156 000 произведений, 19 000 авторов.

» » Подкидыш для Цербера (СИ) » Текст книги (страница 1)
Подкидыш для Цербера (СИ)
  • Текст добавлен: 6 августа 2018, 05:30

Текст книги "Подкидыш для Цербера (СИ)"


Автор книги: Елена Соловьева






сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 15 страниц)

Подкидыш для Цербера
Соловьева Елена

Глава 1


Вера

– Верка, тебя шеф требует. – Дверь в архив приоткрылась, и в образовавшуюся щель просунула голову Светлана. – Срочно!

Я оторвала взгляд от кипы не подшитых в дела документов, которые перебирала весь вечер, и недоверчиво покосилась на секретаршу:

– Что ему вдруг понадобилось?..

Светка закатила глаза и с шумом выдохнула:

– Ну ты вообще тут одичала, мышь канцелярская. Приказы руководства не обсуждаются, вызвал – иди.

Я устало поднялась с колен и отряхнула джинсы. Не без зависти осмотрела новенький брючный костюм Светки, ее распущенные волосы и броский макияж. Везет же некоторым. Конечно, ей не приходится пылиться в ведомственном архиве и таскать с полки на полку тяжеленные тома.

– Сейчас приду, только в порядок себя приведу, – буркнула я и, не дожидаясь ответа, уселась за стол и потянулась за сумкой. Вытащила зеркало и огромную упаковку влажных салфеток.

– Ой, да не льсти себе, – хихикнула Светка, – Николаич тебя не на свидание позвал. Скорее всего, опять какое-то старое дело всплыло, вот ты и понадобилась.

Я кивнула, соглашаясь. Но Светка уже этого не увидела – поспешила оставить меня в гордом одиночестве. Странно вообще, что она снизошла до цокольного этажа нашего отдела. Это ж какой подвиг – преодолеть пять лестничных пролетов на шпильках.

– М-да, вот и ушла пораньше с работы, – пожаловалась я собственному отражению.

Девушка в зеркале недовольно поморщилась – худощавая, узколицая и бледная. С длинными волосами, заплетенными, как у школьницы, в косу, и нереально большими серыми глазами – постоянно слезящимися и оттого печальными.

В детстве я грезила о карьере модели, благо и рост, и фигура позволяли. Но, вопреки мечтам, застряла на малопрестижной должности делопроизводителя. С небольшим, но ежемесячным окладом, аллергией на пыль и порезанными о бумагу пальцами.

«Почистив перышки», я скинула с ног тапочки, переобулась в балетки. Сотрудники отдела редко заходили в архив, и мне можно было не париться о том, насколько привлекательно я выгляжу. Так что в моей работе есть и своеобразные плюсы.

Поразмыслив, достала сотовый и набрала номер Игоря – надо предупредить, что задержусь, вдруг будет волноваться. При одном воспоминании о моем парне привычно сладко заныло сердце, а губы изогнулись в довольной улыбке.

Полгода назад у нас в отделе полетела компьютерная база, и Николаичу пришлось нанимать программиста со стороны – свои сисадмы не справились с поломкой. И вот в мое архивное царство явился Игорек. Такой деловитый и в то же время раскованный, с прекрасным чувством юмора и внешностью соседского парня. Он сразу же стал объектом пристального внимания всех немногочисленных представительниц прекрасного пола нашего отдела. Но выбрал меня, и я горда этим сверх меры. Игорь единственный, кто увидел за моей показной скромностью и смирным нравом вполне себе обаятельную и привлекательную личность.

После десятка длинных гудков в трубке все же раздался голос моего парня.

– Алло, слушаю – прошипел он, тяжело дыша.

– Привет, – радостно поздоровалась я, – чем занят?

– Только что вернулся с пробежки, сейчас за работу усядусь, – сообщил Игорь. – Ты закончила, едешь домой?

Я тяжело вздохнула и принялась теребить кончик косы.

– В том-то и дело, что еще нет. Начальник вызвал, так что придется задержаться.

– Окей, – пропел Игорь, – позвони, как освободишься. Я встречу тебя на остановке.

Он помнит! От радости я чуть не подпрыгнула до потолка. Какой же он у меня милый, не забыл, что сегодня наш юбилей: полгода с момента знакомства. Для кого-то это, может, и пустяк. Но у меня впервые так долго продлились отношения. Да, чего уж там, не считая неудачных свиданий, Игорь – мой первый парень. И первый мужчина.

– Обязательно позвоню, – промурлыкала я. – Целую...

– Пока!.. – обронил Игорь и отключился от разговора.

Продолжая счастливо улыбаться, я поднялась со стула и откинула косу за спину. Теперь и начальник не страшен, и сверхурочная работа. И вообще, жизнь прекрасна.

– Все, пошла, – приказала я себе. – Николаич не любит опоздунов.

Вообще-то наш начальник довольно миролюбивый, но многолетний опыт работы под прикрытием и большое звание сказались на его характере. Потому лучше не попадаться под горячую руку и являться пред его строгими очами по первому приказу.

Лифт, как всегда, не работал, пришлось тащиться по лестнице. Рабочий день подходил к концу, и на верхних этажах царило оживление. Сотрудники сновали туда-сюда, обмениваясь улыбками и шутками. Меня удостаивали лишь вежливыми кивками и короткими «здрасьте» – за семь лет службы в отделе я так и не завела на работе близких друзей. И не скажу, что меня это обстоятельство особо печалило. Я вообще не слишком общительная.

Добравшись до нужного кабинета, глубоко вздохнула, набираясь храбрости, постучала.

– Войдите, – послышался из-за двери громкий бас Ивана Николаевича.

Я шагнула внутрь и замерла напротив сидящего за столом начальника.

– Вызывали? – банальная фраза привычно слетела с моих губ.

А взгляд уперся в суровое, испещренное рубцами от оспин лицо. Если бы я не знала, что передо мной руководитель оперативно-поисковой службы, приняла бы его за бандита. Костюм-тройка, блестящая в свете настольной лампы лысина и надменно изогнутые брови – живой аналог главгада из фильма про мафию.

– Здравствуйте, Верочка, – как всегда, спокойно и вежливо произнес Николаич и указал мне на кресло для посетителей. – Присаживайтесь.

Я послушно исполнила приказ. Случайно заметила, что на столе начальника лежит мое личное дело, и судорожно сглотнула. Неужели накосячила, и теперь меня ждет выговор?

Меж тем Николаевич рассматривал меня так, словно видел впервые. При этом его лицо не покидало странное выражение: смесь удивления и задумчивости.

Да что же случилось-то? От напряжения почувствовала, как неприятный холодок пробежал у меня вдоль позвоночника.

– Вера, вы ведь не замужем, так? – начальник огорошил меня вопросом.

Я кивнула, все еще не понимая, к чему он клонит.

– Официально нет, – смущенно подтвердила. – Но есть молодой человек, и совсем недавно мы сняли квартиру. Так что, возможно, в скором будущем...

– Это не в счет, – начальник отмахнулся от моего пламенного признания, как от надоедливого комара. – Детей у вас нет. С родственниками тоже проблем не возникнет.

Вот зачем ему наступать на мою больную мозоль? Да, я воспитывалась в детдоме, и в свои двадцать пять так и не вышла замуж. Но при чем тут моя работа?

Иван Николаевич вынул из сейфа тяжелую папку с пометкой «секретно». Достал из нее несколько фотографий и протянул мне:

– Посмотри.

Стоило перейти к делу, как начальник перешел на «ты». Но мне и в голову не пришло возражать.

Я взглянула и не сдержала удивленного возгласа. Начальник подсунул мне под нос фотоснимки какого-то голливудского красавчика. Холеный, подтянутый, с чувственными губами и классическими чертами лица. Одетый со вкусом, с тщательно уложенными волосами, в блестящих ботинках и черных очках, он так и просился на обложку модного журнала.

Общий образ надменного аристократа слегка портила яркая татуировка на руке. Я присмотрелась внимательнее. Заметила, что край цветного узора виднеется и на шее незнакомца, не скрытый воротником рубашки и галстуком. Вот бы рассмотреть эту татушку целиком...

– Нравится? – голос Ивана Николаевича вывел меня из задумчивости.

Я отодвинула от себя фотки, чтобы не мозолили глаза, и неопределенно пожала плечами:

– Интересный мужчина, но такие до простых смертных не снисходят. К тому же, у меня есть Игорь.

«Пусть не мачо, но свой, родной», – добавила про себя.

Начальник поджал губы и откинулся в кресле, заложив руки за голову.

– Из Главка пришло новое задание. Этот мачо, – он потыкал пальцем в снимки, – известный итальянский фотограф. В Россию прибыл две недели назад и успел попасть под пристальное внимание следователей.

Я вздрогнула. Неужели этот красавчик – обыкновенный бандит? Или вообще маньяк-насильник. Серийный убийца?..

– В чем его подозревают? – спросила, чтобы не мучиться догадками.

– Конкретно – ни в чем, – поморщился Николаич. – Но тип своеобразный, этого не отнять. Ты знаешь, чем он прославился?

Глупый вопрос. Так и хотелось закричать: откуда мне знать о каких-то там фотографах, к тому же итальянских?! Я что, похожа на заядлую посетительницу выставок и галерей? Мое отношение к современному искусству очень точно выражает Сергей Шнуров в песне про лабутены.

– Нет, не знаю, – равнодушно произнесла я и покосилась на настенные часы.

Эх, а могла бы уже быть на полпути к дому... зашла бы по дороге за пиццей и колой. А еще лучше – за шампанским и тортиком, знаменательная дата все же. Ан нет, сиди тут и слушай про этого итальянца. Какое мне до него дело?..

– Сандро Бруни снимает места катастроф, стихийных бедствий, а порой и суицидов. На его выставках всегда красуются две фотографии с места происшествия: одна после, а одна за несколько дней, а то и часов до трагедии. Непостижимым образом этому итальяшке удается прибыть на место раньше, чем полиции и журналистам. А порой и опередить саму жертву.

– И что? – не поняла я прозрачных намеков начальника. – Фотографировать подобные места не запрещено, зачем он понадобился правоохранительным органам?

Николаич сложил ладони домиком и потер ими кончик носа. По-старчески крякнул и смерил меня долгим пристальным взглядом.

– Понимаешь, – начал он монотонно, – едва появившись в столице, этот фотограф побывал уже на нескольких ДТП и заснял на пленку самоубийство довольно крупного бизнесмена – Лисицына, маститого металлурга. Итальянец сам сообщил о происшествии в полицию, но снимки не предоставил. Кредиторы Лисицына полагают, что с этим суицидом не все чисто. И даже предлагают посодействовать в расследовании. Материально, разумеется.

Я отвернулась и ковырнула ногтем трещинку на подлокотнике кресла:

– Так пусть предложат этому итальянцу денег.

– Пытались, – кивнул начальник, – и не раз. Но Бруни отказался – он живет уединенно и не идет ни на какие контакты. Благодаря нелюдимости, роду занятий и приметной татуировке он получил прозвище Цербер.

Я пожала плечами: ну, не любит мужик, когда в его жизнь вмешиваются. По-моему, это вполне закономерно. Многие знаменитости стараются реже показываться на публике. А если и показываются, то скрывают лица за темными очками и широкополыми шляпами.

Моя реакция не вдохновила Николаича, но он все же продолжил:

– Нужно найти и изъять снимки самоубийства Лисицына и катушку с пленкой. Бруни консерватор, он не признает современную цифровую технику. И создает свои шедевры с помощью раритетной пленочной фотокамеры.

– Следаки до того обленились, что не могут запросить ордер? – возмутилась я.

По-видимому, Николаич ожидал этого вопроса, так как ответил очень быстро и четко:

– Чтобы ввалиться в жилище известного иностранца и потребовать отдать снимки, нужны весомые доказательства, ты должна это понимать. К тому же, мы не знаем, что именно Бруни удалось заснять. Потому «подкидыш» – самое простое и верное решение.

Я непонимающе похлопала глазами: ко мне это какое отношение имеет? В штате нашего отдела служит довольно много профессиональных «подсадных уток». В том числе и женщин. Слышала, итальянцы падки на русских красавиц.

– Помнится, ты хотела занять вакантную должность оперуполномоченного... – загадочно покосился на меня Николаич.

– Хотела, – я не стала отпираться. – Так то пять лет назад было. И, помнится, именно вы мою кандидатуру не одобрили.

Вопреки здравому смыслу, во мне проснулись давние обиды. К чему скрывать, такая работа тогда казалась мне ох какой заманчивой – опасной и полной приключений. Но чем дольше я смотрела на профессионалов, тем сильнее понимала, что карьера сильно вредит их личной жизни. Порой наши сотрудники так вживались в роль, что забывали о себе настоящих.

– Зато теперь у тебя появился прекрасный шанс исполнить давнюю мечту, – окончательно огорошил меня Николаич. И улыбнулся так, словно выплатил ипотеку. – Приемы самообороны ты знаешь, пользоваться оружием умеешь. Теоретические занятия посещаешь исправно. Осталось применить все это на практике. Как думаешь?

Так теория от практики отличается как луна от солнца... Разумеется, от повышения и прибавки к зарплате я бы не отказалась. Но какова цена?

– Итальянцу нужна горничная? – решила я попытать счастья. – Кухарка? Посудомойка?

Только от таких вакансий могли отвернуться наши привередливые фифочки. Нормальную работу Николаич ни за что не стал бы предлагать неотесанному новичку.

– Эм... – начальник поиграл бровями и потер лысину. – Не совсем так.

Вот теперь я по-настоящему напряглась. Чтобы хоть как-то развеять обстановку, несмешно пошутила:

– Он болен и ему нужна моя почка?..

Николаич юмор оценил и вежливо кашлянул в кулак. А потом вмиг посерьезнел, оперся локтями о стол и придвинулся ближе. Выглядел он так, словно собирался рассказать мне страшную тайну.

– Нет, – шепнул он доверительно, – Бруни фотографирует не только места преступлений. Еще он любит снимать женщин. Определенного типажа.

– Это какого же? – спросила я скорее из желания узнать о себе больше, чем выяснить, чем там интересуется итальяшка.

Николаич еще раз кашлянул – на этот раз более правдоподобно. Отвернулся к окну и пробормотал, глядя на покачивающийся на ветру фонарь:

– Он любит девушек, похожих на мальчиков. Этаких девочек-подростков: высоких, с узкими бедрами и длинными ногами. Слегка мускулистых, с небольшой грудью.

Я с трудом подавила желание подтянуть колени к груди и уткнуться в них носом. Эти когда ж Николаич успел так пристально меня рассмотреть? Облегающей одежды не ношу, как и коротких юбок. А пуш-ап вполне себе компенсирует мой не совсем уж маленький недостаток. Должный считаться достоинством.

– Почему вы решили, что я подойду? – все же задала этот вопрос, преодолев робость.

Николаич повернулся ко мне и поморщился:

– Не я решил... У нас в отделе есть более компетентные в вопросах женской привлекательности сотрудники. И сотрудницы.

Я все же покраснела. Получается, начальник собрал целый консилиум, чтобы определить мою «профпригодность». Какой стыд...

– Мы пересмотрели много кандидатур, но ты больше всех похожа на девушек, которых Бруни запечатлел на снимках. Вот я и подумал, что ты могла бы поучаствовать в деле. Справишься – повышу в должности. Не век же тебе в архиве пылиться.

Предложение, конечно, заманчивое. Но есть в нем много минусов. И неясностей.

– Не говорю по-итальянски, – откровенно призналась я, – да и в роли модели себя плохо представляю.

Радостная улыбка озарила лицо Николаича. Он потер руки, словно только что заключил сделку века.

– На этот счет можешь не волноваться, – любезно сообщил он мне, – Бруни хорошо говорит по-русски, так что проблем с пониманием не возникнет. А что до фотосессий – ни одна из моделей Сандро не была профессионалом. Наш итальянец предпочитает нанимать девушек из эскорт-служб.

– Постойте-постойте... – опешила я. – Так ведь это те же проститутки, только в профиль. И вы предлагаете мне...

– Ты все неверно истолковала, – остановил мою гневную речь начальник. – Бруни отправил заказ не в какую-нибудь шарашкину конторку, а в известное в определенных кругах агентство. Там работают девушки с высшим образованием, умные и при этом привлекательные. Конечно, бывает, что работницы эскорт-услуг проявляют симпатию к клиенту и продолжают знакомство в более интимной обстановке. Но это уже на их собственное усмотрение, в контракте об этом речь не идет.

Я зашипела, как проколотое колесо. Бред какой-то... столько лет сидела на своем месте, никого не трогала. И тут на тебе – нежданчик.

– Я не так умна, как бы мне хотелось, – призналась в сокровенном, – да и не настолько привлекательна. Ваш итальяшка раскусит меня на раз-два.

Николаич поднялся из-за стола, подошел ко мне, как кот, почуявший трусливую мышку. По-отечески посмотрел, гипнотизируя взглядом.

– Кредиторы якобы погибшего бизнесмена готовы оплатить все издержки. Захочешь – сделаем из тебя конфетку.

Я отвела глаза и уставилась на темное пятно на линолеуме:

– А с общением как? Я светские беседы вести не умею, а при посторонних и вовсе теряюсь.

– Вот и прекрасно – молчи, – продолжил наседать Николаич, – сойдешь за умную.

Смутное подозрение, что не все в этом деле так чисто, не отпускало меня до последнего. Николаич ждал ответа, а я все молчала – как приказано, сходила за умную.

– Если удастся изъять снимки, получишь хорошую премию по итогам года, – начальник притворился Якубовичем и предложил мне «черный ящик». – А заодно посетишь дорогущий салон красоты и обзаведешься новыми шмотками. Годится?

Пришлось тщательно прятать дурацкую улыбку. В предприимчивости Николаичу не откажешь – все предусмотрел.

– Так и быть, – сдалась я, – согласна. Схожу на фотосессию к вашему итальяшке. Одну встречу как-нибудь перетерплю. А если начнет приставать – вызову подмогу. Вы ведь снабдите меня переговорным устройством?

Николаич скривился. Отшагнул назад и уселся на стол, едва не свалив чашку с кофе.

– Аппаратуру мы установим, за это не волнуйся, – задумчиво процедил он. – Только терпеть тебе придется не одну встречу.

– А сколько? – я затаила дыхание.

– Бруни попросил подыскать ему девушку на месяц – он, видите ли, любит подолгу наблюдать за моделями и снимать их в самые неожиданные моменты. Например, когда те готовят завтрак, читают, курят или попросту спят.

– Месяц?.. – неверяще произнесла я. – Месяц наедине с подозреваемым. Вы это серьезно?

– Конечно, – бодренько отозвался Николаич. – Поживешь на загородной вилле – свежий воздух, простор... Двухэтажный особняк, прислуга, бассейн, тренажерный зал... Только подумай, сколько возможностей будет обыскать дом и забрать всего-то несколько снимков и пленку. Ребенок – и тот справится. А ты?

Сандро

Он отключил сотовый и довольно улыбнулся. Эскорт-агенство записало все его требования и пообещало найти и прислать подходящую девушку в ближайшие дни. Именно такую, как он описал. Девушку из его видений.

Он слегка нервничал, предвкушая новую встречу. Девушка-загадка так давно не посещала его обычно наполненные кошмарами сновидения, не согревала своим теплом. Он почти отвык.

И меньше всего ожидал, что она приснится ему вдали от солнечной Италии, в чужой для него стране. Но сегодняшняя ночь стала особенной. Девушка приходила вновь, Сандро видел ее так близко, что, кажется, мог коснуться. Сегодня она смеялась, примеряя новое платье. И смотрела на себя в зеркало так странно, точно впервые.

Странная, милая и искренняя. Нереальная. Единственное, что он знал о ней – место работы. Всегда видел, как она сама приезжает к нему после телефонного звонка. Вначале пугался, что его красавица может оказаться девушкой легкого поведения. Но ее манеры, улыбка и открытый взгляд говорили о другом. Она скромна и слегка замкнута, хорошо образованна. Так притворяться невозможно, либо он – ее первый клиент.

Осознав это, Сандро стал приглашать девушек из эскорт-агентств, с каждым разом все меньше надеясь найти ту единственную, что являлась в видениях.

– Глупо верить в сны, – сказал он и усмехнулся. – Это лишь обман. Желание выдать полуночный бред за реальность.

Размышляя подобным образом, он пересек улицу и направился к своему авто. По дороге сделал несколько снимков проходящих мимо людей, осмотрел через объектив фотокамеры витрины магазинов и вывески. Все так серо кругом, что навевает тоску. И только сны... только его сны наполнены цветом. Как в далеком детстве.

Сандро тяжело вздохнул, поправил темные очки и поднял ворот куртки. Несмотря на теплую погоду, он вздрогнул, словно холод пробирал его изнутри.

– Еще один раз, – пообещал он себя. – Попробую и сдамся.

Возле припаркованного фиата сидел побирушка. Сандро положил в его загрубелую ладонь крупную купюру и сотовый телефон:

– Возьми, его можно выгодно продать.

– Как это? – потрепанного вида мужичонка удивленно крякнул, обдав благодетеля перегаром.

– Телефон мне больше не понадобится, – печально улыбнулся Сандро и сел в машину.

– Совсем зажрался, фраерок, – прогнусавил ему вслед побирушка, пряча сотовый и деньги в карман куртки. Оглядываясь, побрел к знакомому скупщику: – Что нажито, то не украдено...

Глава 2


Вера

Нет, я, конечно, девушка не из пугливых, да и кто не мечтает почувствовать себя Золушкой, пусть и по долгу службы. Но селиться в дом к незнакомцу, к подозреваемому? Позволять ему фотографировать себя спящей – то есть, по сути, быть под пристальным наблюдением двадцать четыре часа в сутки. Да и Игорь – вряд ли он одобрит такую «командировку».

– Простите, Иван Николаевич, но я вынуждена отказаться, – как можно убедительнее произнесла и отвернулась. – Не по мне эта работа. Подыщите другую «девочку-подростка».

– Ты обиделась, что ли? – нахмурился начальник. – Глупая, я ж тебе такую возможность даю, а ты...

– Нет, – пришлось повторить мне. На этот раз еще более убедительно. – Не поеду к этому итальяшке, не фотогенична я.

Николаич вздохнул и отвернулся.

– Напрасно...

Как-то очень подозрительно это прозвучало. Уволит за отказ? Да и фиг с ним – не настолько дорожу я своей работой. Пойду в «Макдоналдс» – надеюсь, на картошку фри у меня нет аллергии. В отличие от пыли.

– Мне можно идти домой? – Я поднялась и сложила руки на груди.

После откровений начальника о моей фигуре мне стало совершенно неуютно. Вроде бы остались далеко позади подростковые комплексы, но... все еще неприятно, когда сравнивают с мальчишкой.

– Ступай, – разрешил Николаич. – Если передумаешь – звони, я всегда на связи.

– Хорошо, – согласилась только из вежливости.

И направилась к двери. Фух, наконец-то можно расслабиться и подумать о чем-то более приятном. Например, о встрече с Игорем.

Достала сотовый, чтобы набрать его номер и округлила глаза: надо же, разговор с начальником занял так много времени. А я и не заметила. Через час закроется моя любимая кондитерская – надо поспешить. Иначе не видать мне любимого тортика с заварным кремом, как прибавки к зарплате.

Я закинула телефон обратно в задний карман джинсов, бегом, перепрыгивая сразу через две ступеньки, спустилась в архив. С нескрываемым удовольствием рассовала дела по шкафам, заперла сейф и поставила кабинет на охрану. Здравствуй, свобода!

В кондитерскую все же успела. А в соседнем магазине приобрела еще и бутылку шампанского – гулять так гулять. Устроим себе настоящий праздник – наедимся на ночь, посмотрим любимый фильм, а потом...

Предвкушая свидание с Игорем, я тихонько повернула ключ в замочной скважине, открыла дверь в квартиру и на цыпочках вошла в прихожую. Скинула обувь, сняла с торта верхнюю часть коробки и вдохнула сладкий аромат выпечки. Хотела открыть и шампанское, но решила оставить эту работу Игорю – кавалер все же.

Держа на вытянутых руках покупки, как трофей, пошла в спальню – она же зал и гостиная. В однокомнатной квартире иначе и быть не может.

Игорь не забыл о знаменательной дате – приготовил сюрприз. В комнате играла тихая музыка, и горели свечи. Экран телевизора помаргивал яркими всполохами. До моего слуха донеслось тихое характерное постанывание женщины.

Вот же озорник. Опять смотрит фильмы для взрослых. Уже не впервой я застаю Игоря за подобным занятием – но не сильно ругаю. Лучше пусть смотрит, чем сам участвует в подобных вакханалиях. Да и заводится он после, как самец волка в брачный период.

На кровати я заметила подозрительную возню. И смех женщины – он раздавался вовсе не в телевизоре, а доносился из-под покрывала.

Цепенея от осознания происходящего, рукой с зажатой в ней бутылкой я нащупала выключатель. Люстра зажглась и осветила комнату, позволив мне рассмотреть разбросанную по полу одежду и силуэты двух тел, слившихся под покрывалом в страстном экстазе.

– Что за?.. – Игорь высунул из-под покрывала голову и прищурился.

Его партнерша оказалась проворнее и быстренько сообразила, в чем дело. Прикрыла лицо руками, но я успела ее узнать. Сестра моего парня – Лизка, смугленькая брюнетка, напоминала внешностью Наоми Кемпбелл.

Точнее, это Игорь утверждал, будто эта деваха – его двоюродная сестра. Хранил на ноуте ее семейные фотки, дарил подарки, поздравлял с днем рождения. Получается, все это время он попросту встречался с замужней...

Так вот почему он нас никогда не знакомил, и звонил «сестре», только когда ее муж был на работе. И фамилии у них разные, и общих снимков в соцсетях нет.

– Пошли вон с моих маков! – взревела я не своим голосом.

Не знаю почему, но больше всего меня задело то, что эти двое занимались сексом на моем любимом постельном белье. Дорогущем, шелковом, расшитом ярко-красными маками. А я-то, дура, берегла его для особых случаев.

«Сестренка» первой скатилась с постели, замоталась в простыню и принялась оправдываться.

– Ты все не так поняла!

– Вот только не говорите, будто я пересмотрела «Игры престолов», – мне не понравилось, что меня пытаются выставить как идиотку, – никакие вы не брат и сестра. Я давно замечала, что вы слишком шифруетесь при общении.

– Успокойся и давай поговорим. – Игорь натянул спортивные штаны, позабыв подобрать с пола скинутые в порыве страсти боксеры, и шагнул ко мне с видом «да все нормально, чё ты».

– Не подходи ко мне, – зарычала я.

– Или что? – он попытался все выставить как шутку.

Вообще я тихая и смирная, но в тот момент будто бес в меня вселился. Хотелось рвать и метать... а еще реветь – но это всегда успеется.

Размахнулась и метнула торт в лицо Игорю. Мой любимый заварной крем размазался по самодовольной физиономии предателя, а украшения из ягод запутались в его волосах. Меткий бросок.

– Вот это ты зря, – бросил Игорь и умчался в ванную умываться. – Я сейчас вернусь, подождите. Вера, ты ведь будешь умницей. Правда?

– Ага, – зачем-то буркнула я. – Обязательно...

– Давай поговорим как женщина с женщиной, – попыталась воззвать к моему здравому смыслу «сестренка». – Давно собираюсь порвать с Игорем... но все не нахожу в себе сил. Но я не собираюсь забирать его у тебя насовсем.

– Заткнись! – угрожающе «ощетинилась» я и потрясла бутылкой шампанского. Какой здравый смысл, если мои светлые чувства только что втоптали в грязь.

– Не глупи. – Лизка улыбалась так, словно пришла в гости к давней подруге, а не попалась с поличным. – Вдруг убьешь нечаянно, посадят потом. Зачем так рисковать?

– Убивать тебя не буду, – собрав в кучу остатки гордости, произнесла я. – Лучше найду в «Одноклассниках» страничку твоего мужа и напишу ему, чем ты занимаешься, когда его нет дома. А еще лучше – предоставлю доказательства.

Я бросила бутылку на кровать и достала из кармана сотовый. Сделала вид, что включила камеру. Но снимать не могла – злость и обида белесой пеленой застлали глаза. Только бы не разреветься перед соперницей.

– Хорошо, уже ухожу. – Лизка поверила и начала поспешно одеваться.

Больше попыток подружиться она не делала. А я присела на кровать, подтянула колени к груди и невидящим взором уставилась на закрытую дверь ванной. Похоже, Игорь по-предательски сбежал с поля боя, предоставив слабому полу выяснять отношения наедине. Но он напрасно рассчитывает, что я проглочу такую пилюлю.

Без доверия нет отношений. Пусть я буду снова одинока, но не позволю сделать из себя посмешище.

Дверь квартиры громко хлопнула, и Игорь высунулся из ванной. Увидев меня, он поморщился. Кажется, надеялся, что это я ушла.

– Зачем ее выгнала? – спросил он и побежал к телефону. – Она же ничего плохого не сделала. Как ты не понимаешь, ей приходится жить с мужем...

– Ты только что изменил мне!.. – взорвалась я. Вскочила и заметалась по тесному пространству комнаты, как тигрица по клетке. – В нашей постели. И упрекаешь, что я выгнала твою любовницу?..

Игорь переступил с ноги на ногу и поморщился, точно нюхнул прокисших щец.

– Ну... мы так-то еще с тобой не женаты, – напомнил он, – так что Лиза мне не любовница. И вообще, встречаемся мы с ней редко, ночи вместе не проводим, так что тебе грех жаловаться. Вот скажи, разве я мало уделял тебе внимания?

Я смотрела на него и не верила. Мне казалось, что моего любимого парня подменили злобные демоны – на другого, отвратительного, черствого и беспринципного. Не мог мой Игорек вести себя так... Или мог?

– Ты считаешь это нормальным – встречаться сразу с двумя? – глухим от обиды голосом вопросила я. – С твоей этой все ясно – у нее есть муж и дети. Ты развлекаешься, меняя партнерш. А как быть мне?

В тот момент я ждала одного – что он пообещает бросить Лизку, вычеркнуть ее из своей памяти. Попросит у меня прощения, скажет, что ошибся.

Но нет, Игорь этого не сделал.

– Продолжить жить, как жила, – наивно предложил он. Присел на диван, закинув ногу на ногу, и отрешенно уставился в потолок. – Ты меня устраиваешь как подруга. Возможно, мы даже когда-нибудь поженимся. Тоже заведем детей.

В его словах не было сарказма, просто констатация факта – он все распланировал, и выделил мне роль наивной и всепрощающей дурочки. Не потрудившись спросить, устраивает ли меня это.

– Тоже?! – рявкнула я и сжала ладони так, что почувствовала, как ногти впились в кожу. – Ты еще предложи нам встречаться семьями.

– Почему бы и нет?.. – Игорь не расслышал угрозы в моем голосе. – Наверное, даже лучше, что ты все узнала. Понимаешь, мы с Лизой давно встречаемся, но она не может уйти от мужа. А если ты подружишься с ней, то мы сможем видеться чаще. Ты ведь всегда была доброй и отзывчивой и понимала мои желания с полуслова.

Но не в этот раз. Вот дура, как я могла не понять сразу – правду говорят: у влюбленной женщины перестает работать мозг. Игорь видел во мне лишь друга, домохозяйку и совсем немного – грелку для постели. Потому и выбрал меня из всех девушек нашего отдела. Другие не стали бы сейчас выслушивать его признания в любви к другой – вцепились бы ему в волосы, а еще лучше – пристрелили. Наглухо.

– Выматывайся, – это все, что я смогла произнести. – Собирай свои шмотки и уезжай, не хочу тебя больше видеть.

Но Игорь и не подумал послушаться. И вообще, вел себя так, словно нисколько не сожалел о содеянном. Скорее радовался, что ему больше не нужно скрываться.

– Куда мне идти? – усмехнулся он. – Квартиру мы на двоих сняли – платим вместе и живем вместе. Ложись спать, утром поговорим на свежую голову.

Я не выдержала – двинулась к нему, выставив перед собой кулаки. А по щекам текли слезы.

– Не веди себя как малолетка, – посоветовал Игорь. – Психанула разок, испортила торт – и будет. Лизу все равно не брошу – с ней я уже пять лет встречаюсь, а с тобой только пару месяцев. Не нравится – разбежимся.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю