Текст книги "Я тебя возьму. Мой воин (СИ)"

Автор книги: Аполь

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 13 страниц)

Глава 38.

Просыпаюсь, первое что чувствую это больничный запах, такой противный, сразу ощущаю себя дискомфортно.

Глаза еле еле открываю, каждое движение дается с трудом.

Блин, меня что камаз переехал? Все тело ноет.

Так, я в палате, яркий свет ламп слепит глаза, зажмуриваюсь, в горле пересохло, даже губы слиплись.

Хочу подняться, подрываюсь и бок простреливает резкая боль.

Вскрикиваю, от чего дверь резко распахивается и какой то мужчина входит в палату, точно не из мед персонала. Лицо отдаленно знакомое, но пока не соображаю.

– Я позову врача.

Мужчина выходит из палаты, я же и слова не могу произнести, нужно смочить горло. Усаживаюсь кое как на кровать. В голове такая пустота, как будто бы я так каждое утро просыпаюсь и это норма, ни одного вопроса, ни одной мысли. Пока воспоминания не обрушиваются на меня как лавина.

Я жива.

Клим судя по всему тоже, я помню как он меня держал в машине, прижимал мою рану. Сердце учащает ритм, дыхание сбивается, тело тут же в жар бросает от мыслей что с Гидеоном что то могло случиться.

Мои волнения перебивает вошедший в палату врач. Он бросается ко мне, пытаясь уложить меня обратно на кровать.

– Господи, девушка, немедленно лягте! Вам нужен покой после такой сложной операции! – ага, но покой мне только снится, я отмахиваюсь от него, упрямо продолжая сидеть.

– Я в норме. – заявляю уверенно, нечего трястись надо мной, руки ноги целы, остальное ерунда, врач только сверлит меня глазами, вздыхает, немного отступает, бросает на меня недовольный, оценивающий взгляд.

– Ладно, пуля прошла навылет, вам повезло, что не задело позвоночник. – усмехаюсь, удивительно учитывая мое везение. – В целом состояние удовлетворительное. Беременность удалось сохранить с большим трудом, учитывая сколько крови вы потеряли, но так как срок совсем небольшой, плод выжил.

Что?

Нет.

ЧТО?!?!!

Что он сейчас сказал?!

Я… о чьей беременности речь?!

Смотрю на этого айболита и не понимаю, я все еще под наркозом? Врач смотрит на меня, брови на переносице сводит, очки на носу поправляет.

– Вы не знали о беременности?

Твою мать!

Конечно не знала, я бы не стала никогда так рисковать ребенком!

Я ладно, сама за себя отвечаю, но ребенок... Боже мой, во мне малыш Гидеона… Маленький воин.

Сердце тарабанит как дятел по дереву, я лишь головой мотаю. То ли врачу так ответить пытаюсь, то ли себя в чувства привести.

Черт, если Гид жив, то я его убью!

– Можете никому об этом не говорить? Пожалуйста. – единственная адекватная мысль в моей голове мелькает, попросить врача молчать.

– Конечно.

Врач выходит, я остаюсь одна.

Соберем информацию в кучу. Мне девятнадцать лет, образования нет, в животе дырка от пули и ребенок. От самого лучшего бандюгана на планете.

Последний факт немного скрашивает картину.

Гидеон, ты сука! Где бы ты сейчас ни был, я тебя достану и…

Блять! Я беременна!

Мозг превратился в кашу и беспорядочно перемешивает информацию в общем котле.

Вдох, выдох. Малыш уже есть, он тут, и этого не изменить.

Прикасаюсь ладонью к животу, странное чувство, но я улыбаюсь.

И я что? Я будто бы рада, что ли? Идиотка. Чему я радуюсь?

Недавно по лесу гуляла с бандитом под ручку высматривая палочку покрепче. А теперь вдруг мир перевернулся.

Прикладываю руки к щекам. Мне нужен Гидеон!

Срочно, живой или мертвый, не важно! Мозг будто только сейчас полноценно заработал, выбрав первоочередной задачей найти Гида.

Точно, тот мужчина за дверью должен что то знать!

Мне будет достаточно простого “жив”. И я выдохну.

Пытаюсь встать с кровати, ноги еле держат, но ждать не могу больше не минуты. На кровати от меня лужа крови, блин, перевязка кровит еще. Но на жалость к себе нет сил.

Ковыляю за дверь придерживаясь за стены. Выхожу в коридор, этот мужчина тут же ко мне подрывается, хотя он скорее парень, молодой, но огромный. Много растишки кушал.

У меня нет желания выпрашивать ответы и я сразу даю понять, что настроена серьезно и терпения у меня совсем нет. Хватаю бедолагу за грудки, тот отшатнулся от неожиданности, глаза вытращил на меня.

– Где Гид?! – смотрю в его ошарашенные глаза пристальным взглядом, мальчик, я совсем без мозгов если что, не советую меня злить! Теперь еще и на гормоны могу свои действия списывать! Полный картбланш на безумства.

– Н-не знаю... – я не знала, что настолько страшная сейчас, что он аж бедненький заикаться стал, вот только ответ меня не устраивает, и я сильнее сжимаю кулаки на его футболке. – но он уже едет, я доложил, что ты очнулась.

Сказать, что я вздохнула полной грудью это ничего не сказать. И даже будто бы солнце в окно стало ярче светить и жизнь в мгновение стала не просто лучше, а самой прекрасной.

Улыбка ползет по лицу, медленно, по мере осознания, что Гидеон жив и он в порядке и скоро будет тут. Меня разрывает от радости и я неосознанно бросаюсь на шею этому парню и тут же вскрикиваю от боли. Тот вздрагивает, отстраняется.

– Кир, тебе может лучше прилечь? – удерживает меня за предплечье, а я не поняла, откуда он меня знает, хотя мне кажется я его тоже где то видела, смотрю на него, вопросительно бровь поднимаю.

– Мы знакомы?

– Еще бы, вместе грязь на полосе препятствий месили на базе, меня Семен зовут.

Улыбается, и мне так хорошо стало, радостно, улыбаюсь ему в ответ. Вспомнила его сразу, точно он там был. Как будто родного человека встретила. Друг по несчастью.

– Ладно, Семен, помоги лучше до туалета дойти.

Хочу немного привести себя в порядок.

Странное желание, правда? Я ранена, все болит, но во мне столько энергии, что боль отходит на второй план, мне кажется я бы сейчас и в экспедицию по горам отправиться смогла.

Глава 39.

Туалет совсем недалеко от моей палаты, метров десять. Смотрю на себя в зеркало выйдя из кабинки, выгляжу ужасно.

Осознаю, что из этой жопы в конечном итоге все выбрались живыми. Невероятно.

Гидеон ведь меня похвалит? Ага, а потом догонит и еще раз похвалит, смеюсь сама от себя.

Кладу руку на живот, испытываю какие то новые ощущения, свыкаюсь с мыслью, что я теперь не одна. Сейчас не хочу думать как отреагирует Гид, хочу просто его увидеть, прижаться к стальному, горячему телу, почувствовать его аромат.

Хочу на ручки!

Так, это во мне ребенок говорит если что.

Собираю силы, чтобы дойти до палаты, рана все же болит, я все таки переоценила себя когда про экспедицию заикнулась.

До туалета и обратно – для меня сейчас то еще испытание.

Выхожу за дверь, туалет находится в кармане коридора, небольшой закуток из которого видно дверь в мою палату. Семен тут же замечает меня и было дернулся в мою сторону, чтобы помочь мне дойти, но его взгляд на чем то остановился и он замер возле моей открытой палаты.

Выглядываю за угол…

Мое сердце ликует, я просто любуюсь на картину перед собой.

Живой, мой любимый мужчина, идет по коридору, за ним Клим и еще какие то люди. Весь медперсонал растекается перед ними как вода давая дорогу.

Лицо Гида напряжено, кулаки сжатые добела, разбиты в кровь, да и сам он весь в грязи и крови, словно побывал в человеческой мясорубке.

Шагает быстро, уверенно, отмечаю, что на нем самом вроде как повреждений серьезных нет.

Продолжаю стоять облокотившись о стену и просто любуюсь им забыв обо всем на свете. Никакой боли, переживаний и страха.

Гидеон подходит к распахнутой двери в палату и замирает на пороге, наверное увидел кровь на кровати и бог знает что подумал. Резко разворачивается, хватает бедного Семена за грудки и вжимает его в стену отрывая от земли.

Вижу как губы Гидеона дрожат, грудная клетка пульсирует, он хочет что то сказать, но лишь хватает губами воздух.

А я стою и залипаю на его руки, переплетение вен, напряженные мышцы, широкую шею. Прислоняю голову к стене, улыбаюсь.

А что, я всегда умело подбираю моменты, чтобы полюбоваться на него.

Клим начинает напряженно озираться по сторонам и замечает меня, буквально врезается взглядом, я это вижу боковым зрением, а сама не могу оторвать глаз от Гидеона. Клим не сводя с меня глаз на ощупь толкает Гида пока тот сжимает уже бледного Семена.

– Гид.

Клим еле слышно отзывает Гидеона, но тот словно в камень превратился, врос в пол как и я, Климу пришлось еще раз ощутимее дернуть Гида и тот наконец повернул голову в мою сторону.

Нужно говорить, что кроме зелени его глаз все вокруг утратило яркость?

Я как влюбленная идиотка стою смотрю на него, улыбаюсь.

Он делает несмелый шаг ко мне, словно не верит, что это я. Кажется у меня глаза слезами наливаются и не понятно это я так рада его видеть или во всем виноваты гормоны?

Пока не буду ничего ему говорить про ребенка, а то он и так что то бледный.

Двигается на меня маленькими шагами, как будто я бабочка которая может испугаться его резких движений и улететь.

Подходит вплотную ко мне, обнимает за плечи, очень мягко, я практически не ощущаю прикосновений, только жар его тела. Упираюсь лбом в его грудь, в нос бьет запах, его. Делаю вдох поглубже чтобы пропитаться им изнутри, словно он в силах исцелить все мои повреждения.

– Птичка моя, – дрожащий бархатный голос окутывает как ватное одеяло – ты как?

– С тебя паста с морепродуктами!

Усмехаюсь, и Гидеон словно получает подтверждение, что я в порядке, громко выдыхает воздух, кажется в нем был целый баллон, плечи опускаются, тело расслабляется. Поднимаю на него взгляд, он улыбается, склоняется надо мной и срывает с моих губ невинный поцелуй.

Кайф.

Глава 40.

Сегодня меня наконец то выписывают.

Я почти две недели тут провалялась и должна была лежать еще, но я больше не могу. Это настоящая каторга!

Один раз даже просила Клима забрать меня обратно на базу, по старой дружбе так сказать. Но получив отказ стала угрожать врачу и Гидеону заодно, что сбегу через окно если меня не отпустят домой.

А я ведь реально могу! Врач конечно не воспринял мои слова всерьез и тогда уже Гид с ним сам все решил, он то знает, что я не шучу.

Гидеон забрал меня с условием, что буду жить у него до полного выздоровления. Я конечно не совсем понимаю как это будет выглядеть, мне как то неудобно.

Ага, носить его ребенка удобно, а жить с ним нет.

Блин. Он ведь еще не в курсе.

И мне ппц как страшно ему говорить.

У нас ведь вообще не понятно что, мы никогда не разговаривали о будущем, да мы даже о настоящем не разговаривали, господи.

Уже подъезжаем к дому, я нервничаю от потока мыслей в голове. Сам факт, что я что то утаиваю от мужчины меня довольно сильно напрягает.

Как ему сказать?

Кстати, я залетела, с первого раза, прикинь какой прикол? Да уж, прикол. Да и зачем ему ребенок от меня? И хочет ли он вообще детей? Вздыхаю, Гидеон замечает мое напряжение паркуясь на участке у дома.

– Чего в башке гоняешь? – сейчас подходящий момент? Ну типа, хоп, сюрприииз. Нет, явно нет.

– Думаю как расплачиваться со мной будешь за твое спасение. – голову на бок склоняю, усмехаюсь.

– И какие варианты у меня есть? Картошку если что бойцы накопают, пакеты из магазина доставка принесет! – с серьезным лицом отрубает самые очевидные варианты, сволочь обаятельная.

– Тогда я еще подумаю… – делаю задумчивое лицо, выхожу из машины.

– Не продешеви, Птичка.

Скалится, гад.

Заходим в дом и я начинаю чувствовать себя не в своей тарелке. Да, дом мне знаком, даже слишком, но я сюда никогда не приезжала зная, что останусь тут жить.

Рассматриваю все вокруг как в первый раз. Словно примеряю свою жизнь на эти стены. Гид с интересом наблюдает за мной, скалится.

– За мной иди.

Так, если он думает, что раз я буду тут жить то может мне приказы отдавать, то сильно ошибается! Но мужчина не ждет моей реакции, сразу направляется на второй этаж.

Стою, руки на груди скрестила, как маленькая девочка строю из себя обиженку, а этот мужлан и не замечает.

Капец. Я для кого тут отыгрываю?

Пыхчу, следую за ним.

Так Гидеон, сейчас я тебе устрою карнавал!

Поднимаюсь по лестнице, судя по открытой двери он в спальне. Захожу когда Гид копошится в каком то пакете, достает оттуда небольшую коробку, бросает ее на кровать.

– Это тебе.

На меня даже не смотрит, двигается в сторону шкафа. Подхожу ближе к кровати, смотрю на коробку.

Неожиданно. Это телефон, причем самый навороченный.

– Зачем? – иными словами нафиг он мне нужен вообще?

– Блять, что за глупый вопрос, Птичка? Чтобы на связи была, всегда!

На меня голову оборачивает, грозным предупреждающим взглядом смотрит. Может вот сейчас момент хороший? Знаешь, говорят от них всякие волны нехорошие исходят, вредно для ребенка. Да, вот так и надо сказать.

Но я не буду.

Боюсь? Да!

– Спасибо.

Все что получается выдавить из себя. Сухо, ёмко, коротко.

Кажется я это сказала слишком тихо. Потому что Гид никак не отреагировал. Продолжает рыться в шкафу, достает футболку, бросает ее на комод перед собой, стягивает с себя рубашку. Я смотрю на его спину.

Черт. Это просто холст на который уже нанесен идеальный рисунок. От каждого движения его тело словно играет с моим взглядом и воображением.

Дальше я себя не контролирую. Подхожу, указательным пальцем провожу вдоль его позвоночника сверху вниз, медленно, прощупывая каждый позвонок.

Гидеон тут же замирает, вижу проступившие мурашки на его коже.

Приятно, что его тело так реагирует на мои довольно скромные касания.

Глава 41.

Его плечи напрягаются, слышу как дыхание тяжелеет с каждой секундой.

– Птичка.

Голос немного охрип в предупредительном тоне, разворачивается ко мне. Вижу как глаза горят опасным желанием, которое я не в силах сейчас пережить.

Гидеон сжимает челюсть, сам знает, что мне нельзя пока такие нагрузки, пытается держать себя в руках. Но он мне так необходим, что я ни о чем не думаю кроме его стояка который уже упирается в меня.

В низу живота стягивает и давит горячий ком от одного только взгляда Гидеона.

Сама тянусь за поцелуем, совсем скромным, просто касаюсь его губ. Руки ложатся на грудь мужчины, ладони горят, кажется у него под кожей буквально плещется лава.

Гидеон напрягается всем телом, вот вот и его сорвет с предохранителей. Хотя они нам уже и не нужны вообще то.

– Ты нарываешься, крошка. – его голос совсем сел и меня пробирает им до костей. – Опять в больничку захотела? – Держится, руками меня не трогает, не целует, но и не отходит, нависает надо мной пока мои пальцы скользят по его прессу, задевают ремень на брюках, будто бы случайно.

– Говорят секс лучшее лекарство. – фраза банальна до невозможности, но других аргументов у меня нет, дыхание уже сбилось от одной мысли о том, что Гидеон будет во мне.

Гид пыхтит, молчит, меня глазами раздевает.

Словно обдумывает, оценивает риски, его разрывает между желанием и здравым смыслом.

Закрывает глаза, пытается сосредоточиться и я ловлю этот момент, стягиваю с себя футболку, прижимаюсь обнаженным телом к нему. Мужчина рычит, запускает руку в волосы, стягивает у корней тем самым затягивая мое возбуждение до максимума.

Смотрит на меня пристально, я вглядываюсь в зелень темнеющих от возбуждения глаз. Там тлеет то самое желание обладать мной и я таю от этого как пломбир на солнышке.

– Если будет больно, сразу говоришь!

Опять приказ на который я не успеваю среагировать, потому что Гидеон набрасывается на мои губы, истязает их.

Боже, я кажется сейчас доберусь до вершины от одних только поцелуев.

Горячий язык нагло и желанно вторгается в мой рот сново и сново не давая шанса сделать глоток воздуха. Гидеон одним резким движением рвет на мне джинсы вместе с трусиками.

Ужасаюсь и возбуждаюсь от мысли сколько же в этом мужчине силы. Пока я тону захлебываясь поцелуями Гид избавляет себя от брюк и белья, подхватывает меня на руки.

Аккуратно опускается на кровать вместе со мной.

Аккуратность в этом деле не его стиль, совсем.

От понимания, что это только для меня, фейерверки под кожей взрываются. Мужчина нависает надо мной, удерживает свой вес на локтях, совсем не касается меня телом, боится причинить мне боль, не рассчитать свою силу, не сдержать порыв.

Но боли нет, совсем, и я сама притягиваю его к себе ближе обхватившись ногами за торс.

Гид касается моего лона пальцами, все так же медленно и аккуратно. Собирает влагу, проводит по клитору и меня выгибает от переизбытка ощущений. Мужчина спускается мокрыми поцелуями по шее, доходит до груди, ласкает сосок. Царапает кожу щетиной и тут же зализывает повреждения влажными поцелуями.

Отстраняется от меня, впивается взглядом, глаза словно одурманенны.

Невыносимо медленно погружает в меня пальцы, ловя каждую мою эмоцию, прощупывает мои ощущения боясь навредить. Но мне ничего кроме томительного ожидания это не приносит.

Из меня вырывается стон. Мне так мало Гидеона, невыносимо мало.

– Блять, пиздец как хочу тебя, Птичка, чувствуешь? – его бархатный голос с хрипотцой прогнал табун мурашек по телу.

– Гид, я хочу большего.

Выпаливаю на выдохе, кислорода совсем нет.

Гидеон секунду сомневается, все еще оценивает мое состояние. После издает глухой рык, накрывает меня собой максимально соприкасаясь телом. Прикусывает мочку уха, когда я чувствую горячую пульсирующую головку медленно проталкивающуюся в меня.

Стон льется сам собой.

Каааайф...

Обхватываю Гидеона за шею, чувствую как каждая мышца напряжена, он хочет сорвать все тормоза, однозначно, я это чувствую.

Внутренний зверь терзает его изнутри прося выпустить его наружу, но Гид не теряет контроль ни на секунду. Понемногу увеличивает темп и это даже не половина того чего он сам сейчас хочет.

Ощущения захлестывают, теряюсь в пространстве, в мужчине, в его аромате.

– Порядок? – голос Гидеона встревожен и он немного сбавляет темп, сволочь, в самый неподходящий момент!

– Если ты еще раз… черт! Я возьмусь за сковородку!

Готова его убить за такой облом.

Но мужчина лишь хищно и самодовольно улыбается, быстро наверстывая упущенное. Касается клитора, немного надавливает на него, водит круговыми движениями в ритм. Чувствую как волна подступает. Пальчики на ногах поджимаются, и тело сводит от такого невыносимо тягучего оргазма.

Гидеон толкается в меня еще несколько раз и затем медленно и осторожно выходит из меня.

– Прости, Птичка… – дыхание прерывистое, я не понимаю, о чем он?

– А? – все еще отхожу от оргазма, голова не соображает, Гидеон падает рядом, обнимает меня, зарывается носом в волосы, удовлетворенно рычит.

– Я опять в тебя кончил.

Ой, да не парься, мне и того раза хватило. Подходящий момент? Сейчас? Нет, нет, нет. Я слишком вымотана для подобных разговоров.

Глава 42.

Выхожу из душа, плюхаюсь обратно в постель.

Так кайфово.

Гидеон выходит из душа следом за мной. Я не свожу глаз с его влажного тела, мокрые волосы так идеально растрепаны.

Замечаю шрам на затылке мужчины пока тот натягивает штаны.

И тут мой расслабленный мозг пронзает ужасная мысль.

Боже, столько времени прошло, и я была так занят мыслями о Гидеоне, о себе, о беременности, что совсем забыла о Тагаре.

Я же… я его убила.

Я убила человека.

То чего я всегда избегала и очень боялась. Боялась убить, это ведь такой отпечаток на всю жизнь, клеймо. По коже пробегают ледяные мурашки от осознания.

Сердце колотится, я сажусь у изголовья кровати, прижимаю к себе колени. Кажется я начинаю задыхаться от накатывающей на меня паники.

Дышу, просто дышу. Так, явно Гидеон все решил раз меня еще не посадили. Но факт остается фактом. Дело ведь не только в наказании, как я буду с этим жить?

Мамочки...

Перевожу взгляд на Гидеона, всматриваюсь в него очень внимательно и пытаюсь понять. Как так вышло, что я выстрелила в себя, в другого человека ради спасения этого мужчины?

Сделала такой серьезный выбор без страха и сомнений, буквально за секунду. Очень хочется обвинить в содеянном его и как обычно сказать, что Гидеон сука, но груз ответственности за это решение полностью на мне. И не на ком больше.

Черт, я совсем ебанутая. Потому что если бы пришлось, я бы сделала это еще раз.

Смотрю на Гида и не могу себе представить ситуацию в которой я допускаю его смерть. Я еще ни разу не любила мужчин по настоящему.

Это оно? Любовь? Влипла так влипла!

Гид замечает мой встревоженный взгляд, позу, да и вообще словно видит как мой мозг что то анализирует. Смотрит на меня в ответ с прищуром, затем усмехается, вздыхает.

– Ну, выкладывай. – стоит, с меня глаз не сводит, словно сканирует, пытается мне в голову залезть.

– Я его убила? – говорю тихо, обманчиво безэмоционально, потому что даже сам вопрос меня пугает до чертиков.

– Кого? – взгляд становится серьезнее, бровь поднимает, на кровать садится возле меня.

– Тагара.

Глаза наливаются слезами, тело начинает сводить от страха. Гид пристально смотрит мне в глаза, и молчит с суровым видом. Желваки на лице начинают играть.

На что он злится? Шумно выдыхает, взгляд смягчается, но мне не легче.

– Нет, Птичка, ты его не убила. И нехуй об этом думать.

Поглаживает большим пальцем мой подбородок, словно подбадривает, успокаивает.

А у меня только один вопрос: в смысле не убила?!

Так надо вернуться за ним со сковородкой!

Ярость растекается во мне. Я такой финт провернула, собой рисковала, ребенком, а он сукин сын жив?!

Нет ну это ни в какие ворота!

Но тяжесть ответственности за смерть человека все же падает с моих плеч. Вот только он же явно захочет мести и рано или поздно вернется.

А у меня теперь ребенок. Я не могу так рисковать.

– Так он же может опять... – слова вырываются из меня эмоциональным порывом, сама не понимаю как я так быстро переключилась со страха на злость и тревогу.

– Блять! – Гидеон не дает мне договорить, рявкает, в голосе стальные нотки прослеживаю, тут же замолкаю. – Ты его не убила, хотя сука, очень старалась. – что правда то правда, старалась. Уголки губ мужчины подрагивают в хищном оскале. – Я с ним решил. Больше тебе знать не надо.

Лицо Гидеона приобретает острые черты, челюсть сжата, брови немного сведены в напряжении. Я же знаю кто он такой и чем занимается.

Поняла, то что я начала Гид довел до конца. Не сказать, что мне сильно полегчало если честно. Но тот факт, что нам ничего сейчас не угрожает конечно радует.

Вот только какой ценой? Гидеон привык так проблемы решать, и я не осуждаю, это его дела, но для меня это за гранью.

– А ты еще огребешь от меня! – его лицо ничуть не мягчает, все такое же суровое и я сглатываю, где я уже накосячила?

– Это еще за что? – говорю уверенно, оборонительную позу занимаю и не жду никаких серьезных обвинений, потому что их не может быть, я была паинькой в последнее время, точно точно.

– За то, что такую хуйну сделала. – пальцем указывает на мои швы на животе, инстинктивно прикрываюсь одеялом.

– Прости, что так рисковала… – опускаю глаза, стыдно, думаю о ребенке, а не о себе, сердце от волнения бьется со скоростью взмаха крыла колибри и кажется уже готово вылететь из груди.

– Птичка, блять, ты пойми, что твоя жизнь этого не стоила. – Гидеон наконец смягчается, выдыхает, глаза сново сияют зеленью, во взгляде только небольшое волнение и забота.

– Я за риск не своей жизнью прошу прощенья.

Я это вслух сказала?!