156 000 произведений, 19 000 авторов.

» » Право обреченной. Сохрани жизнь (СИ) » Текст книги (страница 1)
Право обреченной. Сохрани жизнь (СИ)
  • Текст добавлен: 5 ноября 2017, 20:30

Текст книги "Право обреченной. Сохрани жизнь (СИ)"


Автор книги: Алисия Эванс






сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 18 страниц)

Право обреченной. Сохрани жизнь
Алисия Эванс

Глава 1

– Марк, они точно согласны приютить детей? – в который раз спрашивала мама у отца, нервно метаясь по гостиной охотничьего домика. Её длинные волосы соломенного цвета укутали спину, аккуратными волнами спускаясь до самого копчика, руки крепко сцеплены на груди, а в глазах застыл такой страх за судьбу своих детей, что её дочери хотелось броситься к ней, обнять, прижаться, успокоить, но прогнать этот травящий душу кошмар.

Вся семья замерла в ожидании помощи. Вот-вот должны прибыть их союзники и забрать детей, спрятать их от тех, кто твердо намерен убить всю семью темных магов. В комнате повисло такое напряжение, что, у маленькой Лили сдавали нервы.

– Да, дорогая, я же сказал, – с легким раздражением отвечал отец, с ожиданием поглядывая в окно. – Они заберут Альберта и Лили и спрячут их, пока все не уладится.

И пусть в тот момент ей было всего двенадцать лет, Лили все прекрасно понимала. Несколько месяцев назад Император объявил, что каждый, в чьих жилах течет темная магия, чьи глаза отмечены Тьмой, должен быть казнен. Несколько сотен темных магов по всей Дарийской империи подверглись гонениям: их отлавливали и убивали, стирая с лица земли носителей Тьмы, уничтожая даже тех, в чьей крови была лишь толика запретной магии. И Лили была дочерью Верховного темного мага страны. Её отец боролся до последнего, убеждал Императора, пытался найти компромисс, но все тщетно.

«Вы – зло в чистом виде, и я не успокоюсь, пока весь ваш род не сгниет в могиле» – таков был ответ престарелого самодержца на попытки её отца договориться и прийти к согласию.

В чем они провинились? В том, что способны управлять тем, что неподвластно остальным? Но ведь нельзя винить человека за то, что он рожден таким, каков есть. Темных магов очень мало по сравнению с остальными ответвлениями магических существ. Те же маги Света десятикратно превосходят темных по численности, но именно они стали тем мечом, что обрушился на их головы.

Марку стало известно о том, что отдан приказ уничтожить всю семью: его, Верховного служителя Тьмы, мать семейства, его главную жрицу, и двух детей: старшего сына Альберта и младшую дочь Лилианну. Юный и оттого горячий Альберт уже сейчас готов был сразиться хоть с сотней светлых магов, дабы отстоять свою честь и честь семьи, но отец осадил его, сказав, что кроме него некому продолжить их дело, поэтому он отправится в безопасное место и будет защищать сестру. Уже тогда Лили догадывалась, что отец не надеется выбраться живым из этой ситуации.

Как только стало известно о приказе, Марк спешно переместил всю семью в охотничий домик, расположенный за пределами столицы, в глубине леса, там, где посторонние никогда не смогут его найти. Друзья Марка согласились спрятать детей в каком-то тайном и надежном убежище, и сейчас они сидели в ожидании, когда же за ними явятся и заберут.

– Папа, а что будет с вами? – слезно спросила Лили, доверчиво глядя на отца, стоящего у окна. Он был непривычно напряженным, нервным, в глазах читалась растерянность. А ведь Марк был из тех людей, которые всегда был уверены в себе. Для него было жутко попасть в ситуацию, которую он не может контролировать. В ситуацию, которая угрожает безопасности его семьи.

– С нами? – глухо отозвался он. – Иди сюда, дочка, – неожиданно мягко попросил отец, и Лили, встав с кресла, приблизилась к нему. Марк оторвался от разглядывания ночного пейзажа за окном и присел на корточки, беря дочь за плечи. Теперь он оказался ниже неё, но, как ни странно, ближе. Девочка смогла разглядеть крошечные морщинки возле его невероятных ультрамариновых глаз. Таких же, как у неё самой. – Лилианна, запомни: что бы ни случилось, как бы ни перевернулась наша жизнь, ты должна бороться и двигаться дальше. Кто бы и что ни говорил, знай: ты – моя дочь, носительница Тьмы. Тебе подвластны Тени и Мрак, ты способна управлять тем, о чем другие даже и помыслить боятся. Никогда не забывай об этом, – последнюю фразу он прошептал и крепко обнял дочь, зарывшись носом в светлые волосы, цвет которых она унаследовала от матери. Раньше отец любил шутить, что её внешность слишком светлая, и никто никогда не поверит, что перед ним дочь главного темного мага. И Лили, будучи совсем ещё ребенком, яростно доказывала ему, что в ней течет Тьма, что она – настоящий темный маг, а он тепло улыбался и вскоре говорил, что верит ей.

На улице раздался топот копыт.

– Приехали? – ахнула мать и бросилась к окну, но Марк резко выпрямился и жестом приказал ей стоять на месте. В гостиной повисла напряженная тишина.

Отец прищурился и принялся пристально всматриваться в то, что происходило на улице. Рядом стоящая Лили видела лишь очертания лошадей и спешившихся мужчин в темных одеждах. Они молчали, под мраком ночи разглядеть хоть что-то было сложно.

– Лили, Альберт, бегите! – вдруг зашептал отец, испуганно распахнув глаза. – Это светлые! Бегом, через заднюю дверь!

– Отец, пусть мама и Лили спасаются, а я буду сражаться! – решительно воскликнул Альберт, сжимая кулаки. И Лили понимала его как никто. Он уже вошел в силу, а она в силу возраста оставалась всего лишь девочкой, маленькой и беззащитной.

– Защити сестру! – прикрикнула на него мама, подталкивая своих детей к двери, ведущей в маленький коридор, за которым находился выход из дома. Лицо Альберта исказила мука, но мать была непреклонна. Лили тоже не хотела покидать родителей, понимая, что это навсегда. Но ослушаться отца не смела.

В прихожей послышался торопливый топот тяжелых шагов. Глава семьи бросился туда, и Лили успела увидеть лишь его убегающий силуэт и Тьму, заскользившую по сильным рукам, чтобы отразить любую атаку.

– Уходите! – крикнула мама, и Лили с братом торопливо направилась к двери, ведущей в коридор. Альберт схватил её за руку, и в этот момент раздался грохот распахиваемой ногой двери. Они увидели всполохи Тьмы – мама атаковала ворвавшихся. Неожиданно брат толкнул Лили в коридор, бросив короткое:

– Спасайся! – и захлопнул дверь, отрезая девочку от происходящего в гостиной.

Это было одно из самых страшных испытаний в её жизни. Она слышала крики родителей, ощущала силу, распространявшуюся от используемых заклятий, видела всполохи Света и Тьмы из щели под дверью, но не могла пошевелиться. Девочка так и застыла, спиной прислонившись к холодной стене. Вот он – выход, ей нужно сделать лишь пару шагов, чтобы оказаться на улице. Дальше – лес, в котором она сможет спастись, укрыться от убийц. Почему же тело словно налилось свинцом, и нет сил сделать хотя бы шаг?

– Не смей трогать её! – услышала Лили из-за двери громкий голос Альберта, и тут же почувствовала отток силы от использования мощной магии. Пусть она ещё не умела ею пользоваться, но потоки ощущала очень явственно, что было редкостью для девочки её возраста.

– А-а-а! – раздался отчаянный крик матери, а по щекам дочери катились слезы. Почему мама так кричит?! Что ужасного совершила её семья? За что им все это?! – Сынок!!!

Её крик оборвался, и Лили услышала лишь какое-то невнятное сдавленное мычание и хрипы. Что там происходит? Ответа не было, но через несколько минут все смолкло. Тишина.

– Их трое, – услышала она грубый мужской голос. – Где девчонка?

– Посмотрите наверху, – второй голос принадлежал человеку явно моложе первого. – Она должна быть здесь.

До ушей девочки донеслись звуки удаляющихся шагов. Несколько человек поднялись на второй этаж, а она стояла, вжавшись в стену, и дрожала от страха. Почему так тихо? Что с её семьей? Ответ был очевиден, но она боялась поверить в него. Боялась даже подумать об этом.

Дверь в коридорчик распахнулась, заливая крошечное помещение светом. В проеме появилась крупная мужская фигура и застыла, увидев ребенка. Лили смотрела в его молодое лицо, в эти глаза цвета светлого голубого неба и понимала, что сейчас он убьет её. Медленно опустила взгляд вниз и в просвете между его фигурой и дверным проемом увидела лежащего навзничь отца. Он находился между гостиной и прихожей. Его голова была повернута набок, изо рта тянулась тонкая струйка крови. Остекленевшие безжизненные глаза не оставляли сомнений – он мертв.

Папа...умер? Убит? Лили захотелось броситься к нему, прижаться к теплой и твердой груди, позвать его, вырвать из этого странного пугающего плена. Он просто не мог умереть! Её отец, её защита и опора в этом мире, просто не мог погибнуть! Она была уверена, что стоит только его разбудить, и папа обязательно вернется. Или нет?

В груди начала разливаться противная кислота, горло сдавил спазм, и лишь с огромным трудом девочке удалось оторвать взгляд от родного человека и вновь посмотреть в лицо мужчине, намеревавшемуся её убить.

Он тоже принял для себя решение, и черты его окаменели. Массивная фигура давила, убивая малейший намек на возможное спасение. Сделав шаг вперед, убийца оказался стоящим в коридоре, в каком-то полушаге от девочки. Из ножен, висящих на поясе, он медленно вынул длинный кинжал с зазубренным лезвием и резко взметнул руку для удара.

Это движение вышло настолько резким, что в Лили вдруг проснулись инстинкты, вернулась способность двигаться, и она присела на корточки, руками закрыв лицо и грудь. Сердце бешено стучало в груди, страшно было до одури, до помешательства. Она приготовилась умереть, принять удар этого страшного кинжала.

Удар сердца. Второй. Третий. А удара зазубренным лезвием все нет.

Зачем он медлит?! Скорей бы это все закончилось! Скорей бы увидеть папу и маму снова, живыми и здоровыми! Лили сидела, сжавшись изо всех сил, а боли все не было. Смерть не спешила забирать её в свои объятия. Устав от этой пытки ожиданием, она медленно подняла голову и посмотрела на мужчину. Он все также стоял, занеся руку для удара, но стоило её ультрамариновым глазам встретиться с его, небесно голубыми, и раздался тяжкий вздох. Воин обреченно закрыл глаза и медленно опустил кинжал, заведя его за спину.

– Уходи, – тихо прошептал он, не глядя на девочку. Лили сидела, не шевелясь. Сначала она решила, что ей это послышалось. – Чего расселась?! – прошипел воин, сверля ребенка колючим взглядом. – Пошла вон, пока я не передумал! Убирайся!!! – в его злом и тихом голосе проскользнули такие страшные рычащие нотки, что Лили вскочила и бросилась прочь, распахивая заднюю дверь и убегая в тихий ночной лес.

От страха и ужаса она не разбирала перед собой дороги, просто неслась сквозь пространство навстречу темной чаще. Ей было плевать, куда именно, хоть в Ад, лишь бы подальше от этих страшных людей. Ей казалось, что её преследуют, и тогда она бежала ещё быстрее. Перед внутренним взором стояла лишь одна картина – безжизненное лицо отца, алая струйка крови, стекающая из его рта, и остекленевшие мертвые глаза цвета далеких звезд.

Мягкая летняя трава сменилась жесткой почвой. Лес. Теперь Лили не могла бежать без остановки, как раньше, приходилось перелезать через крупные поваленные деревья, огромные выступающие из земли корни, протискиваться сквозь кусты. Уже через несколько минут её дорожное платье было изорвано, на лице горели многочисленные царапины, но это все не важно. Она понимала: царапины её не убьют, а вот те изверги, что ворвались в их дом, не дадут ей второго шанса. Скорее всего, уже сейчас они прочесывают лес, поэтому нужно бежать, бежать, бежать...

В какой-то момент земля вдруг ушла из-под ног, и Лили с разбега упала в глубокий овраг. Покатилась вниз, сдирая кожу о пыльную иссушенную землю, несколько раз ударилась головой. Наконец, она оказалась на дне. Без сил, без надежды на спасение. Она подумала, что сломала левую ногу, потому что та странным образом онемела. Надо ней раскинулось ночное звездное небо, а Лили лежала и понимала, что это конец. Ей не спастись. Она замерзнет здесь за ночь или её сожрут дикие звери. С мыслями о скорой смерти девочка потеряла сознание.

Когда она вновь пришла в себя, то поняла, что прижимается к теплой мужской груди, укутанная плотным плащом, и, судя по равномерному покачиванию, они едут на лошади. Мужчина поддерживал её за спину крепкой рукой, на которой она практически лежала, и не давал упасть на землю. Первое, о чем подумал испуганный ребенок, было: «Отец жив! Папа нашел меня и спас!». Распахнув глаза, она, к своему ужасу, увидела абсолютно незнакомого мужчину. Он был такого же возраста, как и её отец, но на этом их сходство заканчивалось. Незнакомец имел крупные и грубые черты лица, толстую короткую шею, а между бровей залегла крупная морщина.

От ужаса девочка закричала. Она сразу поняла – это не отец, это один из напавших на её семью! Лили начала громко плакать, вырываться, умолять, и мужчина тут же остановил лошадь, сильнее сжимая девочку в своих руках. Вскоре она уже не могла пошевелиться и с ужасом смотрела на незнакомца. Неожиданно для себя Лили поняла, что рядом с ними едут и другие всадники, не меньше трех.

– Очнулась? – отрывисто спросил державший её человек. Голос его звучал бесстрастно, но во взгляде сквозило беспокойство. Лили мгновенно замолчала. – Ты – Лилианна, дочь Марка, Верховного служителя Тьмы?

Девочка медленно кивнула.

– Что случилось в вашем доме? – раздался беспокойный мужской голос за её спиной. Обернувшись, Лили увидела светловолосого мужчину, который в тот момент показался ей умудренным жизнью взрослым дядей. При воспоминании о событиях в охотничьем домике девочка разрыдалась. Из её сбивчивых объяснений, которые то и дело прерывались истерическим плачем, спасшие её всадники поняли, что Верховного больше нет, как и его сына.

Ребенок все время плакал. Они видели, что Лили пережила страшное, но как помочь ей и утешить, не знали. Среди них не было женщин, а сами они не привыкли к детским слезам. Эти люди явились, чтобы вывезти детей Марка из Империи, но опоздали. Все они почувствовали смерть Верховного ещё на полпути к его дому, и лишь случайность помогла им отыскать его чудом спасшуюся дочь.

Один из них вынул из кармана небольшую фляжку и слез с коня, чтобы подойти к девочке. Лили находилась в таком жутком состоянии, что не могла вымолвить и слова, только качала головой, шепча что-то нечленораздельное. Мужчина поднес к её губам флягу и заставил выпить все до последней капли. Уже через пять минут девочка престала плакать и вновь обмякла в руках всадника, погрузившись в долгий и глубокий сон.

– Что с ней делать? – спросил державший её маг, рассматривая детское лицо.

– Как и планировали, отвезем в Эльхем, – ответил командир. – Мы должны спасти хотя бы его дочь, раз уж не уберегли сына. Гарольд, ты останешься рядом с девочкой и будешь ждать дальнейших указаний. Ты понял?

Когда Лилианна очнулась вновь, она лежала в незнакомой бедно обставленной комнате. Здесь явно чувствовался запах сырости, плесени и старых сухих дров. Поверну голову, девочка увидела у противоположной стены другую кровать, на которой лежал тот самый светловолосый мужчина. Она смутно помнила его.

Увидев, что Лили наконец проснулась, он встал и подошел к ней.

– Как себя чувствуешь? – мягко спросил незнакомец, присаживаясь на край кровати.

– Кто вы? – испуганно прошептала девочка, боясь пошевелиться. Ей казалось, что в любой момент он может выхватить кинжал и умертвить её.

– Не надо меня бояться, – спокойно попросил мужчина. – Меня зовут Гарольд, я друг твоего отца. Мы нашли тебя без сознания в овраге, у тебя ушиблена нога. Я – друг, Анна, не бойся меня.

Лили вздрогнула от такого странного имени. Никто и никогда не звал её Анной, и это имя неприятно резануло слух, но она промолчала.

– Что с моей семьей? – задала девочка самый главный вопрос. Гарольд устало вздохнул, потупив взгляд. В тусклом свете свечи, горевшей на старом деревянном столике, его темные коричневые волосы казались рыжеватыми. На самом деле Гарольду было не больше тридцати, но маленькой Лили он казался взрослым умудренным опытом дядей.

– Они мертвы, Анна, – наконец, ответил он. Девочка глубоко вздохнула и закрыла глаза. – Теперь ты сирота, дитя. За тобой и за мной охотятся, поэтому нам придется жить здесь, – Гарольд обвел взглядом полуразрушенную хибару. – Не знаю, как долго, но иного пути у нас нет.

Что ещё сказать маленькой девочке, потерявшей свою семью, свой дом и свое положение? Она росла почти как принцесса, получала лучшее образование, была обласкана и любима. А теперь попала в опалу, её ищут и убьют при первой же возможности. Интересно, как она выжила, если даже её отец и брат не смогли спастись? Гарольд решил обязательно расспросить её об этом, но позже, когда Анна хоть немного оправится от горя.

Лили тяжело переживала потерю родных. Она ушла в себя, почти все время молчала, пребывая в своих мыслях. Гарольд пытался разговорить её, но девочка не доверяла этому чужаку, поэтому плохо шла на контакт. В итоге мужчина предпочел не трогать её лишний раз. Он был уверен: рано или поздно Анна переживет эту трагедию, ведь дети переносят подобные стрессы гораздо легче взрослых. Он не знал, как сильно девочка была близка с отцом, как беззаветно любила маму и восхищалась братом. Гарольд вырос сиротой и не понимал этих семейных привязанностей, поэтому вскоре начал отвлекать Анну от её мыслей физической работой, с которой девочка никогда  не имела дела.

Когда были живы её родители, вся семья проживала в столице. Ежедневно с Лили занимались учителя, обучая её истории, музыке, искусствам, письму, арифметике и географии. Семья Верховного темного мага никогда не жила в роскоши, но и бедняками назвать их было нельзя.

Сейчас Лили вынуждена была жить в ветхом доме в какой-то забытой богом деревушке на краю отдаленной провинции. Здесь была всего одна комната, которая вмещала большую печь, средних размеров стол, две кровати и две небольшие полочки, прибитые к стене, где нужно было хранить свои вещи. Гарольд не испытывал никаких неудобств, но растерянная Лили боялась его, абсолютно незнакомого и постороннего ей мужчину. Боялась этого дома, который пропах старостью и нищетой. Она привыкла делить свою жизнь лишь с семьей и немногочисленными слугами, а теперь вынуждена была жить в одном помещении со взрослым мужчиной, делить с ним свой быт и свою жизнь.

Первым делом Гарольд научил её топить печь. Для него стало большим удивлением то, что девочка в двенадцать лет не умеет вести элементарные, на его взгляд, домашние дела. Ему пришлось учить её стирать, готовить, убирать, ухаживать за своей одеждой, которая теперь стала намного более дешевой и грубой. Каждый день она спрашивала его о том, когда они уедут из этого дома, когда закончится их изгнание, и каждый раз Гарольд терпеливо отвечал, что не знает, но, скорее всего, очень нескоро.

Месяцы пролетали один за другим, времена года сменяли друг друга, а опала на темных магов не прекращалась ни на день. Их выискивали лучшие сыщика Императора, уничтожали целыми семьями, не чадя никого, даже младенцев. Гарольд по-прежнему жил в одном доме с Лили, оберегая её, и постепенно она начала доверять ему. Девочка уже не была такой молчаливой и мрачной, как раньше, она начала улыбаться, а иногда даже смеялась над шутками Гарольда.

Изредка маг общался со своим руководством, получая инструкции, но большинство из них сводились к тому, что они должны изображать отца и дочь, живущих на окраине деревни, практически в лесу. Первое время их двор даже не ограждал забор – Гарольд поставил его позже.

Постепенно Лили привыкла к жизни с этим мужчиной. Он не проявлял к ней никаких неприличных чувств и всегда держал дистанцию там, где это было необходимо. В их домике не было бани или привычной для девочки ванной, поэтому мылись они в тазу, ставя его прямо посреди единственной комнаты в доме. Для Лили это было дикостью, но деваться ей некуда. Гарольд выходил из дома в те моменты, когда ей нужно было помыться или переодеться, и никогда не возвращался назад без её личного разрешения. Первое время Лили ужасно смущалась, испуганно косилась на дверь при малейшем звуке за ней  и старалась одеться как можно скорее. Она и помыслить боялась о том, что взрослый мужчина может увидеть её без одежды! Даже по ночам ложилась спать в глухой и плотной сорочке, укрываясь по самое горло одеялом.

Это было для неё одним их самых неудобных моментов – спать с Гарольдом в одной комнате. Она никак не могла расслабиться и привыкнуть к ночному присутствию чужого мужчины, пусть он и должен был защищать её любой ценой.

Так прошло два года, и им пришлось сблизиться, начать общаться как два человека, ведущих общее хозяйство. Гарольд уже не был для Лили чужаком, а она стала для него названой дочерью. Каждый день девочка надеялась, что эта нищенская и тяжелая жизнь вскоре закончится, но через несколько лет поняла – надежда мертва. Она не знала, что ждет её в будущем, но осознавала: прежнюю жизнь не вернуть. Ей пришлось научиться стирать руками свои вещи и вещи Гарольда, готовить на старой печи, таскать тяжелые кастрюли и ведра, в общем, делать все, что касается уборки.

Гарольд тоже не сидел сложа руки: он почти ежедневно ходил в лес за дровами, на охоту или рыбалку, носил воду из колодца, расположенного довольно далеко от их дома, чинил вечно ломающиеся части этой старой хибары. Ему было не привыкать к такой жизни, а вот для маленькой Лили все это было очень тяжело. Нежные непривыкшие к работе руки вскоре покрылись мозолями, кожа на ладонях огрубела, от частого контакта с горячей водой потеряла свою бархатистость и мягкость. Лили успокаивала себя тем, что это – плата за её спасение, за то, что она выжила и однажды отомстит за себя и за свою семью.

Пасмурным осенним утром она по привычке проснулась на рассвете и поняла – что-то не так. На внутренней стороне бедер ощущалась непривычная липкость и скользкость. Откинув одеяло, Лили вмиг побледнела: её белая сорочка и простыня были насквозь пропитаны алой кровью. Сложно описать тот ужас, который испытала девочка, увидев эту картину. Она никогда не слышала о менструациях, а в этой глуши узнать о них ей было неоткуда. Захлебываясь слезами, она жалобно простонала:

– Гарольд, проснись! У меня кровь! Я умираю!

Маг резко вскинул голову от подушки, сонным затуманенным взглядом смотря на Анну. Подскочил, позабыв даже про то, что он находится в одних кальсонах и подлетел к своей подопечной.

– Что случилось?! – испуганно воскликнул он, смотря на Анну растерянным взглядом, из которого ещё не исчезли остатки сна.

– Кровь, – всхлипнула Лили, указывая на простынь.

Гарольд впился взглядом в алое пятно. Он был готов к самым решительным действиям. Первой мыслью на задворках сознания была догадка о том, что девочка, должно быть, сильно порезалась, и теперь придется зашивать рану. Или отравилась, и нужно срочно готовить противоядие. Но через полминуты из его взгляда ушел весь запал, уступая место удивлению и ещё более сильной растерянности, чем была прежде.

– Анна... – растерянно прошептал он, опускаясь на стул.

– Гарольд, я умру, да? – плакала девочка... Или уже девушка? – Меня отравили?! Откуда столько крови?

– Анна, милая, успокойся, – выдохнул мужчина, пытаясь подобрать слова, чтобы объяснить ей, что происходит с её организмом. Отчего-то он был уверен, что такое явление, как женские дни, уже давно известны Анне, и ему никогда не придется обсуждать с ней это. Но Гарольд ошибся. У девочки такое явно впервые, и она напугана до полусмерти. – Ты не умираешь. Это нормальное явление. У всех женщин каждый месяц несколько дней подряд идет кровь.

– Откуда? – Анна перестала плакать и теперь смотрела на Гарольда во все глаза. Мужчина впервые за долгое время по-настоящему смутился. Вот что ей ответить?

– Ну... – замялся маг. – Оттуда... Откуда рождаются дети...

Лили опустила глаза в пол  надолго задумалась. Она больше не боялась, спокойствие Гарольда её успокоило, но на многие вопросы все ещё не было ответа.

– И что теперь делать? – прошептала она. – Она вся вытечет?

– О, Тьма, Анна, конечно, нет! – воскликнул маг. – Тебе не вредит это кровотечение, но, кажется, может болеть живот. В эти дни женщинам нельзя много работать и поднимать тяжелое. Я принесу воду, чтобы ты помылась.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю