156 000 произведений, 19 000 авторов.

» » Львиной Тропой. Пульс (СИ) » Текст книги (страница 101)
Львиной Тропой. Пульс (СИ)
  • Текст добавлен: 3 мая 2017, 08:00

Текст книги "Львиной Тропой. Пульс (СИ)"


Автор книги: Wade Duke Norgius






сообщить о нарушении

Текущая страница: 101 (всего у книги 104 страниц)

Оторвать ногу от земли оказалось невероятно трудно. Сил почти не осталось. Второй шаг. Нетвёрдой походкой я попытался вернуться к телу ведьмы. Нужно выяснить жива ли она, во что бы то ни стало! Третий шаг… Нога подкосилась, я завалился на землю неуклюжей тушей сражённого бехемуса. В глазах темнело. Вспышка… Где она?... Тьма распахнула свои объятия. Могильный холод обвил моё тело, сковывая его, парализуя. Забвение… Здесь заканчивается мой путь. Я умер, исполняя долг. Защищая мир от его величайшего проклятия – Дочерей Хайна… Мне не видать Цветущих Лугов - я не был праведником и путь мой был слишком кровавым. Мне не видать - Безмолвных Пустошей ибо я не шёл в разрез с учением Хайна. Кроме почитания Дочерей Его. Меня ждала лишь ледяная тьма... Нет! Я не могу умереть! Не могу так просто уйти. Ведьмы… Они всегда появляются, рождаются вновь. Я знаю что они – истинное зло. Их дар, они не способны распорядиться им во благо. Не созданы для этого. Они сеют лишь страх и боль. Я не могу позволить им вновь наступить миру на горло. Никогда! И я знаю что Сёстры вернутся. Мой меч сразил их тела, но я простой воин, мне неподвластны высшие материи, как Первому, я не смог справиться с их сущностью, позволил улизнуть. Хитрые скользкие змеи! Я не позволю вам вновь воспрять над нами! Сильный толчок вырвал меня из цепких лап бесконечной тьмы, оборвал обвившие щупальца холода. Я открыл глаза, поднялся на ноги. Близился рассвет. Неподалёку лежало несколько тел. Что здесь произошло? Бой? Четверо в робах, с традиционным оружием служителей церкви Хайна. Храмовники. Ещё двое. Мужчина в тёмном плаще, распластанный по земле. За ним тянулся тёмный след. Он был ранен в живот и, видимо, пытался ползти. Куда? К ней, ко второй. Ему оставалось совсем немного, но, видимо, силы вместе с жизнью его покинули. Последнее тело. Красивая женщина, с голубыми мёртвыми глазами. Навеки замерший взгляд, обращённый в светлеющее небо. Она… Она так похожа на мою сестру. Я… Я пытаюсь вспомнить, но знаю лишь что с моей сестрой произошло что-то страшное, нечто настолько ужасное, что… Ведьмы! Ответ прост: ведьмы забрали её, забрали у меня. Проклятые твари! Я окинул ещё раз мёртвое поле. Здесь определённо был бой. С кем?... С очередной ведьмой?.. Да, именно. Они не оставляют тел, значит она пала. Или ушла. Я должен вернуться обратно. Я найду ту, кто убила этих людей. На земле я увидел шлем. Кажется, он был моим. Опустившись на колено, я поднял его с земли. Эти двое, мужчина и женщина. Почему-то мне кажется, что я знал их. Когда-то давно… Что-то произошло с нами, но я не могу это вспомнить. Пока не могу. «Я отомщу за вас, клянусь» - произнёс я, подымаясь с колена. – «Они падут, все до единой. Дочери Хайна ответят за вашу смерть. И пока я есть – не будет им покоя». Ржание откуда-то со спины. Мой скакун беспечно пасся среди мёртвых тел, равнодушно щипая примятую траву. Но почему он настолько бледный, словно призрак? Хотя какое это имеет значение. На моей руке висело что-то… Что-то волочащееся по земле. Хлыст. Боевой бич, хорошая искусная работа. Такой же был у моей сестры когда-то, Первый сделал его для неё. Я помню это. На хлысте были выжжены слова. «Храни Королеву Сентриума». Вздор, в Сентриуме нет королев, но звучало красиво. Определённо, это оружие моей сестры. Единственное, что у меня от неё осталось. Я знаю как поступить. Он будет покоиться на месте нашего родового дома, ставшего братской могилой всем, кроме горстки уцелевших, кроме нас двоих. Прости, сестра, твой младший непутёвый брат всегда будет тебя любить. Я никогда не забуду тебя. Я отомщу за твою гибель каждой ведьме. Теперь нужно вернуться обратно. Я помню кто я есть: последний из рода Ад’дайн, повелитель Сентриума, Второй из Круга Равных. Я не забываю своих клятв… Хранитель замер напротив меня. Та же стойка, с поднятым мечом. Видение на деле заняло намного меньше времени. Но сейчас на лице его читалось нечто, смутно напоминающее удивление. - Нет, - протянул он. – Я не мог… Это ведьмы, они забрали у меня сестру. Не я… - Ты просто больной на голову псих! – вырвалось у меня. – Любил её настолько, что готов был убить, но не уступить другому, да? Ты просто одержимый жаждой убийства маньяк! Красные точки уставились на меня. Он так и не смог смириться с содеянным и попросту спрятал поглубже в памяти. - Сними уже эту маску! – кричал я. – Это лицо - не твоё! Тебе оно не принадлежит. Я читал своего Хранителя словно открытую книгу, вмиг понимая всю его природу. Благородство и честь, данные ему от рождения, сменились на злобу и ненависть. Он не смог пережить гибель рода, она раздавила его. И тогда его тёмная сторона взяла в нём верх. На место Благородному Клинку пришёл Кровавый. Людоед. Или его кто-то к этому подтолкнул? Первый?... Что ещё я успел увидеть, коснувшись самой сути Хранителя? Что-то едва заметное, но бывшее таким ощутимым?... Это глубокое чувство… пустоты, сокрытое даже от него самого. Гнетущее чувство одиночества. Ультимеция оказалась права. Война. Вот что двигало им всю его жизнь. Для неё он был рождён, ею он воспитывался. Он не знал ничего иного, кроме войны. Он говорил о светлых и тёплых чувствах, но не понимал что они значат. Говорил о дружбе, но перебил другу хребет. Говорил о любви, но свернул ей шею. Он знал лишь войну, ей он жил, ей дышал. Обделённый самим собой же, оградившийся от окружающих, старающийся избегать привязанности. Потому что война всегда забирает своё. Он боялся потерять тех, к кому прикипит всей душой... О, я знаю о чём говорю! Я сам такой же, был таким же! Но мы не едины, мы не одинаковы! Да, я тоже далеко не праведник, я проливал кровь. И её было много. Больше, чем могло бы быть. Но я никогда не стану испытывать наслаждение от убийства, не стану методично, с самозабвением, вырезать потенциальных врагов! Я не стану тобой, последний из рода Ад'дайн! Хранитель не выглядел больше грозно и величественно. Он будто бы даже сгорбился, становясь меньше ростом. Просто маленький жалкий человечек. Выражение его лживого лица было смущённым, словно у солидного взрослого, застуканного за детскими играми. Но куда там?! Тут масштабы этих игр стоили очень многим их жизней! И этой сущности я позволю собой командовать? Позволю взять над собой верх?! - Лицо! – скомандовал я, делая шаг вперёд. Я даже не думал выхватывать своё оружие. Не было больше и намёка на страх при виде грозного Хранителя. Не было трепета при виде могучей древней сущности, однажды обманувшей саму смерть. Лишь презрение, смешанное с чувством жалости. Он был просто одиноким мальчишкой, добровольно лишившимся всех самых светлых моментов в своей жизни. Позволявший им проходить мимо себя. И волею Великой Судьбы совершивший свой кровавый восход. – Покажи своё лицо! Бледная кожа Хранителя зашевелилась, пошла волнами. Я больше не смотрел в своё отражение, лицо последнего из рода Ад’дайн изменилось. Погасли красные точки, уступив место серо-карим глазам уставшего старца. Лицо остановило свои метаморфозы, являя мне молодые благородные черты, испещрённые многими шрамами. На шее глубокая тонкая линия – след от кинжала старого друга, павшего от его руки. Русые волосы, щедро украшенные сединой. Просто обычный человек, запутавшийся, заигравшийся со своей властью, со своей силой. Ставший равным волшебницам даже в их ошибках. - Имя! – мой голос не терпел возражений. Хранитель вздрогнул. Синхронно с ним шевельнулась сфера в моей голове, но не в силах больше мне противиться, разметалась в разные стороны множеством фрагментов, шрапнелью бьющей по моему сознанию. Нельзя дрогнуть, подать виду! Я стерплю и эту обжигающую боль, но подчиню себе древнюю сущность! Сфера пропала, а её место занял воин в сверкающих доспехах, с ясным взором. Благородный Клинок, герой Сентриума и гордость своего рода. Тот, кем когда-то мог быть и Хранитель. - Имя! - Моё имя Один, - молвил он, быстро растворяясь. – Один Ад’дайн. Темнота вокруг зашевелилась, потускнела… «Плохие вещи порой случаются с хорошими людьми, воин. Порой слишком часто. Ещё чаще мы позволяем им случиться. Пасть так легко, но вот вознестись – во много раз сложнее. И разрушать тоже во много раз проще, чем созидать. Ты прав во многом. Я совершил достаточно ошибок, много непростительного и ужасного. Предпочёл простой путь разрушения кропотливому труду созидателя. Я видел лишь войну. Я жил ею. Был ли у меня выбор? Теперь я знаю что да. Порой нужно чуть больше чем целая жизнь, чтобы понять и признать неверность выбранного пути. Я не давал шанса Дочерям Хайна, ровняя их по деяниям немногих. Но… Так ли сильно я ошибался? Ты предлагаешь дать шанс тем, кого искренне любишь, всем своим сердцем молодого льва. Женщине, заменившей тебе мать, и юной волшебнице, чистой и доброй. Кто из нас прав – рассудит время. Все мы дети Великой Судьбы, воин, Скволл из рода Леонхартов, но она зачастую бывает жестокой матерью, посылая нам, детям своим, суровые испытания. Со своими я не справился, но помогу справиться тебе с собственными. Мы возвращаемся домой, воин. Мы слишком долго блуждали во тьме…» Нет, быть не может! Где я?.. Вокруг, насколько хватало взгляда, был монотонный гнетущий пейзаж. Безжизненная высохшая земля, покрытая глубокими трещинами. Неба над головой не было – лишь клубящийся туман, играющий тёмными разноцветными бликами. Воздух спёртый, застоявшийся. Попахивало безнадёгой… Куда я попал? Ни намёка на то место, где я рассчитывал оказаться. Знал же, что все эти слова про тех кто дорог, про значимое место, звучали как-то совсем наивно. Реальность меняться не спешила, являя всю свою суровость во всей брутальной красе. Лёгкое дуновение со спины неприятного жгучего ветра погнало пыль в сторону горизонта. Словно предложение пойти вперёд. Вызов?... Что ж, иных идей у меня нет… Шаг за шагом, километр за километром. Час за часом. Хотя не знаю уместно ли последнее в виду умирающего времени. Оно ведь умирает? Если нет, то почему я не могу выбраться отсюда. Я ведь прекрасно осознаю: здесь нет времени как такового. Здесь нет ровным счётом ничего, кроме этой проклятой нескончаемой пустоши и редких порывов неприятного ветра, подымающего пыль. Безнадёга… Порой мне хотелось присесть, дать отдых уставшим ногам, но я понимал – нельзя. Нельзя останавливаться. Не факт что потом я смогу продолжить свой путь. И этот небосвод. Клубящийся сверху туман, казалось, стал ниже. Гнетущий зловещий потолок. Хищной птицей он вился над головой, ожидая когда я окончательно сдамся. Нет, нельзя останавливаться, я должен продолжать идти. Я выберусь. Я обязательно выберусь... Сколько себя помню, я всегда шёл по этому пути. Спотыкаясь, стараясь не падать, но продолжал шагать, упрямо перебирая ноги. Это мой путь, моя дорога, которую мне суждено пройти одному. Сколько я себя помню, я всегда был один. Но где-то там, далеко, меня ждали. Я знал это, я искренне в это верил. Меня ждали, задержавшегося путника, потерявшегося, но не забытого. Зачем? Почему? Я не знал. Я просто шёл туда. Спешил, как мог. Торопился в место, где обещал быть… Последние шаги дались с особым трудом. Тёмная от спустившегося на пустошь сумрака земля с чёрными извилистыми трещинами закончилась, уступая место провалу. Безжизненные земли пройдены, но что впереди? Тот же клубящийся туман, точь-в-точь как над головой, уходящий вниз монолитной стеной, сливающийся где-то далеко в непроглядную черноту бездны. Обернувшись, я увидел медленно осыпающуюся вниз землю. Остался жалкий её клочок, небольшой островок в несколько метров, парящий в самом центре океана безвременья, среди клубящихся сгустков хищной мглы. Небо медленно, но непрерывно опускалось, готовое поглотить меня, пожрать. Кажется, притаившийся сверху хищник всё же получит сегодня обед. Сложившаяся ситуация была настолько безнадёжной, что вызвала у меня приступ нервного хохота. Я неуклюже плюхнулся наземь, не в силах унять приступ нездорового смеха. На краю исчезающей пустоши, в месте, под названием «нигде», в эпоху «никогда», я продолжал заливаться блаженным смехом сумасшедшего, глядя вверх, на готовящуюся поглотить меня мглу. Мне ни за что отсюда не выбраться! Давай, сожри меня! Смотри не подавись, деточка!... «Приют». Что?! Кто это сказал? В голове на миг возникли очертания пляжа. Шум прибоя. Так тихо и спокойно, умиротворяюще. Я ведь шёл куда-то… Меня ведь ждут… Я помню… Приют за спиной, старый маяк… Место, где много цветов. Зелёный луг, уходящий на холм. Там… Там мы договорились встретиться… Она наденет своё лучшее платье… И кольцо, на ней будет кольцо с головой льва. Её любимое кольцо. Я помню… Подувший из пустоты ветер метнул мне в лицо ком пыли, сбив с нужного настроя. Безвременье не позволит мне просто так уйти, когда я уже почти сдался. Только не сейчас. Оно не выпустит жертву. «Вспоминай». Кто говорит со мной? Я окончательно рехнулся? Сколько я уже здесь нахожусь? Туман всё ближе. Протяни руку наверх и коснёшься его пальцами. Может быть там путь отсюда? Через забвение и забытье? «Вспоминай!» В памяти всплывали смутно знакомые фрагменты. Бал в роскошной зале. Я был на нём, помню, даже танцевал. Но с кем? «Вспоминай!» Обрывки воспоминаний являлись из недр моего сознания словно пузыри в кипящей воде. Вот я бьюсь с кем-то на клинках. Мой противник силён и коварен, но это лишь меня раззадоривает... Гигантский робот-краб, или паук, угрожающе топающий за спиной... Большой город, ночной парк, величественная женщина на открытом балконе здания... Стая белых чаек, пролетающая мимо… «Скволл, посмотри как красиво». Этот голос. Я помню… Девушка. Девушка в синей накидке. Родные и милые очертания её стана. Тёмные длинные волосы… Да, я помню… Я помню кому обещал вернуться… Я приду, я обязательно буду там… Закат. Так красиво и спокойно здесь. После безнадёжного пейзажа пустоши оказаться здесь было сущим блаженством. И она. Она ждала меня здесь. Стояла неподалёку, любуясь на заходящее солнце. Два светлых крыла за её спиной сложились, исчезая, выбросив в воздух сноп белых перьев. Медленно кружась, они поплыли в сторону океана. Я зову её по имени, но что это? Мой голос отказывается звучать. Что происходит? Девушка оборачивается, я успеваю разглядеть счастливые тёмные глаза, но её очертания становятся зыбкими. Пространство между нами искажается рябью, я не успеваю разглядеть её лицо!.. Нет!... Я всё ещё здесь, посреди пустоши, в умирающем времени. Нет, это выше моих сил! Мне не выбраться! Не выбраться! «Вспоминай!!!» Чей это голос, что так требовательно звучит в моей голове? Он не даёт мне окончательно опустить руки. Он требует продолжить борьбу. Но есть ли смысл? За забвением последует покой, не это ли нас обоих спасёт?.. «Смотри». Пёрышко. Белое пушистое пёрышко опускалось из сумрачного неба. Девственно чистое, способное сохранить свой цвет даже в этом полумраке подступающей пустоты. Оно плавно опустилось на мою ладонь. Как оно оказалось здесь? «Вспоминай, воин. Выход есть, ты найдёшь его. Вспоминай. Тебя заждались, ты должен идти». И я вспоминал, повинуясь то ли таинственному голосу, то ли просто из чувства упрямства, заставившего меня дойти до края мёртвой земли. Я видел сражение на улицах прибрежного города и бой двух летающих твердынь. Я видел солёные пустыни востока и являющийся из-за камуфляжа невероятный город. Я видел древнюю цитадель и стены старого приюта где-то на юге. Видел руины севера и зажигающуюся надежду в глазах их обитателей. Я видел тех, кого смело мог назвать своими друзьями, но всегда этого стеснялся. Я вспоминал их лица, кем они были и те испытания, которые мы вместе прошли... Лишь одно лицо так и оставалось для меня неразборчивым, сокрытом в недрах памяти. Девушка в синем. Я знал, что она – дорогой для меня человек, невероятно важный. Настолько, что я готов ради неё смело шагнуть в бездну, но я не мог вспомнить её лица! Я помнил наш танец, помнил тепло её глаз, нежность улыбки. Иногда я злил её и раздражал. Я помнил тот вечер на острове из металла посреди океана. Но всё же я для неё был важен. И я пытался. Раз за разом, но её лицо… Я не мог вспомнить. Неуловимые черты отказывались принимать яснее формы, оставляя мне лишь дымчатую рябь. Отчаяние начинало охватывать моё нутро, холодить сердце. Я не могу! Я всё равно не могу! «Вспоминай!»

    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю