Выполняя указания жениха, Пэт каждый день ездила в город. Там она проводила множество часов в поисках разных мелочей для украшения дома, сувениров для гостей и прочих бесполезных в жизни, но просто незаменимых на свадьбе вещей. Ли повсюду следовал за ней.

В тот вечер они, как обычно, возвращались домой через Лиловую улицу. Патрисия находилась в бодром расположении духа, так как сегодня ей наконец-то удалось найти подходящего цвета шелковые ленты. Была прекрасная погода, и она решила немного пройтись пешком, поэтому отпустила повозку. Ли шел немного впереди с двумя коробками с лентами. Пэт следовала за ним, но с каждым шагом отставала все больше и больше, потому что не сводила глаз с кометы, пересекающей большую медведицу, и совсем не смотрела под ноги. И нисколько не удивительно, что очень скоро она налетела на камень. Ли бросился к ней, но был остановлен ударом дубины по голове. Он рухнул к ногам Пэт.

Едва она успела опомниться, как ее постигла та же участь. Земля под ногами пошатнулась, картина перед глазами потемнела, а после совсем исчезла. Пэт потеряла сознание.

Ей снился сон. Огромный зал, украшенный лентами и фонариками, полон людей в нарядных одеждах. Все они ждут. Но чего же? Вероятно, появления невесты. И вот она входит в зал. Золотые ленты, кружева и банты—все сияет и блестит. Жених берет ее за руку и кружит в свадебном танце.

Но она так холодна с ним, она не смотрит на него, не улыбается ему, не говорит с ним. Ведь прежде чем войти в эту дверь, она вынула из груди сердце, положила его в бархатную коробку и оставила на столике с подарками для гостей. Кто же знает, кому досталось ее сердце?

– Госпожа-хозяйка, госпожа-хозяйка! – в панике шептала служанка.

Пэт открыла глаза. К своему удивлению она обнаружила, что находится дома в своей постели.

– Как же хорошо, что вы пришли, наконец, в чувства. Я так перепугалась…

– Что произошло, Сюин? – Пэт быстро вскочила на ноги, но служанка вернула ее на место.

– На вас напали какие-то бандиты… Мерзкое отродье! Не хотят работать, вот и грабят честных людей. А этот, – Сюин махнула рукой в сторону двери, – даром, что с оружием, даже хозяйку свою не смог защитить!

– Что с ним? – испуганно прошептала девушка.

– Да что ему станет. Ну, потыкали его же мечом, так и поделом ему, – Сюин не скрывала своей неприязни к Ли.

Пэт вновь вскочила с кровати и направилась на чердак, где жил ее охранник.

– Иногда, Сюин, мне становиться страшно, находиться рядом с тобой, настолько ты бессердечная и безжалостная.

– А чего его жалеть, он же почти животное.

– Пусть так, но иногда даже животные нуждаются в помощи и сочувствии.

Некоторые раны Ли и в самом деле были не очень серьезные. Многие из них уже затягивались. Но вот те, что не были промыты и обработаны сразу, воспалились. Двое суток Ли пролежал в горячем бреду, а на третий день, благодаря стараниям Пэт, пришел в себя.

– Госпожа прислуживает своему рабу, – он покачал головой.

– А ты считаешь, мне стоило приказать бросить тебя в канаву на дороге? – усмехнулась Пэт. – Ну нет. Я не могу себе позволить такую роскошь – менять охранников каждый месяц.

– Неважный из меня получился охранник, – вздохнул Ли.

– Нет, в том, что случилось, нет твоей вины. Я совершила несколько глупостей подряд. Отпустила повозку и пальцем не пошевелила, чтобы защититься от угрозы. А еще имею наглость зваться чародеем!

– Как же я не понял сразу, ведь они шли за нами следом от самой сувенирной лавки.

– Кто?

– Грабители, – в его голосе звучало искреннее сожаление.

Пэт задумалась.

– Расскажи мне, как все было. А то я не помню, ничего после того, как меня ударили по голове.

– Мне показалось, что что-то не так, и я поспешил к вам, но один из них ударил меня дубиной. Я потерял равновесие и упал. Нападавший попытался забрать мой меч, другие занялись коробками. Осознав, что там нет ничего существенного, они бросились к вам, сорвали с пояса кошелек и хотели еще снять серьги, но не успели – я смог их остановить. А потом огляделся и понял, что меч сорвали вместе с поясом.

– Тебя изранили твоим же мечом? – девушка не могла скрыть возмущения.

– Да, один из них, – еле слышно произнес охранник.

– Но ведь меч сейчас при тебе. Они не смогли его забрать?

– Они не ушли бы без него и, возможно, еще кое-что взяли бы, но не успели. Эти проходимцы наделали много шума, и на улицу из ближайшего постоялого двора высыпала толпа. Разбойникам пришлось убраться. Так все и было. А ведь вы так долго выбирали те ленты.

– Не переживай по этому поводу. Главное ты отстоял свое оружие, а ленты мы закажем завтра в ткацкой лавке, и нам привезут их прямо домой. А украденные деньги все равно не принесут тем людям счастья.

– Вы очень добры, госпожа, – не сводя с неё глаз, сказал Ли.

– Да будет тебе, – она смущенно улыбнулась.

– Кстати, я знаю одну историю по этому поводу. Сейчас расскажу тебе ее.

«В одном краю свирепствовала разбойничья банда. Они безнаказанно убивали и грабили. И вот однажды, совершив налет на сборщиков податей, они собрались на кладбище, чтобы разделить награбленное между собой. И все бы ничего, но осталась одна золотая монета, которую каждый желал забрать себе. Разгорелся спор. Один разбойник кричал:

– Это я убил сборщика податей, стерегшего мешок с золотом!

– А я убил стражника, стерегшего сборщика податей! – отвечал другой.

– А я убил кучера, правившего повозкой! – не унимался третий.

– А я…

– А я.

Вскоре спор перерос в драку. Ошалелые разбойники бились не на жизнь, а на смерть.

Вдруг раздался жуткий скрежет. Разбойники разом обернулись и замерли, глядя на могилу, на которой они оставили последнюю монетку, перед тем, как начался спор. Надгробная плита, накрывавшая могилу, теперь была сдвинута набок. А на ней в полуистлевших лохмотьях, сидел обтянутый растрескавшейся кожей скелет. Пустыми глазницами он долго наблюдал за окаменевшими от страха разбойниками, а потом ворчливо проговорил:

– Ух, жмотье. И какого же черта вы меня разбудили?

Перепуганные бандиты с криками бросились прочь. Мертвец только рассмеялся, глядя им вслед. Он сгреб все золото в свою могилу, а монету, ставшую причиной раздора, вставил в пустую глазницу.»

Пэт замолчала, а Ли продолжал смотреть на нее, будто ожидая продолжения. Это смутило девушку еще больше. Она поспешила удалиться.

Обязавшись самой себе залечить раны Ли, она не жалела ни сил, ни времени. К тому же с ним ей не было скучно. Он рассказывал ей о том, что не все маумоны служат людям. Свободные маумоны живут в лесах, обычно имеют свой дом и семью, добывают пропитание охотой и другими промыслами. Оказалось, что у них есть даже свой язык и своя письменность. Но люди давно уже поняли, что маумоны – идеальные рабы, сильные, выносливые, хорошо управляемые, и к тому же легко обучаются военному делу. Ли рассказывал о том, что бывал в разных странах, прежде чем опять попал в Китай и был продан Шэнли, видел крылатых лошадей, верблюдов и слонов, о которых читал в книгах, видел великанов и полуженшин-полузмей. Он рассказывал ей о происшествиях, что случались с ним и его хозяевами и о многом многом другом.

Комментарий к Часть 1

Если эта работа понравилась вам больше всех прочих в категории “Романтика”, вы можете проголосовать за нее, пройдя по этой ссылке

https://docs.google.com/forms/d/e/1FAIpQLSdMiOcvcymDA9gxZ75Zk4JiTpsQMKGPNeFpStBSbgsWK6AGkA/viewform?usp=sf_link

========== Часть 2 ==========

К своему огорчению Пэт понимала, что Ли нравится ей, и с каждым днем все больше и больше. Его взгляды уже не пугали и не смущали ее. Она отвечала ему такими же.

Сюин видела, что между ними что-то происходит. Она опасалась, что они полюбят друг друга. Не понимая, что уже опоздала, она решила принять кардинальные меры.

– Вы зашли слишком далеко, вот погодите, приедет хозяин, я ему все расскажу! – негодовала служанка.

– И что же по твоему мне сделает твой хозяин? – передразнивала Пэт ее. Девушка все еще не могла себе признаться, что решилась предать жениха.

– Уж не знаю, что он сделает, но то, что вам обоим не поздоровится – это точно.

Ли Сюин тоже посадила под замок. Но для него это было обычным делом. Прежние хозяева часто поступали с ним подобным образом.

Вскоре Сюин поняла, что лишив их возможности видеться, она сблизила их еще больше. Она дала им возможность испытать разлуку. Они спрашивали у нее друг о друге, чтобы убедиться, что все в порядке, передавали друг другу послания. А Сюин разрывалась между желанием не быть клином и долгом перед хозяином.

Однажды ночью Сюин разбудила Патрисию.

– Если хозяин узнает, он прогонит меня. Но я ведь не зверь. Я все понимаю. Идите, он в саду.

Пэт вышла в сад. Была весна, и всякий цветок от благородного нарцисса до плотоядной росянки благоухал с невероятной силой. Яблони и вишни щедро осыпали пробегающий под ними ручей бело-розовым золотом. Царили покой и умиротворение.

– Я должен уйти сегодня, – твердо произнес он. Его слова прозвучали в ночной тишине как приговор.

– Почему? – борясь с нахлынувшим оцепенением, прошептала Пэт.

– Я получил известие из дома. Грядет война. Наши поселения на севере подверглись первым атакам, – он опустил глаза. – Вы должны меня отпустить.

– Разве я держу тебя? – возмутилась девушка.

– Да, – и это был еще один приговор. На этот раз только для самого себя.– Госпожа, из меня получился плохой охранник. Ведь я не смог защитить вас даже от самого себя.

– Разве можно защитить человека от его собственных чувств?

– Вероятно, можно, но я не смог. И теперь сам словно закован в цепи. Отпустите меня.

Пэт почувствовала, как дрогнула земля под ногами, будто ее вновь ударили по голове. Глаза заволокла пелена слез. Неясный страх плавленным оловом растекался по венам. Она взглянула на Ли не то со злостью, не то с тоской. Ее взгляд на мгновение остановился на кривом клинке в ножнах. Внезапно ее охватило желание сделать что-то такое, что могло бы хоть как-то притупить это ощущение растекающегося по телу металла. Она подошла к нему и вытащила из ножен меч. В это мгновение Патрисия впервые увидела страх в глазах своего каменного воина. Не говоря ни слова, она правой рукой подняла меч над головой, а левую вытянула перед собой. Затем опустила меч на руку. Тонкая белая кожа лопнула под натиском холодной стали и бусинки крови одна за другой стали появляться над порезом. Не обращая на это внимания, Пэт сняла с пояса белую ленту и подбросив ее вверх рассекла на лету на две части. Зачарованный Ли наблюдал как две половины разрубленной ленты плавно опускаются на рану и из белоснежных становятся алыми. По прежнему не говоря ни слова она вернула меч и повязала на рукоять одну половину ленты. Второй половиной она перевязала порез, из которого по-прежнему сочилась кровь.

– Теперь можешь идти, – опустив глаза, сказала Пэт. – Когда-то ты за меня пролил кровь, теперь я вернула тебе долг.

Ли взглянул на нее в последний раз и направился к калитке, за которой его уже ждала снаряженная повозка.

– Я отпустила тебя, но знай, ты все еще удерживаешь меня. Надо мной твоя власть, и я вынуждена буду ждать твоего возвращения, – бросила она вдогонку.

– Я не вернусь, – ответил Ли полушепотом, не оборачиваясь.

– Тогда я буду ждать смерти, она подарит мне свободу! – неожиданно для себя произнесла девушка.

Пэт не в силах была больше стоять и опустилась на землю. Под колыбельную весеннего сада она вновь погружалась в сон. И снова она видела зал с фонариками и нарядных гостей, и вновь он берет ее за руку и кружит в свадебном танце. Но она как и прежде холодна с ним, она не смотрит на него, не улыбается ему, не говорит с ним. Ведь прежде чем войти в эту дверь, она вынула из груди сердце, положила его в бархатную коробку и оставила на столике с подарками для гостей. Кто же знает, кому досталось ее сердце?

– Госпожа хозяйка, госпожа хозяйка!

– Сюин…ты здесь, со мной…

– Да где же мне еще быть? Конечно я с вами. И пока вы были без чувств, я все время была с вами. Вы уж простите меня, но там, в саду, я тоже была рядом. Я боялась за вас. Боялась, что вы примете неправильное решение.

Сюин зарыдала. А Пэт тяжело вздохнула, картины прощания одна за другой вновь пронеслись перед ней.

– Ты боялась, что я уйду вместе с ним?

Не в силах вымолвить и слова, старая служанка зарыдала еще громче.

– Ты знаешь, Сюин, если б он позвал, я бы ушла.

Собственные слова полоснули по сердцу больнее любого клинка. Она зарыдала, отчаянным рёвом, как ревёт зверь, попавший в западню, поняв, что уже не сможет выбраться, а значит, обречен на смерть. Сюин вздрогнув, замолчала, а потом присела на кровать к Пэт и по-матерински ласково обняла ее.

– Ничего, оно всегда так. Болит, будто разрывается, а потом успокаивается. Потерпите, госпожа, потерпите немножко.

Они сидели долго, обнявшись, и говорили полушепотом о чем-то ненужном, бесполезном, но именно от этого ненужного и бесполезного Пэт становилось легче.

Вдруг Сюин снова залилась слезами.

– Завтра же приезжает хозяин. Что же будет, когда он обо всем узнает.

– Он не узнает, – прошептала Пэт, поднимаясь. – Мы не будем ему ничего говорить.

– Но как же ваша рука?

– А что рука? Мало ли способов поранить руку второпях, готовясь к встрече жениха?

– А как мы объясним, что Ли нет?

– Вечером, когда он уходил, я видела за воротами таких же как он. Это значит, что все они уходят. Что тут объяснять?

Сюин вздохнула, она была согласна пойти на обман.

Собственно, на этом история Патрисии заканчивается. Пожалуй, стоит еще сказать о том, что она все же вышла замуж за Шэнли Вонга и даже была с ним счастлива. У них родилась прекрасная дочь. Но какие бы дары не преподносила Патрисии жизнь, она не могла вернуть Пэт долг за тот злосчастный вечер. Наверное, поэтому Патрисия так бережно хранила грязно-коричневый кусочек шелка, как доказательство.

Мадам Коти закончила свой рассказ и оглядела воспитанниц. Их лица были печальны. Некоторые даже плакали. Она тяжело вздохнула и поднялась со своего кресла.

– На сегодня всё, юные мадмуазели. Теперь отправляйтесь спать.

Девочки, всё еще находясь под впечатлением от истории, последовали указанию воспитательницы. Уже в коридорах, следуя в свои спальни, они возбужденно перешептывались.

– Мари-Мари, как думаешь, это ведь всё выдумки?

– Кто знает. Я слышала, что девичья фамилия матушки мадам Коти – Вонг.