Текст книги "Мартовский снег (СИ)"

Автор книги: Болотный маг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 2 страниц)

***

Благородный рыцарь сразил зверя и теперь торжествовал победу над всем плохим на земле. Павлик играл сосредоточенно, полностью уходя в мечты и фантазии, оживляя игрушки. Среди дорогих кукол, машинок, самолетиков, цветных раскрасок он творил свой собственный мир. Мир, где жучит ручеек и птички порхают, пролетая сквозь перистые облака. Нежась в сиянии золотистых лучей улыбающегося солнца. И он был там героем, спасающим мир наравне с его любыми супергероями.

– Бах! – крикнул мальчик, стреляя из игрушечного пистолетика в камеру. Папа не дал пульки, но воображение нарисовало грохот выстрела и разлетающиеся осколки пластика. – Мама! Мама, я ковбой! Иди, посмотри! Мама!

– Я занята, зайка! – крикнула Маша из соседней комнаты. – Чуть позже подойду. Поиграй пока без меня, хорошо?

Павлик грустно вздохнул и бросил искрящийся взгляд на гамак. Весь день он качался на нем, падал, смеялся, снова залезал, представляя себя воином, штурмующим город врага. Отважно взбирающимся по лестницам под градом стрел и копий. Воображение захватило Павлика. Он схватил лежащий на полу пластмассовый мечик и полез на сетку. Хотелось встать во весь рост и, точно игрушечный солдатик из его коллекции, поднять меч вверх, призывая силу Солнца!

Павлик полез, путаясь носочками в сетке. Воображение полностью покорило, пальчики цеплялись за арматуру, помогая ногам подниматься все выше и выше по сетке. И вот, великий герой покорил стену и, едва удерживался на сетке. Носочки скользили, он едва не падал и алый глаз камеры сосредоточенно следил за его триумфом.

– Я – герой! Я…

На детский планшет пришло обновление. Маленькое сообщение, принесшее с собой звонкий и озорной смех и бой барабана. Паша отвлекся, вздрогнул и левый носок скользнул по капрону. Паша раскрыл рот, понимая, что резко летит куда-то влево, путаясь в сетке. Край глаза уловил приближающееся серебристое сияние стальной арматуры – железного кольца, фиксирующего сети гамака.

«Я – герой!»

Громкий звон и прекрасный мир рек, птиц и солнышка, мир героев и отваги погас.

– Павлик, ну что там… О Господи Паша! Господи!

Акт III

Андрей стоял посреди комнаты будто пьяный, все еще сжимая телефонную трубку. Не хотелось сидеть, не хотелось раздеваться. Вместо мыслей – белый шум, лишенный смысла. Стоило хоть на миг перестать смотреть в стену, как в память вставали холодные, полные осуждения глаза врача.

Больница. Вонь лекарств, тухлой каши и доживающих последние годы стариков. Обшарпанные стены, люминесцентные лампы на потолке, горящие через одну и плакаты «Здоровье», больше похожие на горькую насмешку. Кругом скрюченные, сгорбленные, безобразные, чахлые – обреченные. Но он видит только папку в руках у высокой, худощавой женщины в белоснежном халате, с зеленовато маской на лице.

«Черепно-мозговая травма, – сказала Валентина Андреевна. Городской хирург.

– С ним все будет хорошо? – дрожащим голосом спрашивал Андрей, стоя у операционной. Колени дрожали, во рту пересохло.

– Сложно сказать. При таких травмах последствия могут быть самыми различными, – ответила доктор. – Мы вправили кусочек кости и сделали все, лишь бы минимизировать ущерб, но… остальное в руках Господа.

– В руках Господа? – чуть не подавился слюной Андрей. – Я думал у вас тут больница, а не центр помощи Святым духом?!

– Не надо повышать здесь голос, Андрей Николаевич, – властно осадила его хирург. – Доктор Ремезов – настоящий виртуоз своего дела. Он оперировал вашего сына четыре часа, без перерыва. Уверяю, нет во всем регионе специалиста лучше.

– Я понимаю, – сокрушенно ответил Андрей. – Простите.

– Прошу меня извинить – ждет работа, – холодно отчеканила врач и скрылась из виду.

Точно пьяный, Андрей побрел в приемный покой. Он шел к выходу и мир казался пепельно-серым, лишенным красок. Весь путь домой – звенящая тишина в голове, дрожь и тихая, сверлящая боль в сердце.

«Паша… Господи, за что».

Он зашел в квартиру, не разуваясь забрел в комнату сына и тяжело опустился на пол, сжав голову руками. Он молился, чтобы все оказалось просто страшным сном. Ночным кошмаром, пришедшим вместе с поздним мартовским снегом, превратившим деревья в ледяных демонов. Но пробуждения не было, лишь тихий, монотонный стук механизма часов.

Резко зазвонил телефон. Андрей медленно поднялся и снял трубку.

– Да.

– Здравствуйте, это квартира Веласовых? – раздался напряженный женский голос.

– Да.

– Вас беспокоит служба опеки и попечительства. Вам предписано прийти в отдел по адресу улица Ленина-25 с 13.00 по 16.30 для дачи объяснения.

– Объяснения?

– По поводу заведенного дела №467 от 8.02.18 года.

– Какого дела? Я не слышал… – Андрей чувствовал, что кружится голова.

– Нет? Странно. Вы уже давно должны были получить уведомление о лишении вас и вашей супруги родительских прав.

– Что?

– Пока что это лишь предписание на суд. Он состоится пятнадцатого числа, то есть в следующий вторник.

– Этого…

Бросили трубку. Андрея пробивала крупная дрожь. Борясь с подступающим ужасом, он машинально включил телевизор. Любой канал, любые новости – что угодно, лишь бы не сойти с ума.

«Преступный хайп. Репортаж о том, как страсть к лайкам и репостам привела к трагедии. Только на канале УринТВ!»

– О боже, – прошептал он.

Дверь за спиной тихо открылась и в комнату вошла бледная, заплаканная Маша. Андрей медленно обернулся, глядя на нее так, будто видел в первый раз в жизни.

– А-андрей, – всхлипывая прошептала она. – Что же нам делать.

– Как ты могла, – прошептал он. – Ты оставила его без присмотра! – заревел Андрей. – Ты, тупая сука!

– Я?! – взорвалась Маша, захлебываясь слезами. – Это ты поставил тот гамак! Если бы не ты, ничего бы не случилось! Это все ты! Ты!

Это случилось, само собой. Первый удар вместил в себя всю ярость, всю ненависть, всю боль и гнев. Хлопок казался комично громким, и Андрея даже на мгновение рассмешило то, как он похож по звуку удара из дешевых Голливудских боевиков. Маша рухнула, прижимая ладонь к разбитой в кровь скуле и подняла безумный взгляд на него.

– Ты…ты… ты меня ударил?

– Ну давай! Поплачь еще, тварь! – заревел Андрей и бросился на нее. Удары казались лёгкими, все было так просто. Стук, стук, стук, вопли и хруст. Тело выгибается, кровь запекается на костяшках пальцев, а в душе бурлит пламя. Он бил ее, задыхаясь от чувства внутреннего демона, вырвавшегося на свободу.

– Нет! Прошу, хватит! Андрей! Не надо!

Удар ногой – сломанная челюсть, зубы летят по паркету, густая кровь хлещет из разбитой пасти. Такой ненавистной, испорченной, избалованной. Он бьёт, пока тело не перестает дрожать и всхлипывать, пока голова не теряет правильную форму, а волосы не слипаются в красной корке. А затем алая пелена спала, и Андрей вдруг застыл и посмотрел под ноги.

– Боже! – завопил он, хватаясь за голову. – Что я наделал?! Боже мой, Маша… нет… Нет!

Андрей выскочил из квартиры на улицу, вдыхая полной грудью зловоние мусорных баков. Взгляд ни на что не фокусировался, сердце вышибало ребра, в голове гудело ничто.

– Эй, сосед! – крикнул кто-то. – Ты что, весь в крови? Осторожно, наверху!

Андрей поднял полубезумный взгляд и увидел сверкающий массив света, Господней карой стремящийся к нему. Белесое сияние, шип возмездия, стремящийся наказать чудовище за преступления. Свет играл в кристаллах запоздавшей зимы даже после того, как голова Андрея лопнула, как перезрела тыква.

***

Жаркое лето. Косые лучи улыбчивого солнца раскаляют асфальт, сверкают в изумрудных кронах городского парка. В небе перистые облака рассекают стайки бойких птичек, наполняя воздух мелодией жизни. На скамейке трое. Молодая женщина с уложенными в пучок черными волосами, девочка, не поднимающая глаз с экрана смартфона и маленький мальчик.

– М-м-можно м-мне игрушку?

– Если будешь хорошо учиться –я свожу тебя вместе с Олей в зоопарк.

– З-з-зоопарк!

– Да. Как раз в конце недели они открываются, – нежно ответила Лиза Павлику. Мальчик почти поправился и теперь лишь косоглазие и легкое заикание напоминало о страшной травме. – Мы купим мороженное и будем смотреть на тигров, слонов и мартышек. И даже на бегемота посмотрим!

Лиза поднесла ладони к ушам и, смеясь, изобразила это дивное животное. Павлик засмеялся и захлопал в ладоши.

– У-ура!

– Но нужно сперва хорошо учится. Не расстроишь тетю Лизу?

– Не-а!

– Вот и хорошо.

Лиза улыбнулась и, закрыв глаза, позволила себе насладиться запахом лета. Впервые за долгое время жизнь налаживалась. Все действительно было хорошо. В сети Павлику насобирали почти два миллиона рублей – их с лихвой хватило и на лечение, и на улучшение жилищных условий. А когда он подрастет, то вступит в право наследование имущества родителей.

– Маам, – тревожно затараторила Оля.

– Что такое, доча? – вздрогнула Лиза.

– Папа!

Лиза резко открыла глаза и замерла. Перед ней – опухшее лицо молодого старика, красные, воспаленные глаза, заблеванная рубаха и черное дело пистолета «Макарова».

Выстрел всполошил всех птиц в парке и их черные стаи на мгновение затмили небо. Но закончилось все лишь после второго выстрела. Лишь тогда в этой истории была поставлена последняя точка. Но мир продолжил жить, сохраняя в памяти уроки, преподнесённые судьбой. Они – бесценное сокровище. Лучшее, что есть в этом мире. Если, конечно, мы сумеем извлечь из них правильные выводы.