355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Джулия Ромуш » Ты принадлежишь мне! » Текст книги (страница 1)
Ты принадлежишь мне!
  • Текст добавлен: 14 мая 2021, 00:03

Текст книги "Ты принадлежишь мне!"


Автор книги: Джулия Ромуш



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 3 страниц)

Джулия Ромуш
Ты принадлежишь мне!

ПРОЛОГ

Поднимаю руку, шаг вперед делаю, господи… Рядом с этим мужчиной сумасшедшей становлюсь, больной, зависимой, не контролированной. Я как голодный зверь увидевший кусок свежего мяса. Голова отключается, действую чисто на инстинктах…

  Подхожу, запах его вдыхаю, такой вкусный, такой сладкий, дурманящий голову… Прикасаюсь к его горячей коже, обжигаю пальчики, как об раскаленное железо. Хочу остаться с ожогами, полностью расплавиться рядом с ним. Это какая-то магия, я чувствую себя спокойно, защищённой с этим мужчиной.

  Я так близко…  чувствую жар его тела, вижу, как начинает вздыматься грудная клетка, его дыхание учащается, похоже не одна я здесь схожу с ума.

  Его тело как камень… такое твердое, пробегаюсь пальчиками по его кубикам и издаю восторженный визг. Меня переполняют эмоции, Господи… я схожу с ума, рядом с ним, просто дурею.

– Такой твердый, – облизываю пересохшие губы, прохожусь язычком. Внутри все горит, волна жара пробегает по телу, я немного поддаюсь вперед, переминаюсь с ножки на ножку, между ног становится ужасно мокро, до ужаса, сдвигаю бедра… Господи, да что же это такое?

– Нравится? – Слышу хриплый голос. Поднимаю глаза и ловлю его взгляд… Лед дает трещину, плавится в секунду, его глаза горят огнем, обещают расправу за самодеятельность. Я вижу, как он на меня смотрит, чувствую то, как он меня хочет, этот мужчина меня желает, жаждет…

– Очень, – я делаю плохие вещи, невозможные, провокационные… Но это все он, этот мужчина выключает мой мозг, овладевает мыслями, контролирует действия… Сейчас он провоцирует меня на все это бесстыдство. Я пробегаюсь пальчиками ниже, до низа живота, слегка касаясь, вижу, как он напрягается, в глаза мои всматривается. Пытается ответ найти на вопрос: “Какого чёрта?”

  А ответ очень прост, просто хочу.: касаться, трогать, жар его тела ощущать, то, как он напрягается, на меня реагирует, кайф ловлю, первый раз в жизни так зависима от чужих эмоций и это круто!

– Не провоцируй, – Зверь сдерживается из последних сил, я слышу, как скрипят его зубы, чувствую, как напрягается каждая мышца. А что мне делать? Если я могу думать только о нем, хочу касаться, видеть его реакцию на мои прикосновения.

– Либо что? – Вскидываю брови и опускаю ручку еще ниже, чувствую, как его мужское достоинство таранит джинсы, Господи… он огромный, каменный… Провожу ручкой и с ужасом осознаю, что ЭТО никогда во мне не поместиться, да он меня порвет, на куски просто разорвет. Краснею, заливаюсь стыдом, опускаю глаза, мою решительность как будто ветром сдуло.

– Все, наигралась? – Насмешливый голос, с издевкой, губу закусываю. Вот почему он меня провоцирует? Злит? Подталкивает на все это? Значит мы играем? Он уверен, что я дальше не смогу зайти, что такая скромняжка как я просто не сможет? Не решиться?

– Не совсем, – улыбаюсь и пальчики на его члене сжимаю, через джинсы это сделать не так уж и просто, но сам факт того, что я на это решилась… Зверь рычит, издает гортанный рык, я хочу отскочить, отпрыгнуть…

– Поздно, – мужчина подхватывает меня на руки, похоже я доигралась…

1

– Лика, – сердце остановилось, перестало биться в груди, я знала, чувствовала… Но так надеялась, что он не придет, пропустит этот страшный ритуал.

– Пришел? – Я смотрела на маму с надеждой, пускай скажет, что просто нужна моя помощь, что нужно убраться или приготовить ужин.

– Пришел, – Мама кивнула и слезы полились по ее щекам. Каждый месяц, в течение трех лет этот мужчина приходит в наш дом. Он питается моим страхом, впитывает энергетику, наслаждается произведённым эффектом.

  Я вздохнула, поднялась со стула, обняла мать. Этого не избежать, через неделю я буду его, полностью, он будет моим хозяином, будет мной владеть. Ступаю голыми ступнями по холодному полу, пытаюсь дышать, наверное, есть люди с еще более печальной судьбой. Некоторым нечего есть, другим негде жить… А мне всего лишь нужно выйти замуж. За страшного, жестокого, беспощадного человека. Который болен мною, помешан, лелеет ту мысль, когда сможет мною владеть.

  Я пытаюсь растянуть этот миг, не хочу спускаться к этому мужчине… Ведь он стал приходить не один, он приходит со Зверем. Мое сердце умирает от взгляда одного и нежно трепещет от взгляда другого. Меня как в адский котел закидывают, с одной стороны – оглушающий страх, с другой – страшные, неправильные, порочные желания. Я принадлежу одному, а желаю другого…

 Ступенька за ступенькой, комкаю в ладошках подол платья, вдох-выдох. Я смогу, у меня получится....

– Анжеликааа, – меня передергивает, страх пронизывает тело, тут же кидает в холод, ладошки потеют. Дамир… мой личный мучитель, палач…

– Добрый вечер, – глаза в глаза, он любит так, чтобы видеть страх, чуять свою власть надо мной.

  Но в комнате есть еще один мужчина, от которого сердце оживает, дышать начинаю, для него… Он смотрит… И тут же жар пробегает по телу, потому что серые глаза Зверя, холодные, как две льдинки пробегаются по мне, как будто руками меня касается, ничего не говорит, просто смотрит, рассматривает, взглядом ласкает. Как пережить эту пытку? Как не показать кого желаю на самом деле?

– Мышонок, маленький, перепуганный мышонок, – меня передергивает от этого прозвища. Нельзя скривиться, нужно улыбаться, чтобы он быстрее ушел, покинул мой дом, насладился всем этим представлением и сгинул. Трель телефона спасает ситуацию, Дамир, выругавшись, покидает комнату, а я сжимаю кулачки, сердце предательски падает в пятки, мы остались одни… первый раз за год, единственный…

  Поднимаю глаза и ласкаю взглядом того, кому сердце мое принадлежит, в ком нуждаюсь больше чем в воздухе, если б не его приходы, не его присутствие, я бы не выдерживала этих пыток. Он не говорит, не обращается ко мне, просто смотрит. И от этих взглядов мой мир переворачивается, тело покрывается мурашками, пальчики подрагивают.

– Добрый вечер, – я улыбаюсь, искренне, не знаю чего добиваюсь, просто хочу голос его услышать, удостоверится в том, что он хриплый, пробирающий до костей.

– Добрый ли? – Моя вселенная взрывается, на маленькие кусочки, его голос ласкает уши, заставляет тело дрожать, хватаюсь ручками за перила лестницы.

– Для меня, да, – выдыхаю, нельзя, Лика нельзя так показывать свою заинтересованность, если Дамир узнает, если пронюхает, вас закопают в соседних могилах.

– Лика, – имя мое произносит именно так, как мне нравится, слегка растягивает, языком ласкает, на вкус пробует.

– А как зовут вас? – Я знаю только прозвище “Зверь”, и он полностью ему соответствует. Огромный, как скала, сильный, с грубыми, но привлекательными чертами лица, с тяжелым пробирающим взглядом. Глаза серые, но, когда смотрит в упор, кажутся черными, как будто ночь накрывает, в свою темноту затягивает. Рост огромный, такой высокий, что мне нужно голову задирать чтобы глаза его видеть, с таким ничего не страшно, он стеной может стать, за которую никогда ни один обидчик не проберётся.

– Марк, – ох, этот голос… я сознание могу потерять в любую секунду. Я вижу, как он смотрит, чувствую его желание, интерес, я не просто ему нравлюсь. Не может мужчина целый год так смотреть и не определиться. Он знает, что хочет, видит, что я хочу… Рот открываю, сказать еще что-то хочу, но Дамир врывается в комнату.

– Зверь, нам стрелу назначили, – мокрый, злой, на улице ливень, гроза и его это не остановило, он все равно приехал, сумасшедший.

– Кто? – Мой Зверь в момент меняется, злобный взгляд, оскал, готов разорвать каждого, кто подойдет к нему в эту секунду.

– Гарп, хочет ювелирку отжать, нужно решать вопрос, – Марк кивает и направляется на выход. Вместе с ним уходит тепло, надежда, остается только мрак и холод.

  Дамир приближается, в плотную, ненавижу, уйди, уйди…

– Мышонок, не переживай так, аж вся трусишься, я вернусь, обязательно, ведь свадьба через неделю. Ты принцессой моей будешь, буду тебя наряжать, в подарках купать, ласкать. Стонать подо мной будешь, оргазмы не будешь успевать считать. Ведь мне только ты нужна, – за талию меня хватает и к себе притаскивает, запах моих волос вдыхает, жадно, как будто свой, только ему понятный кайф ловит. – Главное тебя не порвать, ты такая хрупкая, маленькая, девочка…, только желаниями о тебе и живу, другие бабы – шмары, а королева всегда одна, и я свою нашел.

  Губами своими огромными в мои впивается, до боли сминает, а у меня уже слезы по щекам катятся, прошу, прошу… утащите его кто-то, руки уже по телу моему гуляют. А я дрожать начинаю, противно, мерзко, прошу....

– Исак, мы проблемы будем решать или баб тискать? – Зверь, моментально вспыхиваю, краской заливаюсь, господи … позор. Он же все видел, он же может решить, что я была не против…

– Иду, – рычит Дамир, от меня отрывается. – Я от тебя неделю не отлипну, дай только кольцо на палец надеть, МОЯ.

 2

Мужчины уходят, а я по лестницу опускаюсь, руками лицо прикрываю, слезы сами текут по щеках, всхлипы уже не остановить. Я надеялась, три года назад это не казалось таким устрашающим, я думала все решится, устаканится.

   В нашем городе фамилия Исаев решала все, это их город, полностью под ними лежит. Если хочешь бизнес строить, работу хорошую иметь, деньги… Договаривайся, на колени падай, проси у господина разрешения.

 Илья Исаев, отец Дамира, три года назад он был королем, к нему нужно было идти с опущенной головой. И мой отец пошел, долго умолял, чтобы ему дали открыть свой завод, людей в охрану дали, чтобы другим не повадно было свои порядки устанавливать. Его послали, на три веселые буквы.

  А потом Дамир меня увидел, как сейчас, тот день помню, я в парке с подругами гуляла, и к нам парни пристали, пьяные.

– Прошу, не нужно, – я умоляла, они разрывали мое платье, рвали на куски. Я плакала, мне всего пятнадцать, а ко мне взрослые, огромные амбалы лезут.

– Чё ты жмешься соска, рот закрыла, лучше бы ноги так охотно раздвигала, – хохотнули они и продолжили издеваться.

– Отошли, – как гром среди ясного неба, меня отпустили моментально, я упала на асфальт, больно ударилась.

  Парни расступились, и я увидела его, Дамира. Двухметровый, огромный парень, коротко стриженый, карие глаза, он был пугающий. Хулиганы трусились перед ним.

– Еще раз увижу, зубы будете свои собирать, – гаркнул парень и направился ко мне.

 На руки меня подхватил, осмотрел со всех сторон.

– Имя, фамилия? – Я покраснела, застеснялась, у него лапищи такие огромные, он меня как пушинку поднял.

– Анжелика Климова, – парень глаза прищурил, осмотрел меня внимательно.

– Это твой отец за завод просил? – Откуда он знает?

– Мой, – головой кивнула.

– Лет тебе сколько?

– Пятнадцать, – и платье начала на коленки натягивать, мало ли, может от одних спас, а сам сейчас еще хуже окажется.

– Скромная, – скалится, а я от страха труситься начинаю, уж слишком он меня изучает взглядом.

– Простите, я могу сама на ногах стоять, – в смехе заходится. Но на ноги меня опускает.

– Моя будешь, женюсь на тебе, слышишь, если узнаю, что какому-то мудаку дала к себе прикоснуться, живьем закопаю, – Ох.... Кошмар....

  Я не восприняла всерьез его слова, ну серьезно, кто может вот так вот в секунду решить, что женится? Пугал, шутил, издевался… Но вот когда счастливый отец прибежал домой и сообщил, что ему сказали” ДА”, еще и денег подкинули на развитие бизнеса. Я поняла, что пахнет жареным.

 3

  Сначала не озвучивали условия, ждали, пока деньги в ход пойдут, когда все обязанности с их стороны будут выполнены, а потом огорошили.

– Девчонка замуж за меня пойдет, – Дамир с отцом приехали к нам в дом, сели за стол и начали выкладывать всю правду матку.

– Подождите, но такого условия не было, – отец моментально побледнел.

– Ты знал, что мы просто так не разрешаем бизнес вести, бабло не даем, защиту тоже. Ты получил полный комплект, нужно рассчитываться. – Дамир наседал, требовал свое.

– Илья, я же с вами договаривался, подождите, если бы я знал, что вы дочь мою получить хотите, я бы никогда…, – отец начал заикаться, потому что спорить с такими людьми, до утра можно не дожить.

 Дамир не сводил с меня глаз, просто поедал, парень как будто был одержим. Меня трясло от страха, я до сих не верила в происходящее.

– Сын влюбился, это самый лучший расклад, в нашем город хорошего мужа днем с огнем не сыщешь, тем более, твою бы девчонку изнасиловали в парке, если бы не Дамир. Сам ты ее защитить не можешь, уж больно она красивая, в глаза сразу кидается. Так что лучшей судьбы для нее не найти.

– Подождите, но…, – Отец Дамира вытащил пистолет и стало понятно, что будет только так, как хотят они.

– Я согласна, – пискнула я, увидев, как мать хватается за сердце, а отец бледный как стена, я поняла, что исход все равно будет один, лучше избежать больниц и ран.

– Мышонок, – Дамир сверкнул страшной улыбкой.

– Когда мне исполнится восемнадцать, – выдала я, надеясь, что за такое время парень найдет себе отдушину, девушку в которую влюбится и эта одержимость пройдет.

– Нет, – крикнул Дамир, – Сейчас! – Парень был как бешеный, за стол схватился, еще секунда и меня на плечо закинет.

– Давайте сделает все с умом, мне нужно время, чтобы к вам привыкнуть, чтобы я сама… с улыбкой под венец, чтобы любила, – я несла чушь, хоть что-то чтобы меня прямо сейчас не вынесли из дома, не сделали своей игрушкой.

– Три года, это слишком, – Дамир кричал, показывал свою сущность. Он привык получать желаемое сразу. – Хочу, чтобы уже сегодня в кровати моей лежала.

– Видите, у вас просто животное желание, нам нужно время, чтобы осознать всю серьезность поступка, – господи, прошу, вразуми его, я умоляю.

– Складно поешь, – парень улыбнулся, перестал кричать, я немного выдохнула.

– Буду каждый месяц приходить, романтические свидания устраивать, чтобы привыкла и осознала, – прорычал.

  Меня охватил парализующий страх, парень скользил по мне тяжелым взглядом, по каждому миллиметр моего тела приближался, медленно, пугая.

– Я надеюсь не нужно объяснять, что моя невеста должна быть невинна, если кто притронется, всю семью твою порешу, ты их судьбу определяешь. Будешь хорошей девочкой, и вы в достатке будете жить. Будешь брыкаться и вашим домом станет мусорный бак.

 Я кивнула, хорошо, что хоть это смогла сделать, парень возвышался надо мной, пугал, вселял страх.

– А теперь поцелуй меня так, чтобы я поверил, что ты хорошая девочка, – оскалился Дамир и начал сверлить меня взглядом. Мне захотелось зареветь, схватится за волосы и прикрыть свое лицо. Это был дикий ужас… пугающий, устрашающий…

  Парень огромный, его даже руками не обхватить, даже если на носочки стану, не дотянусь, он скалится, видит мое замешательство. Подхватывает меня на руки, под попку, теперь я напротив его лица… Первый поцелуй и подарить его этому животному? Он же не оценит, не сможет понять, насколько для меня важен такой шаг, не он должен стать моим первым…

– Я жду, – трясущимися руками обхватываю его шею, наклоняюсь и нежно прикасаюсь губами к его губам, черствым, слишком больших для моих губ, он весь слишком огромный. Дамир хватает мой затылок своей рукой, и проникает в мой рот языком. Мерзость какая, я начинаю пищать, вырываться, противно, фу, фу…

– Какая сладкая, не целованная, такую можно и подождать, – рычит парень и ставит меня на ноги, забегаю за пианино, прячусь, боюсь, что захочет большего, не согласиться на условия.

– Раз в месяц мышонок, ты сама ко мне спускаешь с улыбкой на лице, иначе будут последствия, – произносит парень и направляется к выходу.

Его отец поднимается со стула и направляется ко мне, я жмусь в углу, не хочу больше никогда видеть этих людей, я их ненавижу. Так нагло, шантажом, обманом втянуть нас во все это.

– У тебя получится, ты усмирила его за минуту, еще никому такое не удавалось, ты сможешь им управлять, будь умной девочкой и весь мир будет у твоих ног, – тихо мне говорит мужчина и направляется к выходу. Да я готова отдать все, что имею, только больше бы не видеть их, ни слышать, ни вздрагивать от их голоса....

4. Зверь



Холодный дождь бьет по лицу, ураган, ветер… Прям как она, как девчонка. Холодная, неотзывчивая, перепуганная. Такая маленькая, крошечная… А душу в клочья рвет. Глазами своими шариться по мне, ничего не говорит, не спрашивает. Просто молча играем в нашу игру.

  Нужно же было так влипнуть? И какого с Исаком тогда поехал? Как увидел ее, как она спускается и все, дыхание в миг перехватило. Глазами жадно по ее фигурке скользить начал. Такая маленькая, хрупкая, глазищи на пол лица. Темные как ночь, холодные как лед. Когда взглядом по мне скользит все внутри замерзает, не могу от нее глаз отвести.

  Вроде ничего особенного. Темные волосы, глазищи, губы пухлые, фигурка как у куколки… Кого я обманываю? Сам себя? Все в ней особенное от глаз ее и до запаха умопомрачительного. Я как извращенец езжу раз в месяц и смотрю на чужую женщину, другому обещанную. А сам хочу ее до одури, зубы сжимаю и смотрю как Исак к ней грабли свои тянет.

 Моя девчонка, мне судьбою обещанная, чую, знаю, свое когтями выдеру, не отдам ему, не разрешу, не позволю, двоих нас погублю, пусть лучше в могиле сырой вдвоем, чем она под ним окажется.

 Мы и Исаком город держим, времена такие, либо ты всех нагибаешь, либо тебя. Исаев старший коньки отбросил, точнее его грохнули, что ж в нашей профессии это не исключено. Он чувствовал, знал, не тем людям дорогу перешел. Не зря меня вызвал, в городок этот позвал. Чувствовал, что Дамир сам не справится, не потянет. Амбиций куча, а делать ни хера не делает. Пустые угрозы, обещания. А сам только девчонку кошмарит, мозгами поехал, бредит свадьбой. Все дела давно уже на мне.

 Дамир любит мудозвонить, обещать всем, что уроет. Это его любимое занятие, пособирать падаль кишащую и выделываться перед ними. На стрелки с серьёзными людьми не ездит, ни хрена не решает. Он мой кореш, еще с детства, я ему уже не раз говорил, не завяжет с этим дерьмом, будем разделяться.

 А теперь я жесть как хочу от него отделиться, девчонку забрать и уехать на хрен отсюда. Только боюсь, если узнает о моих намереньях, скорее ее уроет, чем мне отдаст. Слишком уж он помешан на ней.

  Ведьма, маленькая ведьмочка. Первый раз за год ко мне обратилась, глазищами просканировала, сердце в кулак свой зажала. Как под дых дала, с размаху. До этого момента я еще думал, что брежу, что кажется мне все ее взгляды многообещающие, желаемое за действительное принимаю. А сегодня она меня от паранойи избавила, занавес приоткрыла и чувства свои обнажила.

  Моя, девочка маленькая, куколка, малышка… Исак опять ее лапает, убить готов, глотку рвать, сука!!!

– Исак, ювелиру нудно отдавать, – нет смысла воевать, ювелирка дохлая, дохода не приносить, проще отдать и на процент поставить. Если смогут раскрутиться нормально бабла поднимем, нет, отберем через год.

– Нет, это моя территория, я не отдам. – Руль сжимаю, упертый, не видит перспектив, не хочет развиваться, на месте топтаться привык и все. ПРОМО на "Порочная страсть" 5vaw0LBb

– Наша, не забывай об этом. Там место дохлое, нужно давать перспективы другим, пускай на нас ишачат, мы же топчемся на одном месте. Ты девку тискаешь, я проблему решаю, так дальше дело не пойдет, – все, с меня достаточно, не буду больше за двух пахать. Братан должен мозги включать.

– Через неделю свадьба, я наконец свое получу и контроль себе верну, не переживай, все будет, – не дам этой свадьбе случиться! Подорву лучше к чертям, но не дам!

5

Все ужасно! Хуже некуда! Приказал явиться в магазин, свадебное платье выбирать будем. Я хотела сказать, что нельзя, не положено жениху невесту в платье видеть до свадьбы. А потом рукой махнула. Это примета для счастливых людей, которые по собственной воле на свадьбу соглашаются, а меня заставили, вынудили, обманули.

  Вижу Дамира, из машины выходит и сердце кричит, вопит о помощи, просит его спасти, перестать мучить. Возможно, ели бы все случилось по-другому, если бы он тогда меня на свидание пригласил, ухаживал бы. Возможно, я бы влюбилась в этого мужчину. Он, красив, даже очень, все девочки в нашем городе о нем мечтают. Если не о свадьбе, то хотя бы в кровати его очутиться, под ним.

Сколько раз в школе мне девчонки рассказывали, как он их за углами тискал, да что вытворял. Мне всегда все равно было, от подробностей и вовсе противно, а они за ревность принимали. Рассказывали ему, как я ревную, психую. Больные, они же его только подзадоривали, думал, что не безразличен мне.

  Что будет после свадьбы? Он же захочет то, что ему причитается, тело мое, завладеть мною захочет. Господи, руки трусятся, глаза на мокром месте.

– Мышонок, – за талию меня хватает и к себе притягивает, противно. Зверя нет, не приехал, без него мое сердце не хочет биться, отказывается жить…

– Здравствуй, – потупливаю взгляд, господи, я согласна на первое попавшееся платье, и уйти, убежать, скрыться. Только бы глаз его горящих не видеть, дыхание учащенное не слышать. Он рядом со мной контроль теряет, это страшно.

  Восьмое платье, это невозможно, это пытка, честное слово. Он рассматривает, просит покрутиться, повернуться. Как модельер на меня смотрит, а платья все как на подбор, чтобы грудь было видно. Дамир жадно глазами упирается, как будто пожирает меня, смакует.

   В примерочной, не могу платье очередное расстегнуть, ну что же это такое? У меня скоро истерика от всей этой ситуации начнется, нервы и так постоянно на пределе рядом с ним…

– Простите, вы бы не могли мне помочь? – Голос подаю, девушка эта всегда рядом была, а сейчас как будто специально сквозь землю провалилась, ну не Дамира же мне звать, честное слово.

– Простите, – немного громче, а результата все равно никакого, беспомощно вздыхаю, пыхчу, пытаюсь сама его расстегнуть, все бесполезно…

– Я помогу, – вздрагиваю, как будто в реку холодную с головой сиганула, глаза поднимаю и в зеркало смотрю… Зверь… со мной. В примерочной… Сердце выстукивает панику, нас убьют, убьют за такое…

– Он отъехал, срочные дела, – отвечает Зверь на мой немой вопрос, господи… Сердце снова хочет жить, биться, он рядом…

– Ты позволишь? -А я только глазами в его глаза всматриваюсь, в отражении, я очень много чего хочу позволить, а точнее сама сделать, но это табу, можно только смотреть, прикасаться запрещается… Головой киваю и его руки на плечи мои опускаются, глаза закрываю и громко выдыхаю, стон из моих губ вырывается, такой постыдный, запрещённый, неправильный…

  Его пальцы скользят по моей коже, а я губу закусываю. Это не должно происходить, запрещено, нельзя… Мы с судьбой в плохие игры играем, запретные, за такие игры если проигрываешь жизни лишают.... А что делать, когда нет сил сказать “нет”?

  Платье к моим ногам падает, я стою перед мужчиной в одном нижнем белье, он не уходит, и я его не прошу выйти. В висках все пульсирует, уши закладывает, меня трясет, я жадно ловлю то, как он рассматривает в зеркале мое тело, то, как у него в глазах вспыхивает огонь… Как его льдинки медленно таят …

  Я позволю ему все, приму любые условия, готова рискнуть собственной жизнью, только бы он сейчас ко мне прикоснулся… только бы дал почувствовать свой вкус, подарил мне этот грешный поцелуй, разрешил согрешить вместе с ним…


6 Зверь.



 Лошара, Олень, самому с себя не смешно? Ты с Исака ржал? Что на девчонку запал так, что ни хрена вокруг не замечает? А ты чем лучше? Куда прешь? На красный едешь?? Машины чуть не сбивают, а тебе все ни по чем??

 Очередная стрела, Исак сука отказался ювелирку отдавать, за моей спиной крысеныша мелкого послал и отказ дал. Засцал сам приходить, ответ давать. Что ж это у нас за хозяин города такой, что боится жопу свою с кресла поднять?

   Значит платья он покупает?? Трех наших ребят положили, им сейчас гробы колотят, а он реально платья выбирает? Я все понимаю, баба может голову снести, мозги запудрить. Но он же ее в первую очередь подставляет. Все же видят его одержимость, она его слабое место, в нее бить будут в первую очередь! Он же ее сука ее погубит!

   Вылетаю из машины, Исак меня видит, сам выходит.

– Братан, ты чего такой дерганный? – Смотрю на друга, на рожу его усмехающеюся, я все понимаю, у нас жесткий бизнес, без потерь никак. Но блядь отправлять людей на стрелу, в таком количестве, без вожаков, плевать на все, на жизни, на территорию, на нашу репутацию. Если сейчас слух поползёт, что мы на разборки отправили трех слабаков, а сами даже не удосужились присутствовать, так они со всех щелей попрут. Сгруппируются и замочат нас количеством!

  Подлетаю и в харю бью, я-то знаю какой он мать его хозяин, какой вожак стаи. Я его предупреждал, будет людьми рисковать и на нашу дружбу не посмотрю.

– Платье себе выбрал? – Рычу.

– Зверь, ты чего?? – Назад пятиться.

– Ты ж у нас телка теперь, тебе и платье в пору выбирать, может жопой развернешься, так я оприходую. – Если меня разозлить я все на хрен разнесу.

– Да что произошло? – Дебила из себя корчит.

– Произошло то, что ты тварь наших пацанов порешил, я тебе сказал, что ювелирку отдать нужно?? Сказал? – Наступаю.

– А я был не согласен, с фига нам лошарам территорию отдавать?

– Лошарам? Эти лошары наших людей замочили, ты нас под монастырь подводишь. Если слухи пойдут, что мы так проблемы решаем, на нас все попрут, и ты даже бабу свою не оприходуешь, так как в могиле уже трахаться всё желание отпадет!

– Ее не трогай, – Ааа как дело девчонки касается, то он монстром становится, злым, тут и отпор мне дает, в грудак заряжает. Вот он, где мужик скрывался, интересно.

– Интересно будет посмотреть, когда ее на твоих глазах драть будут, ты всем показал, где твое слабое место, следующий удар на нее придется. – Я специально его злю, пускай едет и разруливает, я сдыхать из-за него не собираюсь.

– Зарою сук, – орет, отлично, только пускай делом показывает, а не опять тут громкие слова орет.

– Ну так зарой, – усмехаюсь.

– Девчонка под твою ответственность, – кидает мне и в тачку залетает.

Отдаю ли я себе отчет, что именно этого я и добивался? Отдаю, думать не хочу, анализировать, если ее не вижу, то дохну. Жить без нее не могу. Глаза ее как будто заряд какой-то дают, жизненные силы, чувствую, что она мой человек. Только захочет ли она жизнь свою с бандитом, убийцей связывать? Она же, по сути, кроме меня и Исака больше никого и не видела. Может выбрала меньшее из двух зол и думает, что нравлюсь ей? Она же, по сути, даже не отдупляет чем мы занимаемся, знает только слово “бандит”, “хозяин города”, а что за словами этими скрывается понятия не имеет.

 Зачем заперся, зашел к ней? Девчонка стоит передо мною практически голая. Она хоть знает, что с ней мужик сделать может? Взрослый мужик, который и в руках то себя держит из последних сил?

– Нам нельзя, – голосок тоненький, вся дрожит, произносит одно, а в глазах совершенно другое.

– Так мы вроде ничего и не делаем, – улыбаюсь, смешная такая, знала бы она что я с ней в своим мыслях делаю, как верчу, как беру, давно бы уже сбежала.

– Желать тоже нельзя, – вздрагивает, блядь… кожи ее касаюсь, плечо целую. Как пацана по ней прет, реально как будто только из армии вернулся и девчонку увидел. Член штаны таранит, до жути ее хочу.

– Нам много чего нельзя, – рычу, а она вздрагивает. И ведь не останавливает ведьма, все мне позволяет....

 7

Он губами кожу мою обжигает, а во мне желания страшные взбунтовались. Губы такие у него… горячие, желанные, господи, что творю…

  Резко к нему разворачиваюсь, так резко, что равновесие теряю, его руки меня подхватывает и к себе притягивают.

– Сделай то, чего нельзя, перейди черту, – это я говорю? Если Дамир увидит, если почует, если хоть один намек будет… За плечи его хватаюсь, в глаза, палящие смотрю…

– Ты бы за меня пошла? – Жестокая шутка, издевается? На вшивость проверяет? Может его вообще Дамир подослал? Чтобы проверить меня перед свадьбой? Отпрыгиваю от него как ошпаренная.

– Ты ему расскажешь? – В угол забиваюсь, какая же я дура, как могла поверить, что он может меня захотеть?

– Что расскажу, что бабу его украсть хочу? – Зло усмехается.

– Ты же… вы же…, – я испугана, загнана в угол, боюсь не то сказать, не то сделать. Судьба всей моей семьи от меня зависит.

– Ты уже определись мы на “вы” или на “ты”, только что хотела делать то, что нельзя, а теперь на “вы” ко мне обращаешься? – Я не понимаю он сейчас серьезно со мной разговаривает или издевается?

– Вы же меня проверяете? – Смотрю в его глаза, он же меня не выдаст?

– Значит все-таки на “вы”? – Рычит, осматривает меня с ног до головы, а вот теперь стыд приходит от того, что я почти голая, и мозги наконец начинают подкидывать всякие идеи расправы.

– Я похож на человека, который будет играть в такие игры? Шутить в такой ситуации, можно случайно без головы остаться, – а вот тут я согласна, шаг в лево, шаг в право, и никто ничего ен простит.

– Вы ведь замуж зовете? Но как это возможно? Он же меня не отдаст, – скажи, что все будет хорошо, скажи, что нечего бояться и я с тобой на край света пойду, поверю, доверюсь, только скажи, что семью не тронут.

– Я так понимаю согласия ты не дашь? – Балует, разрешения спрашивает? Я уже привыкла что никому мое согласие не нужно.

– Я.., – а чего он ждет? Я как бы в шоке!

– Ладно, дело твое, – говорит и на выход направляется, Лика отвечай! Сделай же ты что-то!!!

– Подождите! – Кричу, он замирает, ждет. Господи, что делать? Как заставить этого мужчину остаться? Ведь первый раз за последнее время я увидела хоть маленький, практически нереальный, но все же выход из этой ситуации… На что он готов пойти, чтобы это стало правдой?

8

Разве можно так растворяться в человеке? Особенно в том, которого ты толком и не знаешь? Что такое любовь? Мы любим человека за что-то или вопреки всему? Почему я готова ему поверить? Чем он так меня пронял? Я его голос услышала то всего пару дней назад, а до этого были только взгляды… Пронизывающие, трогающие душу, Я смотрю на его плечи, на то какие они огромные, как они опускаются и поднимаются.

  Что делаю, зачем к нему иду? Сама со Зверем играю, не боюсь, шаг к нему делаю. Он такой огромный, высокий, большой, на носочки поднимаюсь и обнимаю его сзади, чужого мужчину, который мне никем не является. А по сути, может стать врагом номер один, если действительно поиграть со мной решил.

  Но я так хочу тепло его почувствовать, так в этом нуждаюсь. Запах его вдыхаю, он пахнет как шоколад, горький, терпкий, но такой желанный и сладкий. Я понимаю, что мне от него отлипнуть нужно и не играть с мужчиной.  Что все что плохо закончится, если Дамир узнает моя жизнь в ад превратится, а любимого я смогу больше никогда не увидеть.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю