156 000 произведений, 19 000 авторов.

» » Зона риска (СИ) » Текст книги (страница 1)
Зона риска (СИ)
  • Текст добавлен: 4 июля 2018, 00:30

Текст книги "Зона риска (СИ)"


Автор книги: Натализа Кофф






сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 16 страниц)

Натализа Кофф
Зона риска

Глава 1

***

Просторный кабинет, выдержанный в строгих, черно-бежевых тонах, с дорогой и функциональной мебелью всегда немного угнетал визитеров, не позволял расслабиться, как и его хозяин. Пожилой мужчина вальяжно восседал в своем кресле, задумчиво смотрел сквозь стеклянную стену на улицу, где в медленном танце кружились снежинки.

-Езжайте туда, – наконец, отдал он распоряжение молодым людям, неосознанно поморщившись от кольнувшей грудь боли, – Используйте любые методы. Полная свобода действий.

Спустя минуту, мужчина остался в своем кабинете в полном одиночестве. А за окном все также кружился снег, укутывая землю мягким пушистым одеялом.

Мужчина встал и подошел ближе к окну. Взглянув вниз, с высоты двадцать пятого этажа, директор холдинга устало прислонился к прохладному стеклу рукой.

***

Небольшое подвальное помещение было погружено в полумрак. Методичные, приглушенные удары эхом отскакивали от бетонных стен. Мужчина, одетый в спортивные штаны, короткими и полностью просчитанными движениями вспарывал тишину зала, сосредоточив свое восприятие мира на висящей в центре зала боксерской груше.

Мужчина, чья тренировка подходила к концу, поморщился, стягивая перчатки. Его мысли уже вертелись вдали от спорта. А уединение нарушили тяжелые шаги охранника.

– Бес, к тебе Бек, – коротко отчитался парень и тут же скрылся.

Мужчина, названный Бесом, вновь поморщился, но так и не обернулся к входной двери.

–Бес, – раздался осторожный голос молодого парня лет двадцати пяти, – Вызывал?

Мужчина бросил перчатки прямо на пол и принялся сматывать бинты. Визитер молчал, понимая, что торопить шефа нельзя. Не выйдет, только отхватишь неприятностей полные зубы.

–У тебя последний бой, – наконец, ответил Бес, бросая пронзительный взгляд на парня, – Ты завязываешь.

–Я же первый! – не сдержал эмоций Бек, – Я в лучшей форме в жизни не был! И не подведу, ты же знаешь, Бес!

–Знаю, – твердо ответил мужчина, – Не обсуждается. После боя придешь ко мне.

–Значит, снимаешь меня? – недовольно проговорил Бек, потирая шею ладонью, спорить с шефом смысла не было, – И куда меня теперь? На задворки? Новичков натаскивать?

–Много чести новичкам, – хмыкнул Бес, – Со мной будешь.

–Да я и так всегда рядом, – недовольно зыркнул Бек.

–Ты мне живым нужен, – Бес вышел из спортзала и направился по лестнице на первый этаж особняка, – Загремишь в больничку. По краю ходишь. Сам знаешь.

–Понял, – согласно кивнул Бек, – Я тогда двину. Готовиться. Последний бой, как-никак.

Бес кивнул, не обращая внимания на парня. Его мысли уже вертелись вокруг очередной сделки.

***

Парни, натасканные и тренированные на охрану клуба, открыли входную дверь перед Бесом. Мужчина, в каждом движении которого угадывались сила и власть, коротко кивнул охране. До решающего боя, на который сам Бес и его партнеры сделали немаленькие ставки, должен был состояться только в полночь. Сейчас в клетке плясала пара молодых бойцов, разогревая публику.

Бес коротко взглянул на парней. У одного есть все шансы на приличную карьеру, второй – загнется недели через две. Бессонову не нужно было лично знать бойцов, чтобы вот так, сходу, определить их судьбу. Здесь все решает клетка. И публика.

Толстосумы – папики со своими игрушками – те самые зрители, ради которых и устраивались бои. Но был в зале и основной костяк, стоявший у истоков бизнеса. Верхушка разномастная, живущая по своим правилам.

Бес редко удостаивал взглядом холеных богачей, которые отвалили немалые деньги просто за вход в закрытый клуб. Его бесили самоуверенные и холеные мужики и их разодетые и размалеванные бабы.

Но это бизнес. Бизнес, который он сам построил, потом и кровью. Своей и чужой. Бизнес, пропитанный риском, деньгами, смертью и опасностью. Здесь свои законы. И Бес отлично их усвоил.

Раздевалка, предназначенная для бойцов «Гладиатора», была почти пустой.  Всего два человека: Ажур, опытный и ушедший в «отставку» боксер, и Бек, лучший боец «Гладиатора» за последний год, сидели на лавке, тихо переговариваясь.

Бес кивнул охране, следовавшей за ним по пятам, остаться за дверью. А сам подошел к парням.

– Горбун берет нахрапом, – проговорил Бес, – И ты долго не танцуй.

– Да ладно, Бес, не сопляк я, – вроде бы обиделся Бек, – Так, пощекочу немного. Толпу раскачаю. Пусть папики вздрочнут на прощанье.

– Смотри, не заиграйся, – предупредил Бес, – Папики пусть на баб своих дрочат. А ты с Горбуном разберись сразу, не тяни.

Бек был молодой, здоровый, как скала, боец от Бога. И быстрый. Но часто, даже самым лучшим, не везет. Бес предпочел оставить нотации при себе. Бек – взрослый мужик, не дурак, и чуйка на уровне.

В дверь раздевалки коротко постучали, и вошел начальник личной охраны Беса – Шлыков. Именно эту должность Бессонов решил отдать Беку после боя. Уж слишком много проколов в последнее время было у Толи Шлыкова.

– Бес, Заверин с людьми хочет с тобой перетереть, – сообщил Толя.

– Скажи, после боя пусть приходят, – спокойно мотнул головой Бес.

– Говорят, по Горбуну что-то, – возразил Шлыков.

– Пусти, – Бес спрятал руки в карманы.

Ажур, верный своему шефу, встал рядом и напрягся. Не любил он такие тёрки в замкнутых пространствах.

По другую руку встал Бек. Нарочито медленно парень наматывал бинты на ладони, готовясь к бою. И от его цепкого взгляда не укрылась ухмылка Заверина. Не жаловал он эту гниду, как и сам Бес.

– Говорят, у Бека последний бой, – ухмылка прилипла к морде Заверина, и Бес поймал себя на мысли, что  с удовольствием проехался бы его башкой по каждому шкафчику в раздевалке.

– И? – спокойно проговорил Бессонов.

– Все знают закон, как провожают чемпионов, – продолжал лыбиться Заверин, – Серьезный бой, и драться по-серьезному.

– СашОк, – ухмыльнулся Бес, – Здесь закон это я. А я говорю, что парни бьются на кулаках.

– В чем дело, Бес? Твой чемпион слабоват? – ухмыльнулся Заверин.

– А ты проверь! – очень некстати взбрыкнул Бек, поддавшись на провокацию.

– Свободен, – рявкнул Бес Заверину.

– Старшим это не понравится, – уже в дверях зыркнул на Беса Заверин, – Закон есть закон.

Заверин со своими людьми покинул раздевалку, а Бек сел на лавку.

– Извини, Бес, вспылил, – повинился Бек перед шефом.

Бес не выделял из своих бойцов любимчиков, все были равны. Но Бек чем-то зацепил сурового шефа. За любого другого Бессонов даже не стал бы впрягаться, а вот Бек нужен был ему живым и максимально здоровым.

Ажур, будто прочел мысли шефа, бросил короткий взгляд на бойца.

– Против Горбуна не каждый из наших выстоит, – заметил мужчина.

– Степан, не пыли, – Бес коротко осадил Ажура и пронзительным взглядом прилип к лицу Бека, – Отмотать не выйдет.

– Я справлюсь! – хмуро изрек Бек, выдерживая взгляд шефа.

Бессонов долго молчал, а потом согласно кивнул.

Бек, как и перед каждым боем, вынул небольшую фотокарточку из бумажника и, коротко взглянув на нее, шумно выдохнул.

– Шеф, – несмело пробормотал парень, – Как друга прошу. В случае чего, присмотри.

Бек протянул шефу сложенную вдвое фотографию. Обычно фотка тихо-мирно дожидалась его в раздевалке, а сегодня парень отдал ее Бессонову. Бек и сам не знал, зачем. Интуиция? Может быть. Несмотря на твердую уверенность в своей победе, что-то заставило Бека попросить защиты для своего самого близкого человека.

***

– И это твой чемпион?! – кричал боец, безошибочно отыскав взглядом владельца клуба.

Самодовольство, смешиваясь с адреналином и сладким привкусом победы над сильным противником, било буквально фонтаном. Горбун, выпачканный в своей крови, равно как и в крови достойного противника, с трудом держался на ногах, но именно он выстоял. В руке Горбун сжимал длинный нож с рукояткой, переходящей в кастет, которым и собрался нанести контрольный удар. Победа была у Горбуна в кармане, всего одно молниеносное движение, один короткий рывок отделял его от почетного звания в узком кругу, от славы и денег.

Но Бек будто обрел второе дыхание. Когда кулак Горбуна уже практически впечатался в его висок, готовый размозжить человеческую плоть, Бек нанес свой удар. Не медля. Стремительно и метко. Всего одно мгновение потребовалось парню, чтобы взметнуться вверх. Публика не успела ничего понять. А Горбун уже корчился в предсмертной агонии с пробитой грудной клеткой. Клинок с именной гравировкой торчал в теле Горбуна. Некрасивое, кровавое месиво заставило публику взметнуться в восторженных криках и визге.

Бессонов, сцепив челюсти, смотрел, как Бек поднимается на ноги. Он коротко кивнул парню, поздравив с достойной победой. А на зрителей предпочел не смотреть. Его мутило от взглядов, в которых плескалась похоть и жажда чужого поражения.

Тяжелое дыхание со вкусом крови выбивалось из легких. Бек плохо ориентировался в пространстве. Все тело выворачивало от боли, которую еще минуту назад не позволял чувствовать убойный выброс адреналина. С трудом парень добрался до раздевалки. Ажур уже ждал его там, как и местный доктор.

– Нехило зацепил, – коротко изрек Степан, осматривая узкий, длинный порез поперек живота Бека, и скомандовал доктору, – Коли и в больничку.

Бек и не думал возражать, сил у него почти не осталось. Голова шла кругом, а перед глазами дико заплясали черные точки.

– Скажи Бесу, – вяло пробормотал Бек, – Он обещал присмотреть.

– Слышь, Карлуша, не бузи! – рявкнул Степан, цепляя парня за плечо, но Бек уже не говорил. Слабость взяла свое, как и весьма глубокая рана на животе.

Глава 2

– Харитон Сергеевич, прогнозы неплохие, организм у парня молодой и крепкий, – тихо говорил доктор, стоя перед Бесом, словно школьник у доски, – Мы все, что смогли, сделали. Теперь остается только ждать.

– Свободен, – Бес коротко мотнул головой, отпуская врача.

Сунув руки в карманы дорогих брюк, Бес хмуро смотрел на стремительно улепетывающего доктора. «Ждать…» Вот ждать он как раз и не любил.

– Бек просил за девчонкой присмотреть, – Ажур тихо вклинился в сумбурный ход мыслей шефа, – Видать, дорога, если о ней перед отключкой вспомнил.

– Знаешь, где найти? – тихо спросил Бес у друга.

– Слышал, Бек как-то говорил, что она на районе в библиотеке работает, помощником или фиг знает, – пробормотал Ажур, – Давай пробью, через пару часов скажу точно.

– Едем вместе, – решил Бес, – Библиотек на районе немного. На месте проверим.

Оставив несколько крепких и проверенных ребят в больнице, Бек и Ажур сели в машину и умчались на поиски той самой девчонки с фотографии.

Библиотека, старое, видавшее лучшие виды здание, ничего радужного из себя не представляла. Бес мысленно прикинул, сколько может встать ремонт этой убогой одноэтажки. Но заставил себя сосредоточиться на деле.

Они сидели с Ажуром в машине, по ту сторону тонированных окон. Вторая машина с парнями припарковалась чуть поодаль. И когда Ажур собрался отправиться на разведку, старенькая деревянная дверь халупы распахнулась.

– Она? – неуверенно пробормотал Ажур.

– Кажется, – прищурился Бес, рассматривая невысокую стройную женскую фигурку.

Блондинка, одетая в простенький черный пуховик до колен, юркнула между припаркованных машин. Прямо перед глазами Беса и Ажура. Ничего в этой девчонке не было такого, что обычно нравится Бесу в женщинах. Милое личико, но не более. У Бессонова даже мелькнула мысль,  что она, эта девочка,  не очень и подходит Беку. Полная противоположность. Но какое ему до этого дело?

– Девушка, постойте! – подсуетился Ажур, – Можно вас на минутку?

Девчонка оглянулась, только сейчас заметила высоченного верзилу, шагнувшего в ее сторону. Интуитивно девушка бросила цепкий взгляд на двери, словно искала в них поддержку. А потом и в обратную сторону, куда и направлялась, будто наметила путь к бегству.

– Не бойся, мы от Бека, – миролюбиво увещевал Ажур, а Бес предпочел остаться в машине.

– От Бека? – переспросила девчонка, – Что с ним?!

– Скоро поправится, – пообещал Ажур, – Но ты пока побудешь с нами.

– Еще чего! – насупилась девчонка, а Бес, благодаря темной пленке на стеклах отлично рассмотрел выражение лица девчонки Бека, в то время, как она его даже и не заметила, – Никуда я с вами не поеду!

Еще минуту Ажур уговаривал девушку сесть к ним в салон. Уговаривал терпеливо, даже не повысил голоса. А вот у Беса терпение иссякло. Или он просто устал.

Стремительно распахнув дверцу машины, мужчина вышел и шагнул к девчонке.

– Вот это, – Бес показал фото, вынув его из внутреннего кармана пиджака, – Дал мне Бек. Лично. И попросил присмотреть. Вопросы?

– С ним точно все в порядке? – испуганно проговорила девчонка.

– Точно, – кивнул Бес, – Скоро будет.

– Но… – возразила девушка.

– Едешь или нет! – не терпящим возражений голосом отрезал Бессонов.

Девчонка предпочла не спорить. Послушно села на заднее сиденье дорогого автомобиля и затихла, спрятав руки в рукава.

– Некоторое время поживешь в безопасном месте, – командовал Бессонов, – Мои люди договорятся с твоим начальством. Считай, каникулы.

– Я хочу увидеть Бека, – упрямо проговорила девушка, вызывая приступ недовольства в душе Бессонова.

– Увидишь, – выдохнул Бес, кивнув головой Ажуру, – Завтра.

***

Двухэтажный особняк Бессонова, построенный в современном стиле из огромного количества металла, стекла и дерева, говорил, даже кричал о финансовом положении хозяина. Охраняемая территория, отсутствие соседей в радиусе нескольких километров, высоченные деревья, закрывающие огромные окна, но позволяющие солнечному свету проникать сквозь пуленепробиваемые стекла – полный набор, дающий возможность почувствовать себя в безопасности. Но сегодня Беса совершенно не радовали стены возведенной им крепости, хотя он и любил свой дом. Если понятие «любовь» можно применить к Бессонову.

Все время, необходимое для поездки до особняка, Харитон Сергеевич размышлял. Иногда он бросал долгие взгляды на девушку, сжавшуюся в комок, практически впечатавшуюся в дверь. Бесу хотелось схватить подругу Бека за шиворот, словно котенка и усадить нормально. Но он побоялся, что пассажирка банально грохнется в обморок.

– Как звать? – коротко обронил Бес.

Нужно отдать должное девчонке, но она даже не вздрогнула. Будто готовилась к вопросу.

– Мишель, – стрельнула взглядом в хмурого мужчину и вновь отвернулась к окну.

На этом разговор подошел к концу, да и, собственно, Бес не был любителем пустой болтовни. Однако тихий женский голос заставил мужчину дернуться.

– А вы – Бессонов Харитон Сергеевич? – девушка смотрела прямо на него, не юлила и не пыталась прятать взгляд. Смотрела и ждала, пусть и сама уже прекрасно знала ответ.

Коротко кивнув, Бессонов отвернулся. Усталость говорила в нем, заставляла раздражение брать верх над разумом. Входящее сообщение от Ажура отвлекло Беса. Степан уже вернулся в больницу и дежурил рядом с Беком, регулярно сообщая шефу о состоянии парня. Попутно Бессонов дал распоряжение разузнать всё о девчонке Бека. Чем живет, чем дышит. Бес сам не понял, на кой хрен ему информация о подружке бойца. Но привычка всегда и все держать под контролем взяла верх.

Дом встретил покоем и тишиной.  Яркое солнце слепило глаза, отражаясь от стекол и белоснежной корки на земле. Бес любил зиму, морозный воздух всегда вносил порядок в его мысли. Вот и сейчас, вздохнув глубоко свежий морозный запах хвои и смолы, Бессонов взглянул на девушку. Та с любопытством изучала двухэтажное строение.

– Красиво, – выдохнула девчонка, а на лице Беса появилась кривоватая ухмылка.

– За периметр не заходи, – отчеканил мужчина, – Обед через полчаса. Твоя комната на втором этаже.

– Когда я могу увидеть Бека? – взгляд девчонки с редким именем Мишель был твердым. Возможно, присмотрись Бессонов лучше, он бы и разглядел в нем страх, замешательство или еще что-то. Но Бес предпочел отвернуться от девчонки. Ему требовался душ и спортзал.

– Завтра, – бросил Харитон Сергеевич и оставил Мишель в просторной гостиной на первом этаже. К ней тут же, практически бесшумно подошел один из парней, в чьи обязанности входила охрана дома и участка.

– Я покажу вашу комнату, – предложил он, тронув Мишель за локоть, –  Меня Тимофеем зовут.

– Очень приятно, – улыбнулась гостья, – А я Мишель.

***

Бес прекрасно помнил, что в его доме, пусть и на короткий срок, будет жить девушка. А еще он знал, что Ажур сегодня не приедет. И получилось так, что в огромном доме он с девчонкой Бека остался практически наедине. Парни из личной охраны предпочитали не входить в дом без надобности. У ребят был свой небольшой коттедж, и всех, включая хозяина, это устраивало.

Но был и еще один житель уединенного дома, который парнями звался скромно «Батя», носил пышные усы, круглые очки, яркую бандану и был владельцем пивного животика. Сам мужчина роста был невысокого, однако на удивление ловко владел кухонным ножом и готовил изумительные десерты.

Вот и сейчас, мужчина, который числился в доме Бессонова поваром, управдомом и специалистом по всем домашним вопросам, колдовал над обедом. А рядом на высоком стуле скромно устроилась Мишель. Девушка с собранными на затылке волосами в хвост казалась еще младше, чем при первой встрече.

– Завтра я приготовлю для тебя лосося, – обещал Батя, подмигивая девушке, – И обязательно пирог из ревня. Шикарная вещь, это я тебе говорю! У него такая хрустящая корочка! Пальчики оближешь! А если сливки взбить – за уши не оттянешь. Харитоша не даст соврать!

– Я вам верю, Борис Андреевич, – проникновенно проговорила девчонка, будто поведала тайну вселенского масштаба.

Бес стоял на пороге просторной кухни. Батя сновал от стола к плите, разводя привычную бурную деятельность. А внимание Бессонова переключилось на девчонку. Вернее, на ее фигуру. Мишель сидела спиной к дверям и не видела Беса. Но мужчина не спешил давать знать о своем присутствии. Почему-то ему показалось вдруг любопытным присутствие девчонки в доме. Так он и стоял, скрестив руки на груди  и хмуро следя за разговором парочки, беседовавшей так, словно они дружат, минимум, лет сто.

Уютная атмосфера и панибратское перешептывание взбесило Харитона. И именно поэтому мужчина, отлепившись от стены, четко проговорил:

– Пообедаю в кабинете.

И все. Коротко и ясно, не глядя на притихшую подружку Бека.

– Харитон Сергеевич, ты чего? – возмутился Батя, – Я уже здесь накрыл. Почти готово все.

– Я не четко выразился? – арктический холод в голосе Беса смазал улыбку с лица Бати, а девчонку заставил вжать голову в плечи.

Бес скрылся в кабинете, а Мишель взглянула на свои руки, обхватившие высокий стакан с апельсиновым соком. Пальцы почти до бела впились в прозрачное стекло, и девушка усилием воли заставила себя их расслабить.

***

Тишину небольшой больничной палаты нарушал размеренный и равномерный писк приборов. Молодой мужчина, перенесший операцию, все еще находился без сознания. Однако в отношении его здоровья врачи позволяли себе только положительные прогнозы. Благодаря хорошему физическому состоянию, парень, по мнению светил медицины, скоро поправится.

Осторожно, практически бесшумно, дверь палаты распахнулась и тут же с тихим щелчком закрылась. Фигура посетителя, избегавшего света, замерла в полуметре от постели больного. Бек не чувствовал ничего, но его руку на миг сжали длинные прохладные пальцы. И тут же отпустили, оставив в безвольном кулаке небольшую записку. Еще несколько минут ночной визитер стоял рядом с кроватью молодого человека, а потом так же бесшумно испарился из палаты, а, спустя несколько минут, и из больницы.

Утром, когда Бек пришел в себя, он увидел небольшой клочок бумаги в своей руке. Увидел и едва заметно улыбнулся.

Глава 3

Незнакомые, чужие помещения Мишель никогда не нравились. Она чувствовала себя словно в клетке, а сон на новом месте и вовсе превращался в пытку. Первые лучи солнца девушка встретила почти с восторгом.

Во-первых, вид из комнаты, отведенной ей, открывался шикарный. Огромное окно, вернее, полностью стеклянная стена, занавешенная тяжелой портьерой, позволяло рассмотреть высоченные сосны, позолоченные рассветными лучами, а сквозь них – чистейшее, голубое небо.

Во-вторых, можно спокойно спуститься на первый этаж и выпить кофе. К слову, Борис Андреевич так и предложил, пользоваться его кухней в любое время. Вся кухня Мишель была без надобности, а вот кофемашина пришлась бы сейчас как нельзя кстати.

Девушка, за неимением сменной одежды, влезла в свою простенькую юбку и свитерок и отправилась за утренней порцией кофеина.

Дом Бессонова ей очень понравился. Огромные стеклянные стены, деревянная отделка внутри и мягкая удобная мебель – все было выполнено со вкусом. И, глядя на дом, легко читался характер его хозяина. Можно сказать, она с первого взгляда влюбилась в него. В дом. Разумеется, в дом. Не в Беса же!

Тихонько спускаясь по лестнице, Мишель размышляла, как уговорить Беса, чтобы он позволил ей забрать парочку своих вещей из их с Беком квартиры. И, прикидывая различные варианты аргументов, которые Мишель собиралась предъявить Бессонову, девушка и не заметила, как буквально перед ее носом выросла высокая мужская фигура.

– Ой! – Мишель едва не отпрыгнула назад, выставив руки перед собой.

Она бы упала, потеряв равновесие. Однозначно. Ведь ее ноги уперлись в последнюю ступень лестницы. Но ловкие руки не дали ее пятой точке позорно столкнуться с дорогим паркетом. Несмотря на то, что эпическая встреча паркета и попы не состоялась, Мишель все равно покраснела до самых кончиков волос.

– Простите! – пробормотала девушка.

Взгляд ее метнулся к лицу спасителя и хозяина дома. Темная бровь приподнялась и изогнулась. А легкая  щетина завладела вниманием Мишель полностью. И только одна мысль настойчиво билась в висках. «Пусть лучше щетина, чем обнаженный торс!».

Красивые мужские тела не были для Мишель чем-то сверхудивительным и диковинным. Бек, которого она едва ли не каждый день видела и в более откровенном наряде, был на порядок рельефнее и крупнее. Но от вида голой груди Бессонова Мишка растерялась.

– Я ... это… простите, пожалуйста,… и того… – мямлила девушка, вызвав на лице Беса кривоватую усмешку.

– Кофе? – вдруг предложил хозяин дома, не совсем радушный, но не рычащий, как прошлым вечером.

– Да! – Мишель закивала головой настолько интенсивно, что несколько прядок волос выбились из челки и упали на глаза.

Бес, под растерянным взглядом девушки, спрятал руки в карманы домашних спортивных брюк и, развернувшись на босых пятках, отправился в сторону кухни.

Мишель осторожно выдохнула. Хотелось возмутиться. Нет, вот что за манеры? Кто же ходит перед гостями в одних брюках, и тех, сползших на самые бедра. Казалось, будто просторная хлопковая ткань вот-вот сползет и ниже, к коленкам. И Мишель пришлось отогнать назойливый вопрос, есть ли у мужчины под этими домашними брюками белье.

Оказавшись на уютной кухне, Мишель втайне порадовалась, ведь Бес схватил с высокого стула свою футболку. Но радость была недолгой. Мужчина просто вытер лицо и волосы мягкой тканью и швырнул ее обратно. А сам принялся  щелкать кнопками на черной глянцевой панели кофемашины. По комнате тут же разлился терпкий аромат кофейных зерен. Мишель не удержалась и втянула носом горьковатый запах.

Кофе несказанно бодрил, но вид хозяина дома – вводил в смущение. Мишель понимала, что нужно бы отвести взгляд от красивого тела Бессонова, но не могла. А сам мужчина словно и не замечал брошенных украдкой взглядов.

Радушный хозяин поставил перед гостьей чашку кофе, сливки и глубокую пиалу с чем-то серым и не очень аппетитным на вид.

Мишель, не особо скрывая удивление на лице, помешала сероватую склизкую  жижу ложкой и взглянула на Бессонова.

– А можно мне бутерброд? – с опаской поинтересовалась девушка.

– Нет, – резко бросил Бес и сел за стол, напротив девушки, помешивая в  точно такой же пиале свою порцию неопознанной субстанции.

Мишель вяло помешала кашку, без особого энтузиазма проглотила первую ложку. На вкус каша была … Съедобной. Больше положительных эпитетов по отношению к сему шедевру кулинарии Мишель не нашла.

– Нас в детдоме лучше кормили, – вырвался у девчонки едва различимый шепот.

– Что? – Бес, смерив гостью холодным взглядом, хмыкнул.

– Вкусная, говорю, каша, – соврала Мишель, – Овсянка – очень питательна. Заряда хватит на весь день.

Бес, молча, ел кашу, абсолютно не замечая девушку, молчаливо приютившуюся за столом напротив него. Мишель старательно отводила взгляд от хозяина дома. Да и его глаз она на себе не чувствовала. Словно и не было ее здесь, в этой комнате.

С трудом проглотив свою порцию каши, Мишель сделала глоток горячего напитка. Кофе был изумительным, именно таким, какой она любила. В меру крепким, с белоснежной молочной пенкой и капелькой сахара.

– Подскажите, когда я могу попасть к Беку в больницу? – набравшись смелости, проговорила девушка.

Бессонов молчал, выпил свою порцию кофе, откинулся на стуле, скрестил руки на груди.

Мишель с трудом сглотнула ком в горле, липкий и неприятный, встретив холодный взгляд Беса. От его серых глаз хотелось спрятаться, но девушка сомневалась, что в доме найдется такое место, где бы он, этот ледяной взгляд, ее бы не достал.

– Отвезу через сорок минут, – отрывисто бросил Бессонов, когда Мишель уже решила, что слов от мужчины так и не дождется.

– Я уже готова! – несмело улыбнулась девчонка.

– Сорок минут, – мотнул головой Бес и покинул кухню.

Мишель проводила взглядом удаляющуюся мужскую фигуру. Когда широкоплечий и невозмутимый хозяин дома скрылся из комнаты, девчонка шумно выдохнула. Бросив взгляд на свои пальцы, впившиеся в остывшую кофейную чашку, Мишель Беккер заставила себя медленно их разжать.

***

Мишель предпочла занять заднее пассажирское сиденье. Да, собственно, Бес и не играл в галантность, не придерживал двери и не помогал садиться в салон. Один из парней подогнал к парадному входу дорогой и шикарный спорткар, а Бес тут же устроился за рулем железного монстра.

Девушка на секунду замешкалась, совершенно не ожидая, что человек уровня Беса сам водит автомобиль. Однако замешательство было коротким, и девушка заняла место за водителем. Не сказать, что было комфортно. Коленки уперлись в кресло. И Мишель четко ощутила недовольство Харитона Сергеевича.

– Сядь вперед! – отрывисто скомандовал мужчина.

– Нет! – излишне резко и поспешно возразила Мишель, – Нет…Я… Мне и здесь отлично!

Бессонов не стал слушать дальше лепета испуганной девчонки. Рванул тачку с места, оставив далеко позади машину охраны.

Мощный зверь урчал, вальяжно и сыто, послушно следуя каждому движению крепких рук. Мишель не любила подобный транспорт. Девушке больше по душе были проверенные и надежные машины. Но выбора не было, и она притихла, прикрыв глаза, потому что за дорогой при такой адской езде следить не могла.

Клиника встретила Бессонова присутствием главврача в фойе, при поддержке лечащего врача, а также нескольких специалистов. Мишель старалась держаться за спиной Беса и не слишком отставать от его размашистого шага.

Спустя пару минут их привели в палату к Беку. Главврач всю дорогу рассказывал, как повезло пациенту прийти в себя настолько быстро после перенесенных травм. Но Мишель его слушала вполуха. Гораздо важнее для нее – попасть в палату и лично убедиться в прекрасном состоянии Бека.

Главврач придержал дверь, впуская посетителей. А сам, сославшись на неотложные дела, испарился. И как показалось девушке, испарился с радостью, тщательно избегая тяжелого взгляда Бессонова.

Оказавшись в палате, Мишель сделала три стремительных шага к постели, на которой лежал широко улыбающийся Бек.

– Здрасти, шеф! – кивнул Бек и сверкнул мальчишеской улыбкой в сторону девушки, – Какие люди, Мишутка!

Бес скрестил руки на груди и уже собрался поинтересоваться здоровьем подопечного и будущего начальника своей охраны, да не успел. Мишель шагнула к парню еще ближе.

– Du bist ein Dummkopf! * – отчеканила девушка, а следом влепила увесистую оплеуху.

– He,  ich bin doch krank, Mäuschen!** – Бек в шутку прикрыл лицо руками, словно пытался защититься от повторного нападения недовольной девушки, и уже обратился к угрюмому Бесу, – Шеф, спаси, а! Скажи ей, чего она сразу дерется!

– Твоя баба, ты и решай, – холодно бросил Бес.

– Я не баба! – возмутилась Мишель прежде, чем поняла, с кем и каким тоном говорит, – П-п-простите!

– Чё сразу баба? – одновременно с Мишель заговорил и Бек, обращаясь к Бессонову, – Сестренка она моя.

– Плевать! – пожал плечом Бес и бросил на Мишель короткий взгляд, – Через час заберу.

Бессонов вышел из палаты так же угрюмо и хмуро. Ему уже не было абсолютно никакого дела до молодых людей, оставшихся в палате. У него скопились неотложные дела в клубе.

Примечание автора:

(* нем.) Ты дурак!

(** нем.) Эй, я ведь болен, мышонок!


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю