Текст книги "Пышка для свекра. Сделаю с тобой джага-джага! (СИ)"

Автор книги: ДОМИНАТРИКС

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 2 страниц)

6

Встаю в позу развратной кошечки и бросаю на Арсенчика, который даже на коленях возвышается надо мной мышечной громадиной, горячий взгляд.

– А ты часто тут такую джагу-джагу с клиентками устраиваешь?

Ой не хочу я звать это собачкой. К тому же там, откуда я родом, это зовется позой бобра. Почему бобра? Как мне объяснил гопник, которому я потом дала в пятках, это когда тебя дерут “раком”, а ты грызешь перила в подъезде.

Правда, у нас в селе подъездов не было.

– С клиентками никогда, – Арсенчик присваивающе укладывает свои горячие ладони на мои ягодицы. – Но ты ж моя невеста. Или как это там называется? Вечно путаюсь, пэрсик.

– Да невестка я, а ты мой свекор, Арсенчик. Смотри у меня! – предупреждаю. – Я ревнивая. Если что не так, не обижайся. Возьму гантелю и устрою тебе православный БДСМ.

– Я верный, Клава. Так тебя полюбил, что из партнерш осталась одна правая рука. Иногда левая.

– Вот и правильно! – хвалю. – Лучше на ручнике, чем совать свой банан в несвежие вареники! – Сейчас я, Клава, с тобой джага-джага буду делать! – предупреждает и входит в меня одним тугим и глубоким толчком.

– Ах!

Вот как надо женщину отвлекать от дурных мыслей. Она и люлей раздавать меньше будет, и станет ласковой кошечкой.

– Мамочки! – выкрикиваю, когда он хватает меня за бедра и тарабанит от души. – Люби меня, Арсенчик! Глубже люби!

– Шикарная моя девочка, – рычит он, насаживая меня на свой шикарный член.

Вышибает из меня все новые стоны и всхлипы.

Как же хорошо, что мы занимаемся этим на полу и в такой позе.

– Еще, котик мой! – стону, пока он долбит меня во всю мощь.

– Хочу, чтоб ты поскакала на меня!

Новое эротическое желание Арсенчика – это экстрим. Вон, на тренажере я уже поскакала. На фитнес-мяче на прошлой неделе – тоже. Ох и хлопок был – все полегли.

– Любой каприз, – отвечаю.

Шикарный мужчина выскальзывает из меня и ложится на спину. Его член так завлекательно торчит, что у меня дух захватывает от невероятной офигенности Арсенчика.

Большой и волосатый. Просто мечта.

Внизу живота приятно тянет от такого размера, и я решаю немного поиграть. Предварительные ласки во время секса как в порнушке.

Хватаю бревнышко, и Арсенчик вкусно стонет. Даже это у него получается с акцентом, который так возбуждает.

Слизываю с его ствола свою же смазку, а потом беру в ротик головку. Он мой самый вкусный десерт. Орешки со сгущенкой.

О, точно! Надо еще и яички приласкать. Столько мужик ручками своими богатырскими перебивался. Мозоли, наверное, натер.

Сильнее выгибаю спинку, прижимаю его шикарный ствол к животу Арсенчика, чтоб не отвлекал, и всасываю в рот его шарик. Ласкаю его, упиваясь вкусом моего мужчины.

– Клава! – приподнимает голову. – Это где ты такому научилась? У Валерика яички так в мошонку и не опустились.

Ну да, я первый раз так близко вижу мужские бубенцы, ведь у моего мужа писюн почти как у девочки! Хоть помпоны с шапки привязывай, как с кастрированными котиками делают, чтоб они не расстраивались.

Так-то Валерик был у меня один-единственный, но, наверное, даже не считается.

– Я по видео из интернета научилась.

Так, надо его отвлечь! Срочно.

– Я тебе, Клава! Сразу предупреждаю, я в нашей семье буду самый ревнивый! Джага-джага только со мной! Поняла, пэрсик? – включает сурового кавказца.

Да где я еще найду такую джага-джагу, как у него? Да и вообще, я один раз только люблю.

– Только ты, любимый, – оседлываю моего ревнивого медвежонка.

Хватаю его за член и сажусь на него.

Мамочки, как же хорошо. Вбираю его в себя полностью, и у меня слезики счастья из глаз. Как же это потрясающе – чувствовать в себе большой и пульсирующий член вместо Валеркиной зубочистки. Просто улет какой-то.

Двигаю бедрами, скача на его шикарном члене. Мои дыньки задорно подскакивают перед его глазами. Взгляд у Арсенчика абсолютно масляный. Как у кота, который нашел самую густую и жирную сметанку.

– Сына тебе заделаю, – хватает меня за бедра и насаживает еще мощнее.

– Дочку тебе рожу, – обещаю. – Чтоб глазки были как вишенки, и волосики такие же кучерявенькие. Красивая будет малышка.

– Да много с тобой родим, – рычит он.

Приподнимает меня и долбит в полную мощь, держа над собой.

Вот ты какой, настоящий секс. Что же мой медвежонок раньше не предложил мне такую физическую нагрузку с белковой поддержкой? Я бы вообще не спускалась с его “тренажера”

– Люблю тебя, – признаюсь, уже почти кончая.

– Иди ко мне, тигрица моя, – хватает и прижимает к своей широкой и волосатой груди.

Мы целуемся, пока он насаживает меня все мощнее.

– Арсенчик мой, – стону.

Кончаю так, что у меня первый раз в жизни болезненно поджимаются пальчики на ногах. Просто райское наслаждение.

Арсенчик, сразу видно, что спортсмен, все не унимается и продолжает долбить меня. Доводит до второго оргазма, и я понимаю, что это любовь на всю жизнь.

– Любимая тигрица! – рычит он на весь зал.

Мой дрожащий пирожок наполняется его сливочками, и я, оттраханная до счастья, падаю на грудь своего медвежонка. Могу себе позволить, не боясь поломать.

– Давай в ресторан сходим? – предлагает, поглаживая меня пальцами по спине. – Тут армянский есть неподалеку.

– Да что ж мы по ресторанам будем шляться, тратить семейный бюджет! – возмущаюсь. – Давай к тебе поедем. Я борщик сварю с чесночными пампушками.

– Да ты ж сама моя пампушечка, – хватает меня за попку .

7

В Сибири у нас отродясь бассейнов не водилось, и по Турциям да Египтам меня никто не возил.

Однажды я захотела принять ванну с арома бомбочкой из “Ашана”, но ванны в наших квартирках на это не рассчитаны. Кинула туда ту бомбочку с запахом лаванды, и ванна из берегов вышла. Соседи пришли орать, пока я с голым персиком воду убирала.

– Иди ко мне, мой пэрсик, – мой шикарный Арсен стоит под маленьким искусственным водопадом.

Чего только нет в этом фитнес-центре! Прям как в саунах, куда девок выписывают.

По шикарному телу Арсенчика струится водичка, и он как киногерой.

– Я, это, плавать-то не умею, – честно говорю. – Да и тех, кто внизу зальем.

– Я спасу тебя, если что, моя тигрица, – У Арсенчика грудь колесом. – Иди, водичка отличная. Морскую привозят. Даже медуза один раз попалась.

Вот же Москва-матушка, а!

Сажусь на край и опускаю ножки в воду по колено.

– Я пока так посижу.

Опасаюсь, что если сигану туда бомбочкой, то бассейн выйдет из берегов. А потом объясняй, что я просто кровь с молоком, дородная!

Арсенчик эротично подплывает ко мне и раздвигает мои богические бедра. Его шикарные губы прямо рядом с моим сладким местом.

Целует меня там.

Мм, как сладко. Просто курорт.

– Продолжай, котик мой, зайчик.

На самом деле он тигрище-огнище, но мне так хочется приласкать этот огромный шкафчик со впечатляющим ключиком.

– Булочка моя сладкая, – пальцами он раздвигает мои губки. – Сейчас тебе будет хорошо. Небо в стразах Сваровски покажу!

Да ну эти стразы! Отлетают вечно…

– Ты мне просто отлижи, ладно? – прошу его. – А потом я твой банан приласкаю.

Эх, на него бы еще сливочек взбитых и сиропчика от мамкиного клубничного варенья намазать!

– Моя ты ягодка сладкая, – сюсюкает Арсенчик.

Я упираюсь ладошками на плитку и эротично откидываюсь назад.

Арсенчик целует меня там уже взасос, проникая в мою щелочку языком. Вот это я понимаю, мужик!

– Ой, как хорошо! – не сдерживаюсь. – Еще!

Крепче хватает меня за бедра и сладко посасывает мои половые губки.

А я думала, что такие джигиты, как Арсенчик, такое не вытворяют.

Чтоб сделать мне еще приятнее, Арсен очень эротично вводит в меня два пальца, продолжая лизать и посасывать.

– Никому тебя не отдам, Арсенчик! – стону, сама насаживаясь на его пальцы. – Ой мамочки! Что творится!

– Любовь, пэрсик, – отвлекается от жарких вылизываний.

– Не отвлекайся, мой тигр, – протягиваю руку и помогаю ему снова найти цель. – Я почти уже твои стразики увидела.

Он активно трахает меня пальцами и сосет клитор.

Я летаю, я в раю.

Оргазм – это что-то с чем-то. Лучший способ сжечь калории, чтоб фигурка оставалась апетитной, но не как у тети Марины. Там уже перебор.

Пока меня все еще трясет и колотит, Арсенчик обнимает меня за талию и тащит в воду.

Упс… Все же получилось бомбочкой, и бассейн слегка вышел из берегов. Ну ничего, тетя Галя подотрет.

Он такой огромный и высокий, что спокойно стоит на дне.

– Ой, – хватаюсь за моего плюшевого медвежонка. – Утонуть боюсь.

– Иди ко мне, – легко, почти как штангу, подхватывает меня под попку и закидывает на себя.

А прикольно в водичке. Секс, наверное, будет классный.

Да с моим медвежонком гризли он везде классный!

– Арсенчик, – проговариваю, потираясь об его большой и заводящий.

– Пэрсик мой, любить тебя буду жарко и мокро, – рычит сексуально.

Целует меня страстно. Так только Арсенчик умеет.

Входит в мой ротик языком, и я чувствую собственный вкус.

Просто бог секса и разврата.

Поудобнее подхватывает под пышную попку и насаживает на себя.

– Обожаю, когда ты любишь меня в такой позе, – обнимаю его за шею.

Кайф какой. Даже лучше, чем пельмешки, которые кушаешь в ночи со сметанкой.

Долбит меня яростно, и в воде это приятно до поджимающихся пальчиков на ногах.

Чувствую его в себе на каждом сантиметре, и слезы из глаз. Какой же мой медвежонок мощный! Настоящий русский мужик. Пришел, увидел, поставил “раком” и оттрахал.

Кончаю, но Арсенчик удерживает меня, продолжая входить в мою булочку.

– Королева моя! – с рыком кончает в меня.

Бассейн опять слегка выходит из берегов.

У них тут так-то много качков. Могли бы и не с горочкой морскую водичку заливать! – Поехали ко мне, тигрица. У меня там для тебя подарочек.

Тортик? Да я ему сама Медовик испеку!

Мы затариваемся в “Ашанчике” и с пакетиками едем к нему. Не, ну такого мужчину надо кормить!

Открывает ключами, запускает меня в квартиру, и из спальни доносится знакомый голос одной побитой резиновым писюном селедки:

– Арсенчик, я жду тебя в спальне!

8

Селедка! Лежит она, окорочка свои тощие, перепелиные раскинула и манит моего Арсенчика жопной блестяшкой!

Жаль, что резиновый писюн так и остался в Валерике, а то этой не хватило острых ощущений! Как он там это назвал?

А да, БДСМ!

– Попадалово, – только и выдает мой джигит, прикрыв свои бесстыжие, но такие красивые глаза ладошкой. – Даже глядеть на это не хочу.

Ну хороший у него сюрприз! Это меня, такой шикарной женщины, повелительницы его питона, и мало?

Селедка поднимает голову, и ее губастую морду перекашивает от ужаса.

– Арсенчик, что эта жуткая бабища делает в твоей квартире?!

Она еще и высказывает моему мужику? Мозги, что ли, ей сотрясла резиновой писькой?

– Мне тоже интересно, пэрсик, что эта бабища делает в моей квартире, – Арсенчик, увидев мой гнев, пытается слиться с интерьером.

– Я не в курсе, кто и кому тут пытался всякие штучки подергать, но сейчас разберусь!

Вытаскиваю из пакета с продуктами большой китайский огурец. Нет, не очередную резиновую письку с “Алика”, а тот самый, который для салатика.

– Арсенчик, спаси! – визжит эта сучка развратная. – Она уже одного парня отходила дилдо!

– Кого отходили и чем? – соболиные брови моего мужика подлетают вверх.

– Потом расскажу! – выдаю боевой клич и кидаюсь на эту мышь драную. – А ну-ка иди сюда! Покажу тебе сейчас наш сибирский БДСМ!

– Мамочки! – орет она и вскакивает с кровати.

Пытается спрятаться за Арсенчика.

Мой джигит делает вид, что не знает ее, и просто пытается мне не мешать.

– Попалась! – нахлобучиваю ее огурцом и хватаю за лохмы, которые еще остались. – Ну-ка иди сюда! Сейчас я тебе наведу марафет!

– Правильно мне бабуля говорила, надо в церковь ходить и жениха вымаливать! – визжит она.

Таскаю мерзавку за волосы и заодно готовлю закуску “Битые огурцы по закоулочкам” Жалко, конечно, продукт – денег ведь стоит, но на этот раз селедка не притащила с собой ничего, чем можно ее же и отходить.

– Тигрица моя, ты просто огонь-пожар лесной! – восхищается Арсенчик.

На это я запускаю в него оставшейся жопкой от огурца.

– А с тобой я еще разберусь! Мусор только вынесу! И разберусь!

– Э, пэрсик, я вообще ни при чем! Меня кости не возбуждают! Я же не собака!

Не отвечаю. Хватаю селедку за шкирку и вытаскиваю ее из квартиры. Надо было раньше это сделать!

Открываю крышку мусоропровода и тычу селедку в зловонную дырку. Закрываю.

Красота! Стоит и торчит жопой кверху, бриллиантом своим сверкает. Может, кому пригодится.

– Клава? – доносится до меня голос Валерика.

Поворачиваюсь. Ковыляет мой в жопу раненый. Теперь так и будет ходить как подбитый кавалерист.

– Клава, – подтверждаю и складываю руки на груди. – Ты там мусор свой забери. А то бегает по этажам и продолжает чужих мужиков окучивать.

– Пэрсик, может, ты успокоишься, и мы поговорим о наших отношениях? – Из квартиры выбегает Арсенчик. Пэрсик, мне кажется, иногда мой акцент портит понимание. Я ее просил кактус поливать, а не волосатый вареник раскрывать.

– Клав, ты чего, с моим папой? – Валерик оскорбляется.

– Так получилось, Валерик, – пожимает огромными плечами мой джигит.

– У тебя точно не было джага-джаги с селедкой своего сынка? – спрашиваю, посмотрев на любимого грозно.

Как мамка говорила: если у меня руки так, мне пофиг на какую сторону у тебя шапка.

Арсенчик бросает взгляд на тощую жопу, которая торчит из мусоропровода.

– Сын, ты вот с этой изменил Клаве? – его шикарные брови выражают яркое непонимание.

– Ну понимаешь… Она пришла, и я вошел слегка не туда.

Обалденная отмазка. Зато писька возмездия из магазина для взрослых вошла туда, куда надо.

– И мне все же кажется, что твоя мамка неправильно тогда определила папку. Вкусы у тебя как у пса помойного. Не моя порода. Не моя. Пойдем попозже ДНК делать.

– Да нравится мне Клава! – Валерик меня жутко боится. – Просто она мне что-то накапала в коньяк. Вообще не нужна эта шалава!

В этот момент селедка выбирается из мусорки, берет какую-то ручку от швабры, за которой с успехом могла бы спрятаться. Подходит к Валерику и охаживает его так, что начинаю думать, что еще не все потеряно, если откормить ее борщом.

– Достало! – орет. – Все достало. Начнут жрать как не в себя! Не поймешь, что этим мужикам надо!

Уходит на свой этаж.

– Валерик, – мой джигит шлепает сына по плечу богатырской рукой, – теперь Клаву люблю я. Ты такой пэрсик все равно не тянешь. Так что давай, до свиданья. Иди к себе, вспоминай пароль от госуслуг и подавай на развод. Ну и можешь еще разок окучить грядки соседки.

– Все равно у меня остались неприятные воспоминания.

Ага, в заднем проходе.

– Ага, вот и иди, пока я не добавил новых, – зловеще улыбается Арсенчик.

– Ты еще поплачешь, что рядом с тобой не я! – издает обиженный писк и уходит своей фирменной походкой.

Поплачу, конечно, но от счастья.

– Ну, пэрсик, как ты могла подумать, что я с такой?! – обнимает меня. – Я ей ключи дал, чтоб Гошу поливала, пока меня нет, а Настюха решила мой банан окучить! Пошли, сладкая булочка, у меня для тебя сюрприз есть!

Надеюсь, что его сюрприз, это не еще одна сельдь вяленая под кроватью!

9

– Давай сначала массаж тебе сделаю эротический, булочка моя, – виноватый Арсенчик как невесту вносит меня в спальню.

Укладывает меня на кровать, которая вроде как не трещит, и нависает сверху. Шикарный такой. Большой. А может, все-таки гулящий?

– Скажи-ка мне, Арсенчик, – хватаю его за кокушки, чтоб не соврал мне, – если поженимся, ты как Валерик на сторону бегать не будешь?

– Пэрсик, ты там не сжимай так, – выдыхает, – а то я тебе маленьких джигитов сделать не смогу. У нас верность – это семейное. Папа с мамой сорок лет душа в душу. Девятнадцать детей наделали! Ты думаешь, у моего папы оставалось время на гульки?!

– Так дети – это единственное, что его удержало? – фыркаю и не поддаюсь его обаянию.

– Нет, пэрсик! Все дело в любви! Папа маму любит, и я тебя люблю. Я ж как лебедь. Верный, – яростно жестикулирует. – Мне только ты нужна. И селедка эта просто мой кактус поливала по-соседски. Банан никогда не трогала! Да и ну ее. Одни кости и никакой изюминки. То ли дело ты, пэрсик! Звезда моя!

– Ну ладно, – отпускаю его шарики, чтоб ничего не пережать. – Верю, Арсенчик. Просто так странно, что она по всем этажам бегала и в койки падала, лишь бы палку кинули!

– Знаешь, пэрсик, я возбудился, когда ты ее это… огурчиком. Иди ко мне. Сейчас хорошо тебе делать буду.

Раздевает меня умело, словно продавец-консультант в магазине женских шмоток.

– Ты сам раздевайся, – пожираю его взглядом.

Арсенчик сдирает с себя шорты и футболку, а также свои любимые кроссовки.

Ну шикарный. Большой и волосатый медвежонок.

Огурец жалко. Мог бы вкусненький ПП-салатик выйти.

Ложусь на животик, и тут же получаю смачный шлепок по попке.

Мм, как он умеет, а! А то какой-нибудь дрищ шлепнет, и не почувствуешь ничего.

Достает из тумбочки какой-то флакончик. Садится на мою попку.

– Удобно тебе? – спрашиваю, почти замурчав под ним.

– Шикарная попка, пэрсик, – наливает на меня маслице, которое явно не для салатика.

Клубничкой пахнет. Но не с грядки, а химозной.

Надо его в деревню к тетке отвезти и завалить прямо на клубничных грядках.

Его умелые руки разминают мою спинку.

О боже, Арсенчик – не только бог секса, но и массажист от бога.

Спускается ниже и разминает мои шикарные булочки. Я просто тащусь от него.

– А поехали ко мне на родину? – вдруг предлагает. – Я тебя с родителями познакомлю. Они хоть порадуются, что такая булочка мне детей нарожает, а то у них давно в Валерике сомнения. Совсем он на меня непохож.

– Поеду, – соглашаюсь. – А потом к моей мамке в Сибирь. Она у меня в молодости медведя голыми руками завалила.

– Ты в мамку пошла, да, пэрсик?

– Не, я в папу. У него кость тонкая, потому я миниатюрная пышечка. Мамка-то у меня ого-го. Арсенчик, – вдруг вспоминаю, – ты мне подарочек обещал. Или сюрприз какой.

– Пошли, пэрсик. Я так-то тренажер заказывал. Гребной. А китайцы прислали это по ошибке. Ну я собрал по приколу.

Китайцы? Уже страшно. Боюсь, его убить, если упаду на Арсенчика.

– Ой пугаешь ты меня, – встаю с кроватки. – Лучше бы полюбились и пошли борщ варить.

– Пойдем, булочка моя. Говорят, на этой штуке секс классный.

Мне секс с ним и так классный, без китайских штуковин.

– Да что там такое? – иду за ним по коридору.

И пугает, и будоражит.

Открывает дверь соседней комнаты, и я вижу китайскую фигню. Какие-то ремешки свисают с крепления на потолке.

– Это спину растягивать, чтоб не болела? Так я тебя бальзамом “Звездочка” разотру. У меня от бабули баночка осталась. И пояс собачий можно купить.

– Пэрсик, это качели для секса, – уточняет Арсенчик, подводя меня к этой фигне. – Ты ляжешь, а я любить тебя буду.

– Арсенчик, я на эту срамоту не полезу. Она ж рухнет. Соседи прибегут. Оно нам надо.

– Ну, пэрсик, давай попробуем с тобой немного экстрима в сексе. Круто будет.

Он так на меня смотрит своими щенячьими глазами.

Чего только не сделаешь ради любви. Даже на китайские качели полезешь.

– Ладно, говори, как тут. Я так никогда не извращалась.

– Не пожалеешь, пэрсик.

Арсенчик помогает мне взгромоздиться на эту фиговину, которая точно рухнет. Пока я раскачиваюсь, мой джигит с выдумкой берет меня за бедра и входит, качнув на себя.

Надо же! Будто в облачках трахаемся.

Он раскачивает меня все сильнее и все сочнее насаживает на свой член.

– Еще, – прошу его, забыв, что можно рухнуть. – Еще хочу твой банан.

Кончаю так, как никогда. Это чувство полета.

– Обалдеть! – рычит Арсенчик и жарко сливает в меня. – Охереть!

Только я собираюсь порадоваться, что эта фигня все еще держит мой вес, как что-то угрожающе трещит, и я падаю.

Арсенчик ловит, как может, и мы вместе шлепаемся на пол, а сверху нас накрывает ремнями.

– Ты права, пэрсик, – целует меня Арсенчик. – Будем этим на полу заниматься.

Главное, полы не проломить.

– Я всегда права, джигит ты мой!

Хорошо-то как! Вот оно, мое личное небо в стразиках от огромного медвежонка.

– Мама будет счастлива с тобой познакомиться, а папа достанет рог для вина. Детишек с тобой нарожаем. Они давно внуков хотят.

– Ладно, медвежонок, пойдем. Кормить тебя буду. А то как ты их сделаешь, когда сидишь на своем спортивном питании?

ЭПИЛОГ

– Подстрахуй-ка, брат, – прошу Тамерлана. – Сейчас парочку подходов, и домой. У меня ж там Клава опять беременная.

– Так это какой по счету, братан? – удивленно.

Страхует меня, пока жму от груди. Дома много вкусной еды, и приходится больше напрягать задницу в качалке.

– Третий уже, – отвечаю. – Обещают, что в этот раз точно будет пацан. Наследник! Джигит!

Не, ну дочек я люблю безумно. Такие ведь умилительные булочки, но ведь и парня хочется. У меня ж, получается, сына-то нет. Валерик же мне реально неродной. Узнали, сдав ДНК.

В чем-то он мне, конечно, сын. Растил ведь время от времени, но хочется своего пацана.

– Бать, привет, – слышу голос и кидаю штангу на гриф.

Легок на помин приемный сынок.

Сажусь, вытираю пот со лба и смотрю на Валерика в сопровождении пышной девочки. Но у моего пэрсика формы, конечно, аппетитнее.

– Здорово, Валерик, – жмем руки. – А ты чего тут забыл?

– Пришли пригласить вас на свадьбу. Женимся мы с Настей.

Смотрю на нее во все гляделки. Интересно овцы пляшут! Реально та самая селедка, но она так округлилась, что и не узнать.

Хотя и времени прошло прилично. Нашей старшенькой уже три. Откормил Валерик себе царицу.

– Привет, Настя, – отвожу взгляд. – Посоветуюсь с женой.

Любой уважающий себя кавказский мужик всегда советуется либо с мамой, либо с женой.

До сих пор все сжимается, как вспомню ту наглую подставу. Я ее попросил кактус поливать, а она пришла банан полировать!

– Я просто подумала, что ты, Арсен, имел в виду другой кактус, – оправдывается.

Да какой придурок называет свой член кактусом, если с конца не течет?

– Не имел… Ладно, пойду я. Там меня дети ждут.

– Пап, ты сестрам передай, – Валерик сует мне пакет из “Детского мира”.

Его мать так и не призналась, кто его отец, так что Валерик относится ко мне по-прежнему. Ну и ладно. Дети – это пэрсики нашей жизни, главное, чтоб Клаву не пытался увести. А то она у меня булочка видная. Такая секси.

– Передам, Валерик, – обещаю и жму мамонтенку руку. – Давай до скорого.

Еду домой. Затарился всякими сладостями, вкусняшками, игрушками. Своих радовать буду.

– Девочки мои, пэрсики сочные, я дома! – кричу из прихожей, скидывая кроссовки. – Ну-ка идите папку встречать!

Меня они встречают как Деда Отмороза, или как его там, хотя я прихожу не раз в год.

– Па-па! – звучат звонкие голоса моих ягодок.

Выбегают мне навстречу в кукольных платьицах.

Хватаю обоих на ручки и прижимаю к себе. Вот оно, счастье.

Дочки – копия я в детстве. Темные кудряшки и карие глазки, которые как вишенки.

Обнимают меня, бородатого, здорового медведя, маленькими теплыми ручками.

– Принцесски мои, – поочередно целую румяные щечки. – Папа по вам так соскучился.

– Кукол принес? – спрашивает старшенькая, Маргаритка.

У нее мамин характер. Мальчишек в детском саду бьет. Вырастет, все полягут от восхищения моей булочкой сладенькой.

Уже страшно, что придется от зятьков отбиваться.

– Папотька мой, – гладит мою бороду младшенькая, Розочка.

Цветущий сад у меня. Любимое девчачье царство.

– Здравствуй, Арсенчик, – в коридор выходит моя царица.

Как же она хороша в своей розовой леопардовой пижаме и с большим животом.

Ну точно сын будет. Вроде по форме похоже.

В прошлые разы тоже говорили, что вроде мальчик. Попой повернулся, писюна не видно. А рождались девчонки.

– Привет, пэрсик.

Не спуская дочек с рук, подхожу к ней и чмокаю в щечку. Другие вольности не при детях, хотя какая же она сексапильная с этим животиком!

– Как рабочий день прошел?

Мы все идем на кухню. Девочки на теплом полу разбирают свои подарки, а я, наконец, обнимаю любимую Клаву.

– Скучал по вам, – кладу ладонь на ее животик. – Ну как там сын?

– Арсенчик, – ласково так начинает она, – я тебе в лоб дам. Какая разница? Сын или дочь? Ты как будто только вчера с Уральских гор спустился.

– Ну прости, пэрсик, – целую ее в лоб. – Я всех своих детей люблю.

– Вот и люби, кого тебе царица родит, – толкает меня своим животом. – Садись, кормить буду.

– Па-па! Смотри! – кричат дочки.

Ого, гантель мою притащили. Пять килограмм. Все в меня.

– Только в садик не берите. А то нянька будет возмущаться. Опять скажет, что мальчишек лупите.

– Да ладно тебе, пэрсик. Им же надо уметь себя защищать.

– Да за них папа всех порвет, – улыбается мне как кошечка. – Так что можно гантель оставить дома. И вообще, она даже не розовая.

– Девчонки, я вам хорошие гантельки куплю, розовые, – обещаю, гладя малышек по кудряшкам.

– И вот ты, Арсенчик, хочешь мне сказать, что еще одну дочку любить не будешь? – Клава все же поддавливает. – Мы бы ее Лилией назвали.

– Да буду, конечно, но девочек много, я один. Пусть их брат еще защищает.

Постскриптум. Сын у Арсенчика все же получится, но когда его пЭрсиковая печка напечет еще три булочки. Бабье царство, но какой богатый цветник! Садовник, конечно же, придуряется, ведь он любит девчонок даже чуть больше, чем наследника.

_____________

Как вам история, девочки? Кто хочет еще историй про неформатных героинь?)