156 000 произведений, 19 000 авторов.

» » Львиной Тропой. Пульс (СИ) » Текст книги (страница 102)
Львиной Тропой. Пульс (СИ)
  • Текст добавлен: 3 мая 2017, 08:00

Текст книги "Львиной Тропой. Пульс (СИ)"


Автор книги: Wade Duke Norgius






сообщить о нарушении

Текущая страница: 102 (всего у книги 104 страниц)

Мне будто бы отвесили подзатыльник. Голова дёрнулась от ментального шлепка, а мысли, потерявшие контроль, понеслись своим чередом. Вагон поезда и опасность, исходящая от пожилого человека в дорогом костюме. Девушка в синем тут же, она боится, но я смогу её защитить… Дорогие апартаменты дворца. Девушка в синем, снедаемая страхом вжимается в стену, а навстречу нам идут двое: волшебница и её рыцарь в сером плаще. Я не позволю причинить ей вред… Полуразрушенные блоки парящей в воздухе твердыни. Девушка уже не в синем, на ней - боевая форма нашей армии. Она оказалась отрезанной в ходе сражения. Она одна, ей страшно. Не бойся, я уже лечу к тебе… Госпиталь. Её тело на больничной койке. Не бойся, я найду способ тебе помочь… Очертания далёкого скалистого берега, железнодорожные пути, идущие над океаном. Девушка в синем неподвижно лежит на платформе дрезины. Потерпи, вместе мы сможем это преодолеть… Чёрный пейзаж открытого космоса. Тело в скафандре, дрейфующее по его просторам. Нет… Нет… Я не знаю что делать!... Не знаю как тебе помочь!... Нет! Стекло шлема пошло трещинами. Нет, только не это. Великая Судьба, дай мне сил ей помочь! Подскажи как! Стекло лопнуло, обнажая сокрытое мраком лицо перед смертельным вакуумом. Я не в силах был больше сопротивляться. Лопнувший экран словно пронзил меня своими осколками, оставляя в груди щемящую боль. Клубящийся над головой мрак обрушился вниз, охватывая меня своими ледяными пальцами, пробирался под кожу, сдавливал сердце и перекрывал дыхание. Я старался. Старался, но не смог. Прости, девушка в синем, но я не смогу сдержать своё слово, я не вернусь назад. Это… Это наше семейное кредо. Обидно… Обидно что именно этот факт из своей жизни я помнил отчётливо хорошо. Почему именно его?... Тьма забирала меня, всё сильнее сковывая. Пережёвывала, переваривала. Здесь заканчивается мой путь, путь Баламбского Льва. Мои товарищи… Хочется верить что с ними всё хорошо. Я не помнил что с ними стало, но я надеялся что они оказались более удачливы и смогли найти дорогу домой. Просто хотелось в это верить. Мы смогли потушить пламя пожара, но в горящем здании всегда есть риск обвала и кто-то может под него попасть. Эта роль выпала мне… Я не смог. Время и место. Те, с кем хочешь быть. Сколько себя помню, я всегда старался быть один, не подпускал к себе никого, сторонился. Стеснялся. Наверно я просто не успел в полной мере проникнуться спасительным теплом самых светлых чувств. Дружба. Любовь. Я не познал их во всей красе, не распробовал как следует. Попросту не успел привязаться по-настоящему и остался без якоря. И потерялся, нигде и никогда, один, во мраке и отчаянии. Со мной был лишь голос в голове, но даже он утих, оставив меня. Я его не виню. Прощайте, прощайте все. Я был плохим другом, но, наверно, не самым плохим товарищем. Почему-то хотелось так думать… Пульс... Единственное, что я слышу - это биение моего сердца. Всё медленней, всё слабее. Каждый удар отдаётся эхом в висках. Я умираю. В неизвестной, несуществующей земле, в лапах хищной мглы. Но я не доставлю ей удовольствия, я не опущу веки. Я встречу свой финал с открытыми глазами. Пульс всё слабее... А моё угасающее сознание уже являло мне самые лестные и обнадёживающие картины. Последняя фантазия. Видение умирающего мозга… Что мрак потускнел, отпуская меня, не смея противиться её воле. Её, девушки в синем. Как идёт она через сторонящийся, боящийся прикоснуться к её телу, туман. Вот она склоняется надо мной, шепчет моё имя. Горячая слеза падает на мою щёку. Всё так натурально, будто бы по-настоящему. Протяни я руку - смогу коснуться её лица. Девушка плачет, зовёт меня, приказывает подняться и встать… Саймон? Саймон говорит? Это какая-то глупая игра, если я не ошибаюсь… Неприятная шутка моего подсознания, неуместная. Портит всю картину. А рядом с нами суетливо бегает пёс, громко лает. И ещё две фигуры: тёмная тень со светящимися белыми глазами и благородный воин в белых доспехах. Почему-то мне кажется, что не всегда он таким был, но что нас многое связывает. Развеялся мрак. Чистое ясное небо, белые облака, светящееся солнце. Место… Место, где я должен был быть. Подло… Это подло… Проклятая пустота! Чёртово безвременье! Сволочная пустошь! Тебе не достаточно просто сожрать меня, тебе нужно поиздеваться! Образ девушки трясёт меня, как по-настоящему. Я действительно будто бы ощущаю тряску!.. Я слышу голоса, знакомые голоса, вдалеке, но быстро приближающиеся. Призраки моих друзей тоже здесь? Ну нет, всё слишком хорошо, чтобы оказаться правдой. Я не куплюсь на это. Всё ложь, всё обман! Так бывает только в сказках, а жизнь отучила меня в них верить. Забирай меня, мгла, жри со всеми потрохами! Смотри не подавись! Пофигу. ========== 49. Эпилог ========== Последняя неделя августа выдалась достаточно тёплой даже по здешним мерам. Лето заканчивалось, но уходить не спешило. Лишь лёгкий ветерок с водной глади вдалеке, отдающий морской свежестью и прохладой, спасал положение, не давая воцариться томительной духоте. Лагуна Луар шёл по заросшей травой тропинке к вершине старого холмика. Спустя столько лет оказаться в Винхилле было сущим блаженством. Снова почувствовать колорит местной жизни, которую никак нельзя было сравнить с бытом востока. Скоро должен был состояться первый Всемирный Конгресс, на который откликнулся Эстар, к всеобщему удивлению. Восток прекратил своё молчание, решив вмешаться в хаос, захлёстывающий запад. И по дороге в Делинг-Сити, Луар улучил момент чтобы навестить тихий провинциальный город. Неофициальный визит, практически тайный. Он не был здесь, казалось, целую вечность, городок, когда-то принявший его, сильно изменился, а это место осталось без перемен. Как и этот холм. Да что можно было здесь изменить? Домик разве что построить. Если бы не одна деталь… Лагуна прекрасно помнил тот вечер. Он нервничал как мальчишка, в голове панически билось «придёт-не придёт», а ногу предательски грызла судорога. Он готов был завалиться на холодную землю и кататься по ней, вцепившись в пострадавшую конечность, и даже позволить себе ругательства из когда-то богатого набора, услышанного от Варда Забака. Собственно, он так и собирался сделать, если бы не голос за спиной. «Мне сказали что ты меня ждёшь». От неожиданности Луар вздрогнул. Резко обернулся. Рейни… Милая Рейни, ты всё же пришла… «Лагуна, что ты хотел?» - Рейни смотрела на него не самым довольным взглядом. – «Уже поздно, Эллону пора укладывать, ты ей обещал почитать перед сном. Так что ты хотел?» «Да-а, собственно, ничего такого» - с явным усилием выдавил из себя Лагуна. Паника зашла на очередной вираж, охватывая бывшего военного журналиста с новой силой. А что если всё пойдёт вопреки ожидаемому? Что если ответом будет отказ?! Чтобы там не утверждал Кирос, но он знаком с Рейни всего несколько часов и вряд ли успел понять всё тонкости её характера. Может ну это нафиг? И так всё неплохо складывалось, а претензии на подобные перемены могут лишь испортить устоявшиеся отношения. «Лагуна» - напомнила о своём присутствии женщина. «Да!» - Луар опомнился. – «Хорошая погодка, не правда ли?» «Хорошая» - кивнула Рейни. – «Я, наверное, пойду» - и, развернувшись, женщина собралась уйти по тропинке обратно к городу. «Подожди!» - Лагуна, повинуясь импульсу, ухватил ей за руку, аккуратно потянул на себя, принуждая развернуться. И прежде, чем она успела высказать своё недовольство, надел на её палец серебряное колечко. «Это…» - ошеломлённая Рейни, подняв руку на уровень лица, рассматривала кольцо, пытаясь подобрать слова. – «Ты… Это…» «А у меня такое же!» - привлекая её внимание, Луар продемонстрировал собственную руку с кольцом на безымянном пальце. – «Извини, но своё я сам надел… Кхм, будь моей женой». Произнести это вслух оказалось намного проще, чем думалось. Рейни замерла, глядя на Лагуну широко раскрытыми глазами. Момент истины. А что если всё же откажет? И эта судорога ещё! Ногу трясло так, что, казалось, сейчас Рейни заметит. Секунды томительного ожидания иссякли. В глазах Рейни заблестели слёзы. Зачем-то она повторила жест за Лагуной. Ещё мгновение и она в порыве крепко обняла его шею. Всё стало очевидно для Лагуны Луара. Ведь самое главное порой можно сказать не используя слов… Лагуна остановился. На вершине полюбившегося когда-то холмика находилось надгробие. Самая простая плита. «Здесь покоится Рейни Луар-Леонхарт». И всё, никаких дат, ничего. Только венок засохших цветов. Значит, кто-то навещает её. - Здравствуй, любимая, - произнёс Лагуна. – Прости, я задержался. «Придурок!» - мысленно выпалил он, опускаясь на колено. – «Какой же ты придурок, Лагуна Луар! Зла не хватает, хорошо начал…» - Рейни, - он положил свою руку на край надгробия. – Мне столько всего тебе надо рассказать… Мне не хватит ни этого дня, ни следующего, если я начну… - усилие чтобы подавить рвущиеся наружу слёзы. – Прости меня, прости… Я так опоздал. Меня не было когда я был тебе нужен. Прости… Но Рейни, ты должна знать… Наш мальчик… Он вырос, вырос сильным мужчиной. Я не мог научить его самому главному: быть честным перед самим собой. Но он и так это знал. Это у него от тебя, Рейни… Тут такое творилось, милая, не поверишь если услышишь. Просто хочу чтобы ты знала: он справился. Он со всем справился. Он весь в тебя, любимая…. У него твои глаза… Луар замолчал, не в силах больше сдерживаться. Склонив голову над могилой жены, он затрясся в беззвучных рыданиях, без конца повторяя лишь одно слово – «прости». Дедушка Луар когда-то говорил маленькому Лагуне что мужчине не стоит стыдиться своих слёз, но только если они действительно необходимы. И если никто не видит. Президент Эстара был благодарен друзьям, позволившим ему подняться на этот холм в одиночестве и выпустить наружу эти давно скопившиеся внутри чувства. С каждым вздохом, с каждой слезой, он чувствовал как ему становилось легче... - Дядя Лагуна! – знакомый девичий голос окликнул скорбящего вдовца. Наспех вытерев лицо, он распрямился. Элли, его маленькая приёмная дочь. И пусть она уже выросла, но для него она всё равно останется той самой малышкой, за которую Луар пошёл бы и в огонь, и в воду. И даже в Эстар. Элли махала рукой приёмному отцу. За её спиной шагали к холму верные друзья: Кирос и Вард. - Мне пора, дорогая, - произнёс Луар, обернувшись к надгробию. – Я обязательно ещё вернусь… Кхм, вообще плохая примета эти слова произносить, - горькая усмешка. – Но действительно постараюсь в этот раз сдержать обещание. Впереди столько хлопот: первый в истории Всемирный Конгресс. Нужно сохранить мир на западе. Веришь, Рейни, но когда-то ты вышла замуж за будущего президента Эстара? – Луар замер, глядя на надгробие, словно ожидая ответа. – Я вернусь, Рейни. До свидания. Лагуна пошёл навстречу друзьям. «…Спой для меня» Этот голос, смутно знакомый, словно вырвал её из ледяной темноты. Широко распахнув глаза, женщина начала жадно хватать ртом воздух, как утопленник, отнятый у стихии и возвращённый к жизни. Он сидел рядом с ней и глядел куда-то вдаль, в ту сторону, откуда они бежали когда-то. Когда-то давно… Бежали от кого? От чего? Что-то страшное преследовало их в ночи... «Спой для меня» - он не двигался, казалось, даже не дышал. Плащ-накидка с надвинутым на голову капюшоном слегка лоснилась от лёгкого ветра, гуляющего по округе. «Что случилось?» - женщина огляделась. В лучах полуденного солнца её глазам предстало поле ночного сражения. Тела людей в храмовых рясах, следы крови на траве. «Ты был ранен!» - встрепенулась женщина, потянувшись к мужчине. «Всё в порядке» - остановил он её. Голос его был спокоен, тих, но ему не пришлось повторять дважды. Он продолжал не шевелиться, оставаясь скрытым от неё в недрах капюшона. Лишь кончик чуть длинного носа порой показывался из-за края накидки. «Мы смогли? Что с нами случилось?» - женщина не унималась. Она не могла вспомнить фрагмент ночи. Она знала, что случилось что-то плохое, но что именно – оставалось сокрыто в памяти. – «Он не догнал нас?» «Нет» - быстро ответил он. Быстрее чем, надо было. Он осознал это слишком поздно – она поняла что он лжёт. Слишком давно она его знает. Слишком хорошо. Наверно лучше чем любой из живущих. – «Послушай, Сирена. То что произошло ночью – пусть это останется для тебя тёмным пятном. Тебе не стоит этого знать, если Судьба так посчитала. Я готов сохранить эту тайну один, готов уберечь тебя от неё, раз от него не смог…» - он запнулся, поняв что вновь проговорился. Сирена Ад’дайн молчала, выжидая. «Меня стоило прозвать Длинным Языком… Мы изменились» - произнёс он, обернувшись. Столь любимых ею зелёных глаз она не увидела - он замотал их наспех оторванным краем плаща. – «Не пугайся. Я прекрасно вижу тебя. Не глазами, чем-то иным. Я вижу всё вокруг, на многие лиги. Чувствую это. Мы изменились, Сирена. Об этом говорил Первый». «Значит мы умерли, Гилгамеш…» «Нет!» - он встал, помог подняться её. – «Думаю что всё намного сложнее. Это знает лишь Первый, но где его искать - не представляю». «Что дальше?» Он не ответил. Молча, он продолжал смотреть в ту сторону, откуда ночью на них двигалась смерть. Она уже знала, чего именно он хочет и от этого в груди занималась тоска. «Я не за местью туда направляюсь» - произнёс он, угадав настроение возлюбленной. – «Он даже не будет знать о моём присутствии. Я просто чувствую что должен быть там. Как-то препятствовать его изуверствам. Не бойся, мне не придётся скрестить с ним клинки вновь. Надеюсь…» «Прости, но я не могу пойти с тобой» - произнесла женщина. – «Я хочу забыть всё это. Забыть того, кем он стал. Пусть он сохранится в моей памяти Благородным Клинком, а не Людоедом». Гилгамеш лишь кивнул. «Мы ещё встретимся?» Он обернулся. Его губы растянулись в широкой улыбке. «Обязательно. Через год, десять лет, века. Мы обязательно встретимся, Сирена. Я буду ждать этой встречи вечность если придётся». Её рука коснулась его щеки, почувствовала его тепло. Нет, они определённо живы. «И почему тебя зовут Злой Язык? До сих пор не понимаю». «Спой для меня ещё раз, на прощание». По окрестности разлились звуки нежного голоса и слова древней песни. Квистис открыла глаза. На душе было неприятно, тяжело... Вся эта история Сирены и Гилгамеша… От самого начала до той трагедии, что произошла под тусклым светом луны… Она была и страшной, и печальной, и трагичной, но нечто светлое в ней всё же явно ощущалось. Пусть его и было немного. - Ты через такое прошла… – свесив ноги с кровати, вслух произнесла Трип. – Почему ты только сейчас со мной эти поделилась? Почему не рассказывала об Одине? «Милая, я сама многое забыла. Мы так долго живём, многие воспоминания блекнут. Такая длинная жизнь… Пойми, многие наши поступки не понятны вашей логике. Вместе с нашей сутью поменялся и наш разум. Порой нам кажется, что мы видим сон про ваши жизни, а порой – что сном являемся мы. Мы способны смотреть вдаль, чувствовать грядущее, но что-то важное, под самым нашим носом, остаётся нами не замеченным. Это так сложно и так просто одновременно. Почему? Не знаю. Это то немногое, что я так и не узнала за время своих странствий. Лишь один из нас знает ответы на все вопросы, знает почему мы стали такими, знает для чего. Но он всегда тщательно хранил свои секреты. Прости меня, подружка. Я не знала как поведёт себя мой бедный младший брат. Я так хотела забыть то чудовище. Я не злюсь на него, не злилась даже когда он… Во тьме собственной злобы младший из рода Ад’дайн пребывал столетия, я даже не сразу его рассмотрела. Боюсь, что узнай я его, вспомни, всё могло бы быть по-другому, и, может быть, куда трагичней, но случилось так, как случилось. Это было предопределено… Как и наша первая встреча, когда пухлощёкая девочка вышла ко мне на пляж. Как и то, что ты найдёшь меня после, на том же самом месте. Мы привязаны друг к другу, милая. У нас с тобой общая судьба». Квистис, не ответив, поднялась и уверенно прошла в санузел. Сегодня трудный день – день Летнего Фестиваля Сада Баламб. Подобные мероприятия порой сложнее и утомительней, чем пресловутые полевые экзамены.

    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю