290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Прикосновение монстра (СИ) » Текст книги (страница 2)
Прикосновение монстра (СИ)
  • Текст добавлен: 6 декабря 2019, 14:30

Текст книги "Прикосновение монстра (СИ)"


Автор книги: Черный Пион






сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 9 страниц)

Грид, как обычно, развлекался: то толкаясь глубже, то выскальзывая, то отираясь о язык – и действительно наслаждался, ибо ему достался чуткий, чувствительный и такой дрожащий клиент с невероятно узким горлышком, которое несказанно приятно раздвигать и дразнить.

«Стоп-жест будет? Хе-хе, не будет, ведь я знаю, чего ты хочешь – ты хочешь незабываемые потрахушки и отодранную задницу! Я дам тебе все это, и даже больше! – обратился мысленно арига, выбираясь из ротика и умиляясь паутинкам слюны и испуганному лицу юноши. – Какой ты стал покорный, тихий, стоило чуток с тобой поиграть…»

Грид не любил пауз и честно отрабатывал каждую потраченную на него монету. Вот и сейчас он, не давая опомниться, ласкал и изучал Шелдана, скользя по его напряженному телу, покрытому испариной. Ему нравилась гладкая, лишенная шрамов, бледная кожа, тонкая и довольно нежная, нравились всхлипы, тихая дрожь – будто все для добычи происходит на самом деле, и она не во власти опытного работника, а с настоящим лесным похотливым чудовищем.

«А ты чувственный… у меня просто праздник какой-то! – провел щупом по соскам, насладившись новым болезненным стоном. – Другие висят, словно мешки с картошкой, а ты нет, ты реагируешь на каждый мой жест, да еще и так искренне… Пожалуй, вопреки правилам, я тебе потом дам бесплатно немного удовольствий, Кролик. Ты мне нравишься, – констатировал монстр, скользя между ягодиц и оставляя влажный след смазки. – Хм, а вот это интересно, ты либо хорошего целителя знаешь, что умеет нормально лечить дырки, либо хозяин какую-то херню мутит. В любом случае – спасибо, я люблю узеньких. Но если тебе шоу хоть немного неприятно, то не стесняйся, произнеси стоп-слово – и сказка закончится.»

– Пожалуйста… ну, пожалуйста… не надо… – пролепетал пленник сквозь слезы и уронил голову.

Это было так искренне, так неподдельно, что сомнения окружили оба сердца арига и болезненно сжали.

«Да ерунда! Хотел бы прекратить по-настоящему – сказал бы уже стоп-слово или использовал стоп-жест, – успокаивал себя монстр и, собравшись, сосредоточившись, аккуратно проник в сжатое кольцо мышц, не забыв про обильную порцию смазки. – Да чего ж ты так орешь, будто тебя режут, Кроль? И прекрати уже так лихорадочно пульсировать, а то мне начинает нравиться. Тихо, Кролик, тихо, я пока всего лишь знакомлюсь с твоей дырочкой… Все хорошо, я же чертовски нежен»

Грид и правда знакомился с телом поглубже, изучал его и бережно стимулировал чувствительные места, заставляя свою новую игрушку вздрагивать и сжиматься. Он не жалел смазки, и скоро бедра Шела стали совсем влажными, а каждое движение щупа сопровождалось отчетливым хлюпаньем, от которого паренек совершенно раскраснелся.

«Присмирел, да? Давай, расслабляйся, Кроль, я тебе подарю осколок рая, и не один, – обхватил свободным отростком член переписчика и основательно его сжал, не забывая дразнить головку самым кончиком. – Ну, и чего было орать, целку строить, цирк устраивать, если ты уже весь твердый и течешь, а? Я себе уже такого напридумывал, а ты у меня возбудился раньше похотливого герцога! Ай-ай-ай, какой плохой, какой лживый Кролик!» – уже через пару мгновений Шел содрогался от первого оргазма, изливаясь прямо на щуп, громко вскрикивая.

– О боги… – только и смог он прошептать, когда отдышался от своего сладкого безумия.

«Уже все? Я даже почти не делал ничего… Кролик, а ты действительно Кролик и тебя надо хорошенько отлюбить»

Юноша с ужасом осознал, что кончил от игрищ с чудищем, что щупальце все еще внутри, а член все еще обнимают, пусть и едва касаясь… А еще – ко входу прижался второй отросток.

– Нет… Нет… Нет, не надо! П-пожалуйста… ты порвешь мое… тело, – тараторил переписчик, пытаясь умолить чудовище в который раз.

«Да расслабься: ты в руках профи. Я за твою задницу, кстати, довольно аппетитную, отвечаю. Ну, да, поболит денек, зато будет о чем вспомнить! И, поверь, вспоминать будешь до мозолей на руках, – надавил на дрожащий вход и толкнулся внутрь, чуть не заскулив от удовольствия. – Ну нельзя, нельзя быть таким тесным и узким, Кролик! Знаешь, как меня это заводит?»

Шел замер, просто замер, затаив дыхание, зажмурившись и молясь, чтобы его не разорвали… Он ощущал себя натянутым до предела, пронзенным насквозь, заполненным и совершенно беспомощным.

«Умничка, а знаешь… ты настолько хорошо играешь олуха, забредшего случайно в логово монстра, что заслужил награду. И нашей наградой будет… нашей наградой будет третье щупальце! Да не боись, в норму ты вернешься быстро», – слегка развел отростки в стороны под тихий сдавленный стон, а потом, почти вытянув их, устремился внутрь, не забывая ласкать чувствительное место.

– Н-нет, не… не разводи их, это больно! Больно… не надо!!! А-а-а, не… не та-а-ак!!!

«Больно ему… терпи, а то оргазмы все хотят, а потерпеть немного не могут, терпи, кому сказано! – Грид растянул кольцо мышц до предела и отчетливо смог разглядеть образовавшийся зазор, из которого полз ручеек смазки. – Ты очень эластичный, Кроля, поэтому не впадай в панику. Все хорошо, у меня все под контролем»

Юноша почти обезумел от беспросветного кошмара, что творился с его телом, скручивался внутри жгутом, растягивал и терся о стенки, казалось, еще немного, и…

– А-а-а!!! – переписчик истошно завопил, едва щупы вновь растянули его, и в приоткрывшийся вход вторгся третий отросток, окончательно заполнив терзаемое нутро. Но вместе с этим чудовищным поступком, монстр ласково сжал член пленника вновь своими невероятными кольцами.

Так сильно, бурно и неистово Шел никогда не изливался до сегодняшнего дня. Страх, страдания, беспомощность сплелись в тугой жгут где-то внутри его связанного тела, чуть не разрывая и даря наслаждение, болезненное, непонятное, но неимоверно желанное наслаждение… Рай, смешанный с горьким адом и привкусом крови во рту.

– Пре… прекрат-ти… эт-то… – задыхаясь и подрагивая, лепетал Шелдан, облизывая пересохшие, прокушенные губы.

«Прекратить? Да мы только начали. Расслабься и получай удовольствие, Кролик, у нас вся ночь впереди!»

Комментарий к 2. Пойманный кролик

Арига – научное название малочисленной разумной расы существ с щупальцами

====== 3. Сломанная марионетка ======

Комментарий к 3. Сломанная марионетка

Первая раса – так иногда называют человеческую расу, потому что она появилась намного раньше остальных и у нее множество привилегий

Арига – научное название малочисленной разумной расы существ с щупальцами

Лерментис – научное название разумной расы, выведенной специально для плотских утех

Ход времени остановился для Шелдана, висевшего в живых безжалостных оковах марионеткой, уже не сопротивлявшейся неистовому безумию. Юноша полностью отдался твари, обвившей его тело, отдался бурному потоку чувств, пронзающему его насквозь, сплетающемуся в жгут глубоко внутри, и отдался невыносимо приятной и порочной боли, заполнившей все естество. Лишь слезы, безмолвные, почти незаметные, почему-то продолжали течь по бледному отрешенному лицу несчастного.

«Отлично… совсем хороший Кролик, уже не сжимаешься, – констатировал Грид про себя, пристально наблюдая за обмякшим переписчиком. – А ты крепкий парень, многие уже пищат стоп-слово на втором щупе. А ты не-е-т, держишься. Уважаю…»

Шелдан и рад бы произнести то самое стоп-слово еще тогда, когда с него срывали одежду, вот только, на свою беду, он его не знал, как и стоп-жеста. Поэтому был обречен пройти все круги сладкого ада с отростками монстра. Ада, который он не мог себе вообразить до сегодняшней бесконечной ночи и который точно никогда не забудет. За время экзекуции его так много раз пронзал сильнейший ужас, что смерть уже не так пугала… наоборот – казалось, если чудовище все-таки разорвет тело изнутри, то это даже к лучшему, ведь вязкий кошмар оборвется и наступит желанное забвение.

Обездвиженные конечности юноши затекли, а немыслимые пытки не прекращались: под кожей продолжали скручиваться между собой, расплетаться и проворачиваться целых три щупа, они, судя по ощущениям, уже стали частью нывшего нутра. Сквозь наползающее небытие Шел, случайно опуская взгляд, замечал их контуры, возникавшие то и дело на животе. В сей миг полнейшего отчаяния он предпочитал зажмуриться и больше ни о чем не думать, не молиться и не просить. Все равно это бессмысленно. Все бессмысленно теперь…

Грид работал добросовестно, старательно и максимально аккуратно с новым клиентом, который вполне может стать постоянным, что было бы совсем неплохо. Он честно довел паренька до нескольких ярчайших мгновений блаженства, а сейчас просто наслаждался его тихим, сбивчивым дыханием и расслабленным взмокшим тельцем, уже никак не реагировавшим на игры отростков. По обыкновению, «жертвы», доведенные до подобного состояния, ничего не могли, даже разговаривать, а данный факт означает одно – игра закончилась и пора возвращаться в реальность. Арига осторожно, по одному вытянул щупальца и так же осторожно опустил переписчика в небольшой искусственный пруд, где тщательно взялся смывать с него все следы сегодняшней оргии, а их оказалось немало: одной смазки сколько пришлось потратить!

– Силен, уважаю, – впервые за всю сессию произнес Грид, привычно убирая с лица бывшего пленника прилипшие пряди ладонью.

Шелдан, провалившийся в вязкое и серое ничто, уже не реагировал ни на щупы, которые наконец-то покинули его натерпевшееся тело, ни на ласковое прикосновение воды, ни на чужие сильные руки, лишь обрывисто дышал, приоткрыв рот. Почему-то все потеряло смысл, будто он умер. Внутри. Просто оболочка по какой-то причине еще дышит и может эту самую воду чувствовать, но не знает, зачем ей это нужно. Стоило переписчику услышать тихий, пугающий голос – он встрепенулся и приоткрыл тусклые ореховые глаза, пытаясь из последних сил разглядеть расплывающийся в полумраке силуэт.

– Пожалуйста… не… трогайте… меня, – прошептал он едва слышно, посмотрев на своего палача. И в сей миг, когда монстр поймал на себе обреченный пустой взгляд, у него оба сердца остановились.

– Слушай, парень, уже можно не играть, мы закончили. Все… ты молодец, так далеко с первой сессии мало кто…

– П-пожалуйста… – Шелдан уронил голову на грудь, его била мелкая дрожь, и он тихо всхлипывал, пытаясь снова разрыдаться, но после пережитых, изматывающих страданий не был способен даже на это, – не… трогайте… меня…

Если бы у бывшего мучителя росли волосы, а не длинные жгутики, выданные природой, то они бы поседели от подобной картины: жалкий, вздрагивающий, сломленный юнец, моливший остановиться… как и на протяжении всей игры.

– Твою ж мать… – процедил Грид, скрипя зубами.

✦✦✦

Управляющий, по обыкновению, стоял у элегантной стойки и в перерывах между любезностями в адрес новых посетителей и команд для крылатой обслуги пересчитывал золотишко по несколько раз. А еще оглядывал свое царство вседозволенности и порока. Все было как прежде: разговоры и смех пробивались сквозь тихую музыку, разодетые клиенты, окруженные отборными красавицами и красавцами, готовыми на любой их каприз, бродили вокруг, наслаждаясь роскошью и гостеприимством «Прикосновения».

Но вот, совершенно неожиданно в зал под громкие крики ворвался Грид. Мелодия сразу же оборвалась, на минуту воцарилась почти мертвая тишина, и диковинного гостя тотчас принялись разглядывать все присутствующие, обегая глазами до кончиков щупов. В Орене монстры далеко не редкость, ведь их в свое время создали немало. Но живут они не на каждой улице и не так часто попадаются в поле зрения знати, стараясь работать по ночам или подальше от людей, дабы не оскорблять их чувство прекрасного (если это не лерментисы, конечно). А тут незаурядный монстр и невероятно редкий вид, знакомый немногим.

– Какого хрена ты учудил, паскуда? – не стесняясь в выражениях, угрожающе прошипел арига, доползая до стойки ошалевшего хозяина.

– Грид, прошу, ты пугаешь клиентов… тебе нельзя здесь находиться, – пролепетал мужичок, инстинктивно пятясь назад. Он даже подумал позвать охрану, только страшно представить, что тогда сотворит разозленное чудовище с десятью щупальцами в оживленном зале, если завяжется потасовка.

– Я вопрос задал! Что за херня с этим другом Лернаса? Он всю сессию рыдал и плакал… и вел себя так, будто… будто и не знал про стоп-слово! А сейчас лежит в лазарете и смотрит в стену! Ты, урода кусок, его не проинструктировал, а я, значит, по твоей милости теперь насильником стал, да?! – орал Грид чуть ли не на весь бордель.

– Ус-спокойся… я уверен, это какое-то н-недоразумение, – пытался оправдаться управляющий, с досадой поглядывая на перешептывающихся клиентов, а затем жестом приказал музыкантам продолжить. – Прошу, не обращайте внимания, у нас просто небольшая накладочка. Пейте. Веселитесь. Напитки сегодня за наш счет!

Минута тишины сразу же закончилась, и зал снова наполнился разговорами, проскальзывающими сквозь звуки музыки.

– Грид, ты охренел? – хозяин зашипел, подобно рассерженной змее, наклонившись к своему работнику через стойку. – Не смей при клиентах говорить подобное! Ты что, не понимаешь…

– Это ты не понимаешь, – монстр все-таки сбавил обороты и тоже перешел на более тихий тон, – тот парнишка в лазарете почти ни на что не реагирует. Он совсем плох.

– Да быть не м-может, – мужчина, кажется, стал более седым.

– Ты меня подставил, да, подставил? Подсунул мне девственника без инструктажа? Крайним сделал? – голос Грида стал звучать намного громче, а его голубые глаза горели как никогда зловеще.

– Да, – посмотрел в сторону, – неприятно, я не думал, что он окажется такой размазней… Но в любом случае нам ничего не грозит, даже если этот остолоп найдет где-то деньги, чтобы судиться. Минимум семь свидетелей подтвердят, что про стоп-слово и стоп-жест ему говорили! А коли память такая плохая, то нечего по борделям шастать – сиди дома и читай книжечки, – на лице хозяина вновь поселилась улыбка истинного дельца.

– Лернас тебе хорошо заплатил?

Мужичок вместо ответа хитренько усмехнулся, будто подтверждая данное предположение.

– Мы ему жизнь сломали. Я сломал… – после недолгой паузы продолжил арига, мрачно посмотрев на собеседника. – Вдруг… он не сможет больше работать, не сможет встречаться с девушками или… он, мать твою, завтра покончит с собой? Ты понимаешь?

– Да какое тебе дело до безродного нищего, еще и тряпки, которая от оргазма вешаться собралась! Другой бы радовался, что вкусил запретное удовольствие элиты! – вспыхнул управляющий, буравя монстра взглядом. – Если тебя совесть мучает – оладушков ему в лазарет принеси и извинись. Ну, а если твои муки невыносимы, то могу выдать тебе премию… скажем, золотых восемь… дороже этот пришибленный не стоит.

– Ну ты и мра-азь… Мне есть до него дело! И раз я накосячил, я и буду все исправлять. А деньги… деньги засунь себе куда поглубже, – выплюнул монстр.

– Исправляй, конечно же, исправляй, но не в рабочее время…

– А я здесь больше не работаю, – Грид отпрянул от стойки, не оборачиваясь на побелевшего хозяина, двинулся к выходу.

– Нет, стой… ты… ты не можешь! Да кому ты нужен, если не мне, уродец! Вернись немедленно! – вопил мужичок, грозя кулаком, не решаясь остановить бывшего работника, работника с мощным торсом и длинными щупами, от коих шарахались все охранники.

Арига подхватил свой мешковатый плащ, который заботливые лерментисы почистили и повесили на одну из вешалок у двери.

– На стройке решил батрачить? Ничего-о, поголодаешь, обратно приползешь, волоча отростки, а я еще подумаю, брать тебя или нет!

Входная дверь «Прикосновения» громко захлопнулась, а за ней остались разъяренный управляющий и гости борделя, обсуждающие без умолку выходку странного темно-зеленого создания.

✦✦✦

Шелдан уже второй день лежал в обычном лазарете королевства Орен, но не в общей посеревшей палате, как заурядный бедняк, и не в коридоре, как нищий, а в отдельной – светлой и чистой… явно недешевой. Мебель почти новая, занавески белоснежные, да и на прикроватном столике его дожидалась вполне роскошная еда, роскошная по меркам лазарета: поднос с овощным рагу, чаем с ароматом лечебных трав и несколькими ржаными булочками.

Шел, завернувшись в одеяло, смотрел в стену, вспоминая подробности самой ужасной ночи в жизни, которые мечтал забыть, только не мог. Они продолжали лезть в его голову, его душу, снова и снова просачивались во все мысли. Это был самый настоящий кошмар, сотканный из обрывков бесконечной сессии, шепота, боли, страха и отчаяния. Кошмар, что не исчезнет и не покинет, а останется навсегда глубоко внутри… Щупальца, гладкие и будто стальные, обвивали, ласкали тело против воли, проникали… Разве можно такое взять и так просто забыть? Нет, он честно пытался справиться со всем этим, но ад, поглотивший его, разорвавший и сломавший полностью, оказался слишком огромен для одного маленького человека.

Входная дверь тихонько лязгнула, отчего переписчик вздрогнул и сжался в уютном укрытии, отвлекшись на секунду от своих терзаний.

– Привет, Шели, а я тебе яблочек принес, – раздался до боли знакомый и язвительный голос. Лер, подойдя к кровати и правда поставил на тумбу корзинку, до верху набитую гостинцами, потеснив поднос с обедом, – ну, правда, немножко червивые. Но ты же бедный, тебе не привыкать, да? Компотик там сваришь, чего добру-то пропадать.

– Зачем? – выдохнул юноша, не отводя взгляда от стены. Из его тусклых ореховых глаз, что уже вряд ли станут прежними, бежали безмолвные слезы и капали прямо на подушку.

– Что значит зачем? Ты же мой друг, разве я мог не навестить друга?.. А, ты про ту ночь, – усмехнулся гость и театрально ударил себя ладонью по лицу. – Ну… я же как лучше хотел. Купил тебе опытную шлюху, самую дорогую. А тебе разве не понравилось? Странно, целители говорили, что им впервые притащили такую обконченную и счастливую суку, они аж обзавидовались, – добавил он серьезным тоном.

– Уходи, – так же тихо прошелестел переписчик, натягивая одеяло на голову.

– Не могу, Шели, – Лернас по-хозяйски уселся прямо на кровать больного и закинул ногу на ногу, – как же я уйду из палаты, которую оплачиваю?

Шелдан молчал, продолжая разглядывать трещинки и потертости краски, лишь его губы дрожали, но ни одного всхлипа так и не донеслось до злорадного гостя.

– Целитель сказал, ты здоров, как вол. Никаких повреждений и прочего. У тебя всего два синячишка, и те уже рассосались. Я не понимаю, чего ты здесь валяешься, вместо того чтобы своими обязанностями заниматься? Папенька мне всю плешь проел, ведь его любимчик из подворотни целых два дня не работал! Как же так?

– Я не вернусь…

– Ладно-ладно, признаюсь, я погорячился, – Лер изобразил глубокое раскаяние на ехидном лице, даже сложил руки, словно молится, – шутка получилась несмешная, можешь в следующий раз оплатить за меня визит в «Прикосновение». Ну, когда разбогатеешь, конечно. А теперь поднимайся и ползи к своим бумажонкам, симулянт, – он положил ладонь на кулек из одеяла, ориентировочно на то место, где должно было быть плечо паренька.

– Не трогай меня! – Шелдан забарахтался в уютном тряпичном коконе, истошно вопя и уже через секунду вжимался всем телом в угол, буравя ошалевшего богатея безумными испуганными глазами, горевшими под каскадом русых волос. – Не прикасайся… ко мне…

– Полегче, Шели, только не кусайся, ладно? – удивленно протянул Лернас, соскочив на всякий случай на пол. – Какой-то ты нервный…

Юноша, рвано дыша, продолжал молча пронизывать взглядом посетителя, ловя каждое его движение.

– Не трогай меня… не трогай… – повторял он тускло и беспрерывно, будто заклинание, глотая безмолвные слезы.

– Да, приятель, похоже, нам надо искать нового переписчика. Обрадую папеньку, чтобы не ждал нашего чудо-мальчика. Был и спятил… вот и делай добро нищебродам, – констатировал сын бургомистра, изучая пациента, как диковинную зверушку, затем глубоко вздохнул, изобразив вселенскую скорбь, и вразвалочку двинулся к выходу. – А знаешь зачем, Шели? – Лернас замер у самой двери и оглянулся, только сейчас на его лице не было и тени улыбки. Ничего не было, кроме прожигающей до костей ненависти. – Чтобы ты место свое не забывал, шавка уличная. Чтобы никогда не забывал: ты – мусор, отребье и жалкий смерд. Ничего большего… братишка.

Шелдан вздрагивал, словно при лихорадке, и не отводил взгляда от посетителя, пока он не захлопнул дверь за спиной, лишь после этого, уткнувшись лицом в колени, зарыдал, громко и отчаянно, прячась в одеяле окончательно. Он все еще не мог поверить, что мир и люди, живущие в нем, способны на подобную подлость совершенно без причины.

Лернас Вердшейл, как ни в чем не бывало, шагал по коридору лазарета, брезгливо разглядывая перебинтованных последних бедняков, для которых нет места в палатах. Он, честно говоря, мечтал уже вырваться из данного неприятного помещения, пронизанного болью, и засесть с друзьями в каком-нибудь кабаке или борделе с крылатыми шлюхами. «Любоваться» местными калеками, которые, набравшись наглости, смели о чем-то просить, ему порядком надоело… Естественно, на бедолаг и на их тихие просьбы он внимания не обращал, а одну-единственную попытку дотронуться до своей руки пресек грубым и хлестким ударом, после чего его важную персону никто не побеспокоил. Если не считать высокую фигуру в плаще, посмевшую оскорбить чувство прекрасного самого Лернаса темно-зеленым цветом кожи и горящими глазами, когда они столкнулись в дверях. Поежившись, сын бургомистра продолжил путь, не придав особого значения странной встрече.

– Простите, это лазарет для представителей первой расы, и вам следует направиться… – вежливо обратился один из целителей, заметив монстра в коридоре.

– Да знаю я, – огрызнулся Грид, – я не на лечение… короче, пару дней назад я сюда принес паренька и хотел бы узнать… как он… что с ним?

– А его имя вы случайно не помните? Или какие-нибудь особые приметы? – поинтересовался вежливо лекарь вполголоса, отводя странного посетителя за арку, дабы избежать лишнего внимания.

– Да какое, нахер, имя? Я… я просто притащил его сюда. Он, знаешь ли, был не в том состоянии, чтобы имена называть! – вспыхнул арига от негодования, но, заметив легкий страх на лице целителя, сразу сбавил обороты и тон голоса: – Ну, он русый, худой, глаза ореховые, большие такие…

– Шелдан Лоори, из борделя «Прикосновение»?

– Он самый, – Грид посмотрел в сторону.

– Ну… состояние нашего пациента удовлетворительное. Травм и повреждений никаких нет, но… старший целитель за ним решил понаблюдать.

– Он так и не оправился? Отвечай! – монстр навис над ошалевшим пареньком, пронзив его горящим взглядом хищника почти насквозь и схватив за плечи – казалось, еще немного и обморок неизбежен.

– Шелдан плохо ест, ведет себя неадекватно, и такое настойками не лечится, но… может пройти со временем, – выпалил бедняга, уже трясясь от ужаса.

– Блять, – процедил арига, выпуская жертву из мертвой хватки. – Вы ж целители, вы должны ему помочь!!!

– Уважаемый… я… Нас такому н-не учат. Переломы и раны – по нашей части, да, но души… души мы латать не умеем! – все так же торопливо пробормотал паренек, отряхивая помятую белую мантию. – Вы не желаете увидеть своего знакомого?

– Нет, – сглотнув, – я не хочу, чтобы ему еще хуже стало. Я… потом зайду как-нибудь… Только ты, это… про меня не рассказывай. Хорошо?

– К-конечно… да он не такой уж и общительный пациент, – тихо заметил малец, но ему уже не ответили. Грид, натянул капюшон почти на глаза и двинулся к выходу, не оглядываясь и стараясь не светить щупальцами на людях.

====== 4. Новая жизнь ======

Спустя 2 недели.

Шелдана больше не могли держать в лазарете, ведь формально он был абсолютно здоров, если не считать особенных проблем, справиться с которыми оренийские лекари просто не в силах. Но и загнать юношу в лечебницу для душевнобольных и похоронить там навсегда они тоже не могли, потому что подопечный вел себя тихо, осознавал происходящее и даже внятно отвечал на вопросы… до тех пор, пока к нему не прикасались. В итоге, за неимением иных вариантов бывший переписчик вернулся в свой скромный и пустой дом.

На самом деле «домом» две тесные комнатушки назвать сложно, но, по крайней мере, они целиком и полностью принадлежали Шелдану. И пока юноша честно трудился на семью Вердшейл – он заработал на более-менее сносную обстановку, пусть без отделки из красного дерева. Главное, что получилось уютно и очень светло.

Утро все так же начиналось с крикливого гомона торговцев с площади, на которую выходили окна неказистого маленького жилища Шела. Люди так же спешили куда-то по пыльной брусчатке, и озорные пташки так же продолжали петь, радуясь каждому дню. Жизнь продолжалась, но только не для одного сломленного и забытого молодого человека. Для него все замерло, потеряло вкус и цвет… смысл. Это, конечно же, неполный список напастей. Его ежесекундно преследовали вязкие, душащие, затягивающие, подобно трясине, воспоминания, сотканные из собственной боли и страха, отбиться от коих, пусть и ненадолго, помогали лишь книги. За них парень и цеплялся, как за спасительный канат, дабы окончательно не потерять рассудок в персональном беспросветном аду, из которого он никак не мог выбраться. Но, к сожалению, даже самые любимые и увлекательные истории не способны уберечь от жутких кошмаров, наползающих каждую ночь, обволакивающих и уносящих с собой в тот самый «Грот», прямо в щупальца монстра.

✦✦✦

Даже когда Шел вернулся к себе и решил вести тихую серую жизнь затворника, спрятавшись от остального мира, погрузившись в собственную боль и одиночество, будто желал в них утонуть и захлебнуться, даже тогда за ним неустанно наблюдали. Да, в Орене нашлось одно существо, которому оказалась не безразлична судьба бывшего переписчика, и звали это существо – Грид. Он все выбирал подходящий день, чтобы прийти к крошечному домику и постучать в тяжелую деревянную дверь, заглянуть в ореховые мертвые глаза и произнести самые важные, самые необходимые слова в своей жизни… Попытаться объяснить. Прошло достаточно времени, как он полагал, и встреча не должна была ранить еще сильнее и разбить Шелдана на еще более мелкие осколки. Монстр чувствовал, что просто обязан рассказать истину, даже если в ответ его проклянут или ударят ножом. Уж лучше это, чем муки неспящей совести.

Арига мялся под дверью, не решаясь на последний шаг. Он раз пять поправил мантию, скрывающую необычное тело, и несколько раз пригладил топорщившиеся жгутики, что росли вместо волос, затем плюнул и натянул капюшон пониже, спрятав «необычную прическу». А после, глубоко вздохнув, громко и отчетливо постучал, замерев до кончиков щупов. Если не считать его собственных неистово бьющихся сердец и отголосков улицы, то больше ничего слышно-то и не было, поэтому настойчивый Грид постучал снова, более громко.

Через несколько мучительных минут раздались неторопливые шаги, а потом и лязг старых замков.

Шелдан осторожно, пугливой мышью, посмотрел на незнакомца через приоткрытую дверь… Выглядел юноша совсем неважно: бледный, измотанный собственным горем, толком не причесан да и одет в весьма мятую рубашку, висевшую на нем, как на вешалке.

– Я… – облизнув пересохшие губы, начал Грид, сжав кулаки до боли. – Привет, я…

– Простите, я сдаю комнату только представителям первой расы, – бесцветно прошелестел хозяин дома, взглянув на гостя так, будто видит его впервые в жизни, – в объявлении все написано. Простите еще раз.

Монстр от удивления чуть не потерял дар речи, он никак не мог понять: неужели его темно-зеленое лицо и горящие голубые глаза хищника, как и сам голос стерлись из памяти бедолаги бесследно? Как же это произошло? Но, не теряя драгоценные минуты, Грид шустро подстроился под ситуацию:

– Мне нужна эта комната, я работаю недалеко, идти удобно… район хороший, – он состроил самую жалостливую мордаху, на какую только способен.

Арига так смотрел в печальные и пустые ореховые глаза, будто на самом деле остро нуждается в жилье, что, естественно, было той еще ложью, ибо за время работы в стенах «Прикосновения» он успел приобрести приличный двухэтажный дом с небольшим прудом.

– Мне будет некомфортно… и вам тоже. У меня странные привычки, – тускло пробормотал Шел.

– Я почти идеален! Мне нужно одно койко-место и все. Про меня можно забыть! Сплю днем, работаю ночью… что еще? Готов ходить за продуктами! – нахваливал себя Грид, не переставая давить на жалость своей просящей мордашкой. – Пожалуйста… готов заплатить еще на монету сверху.

Шелдан колебался, растерянно разглядывая высокого нелюдя крупного телосложения. Ему хотелось, разумеется, более безопасного жильца или хотя бы из первой расы, только, к сожалению, выбирать было особо не из кого, а деньги скоро закончатся…

– На рынок? За продуктами? – встрепенулся он. – Это… это было бы чудесно. Вас устроит плата в двадцать серебряных за месяц? Но скажу сразу, ваша комната будет темной и совсем небольшой, и я не смогу обеспечить вас обедом, и…

– Согласен! – тотчас же громогласно заявил монстр и, радостно улыбнувшись до ушей, пугая мелкими острыми зубками, протянул мощную ладонь для рукопожатия. Вот только юноша поджал губы и сник еще больше:

– Я не люблю, когда ко мне прикасаются… это не потому, что вы представитель другой расы. Это моя фобия, – пробормотал он, отводя взгляд, – простите.

– Ниче… понял, фобия, что ж непонятного, – арига тотчас убрал руку и свою клыкастую улыбочку тоже – на всякий случай…

– Проходите, – Шелдан тенью заскользнул в дом, приглашая нового постояльца проследовать за собой.

✦✦✦

Грид был готов, как он сам полагал, ко всему: к горам мусора, в которых копошились крысы, несвежей одежде, объедкам… но не к подобному ужасу! В чистом и довольно уютном помещении везде, буквально везде, стояли светильники, режущие глаза ночного создания до боли и ругательств. Монстр, поматерившись про себя, зажмурился и до своей комнаты добирался вслепую, попутно чуть не уронив одну из ламп.

– Темноты я тоже боюсь, – пояснил бывший переписчик, почему-то смущаясь.

Он старался не слишком рьяно изучать гостя, который двигался весьма странно – слишком плавно. Мешковатая мантия, волочившаяся по полу, явно скрывала нечто интересное, но никак не удавалось уловить что же именно.

– Н-ничего, мне нормуль, я уже почти на месте, – отшутился арига, ввалившись в каморку, что будет теперь его личной комнатой на неопределенный срок, – но… хотя бы у себя я могу погасить все эти светильники? Пожалуйста! Мне они причиняют боль…

– Конечно, – на лице Шела мелькнула тень улыбки и сразу же растворилась. – Если вас устраивает ваша комната – можете заселиться… после оплаты, деньги вперед.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю