Текст книги "Подлые (СИ)"
Автор книги: Ellie Faraday
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 14 страниц)
Глава 32. Октавия
Октавия
В спешке скидав все необходимое в сумку, я поцеловала носик малышки на прощание и отправилась в аэропорт. Спустя несколько часов вся команда, включая меня и Брендона уже летит на частном самолете компании, на переговоры в Сиэтл. Все с воодушевлением говорят о сделке, вкладывая в эту поездку большую надежду. Надеясь на долгожданное подписание контракта. Мне сильно льстит, что сотрудники отца не относятся ко мне предвзято и полностью доверяют. Я в свою очередь постараюсь их не подвести и оправдать их ожидания. Когда я проходила практику в компании Каллума все было совсем по-другому, в воздухе так и витало это «особое» отношение, никто не дал мне по-настоящему проявить себя как профессионалу, сотрудники были до тошноты услужливыми, давали минимум работы и без конца улыбались. Именно поэтому я категорически была против, того чтобы получить рекомендацию в клинике мужа. Я чувствовала бы себя самозванкой.
Отвлекаясь от размышлений, слышу, обсуждения архитектурного проект моего отца. Восхищённые слова его умением адаптироваться к современным запросам клиентов. Как же я горжусь отцом, он отличный архитектор и замечательный человек, уверена подчинённые его уважают не из страха, как например Генри Тернера, а именно за его человеческие качества, доброе сердце и креативное мышление. Он очень требователен в работе, но справедлив. Отец определенно душа и сердце, а Генри голова и мышление компании.
Интересно какой руководитель Брендон?
Хотела бы я узнать, что говорят о нем сотрудники. Похож ли он на своего отца? Я совершенно не знаю каким человеком он стал.
Высокая брюнетка в форме стюардессы мило улыбаясь желает отличного полета, а после разносит напитки.
Ужин с японцами состоится через час после того, как мы заселимся в гостиницу. Как я поняла встречи на протяжении двух месяцев, перестали быть такими уж формальными. Все же я отказываюсь от крепких напитков, нужно оставаться в ясном уме, хотя мне определено не помешало бы расслабится. Волнуюсь ужасно. Стюардесса любезно приносит воду. Сделав несколько глотков, отставляю стакан, беру карандаш в сотый раз прохожу по особо важным пунктам контракта, которые, собственно, являются спорными для обеих сторон.
– Волнуешься? – Не спросив разрешения Брендон садится на сидение рядом.
Я не отвечаю.
После его вчерашней выходки в офисе, у меня нет ни малейшего желания с ним говорить. Нас связывают чисто рабочие отношения.
– Не разговариваешь со мной? – В упор разглядывая меня, спрашивает он.
Я постукиваю карандашом по губам, не отрывая взгляда от бумаг.
– Значит обиделась? – Он едва касается пальцами моей щеки.
Я отпрыгнула в сторону от него как от огня. Не выдержав, шиплю на него.
– За четыре года у тебя, что? Сформировалось расстройство личности?
Хохотнув на мою реакцию он лишь пожал плечами.
– На работе мы работаем. Такие правила Октавия, не я это придумал.
Он выводит меня из себя.
– Тогда давай и дальше будем придерживаться этого правила. – Сухо говорю я.
– Хотел по-дружески подбодрить тебя. Пожелать удачи.
Не ответив я отвернулась от него и продолжила дальше читать бумаги.
– Просто я хочу, чтобы все прошло гладко. – Уточнил он.
– Тогда если ты не возражаешь я продолжуработать.
– Очень удивительно, то, как ты изменилась, раньше тебя все это не волновало.
Я поднимаю на него глаза, встречаюсь с его взглядом.
Брендон мило улыбается, чем выводит еще больше меня из себя.
Он точно издевается надо мной! Что за игру он ведет? Ну что ж Тернер, хочешь поиграть, давай поиграем!
– Люди со временем меняются, ну знаешь меняются вкусы, предпочтения, привычки. – Отвечаю я.
– Знаешь… – Наклоняясь ближе ко мне, он понижает голос почти до шёпота, чтобы слышала его только я. – А вот я не изменяю своим привычкам Тави…Никогда.
– Чего ты хочешь Брендон? – Желая застать его врасплох, задаю вопрос прямо в лоб.
Он приподнял бровь, изображая удивление.
– Ничего. – Хриплым голосом ответил он, покачав головой.
– Брендон, я слишком хорошо тебя знаю. – Говорю уверенно я, понижая голос. – Хватит вести себя так. Я замужем. Ты вторгаешься в мое личное пространство, потом делаешь вид что мы едва знакомы, а потом снова превращаешься в обольстительно милого Брендона. Тебе стоит прекратить эту игру и понять, что я здесь только для того, чтобы помочь отцу. И хочу тебе напомнить на работе мы работаем! – Я трясу бумагами почти перед его носом, намекая на то, что он меня сильно отвлекает.
Заканчивая наш бессмысленный разговор отворачиваюсь, утыкаясь обратно в контракт, делая вид что он мне наскучил.
– Не знаю Тави, что ты там себе напридумывала. – Произносит он, тяжело вздыхая, – Просто я…Твое появление стало полной неожиданностью, я ужасно скучал по тебе. Все это время…
От его искренности в голосе я замерла. Не выдавая своих эмоций, я продолжила смотреть в одну точку перед собой.
– Ты уехала я четыре года ничего о тебе не слышал, а потом ты так неожиданно появилась. Думаю, я как никто другой имею права испытывать к тебе все эти противоречивые эмоции. Хотя я и сам до конца не понимаю, что испытываю, когда ты находишься так близко. В первую очередь ты для меня близкий друг, навсегда им и останешься.
– Зачем ты сказал моему мужу, о том, что мы с тобой виделись? – Прищурившись я подняла взгляд обратно на него, мне хотелось увидеть в его глазах хоть что то, замешательство, чувство вины, хоть что то, но они были не проницаемыми холодными, не выражали ничего.
Его тон тут же изменился.
– А это был секрет? Извини не знал! – С самодовольной улыбкой на лице говорит он.
Какой кретин. Он слышал, что я сказала мужу, что еду в такси, уверена, что он слышал!
Брендон нахально улыбается, вероятно зная о чем я думаю.
– Знаешь что? «Пошел ты к черту Тернер»! – Сама не ожидая сказала я это слишком громко.
Чем привлекла внимание всех, они обернулись непонимающе стали смотреть на нас.
– УзнаюмоюТави. – Еле слышно произнес он.
В животе предательски запорхали бабочки.
Брендон встал, и отправился на свободное место рядом с Зоуи, при этом, как бы непринужденно обращаясь ко всем.
– Все в порядке дамы и господа, просто двое старых друзей немного повздорили. Что уж поделать мы очень любим спорить.
Несколько человек улыбнулись, затем гул разговоров опять набрал свои обороты все вернулись к своим делам.
Все оставшееся время полета прошло невероятно ужасно. Присутствие Брендона выводил меня из себя все сельнее, я так и не смогла сосредоточится ни на секунду. Все мысли крутились только вокруг его слов, от том, что «он скучал».
Я постоянно слышала его тихий тембр голоса, он о чем-то оживленно болтал с Зоуи, видимо отпуская шуточки, потому что Зои без конца смеялась. Раздражение нарастало все сильнее с каждым ее новым смешком. Со психом я кинула карандаш на столик перед собой. И откинулась на кресло. Он наверняка спит с ней.
Покачав головой, я напомнила себя, что меня не должно это волновать. Его личная жизнь не имеет ко мне никакого отношения.
Зоуи опять хихикнула.
Это невозможно, они точно спят!
Значит на работе мы только работаем, да?
Сукин сын.
Я посмотрела на время на телефоне мы летим уже почти два часа, еще немного и будем на месте. Я вставила в уши AirPods. What Mama Said – Manuel Riva, Misha Miller заиграла в наушниках, мне нужно собраться с силами и хоть немного сосредоточится на работе.
Глава 33. Брендон
Брендон
Твою мать, малышка Кларк рождена для этой работы, она должна остаться в компании, и вести дела своего отца. Мы два месяца пытались заключить сделку, все было без успешно. Появление Тави имело большой успех, если бы вы только видели, как она свела этих япошек с ума. Мне казалось, что им больше не важны новые условия, они согласны были на все, только за то, что она была там рядом с ними. Она всегда была такой, упрямой, настойчивой, добивалась своего, к тому же выглядела сдержано, но очень соблазнительно. Не один раз за вечер я ловил взгляды других мужчин, которые пускали по ней слюни. В ресторане мы просидели больше положенного времени, и поэтому вернуться домой сегодня уже не планировали.
Даже и подумать не мог, что меня может возбудить японский из уст соблазнительной блондинки. Как же это было горячо и сексуально. Мой член то и дело набухал, когда я смотрел на ее пухлые губы, представляя, что могу сделать с ними.
Обычно после изнурительных переговоров все выходили очень уставшие. Сегодня же все было совсем иначе, после подписания всех документов мы все были очень бодры и невероятно довольны. Дружной компанией мы спускаемся в такси, приехало несколько машин чтобы все могли уместится и поехать в отель. Но у меня были другие планы на сегодняшний вечер. Я хотел найти повод остаться с Тави на едине, к тому же отпраздновать ее победу.
– Так ребята, – я оборачиваюсь к своей команде. – Мы все огромные молодцы, но сегодня у нас есть фаворит, это Мисс Баккер! – Все как и предпологалось начинают свистеть и хлопать ей.
Октавия стоит рядом с Зоуи. Победно улыбаясь, произносит благодарности всем.
– Мы просто обязаны устроить грандиозный отрыв. – перебиваю я ее. – За счет компании конечно же. – Все начинают свистеть и радоваться еще громче. – Зоуи, все уже забронировала, чуть позже разошлет информацию о времени и месте. Так что у нас есть пару часов, немного выдохнем, приведем себя в порядок, и встречаемся на месте, все без исключения. – Смотря на Октавию уточняю я.
Сажусь в такси, подкуривая сигарету, первая затяжка за вечер. Тепло дыма растекается по моему телу. Наконец-то я расслабляюсь, вечер выдался слишком трудным. Это была последняя встреча с японцами, срок их прибывания в нашей стране заканчивался, на днях они улетают обратно, хотя мы были уверены в успехе, напряжение сохранялось до последнего, пока Изамо Горо не поставил свою подпись на бумагах.
Знаю, ребята очень измучены, чтобы поблагодарить всех за работу, я на ходу придумал историю с вечеринкой и понятия не имею как Зоу будет выкручиваться. К тому же я просто не мог упустить возможность провести время с Тави.
Почти одновременно мы все подъезжаем к гостинице. Из окна машины вижу, как Тави заходит в внутрь с остальными, Зоу среди них нет.
Мой телефон зазвонил. Выбираясь из машины, я ответил.
– Отец.
– Как все прошло сын?
– Все как мы и планировали, контракт подписан. – Спокойно отвечаю.
В трубке послышался смех отца, – Тави смогла все-таки уложить их на лопатки.
– Да, она молодец.
– Не на ту дочь Кларка я поставил однажды.
От его слов адреналин молниеносно пронесся по моим веном, сердце застучало как бешенное. Я сжал телефон так сильно, что казалось сейчас он треснет в моей руке.
Сглотнув, я выдавил.
– Мне пора.
Закончив разговор вошел в фойе, никого из сотрудников уже не было, пытаясь не заострять внимание над словами отца, направился в сторону лифта.
Конечно же там стоялаона.
Мило вела беседу с Питером, финансовым директором нашей компании. Я подошел сзади, они обернулись и замолчали. Двери лифта открылись, мы втроем вошли внутрь.
«Не на ту дочь Кларка я поставил однажды» – слова отца эхом разносились в моей голове. Все могло сложиться по-другому. Если бы он без конца не навязывал мне Кимберли. я мог вообще не посмотреть в ее сторону, ведь так и было до определенного возраста, пока наши родители не решили, указать нам на то, какая мы отличная пара.
Лифт начал пониматься, кровь стала закипать, я злился все сильнее с каждым этажом. Нервно потирая пальцами переносицу, закрыл глаза, я тяжело вздохнул.
– Готова отпраздновать свой триумф? – Робко спросил Октавию Питер
Какого черта тут делает этот придурок?
Питер живет на одном этаже со мной, но он должен свалить отсюда на хрен и оставить нас на едине.
Немного замешкав, она решила наконец ответить ему.
Но я не дал возможности открыть ей рот. Потому что уже прекрасно знал, она не пойдет на вечеринку. Вот уже три этажа Октавия смотрела куда угодно только не на меня, легкий поток воздуха из вентиляции развивал ее пряди волос. Было ясно, я плохо соображал в этот момент, не думая о том, что может произойти после, я резко нажал кнопку стоп на четвертом этаже. Лифт остановился и открыл створки.
– Питер, кажется это твой этаж. – Не глядя на него скомандовал я.
Он вытаращил свои огромные глаза, которые через линзы очков казались еще больше. Не произнося не слова, взглядом я дал понять, что ему нужно выйти.
Он покорно вышел из лифта. В это время створки лифта закрываются Октавия делает шаг, чтобы успеть выйти. Я резко перерождаю ей путь, она испугано смотрит на меня.
Попалась.
У меня есть четыре пролета, всего четыре. Как только лифт двинулся дальше, я встал на против нее и начал наступать, прижимая ее своим телом к стене.
Обхватил ее челюсть одной рукой, а второй закрыл ее миленький рот. Когда-то давно на пляже, она сделала так же. Мысленно всего на долю секунды я перенеся туда, если бы я тогда поддался ей, не сопротивлялся как последний засранец все не зашло бы так далеко, эта женщина была бы моей женой, а ее дочь нашей….
– Ничего не говори! Умоляю, молчи. Ты поняла?! – приказываю я.
Октавия задрожала. Глаза ее наполнились слезами. Она лишь покорно мотнула головой, в знак согласия. От которого я испытал огромное облегчение. Не желая больше не, секунды сдерживаться, убрал руку и поцеловал ее в губы сквозь ее тихие всхлипы. Схватил за волосы на затылке, запрокинул голову назад, так чтобы смог видеть ее глаза.
– Я не отпущу тебя! Поняла? Не дам больше сбежать и бросить меня! – Задыхаясь произношу я. – Ты моя.
Я смотрю в ее голубые глаза и понимаю, что тону так же, как и четыре года назад. Время будто остановилось. Будто не было этой долгой разлуки. Страдания и боли.
Почему она плачет? Ей страшно? Она возбуждена? Она тоже хочет этого?
Глава 33 ч. 2 Брендон
Брендон
Я прижался к ней своим лбом, наше дыхание смешалось. По телу пробежало приятно тепло. Родной запах окутал меня с ног до головы. Как только створки лифта открылись. Я молниеносно подхватил ее под ягодицы, не давая ей возможности опомниться и ускользнуть от меня, она обвила мою талию ногами. Не произнося больше не слова, мы направились в мой номер.
– Не борись со мной. – Умоляя еле шепчу я, боясь нарушить идиллию. – Я не смогу тебя отпустить, сопротивляясь ты сделаешь только хуже если попытаешься вырваться.
Все чувства, которые я так старательно убивал и прятал внутри себя все эти мучительные четыре года, отчаянно стараясь забыть о ней, словно лавина накрыли с головой. Я остановился. Тяжело дыша, мы смотрели друг на друга и словно чувствовали одно и тоже. Да, она определенно чувствует тоже, что и я. По-прежнему молча Тави подняла руку, большим пальцем провела по моей нижней губе, лишь только сбивчивое дыхание выдавало то, что она нервничает. Приблизившись, она стала, едва касаясь посыпать дразнящими поцелуями мою челюсть, опускаясь ниже к шее, а затем так снова вернулась к губам. Мое сердце колотилось словно после выпитого ящика Red Bulla. Я стоял словно под кайфом как завороженный по середине коридора чертового отеля, не веря до конца в происходящее. Она рядом. Я чувствую ее тепло. Чувствую пухлые влажные губы ее такой родной сладкий запах.
Изнывая от желания двинулся дальше, прижал Тави спиной к двери, удерживая ее одной рукой второй пытаясь найти ключ карту, в карманах пиджака. Не отрываясь от моей шеи Октавия просунув руку, в карман моих брюк, достает гребанную карту, подносит ее к замку, дверь открывается. Как только мы входим внутрь, загорается яркий свет. Осторожно чуть дыша, я ставлю Октавию на ноги. Секунда. Затем вторая. Я смотрю на нее как завороженный, а она на меня. С облегчением вздыхаю, никакой борьбы не будет.
– Ты моя! – Рычу я. Делаю шаг в ее сторону и с треском срываю с нее пиджак, который летит на пол, туда же отправляется и белая рубашка, пуговицы, которой со звоном разлетелись в разные стороны, опустившись перед ней на колени рывком пытаюсь стянуть брюки.
– В этом номере строгий фейс-контроль детка. – Глядя на нее снизу в верх произношу я, оскалившись при этом как придурок от вида ее обнажённого тела. Я снимаю ее туфли, а затем она поднимает ноги давая мне возможность освободить ее окончательно от этих тесных брюк. Когда я наконец заканчиваю с брюками она остается в одном нижнем белье из-за белого полупрозрачного кружева, которое отлично сочетается с ее загорелой кожей, просвечиваются все пикантные места.
Смотря на меня с верху как королева как чертова госпожа. При этом она продолжает молчать, дыхание ее выдает она возбуждена и распылена.
– Умница.
Малышка подчиняется мне. Не говорит гадости, не сыплет колкостями, не делает вид, больше не делает вид, что я безразличен. Ее затуманившийся взгляд, распухшие губы и эта властная и одновременно ехидная улыбка говорит мне о том, что она хочет этого так же сильно, как и я. И мне охринеть как нравится это.
Я подхожу ближе.
Возвышаясь над ней, грубо беру волосы в руку наматывая на кулак, и вдыхаю такой родной и знакомый запах шампуня. А затем открываю ее шею для себя и провожу языком по сладко приторной коже. Этот аромат ее тела. Как же я скучал. Столько бессонных ночей я провел, мечтая еще хоть раз прикоснуться к ней насладится сладостью ее хрупкого тела.
Как умалишённый я без конца повторяю.
– Ты моя! Только моя. Только моя. – Как будто боясь спугнуть ее или все испортить.
Беру ее за руку, веду за собой к кровати.
– Ложись. – Командую.
Она забирается на кровать, пятится назад, оказываясь у изголовья.
– Сними свои трусики для меня.
Она начинает расстегивать лифчик, соблазнительно стягивая каждую лямку, отправляя длинные белые волосы за спину. Мне становится тесно в этом костюме, он будто обжигает кожу, не отрывая своего взгляда от ее медленных движений, снимаю с себя рубашку, брюки вместе с боксерами, член так сильно налился кровью, что его стало ломить от тесноты и возбуждения. Октавия медленно она снимает трусики разводя ноги шире открывая для меня всю красоту своего тела. Я стону, не сдержав эмоций как гребанный подросток, который первый раз увидел обнажённое тело и готов кончить от одного лишь вида.
Своим пристальным взглядом, она прожигает во мне дыру, следит за каждым моим движением, в ее глазах так много страха, боли и страдания.
Я чувствую тоже самое детка, поверь.
Как хищник, осторожно забираюсь к ней на кровать, подхватив малышку Кларк, под задницу резко дергаю ее на себя, как изголодавшийся зверь, который никогда не прикасался к женщине, я впиваюсь в нее ртом. Задыхаясь она издает приглушенный стон, зарывая свои пальцы в моих волосах.
Обхватив сильнее ее бедро, прижимаю к себе, она выгибает спину. Посасываю, лижу, кусаю, целую вокруг ее киски, и по внутреннем поверхностям бедра, одновременно второй рукой обводя рукой вокруг загорелого упругого соска. Господи. Наслаждаюсь ее вкусом, это именно то, чего я так долго желал. Отстраняюсь, и наблюдаю за ней, в ее глазах горит желание, похоть страсть.
Я сведу с ума тебя детка. Ты больше никогда не захочет его.
Я сжимаю свой член одной рукой, поглаживаю его, наклоняюсь и продолжаю ласкать ее ртом. Мой темп ускоряется, напор усиливается, ее тело содрогается, в такт прерывистому дыханию. Вцепившись ногтями в мои плечи, они стонет все сильнее. Я выпрямляюсь любуюсь ее идеальным телом, она лежит в моей постели, изнывает от желания, но по-прежнему не произносит не звука. Я осыпаю поцелуями ее живот. Целую ее груди, облизываю соски, которые стали очень сексуальными. Она поднимается, проводя языком по моей груди, прессу облизывая и кусая. Член дергается от прикосновения ее нежной руки, желая получить разрядку, и оказаться в ее упругой киске. Рукой я отталкиваю ее назад она падает на кровать. Не в силах больше мучать нас, я направляю член к ее складкам, качнув бедрами резко на всю глубину оказываюсь в ней.
– аххх! – Вырывается у нее.
Запрокинув голову назад, она стонет так громко что вероятно ее слышат даже в вестибюле, ее груди, которые стали только сексуальнее после рождения ребенка маняще раскачиваются подо мной.
Все рассеивается, становится не важным. Есть только я и она. Хочу трахать ее каждый прожитый день, дарить ей эти ощущения снова и снова.
Почему она лишила нас этого?
Во мне начинает закипать ярость. Чувствую, как влагалище Октавии сжимается, опираясь на руку я смотрю вниз, на то, как я каждый раз погружаюсь в нее. Улыбаюсь самому себе и начинаю раскачиваться, сильнее, неистово вдалбливаться в нее доводя ее до исступления, наклоняюсь и целую ее шею. Она хватает воздух ртом. Толчки становятся жестче, по моим венам словно течет раскалённая лава. Тави со всей силой ногтями впивается в мою кожу, впиваясь до крови, как безумная кричит от накатившего оргазма. Мир вокруг кружится я теряю контроль.
