156 000 произведений, 19 000 авторов.

» » Гелэналли (СИ) » Текст книги (страница 1)
Гелэналли (СИ)
  • Текст добавлен: 5 января 2018, 09:30

Текст книги "Гелэналли (СИ)"


Автор книги: Darr Sai






сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 15 страниц)

Гелэналли
Darr Sai


ГЛАВА 1

Не хотите по-плохому, по-хорошему будет хуже.


Гелэналли

Ненавижу раннюю весну. Слякоть разъедает дороги, которые и без того далеки от совершенства. Кроме того, холод апрельского вечера находит лазы в теплой куртке, о которых я раньше и не подозревала.

Я с тоской оглядела окрестности и нетерпеливо поерзала в седле. Лошадь, уже пятнадцать минут тащившаяся тяжелой поступью, ускорилась... Ровно на несколько шагов... И, посчитав это достаточным, снова перешла на черепашью скорость. Серость дня настолько подавляла своей безжизненностью, что торопить эту лентяйку у меня не было ни сил, ни желания. Тем более что доехать до Лависка мы успеем, даже если к трем шагам вперед добавим два шага назад!

Устав созерцать пегую гриву лошадки, я снова бросила расфокуссированный взгляд на дорогу. Там, среди луж и комьев грязи валялся всякий мусор, который выкидывался с повозок, проезжающих по тракту: вот тряпка, родной цвет которой было уже не различить за впитавшейся грязью; а это тыква, даже относительно целая, видимо появившаяся здесь совсем недавно; цепочка, по-видимому, золотая, наверное женская... и даже  черепки какой-то домашней утвари...

Стоп.

Цепочка.

Золотая-я-я!

 – Ну-ка, подожди, Пега! – я заставила лошадь сделать пару шагов назад и вытащила из-за голенища сапога метательный нож. Свесившись с седла, подцепила находку, которая осчастливила меня еще и кулончиком, облепленным комьями земли и снега. Пега, явно не желая больше стоять среди слякотного тракта, двинулась дальше... впрочем, скорость она-таки не добавила тоже. Дорогой я усиленно терла вдохновение ювелира о свою штанину. Находку хотелось рассмотреть, а штанам терять все-равно нечего.

Да и вообще, откровенно говоря, последний раз я мылась дня 4-ре назад. В приютивших меня деревнях ради меня любимой баню никто не топил. Спасибо хоть не гнали в грязную шею! Допускаю, что это скорее из чувства брезгливости к шее, нежели сострадания... Я прикинула степень своей неумытости по 10-ти бальной шкале и поняла, – шкала маловата... м-да.

Я просто физически ощущала на лице живописные разводы грязи. Черная коса колосилась до 'ниже спины', в смысле стояла колом. Этаким о-о-очень тяжелым колом. Хорошо, хоть не вверх, как дисциплинированный колосок в поле... Одежда могла поспорить с дорогой (и лицом) по количеству грязи (кстати, именно по этой причине кулон мне оттереть толком и не удалось).  Под ногтями. ... В общем, то же самое, что и везде.

 Запрятав находку поближе к сердцу, я подтолкнула лошадь пятками. В конце концов, сколько можно мерзнуть на этой дороге!?


 Город встретил меня в лице хмурого полусонного стражника.

 – По какому делу?

 Дежурная фраза, что-то вроде 'здравствуйте уважаемая и далее по тексту...'.

– По нужному, – буркнула я, но, заметив его взгляд не обещающий грубиянам ничего хорошего, добавила. – Проездом.

– Серебрушку.

– Чего!? – сонливость махом слетела от такой обдираловки. – Не многовато, любезный?

– За разговорчивость,– обрубил страж,– не хочешь, кукуй здесь до следующей смены.

 Куковать мне естественно не хотелось, но и такие деньги платить тоже, подумаешь нежность какая! Настроение у него видете-ли плохое!

 – А начальству скажу?

 – Такую свинью никто слушать не станет, еще мне спасибо скажут. Бродяжек в городе и без тебя хватает!

 Мда, слушать не станут, и пинка дадут, по трепетно оберегаемому месту. Моему. Жаль.

 – Ну, дяяяденькааа, – заканючила я, – откуда у меня такие деньги, я ж деревенскаяяяя. Мамки нет, папки нет бабка одна...

 – Ладно уж, давай медак и вали пока я добрый.

 Я ловко сунула в его лапищу монетку и прошмыгнула мимо, пока правда добрый.

 Первый постоялый двор был мой, в смысле тащиться и искать что-то поблагоустроенней сил не было, поэтому я заехала в первый попавшийся.

 – Присмотри за лошадью, – еще один медяк полетел в ладошку подбежавшему пареньку.

 – Бут сделано! – заверил он, и посмотрев на меня, с обидным сомнением добавил, – ...госпожа.

 С трудом перекинув ногу и неизящно скатившись с бока Пеги я поплелась в трактир, всерьез опасаясь остаться с ногами кавалериста на всю жизнь.

За стойкой, натирая и без того лоснящуюся поверхность, стоял трактирщик.  Меня он не замечал в упор, пока я не выложила ему под нос серебро.

 – Комнату, ванну, обед. Сейчас.

 – Второй этаж, по коридору 4-я комната, – засуетился он, поворачивая свои телеса чтобы снять с гвоздика ключ. – Обед через 20 минут, ванну сейчас. Что желаете на обед?

 – Самое лучшее, – мне уже было не до разговоров. Силы стремительно уходили по мере приближения к долгожданному отдыху и ванне.

 Я нашла свою комнату и открыла дверь. Сносно. Будем располагаться. Вещей у меня не было. Для их появления надо завтра сходить на ярмарку, но это будет завтра. А сейчас ВАННА!!! Мне уже принесли купальное корыто, и расторопная служанка заполняла его водой. Еле дождавшись ее ухода, я высвободилась из ломающейся от грязи одежды и залезла в воду, косу расплетала уже по ходу дела.

 Погруженное в горячую воду тело разве что не стонало от удовольствия. Волосы плавали на поверхности, затягивая половину бадьи черными водорослями. Шевелиться совершенно не хотелось, но как назло в голову пришел образ сегодняшней находки, а любопытство моя самая слабая черта. Стараясь сильно не вылазить из воды, я потянулась за курткой, до свисающего со стула рукава не хватало каких-то несчастных сантиметров. Видя это дело, пришлось пожертвовать удовольствием и приподняться над бадьей. Куртка медленно поползла ко мне, не имея возможности сопротивляться настоятельно тянущим ее пальцам. Ванна угрожающе наклонилась, и мне пришлось быстро выбирать между курткой и сохранностью воды в емкости. Победило последнее. Куртка плюхнулась на пол в полутора метрах от меня. Как ни крути, а придется подыматься.

  Скоро золотая вещица оказалась в моих загребущих ручках. После непродолжительного отмачивания в воде я, наконец, смогла ее рассмотреть. Цепь была плотного плетения и скорее напоминала шнурок, а подвеска оказалась каплевидной формы, правда не золотой, а с какого-то прозрачно – голубого камня. В камнях я не разбиралась и соответственно не могла даже прикинуть стоимость этого произведения. Что несказанно огорчало. Участь женской безделушки была решена еще на тракте. У меня таяли деньги с катастрофичной скоростью, тем более что поход на ярмарку окончательно подорвет мое и без того незавидное денежное состояние.

 Вода из горячей превратилась в чуть теплую, и я даже уже подмерзала. Выражая себе огромную благодарность за то, что хватило ума положить полотенце рядом с бадьей, а не на стул, и тем самым избежать выше упомянутых акробатических трюков, я вылезла из ванной.

 Зеркало на дверце шкафа отразило мою разморенную персону. В зазеркалье стояла стройная девушка с иссиня черными волосами, которые, облепляя, повторяли все очертания молодого тела до талии. Я была уставшей, от того кожа казалась еще бледнее, чем обычно, почти бескровной. 'Ни дать ни взять, чистая вампирша', – что-то мне нервно хихикаеться, ох не к добру. Я пристальнее вгляделась в свое лицо. Осунувшееся какое-то... Темно – карие глаза на овальном лице смотрятся двумя блюдцами на крохотном бледном столике. Губы небольшие, но зато, какой формы! Мне завидовали всей девичьей половиной деревни. В данный момент губы плотно сжаты, что говорит об активном процессе размышления. Носик тоже небольшой и это хорошо, будь он побольше, я бы имела все шансы к старости приобрести внешность бабы-яги, так как кончик этого любопытного органа был немножко крючком, пусть и без горбинки. Не знаю уж, насколько правы те, кто считает такой нос признаком проницательности, хитрости и даже злопамятности. Я лично недоброе быстро забываю, правда – правда, сразу после маленькой мести, ну конечно в воспитательных целях!

 Убедившись, что за время пути у меня не выросли рога от благостных пожеланий разных встречных – поперечных, коим я не понравилась, мне наконец-то улыбнулась подушка.

Два шага и мягкие объятья односпальной кровати приняли мою замученную тушку.

Обед я пропустила... ужас!


 Меня разбудил сквозняк. Во всяком случае, просыпаясь, я так думала, но двери и окно оказались закрытыми. Ну и ладно, может тут такие щели, что окон не надо.

На дворе давно рассвело, и народ бегал по своим делам. Сладенько потянувшись, я начала составлять план дня, не вылезая из постели. Завтрак. Ярмарка. Обед. А там видно будет.

 'А кулончик – то ночевал со мной', – золотой шнурок надежно обмотался вокруг руки. – 'И как я его прозевала?'

Пришлось потратить несколько секунд на выпутывание своей кисти из драгоценного силка, после чего одним движением накинула его на шею и расправила волосы. На мгновение мелькнула мысль 'Как будто порозовел'. Мелькнула и пропала, потому что в дверь постучались. Я растерянно заозиралась по сторонам в поисках чего-нибудь надеть. Грязная одежда не привлекает, а больше нечего. Вежливый стук перешел в неприкрытое избиение деревяшки. Ругаясь сквозь зубы, я резко сдернула простыню и в мгновение ока завернулась по самый подбородок. Пусть только вякнут мне про приличия!

 За дверью меня ждала картина маслом. Пьянющий в дыминушку орк любовно обнимался с косяком, видимо он (косяк) был единственной не пляшущей точкой опоры. И это с утра! Гость, увидев, что дверь отреагировала должным образом, то есть открылась, не дальновидно разжал руку. Вот только вертикальное положение вдруг стало неумолимо перетекать в горизонтальное. Я быстро сделала шаг в сторону, позволяя этому телу ввалиться в комнату. Мне ни чего другого не оставалось, как пинком отодвинуть ноги 'пришедшего' и захлопнуть дверь.

Орк приветственно (я позволила себе на это надеяться) хрюкнул и захрапел. Пользуясь выключенным состоянием гостей, я быстренько залезла в грязную (не до сантиментов здесь, знаете ли) одежду и выскочила в коридор. Местонахождение трактирщика не изменилось, даже поза оставалась вчерашней, как будто он тут и ночевал.

 – Любезный, у меня там пьяный орк в комнате, не ваш?

 От масляной улыбочки толстяка у меня зачесалась икроножная мышца, случайно соседствующая с метательным ножом за голенищем. Видимо что-то похожее жирной руной высветилось на моем лбу. Трактирщик проглотил улыбочку и бодро заявил.

 – У него пятая комната, госпожа. Проспится и уйдет.

 – А помочь ему в этом не хотите?

 – Помилуйте! Кто захочет связываться с орком, хоть и пьяным. Нет, тем более с пьяным!

 – Ясно, – как говорила бабушка, 'если в жизни подряд случаются два минуса, то из них выйдет замечательный плюс! А самое большое количество плюсов где?... правильно, на кладбище!'. – Так чем, вы говорите, можете компенсировать мне временное неудобство? Кстати, вчера я не поела, да и сегодня еще тоже...

 Мужик открыл рот для возражения, потом перевел взгляд на мои пальцы, барабанящие по стойке наступательный военный марш и... принял заказ.

Фу-ух, наелась, ну кто бы мог догадаться, что в миниатюрную девушку вроде меня влезет такая прорва еды! 'Твоя бабушка', – ехидно подсказал внутренний голос. Ба-а-бушка...что же ты сейчас делаешь? Может, выговариваешь коту за пробегающую мышь, а потом, забыв, ставишь миску сливок и 'несчастный' Мириш не то, что мышь, даже зад поднять не может! А может, порхаешь по саду, вызывая здоровое недоумение односельчан, почему у тебя цветов больше, чем морковок и помидор у всей деревни. Да и не похожа ты на сельских, как в прочем и я, но опять же, твоими стараниями. Дала мне воспитание благородных, подозреваю, что ты не всегда жила в деревне, хотя все равно никогда не рассказывала о прошлом. Но уверена, есть на это причины, как и на то, почему рассказы о моих родителях тебе так неприятны.

Вынырнуть из омута воспоминаний мне помог звон бьющейся посуды и вдохновенный мат трактирщика. Не оглядываясь на остатки пиршества, я встала и вышла на улицу.

Во дворе дым стоял коромыслом. Торговый люд разгружался и загружался, слуги и подмастерья бегали по поручениям, а кто-то просто праздно шатался, не зная, куда себя приткнуть. Вроде позднее утро, а народу все равно было много. Хотя чего я хотела, это же город!

Позвольте уточнить, это мой первый город, раньше я сидела в своей деревне безвылазно. Я бы может и сейчас там сидела, если бы бабушке, чтоб старушке не чихалось, не приспичило отправить меня к своему старому другу в столицу. Зачем, не объяснила, сказала только, что у них договоренность какая-то. Неприятная ситуация, договор по поводу меня, а я не в курсе. Ну да ладно, на месте разберемся!

 – С дороги, девка!

На меня на полной скорости неслась упряжка кого-то из местной знати. Я зачарованно следила, как холеные лошади приближаются ко мне с каждой секундой, ... сейчас меня сравняют с дорогой! Ой-йой! Как жить-то охота! Лошади взвились на дыбы буквально за несколько метров от меня, кучер, матерясь, ловил упущенные поводья, из кареты тоже неслась ругань. Моя персона фигурировала только в восклицаниях кучера, сидящим в экипаже приходилось обобщать эпитеты, в виду нехватки информации.... Решив, что мне здесь делать нечего, я быстренько свернула за угол, краем уха улавливая перешептывания о ведьме с адом в глазах. Вот бы посмотреть на нее!

 –

 Рынок приятно поразил меня своими масштабами! И неприятно ценами... На те жалкие монетки, что у меня остались, можно было купить разве что набойку на сапоги, причем одну. Видимо сначала придется продать находку. Я решила зайти в несколько лавок. Глупо продавать мою безделушку не приценившись, хотя уверенна, что мне предложат за нее в несколько раз меньше, чем она стоит на деле. Что делать, закон торговли.

 Первая ювелирная мастерская располагалась на самом краю базара. По ней и окружающим ее магазинчикам без труда определялось, что она рассчитана на состоятельных людей, а не потрепанных дорогой поросят вроде меня. Однако морда 'тяпкой' могла если не исправить, то хотя бы помочь положению.

 Я бодренько толкнула входную дверь и вошла под мелодичный перезвон колокольчика, призванного оповещать владельцев о приходе клиента. Обстановка лавки была на высшем уровне, так сказать на самый прихотливый вкус. Мебель буквально лучилась изяществом и утонченной стариной. На мой взгляд, этим креслам, столику и шкафам место в музее, а не у торгашей. А вот и сам хозяин выкатывается из подсобки.

 – Простите, благородные господа, что заставил вас жда...

 Окончание фразы остался для меня секретом, потому что ювелир увидел господ, то есть меня. Выражение лица из услужливо – подхалимского медленно перетекло сначала в растерянное, потом в неверящее и под конец остановилось на брезгливом. Только не плюнул, честное слово.

 – Благодарю за достойный прием, любезный, – вот где пригодились бабушкины уроки! – Мне бы хотелось услышать ваше мнение по вот этому поводу.

 Пока торгаш сопоставлял внешность последней оборванки с речью столичной аристократии я, не давая ему очухаться, выложила кулон. Профессиональная хватка заглушила недоверчивость на корню. Ювелир коршуном метнулся к украшению, на ходу добывая из многочисленных карманов лупу.

 – Так-так, похож на горный хрусталь, только вот...

 Слушая его бормотания я недовольно скривилась. Горный хрусталь стоит, увы, не дорого.

 – Почему рыжего цвета? Странно, очень странно. Значит не хрусталь.

 – Как рыжего? – От шока я даже растеряла всю старательно нагнанную напыщенность. – Вчера был голубым!

 Упс, наверное, не стоило это говорить, сейчас на меня посмотрят как на дуру, в лучшем случае как на фантазерку. Но ювелир на удивление серьезно отнесся к моим словам.

 – Могу предположить, что этот камень магического происхождения. В таком случае я вам ничем помочь не могу. Вам лучше обратиться к магу.

 – А если опустить его магическую сторону, во сколько бы вы оценили эту вещицу? – уточняю на всякий пожарный.

 – Ну, я здесь могу оценивать только цепочку, – ювелир снова склонился, разглядывая плетение, – думаю на 5 -7 золотых вы вполне можете рассчитывать. Если леди пожелает ее продать, то я с удовольствием предложу вам 8 монет.

 – Вы же сказали 5 -7, – напомнила я. Ну, просто нутром чую подвох!

 – Вы мне очень симпатичны!

 – Ааа, – несдержанность меня погубит! – то-то вы были мне так рады...

 Мужичок вспыхнул, видимо вспомнил первые впечатления от встречи.

 – Ну, надумаешь, приходи, – завершил он и принялся усердно начищать лупу, демонстрируя, что прием окончен.

 – До свиданья, – проявленная вежливость вызвала еще один хмурый взгляд в мою сторону. Есть люди, на которых не угодишь!

Сегодняшний день резко отличался от вчерашнего собрата. При таком солнышке сразу хочется сделать что-то доброе, полезное людям...

 – Не знаю о чем вы говорите! – мое внимание привлекла группа людей. Один из них был прижат к стене, двумя другими, похоже, очень сердитыми.

 – Ты не можешь не знать! – так, определение 'очень' не подходящее, как и 'сердитыми'. Эти люди были разъярены. – Где записка?

 – Ребята! Честное слово, если бы я знал, то сразу бы сообщил вам! Но у меня нет записок! Я ни писать, ни читать не умею! – последние слова дались бедняге с трудом. Виновата рука, держащая его за горло.

 – А она и не тобой написана!

 Несчастный холеными лапками пытался хоть немного разжать волосатую конечность противника.

  Ладно, уж помогу нуждающимся.

 Я уверенной походкой подошла к распластоному по стене мужчине и, наклонившись быстрым движением, вырвала кусочек дорогой бумаги из-под его ноги, нога до последнего боролась, не сознавая своего счастья.

 – Вы не это потеряли? Щас прочту: 'Встречаемся в полночь на старом месте. Целую, Инелли. P.S. Мне рогоносец кое-что подарил, оценишь! '

 Ой, лучше бы я тоже читать не умела!

 – Что? Что такое?! – я как-то засуетилась от таких многообещающих взглядов, причем всех троих, и постаралась незаметно отступить назад, вот бы раствориться в воздухе! Так, будут бить. – Ладно, искренне поздравляю вас с реальностью, не благодарите, не провожайте!

 В движение мы пришли все одновременно, только преследовали разные цели. Я хотела оказаться подальше от тех, кто мечтал оказаться ко мне как можно ближе. Полагаю, их устроит расстояние на вытянутую руку, или кулак, в моем случае.

Дура, дура, дура, но зато какая грамотная! Зачем полезла! Теперь за мной гоняться разоблаченный любовник раз, опозоренный перед другом рогоносец два и собственно его друг, желающий помочь второму по старой дружбе! Даже если он тихонько ржет в усы, мне это не поможет!

 К счастью, марафонский забег я выдержала с честью, отчасти благодаря тому, что он проходил на многолюдном базаре. Мне, тоненькой как березка, не составляло особого труда просачиваться сквозь щели в людском потоке, а вот неуклюжие преследователи увязли почти сразу. Что касается молодого воздыхателя несвободной дамы с карамельным именем, то он, скорее всего, сбежит под шумок, если вовремя спохватиться.

 На следующую ювелирную мастерскую я в буквальном смысле напоролась. А дверь открыла так вообще негуманным способом – лбом.

 – Вот и делай людям добро! – жалобно пискнула моя хрупкость, держась за прилавок, который мужественно прервал и без того короткий полет.

 – Чего изволите?

 Честно постаравшись собрать разъезжающие глаза в кучу, я уставилась на ювелира. Гном. Нет, правда. Гном! Не подумайте, что я деревенщина неотесанная (что, по сути, правда), но наше село располагается в середине человеческих владений и представители других рас редко к нам забредают. А которые забредают, те наверняка не афишируются. Но общее представление о них мы все-таки имеем.

 Ростом ювелир был мне до подмышек, коренастый, волосы русые, борода доставала до груди, значит еще молодой, глаза голубые и смотрят как-то настороженно. А, я ж по делу!

 – Здрассьте!

  Кулон был выложен перед вторым мастером.

 – Сколько это может стоить?

 – А вы уверенны, что хотите это продать? – внимательно изучив украшение, гном воззрился на меня.

 – С ним что-то не то? – чую – он маг, неужели повезло? – Видите ли, мне известно, что кулон магического происхождения, но его свойства, увы, загадка.

 – Этот камень гномы называют Хэш'шех, что касается его свойств, то это могут знать только демоны. Это их камень.

 Мама родная! Только демонов мне и не хватало! Еще один аргумент в пользу немедленного избавления от находки.

 – А еще вы можете что-нибудь сказать? В смысле его стоимости?

 – Камень демонов еще никто не пытался продать, но я вам могу предложить за него 62 золотых, как за редкость, ну и за цепочку 8. Если не секрет, где вы его взяли?

 – На дороге валялся, – я передернула плечами, где-то внутри жадность отплясывала танец южных шаманов, и дальнейшая судьба подвески меня не интересовала.

 Из лавки я выплыла отягощенная семьюдесятью золотых. При известной экономии мне хватит этих денег до самой столицы, а значит с затягиванием тугих поясов можно повременить. Следующий пункт плана был самый приятный – покупки. В лавке готового платья я приобрела пару белых рубашек, широкий пояс под грудь, узкие брюки из мягкой кожи и длинную орчанскую юбку, чтоб все это прикрыть. Последнее это дань народному предубеждению, я все-таки не магичка, чтобы привлекать лишнее внимание к себе, а заодно и своим филейным местам. Хотя брюки бесспорно удобнее. На обувь я тратиться не стала, мои эльфийские полусапожки запросто могли поспорить с любыми новыми за качество и удобство. Когда Юнари (моя бабушка) вытащила их с чердака, я вдруг пожалела, что в свое время уделила возмутительно мало внимания этой сокровищнице. Лавку с оружием также прошла мимо, из всего убийственного разнообразия в моих предпочтениях числились только метательные приспособы, и то, владела я ими очень посредственно. Да и был у меня один. Остальные покупки относились к хозяйственной части: мыло, шампунь, крупа, вяленое мясо и т.д.

 Обратно я возвращалась довольная до нельзя, правда общий вес покупок оказался довольно таки ощутим, а вроде там мелочь, здесь тюбик.... Короче, чувствую себя тягловой кобылой! Но своя ноша, как известно, не тянет.

 Преодолев последнюю серьезную преграду в виде десяти ступеней на второй этаж трактира, я услышала подозрительные охи – ахи. Ммм, кто-то времени зря не теряет! Любовь и все такое... Ладно, мне, собственно не жалко и даже не завидно, главное дотащиться до своей двери и..., подождите, так это и есть моя дверь! Или нет? Надо намекнуть хозяину, что номера на дверях совсем не худшая из идей. Бросив сумки, я не поленилась вернуться в начало коридора и пересчитать двери. Так, значит, не ошиблась. Сначала пьяный орк, а теперь кто?

 Святые небеса! Где берега у этой наглости! Даже не позаботились запереться, хотя бы на случай прихода хозяев. Уверена, мой разъяренный вид мог не просто отбить желание, но и иметь гораздо более серьезные последствия. Импотенцию, например.

 Видимо пока я считала двери, надеясь обсчитаться, действо подошло к концу. Не требуйте конкретики, я краснею.

 В МОЕЙ комнате, на МОЕЙ кровати развалился небезызвестный орк и раскрасневшаяся служаночка, подававшая мне сегодня завтрак. В этот момент я поняла, что место дислокации однозначно придется менять.

 – О, здравствуй красотка! – орчья морда еще не поняла, что за удовольствие надо платить и скорая расплата подло пришла в моем перекошенном лице.

 – Ах ты, ирод, значит, пока я с детишками вожусь, за младшеньким, шестнадцатым, пеленки меняю, ты с чужой девкой в супружеской постели трешься!!!

 БАМ! В этом узле, если судить по звуку, находились горшочки с шампунями и притираниями. Орк дернулся, но встреча узла с его похмельной головой уже состоялась. Прямое попадание!

 – Мамка только уехала, а ты за старое! Ну, погоди ж у меня, ты ж еще по теще взвоешь! Я ж тебе устрою жизнь веселую, гулящую! – перехватив узел с вещами, я пошла в прямое наступление, искренне надеясь, что эти самые вещи скатаны как можно туже.

 На глупеньком лице служаночки наконец-то проступило понимание ситуации.

 – Ты говорил, что одинок и несчастен! – одна женщина приносит счастье, а две – проблемы, – Врал, что влюбился! Я поверила, дура!

 Ну вот, дальше она сама справиться, главное, правильно заданное направление. Сегодня у меня как никогда, получается нести доброе в массы! Подхватив узелок с шампунями (в моей душе теплилась надежда, что там хоть что-то выжило) я под предлогом оскорбленного достоинства гордо прошествовала к выходу. Собственно, действующих лиц это уже не интересовало, но роль хотелось доиграть, пусть и для себя.

  На улице темнело. Оставаться в трактире нельзя, вдруг орк мстительным окажется, когда окончательно протрезвеет. Надо пока не поздно найти новое пристанище на ночь, а завтра поеду дальше.


 Эльрасса ел' Вер.

 До чего же мерзкая погода! Хотя чего еще можно ожидать от этого мира, какой мир такая и погода. Демоны всегда предпочитали климат потеплее, и я не исключение. Здесь меня называют огненным змеем, и даже это подтверждает, что я на редкость теплолюбив! И вообще 'любив'... в смысле натура у меня такая. Мало того закинули сюда в весенний период, так еще и мечтающих 'о прекрасном' девушек как нарочно ни одной на всю ближайшую версту! Сволочи, одним словом, как будто в городе высадить нельзя! Топай теперь до него.

 На самом деле, я ворчу так, от скуки. В самом городе высадиться действительно не представляется возможным, если вы не самоубийца, конечно. Маги тоже не зря свой хлеб едят, с маслом. Вспышку демонического перехода засекут на раз и покатишься туда от куда пришел, правда, уже в разобранном виде.

 Человеческие города даже время изменить не в силах! Двести семь лет здесь не появлялся и даже не соскучился. Серо, сыро, грязно и вонюче, фу! Моя нога в новом сапоге увязла в лошадином дерь... мг...вобщем увязла. Кто-нибудь видел как красавец – демон, брезгливо морщась, обтирает сапог о колесо чьего – то экипажа? Нет? Спешите, дубль два не предусмотрен!

  Надо же было артефакту Прихода активизироваться именно вчера!? Почему не летом? Хотя какая разница, летом здесь тоже не сахар. О, трактирчик, сейчас отдохнем, а завтра поищем артефакт и активатора, чтоб его.

 Накинув личину орка, я, в лучших традициях жителей степей, ввалился в двери забегаловки.

 Ммм, а активатор-то здесь! Даже не в городе, в этом трактире! Мой поклон, богиня удача, миллевё (дем-н. прямого перевода нет, характеризует трепетное отношение к адресату), любовь моя!

 Получая от богини традиционный ментальный подзатыльник за дерзость, я только передернул плечами – кокетство.

 Придерживаясь рамок поведения местного населения, взял 5-й номер комнаты и потребовал завтрак сейчас же. Естественно грубая пища мне была не нужна, нет, я могу есть, если вкусно, но основное питание демонов моего вида – энергия и эмоции.

  Кстати вот и пища, нет, не странное месиво зовущееся кашей, а девушка, которая его несет. Симпатичная крестьяночка. Томный взгляд, брошенный на молодого мускулистого орка подсказал, что мне здесь рады.

 Пока орки молоды, они достаточно привлекательны, не зря же ближайшие родственники утонченных эстетов – эльфов. Только им это говорить не стоит, не поверят и голову оторвут, хотя сами прекрасно все знают, но не сознаваться же теперь. Перворожденные, блин! Вообще-то, первой родилась магия, и если нас породили хаос и тьма, то других порядок и свет (они гордо зовут себя богами). Только сути это не меняет, именно мы составляем магическую мировую основу и баланс. Вот почему я считаю всех завоевателей мира сильно ушибленными на голову, не важно, какими методами они борются, светом или тьмой, погибнет тьма, погибнет и свет. Все остальное – политика и власть, забивающая молодые или буйные головы на свое усмотрение.

 – Красавица, не принесешь ли уставшему воину эля? – по глазам вижу, что не только принесет, еще и с ложечки выпоит. Какая фигурка! Вдохновение для скульптора.

 Пока я придумывал эпитеты, служанка вернулась с питьем. Больше отпускать девушку от себя я был не намерен, разве что через час два, ну или если мне что-то понадобиться. Уж не помню, что плел, но красотка согласилась скрасить мое одиночество. Я уже размечтался об уединении с ней, когда эманации наполняющегося энергией артефакта полоснули мое сознание. Как не вовремя! Придется сначала заняться делом, но упускать шанс энергетической подпитки тоже не хотелось. Сочинив очередную сказку о подарке для 'любви всей моей жизни', я быстро поднялся на второй этаж трактира, якобы за ним. Потоки артефакта проникали в коридор из четвертого номера. Меня поразила большая скорость этих потоков, видимо активатор владел немаленьким запасом лишней энергии. Скажу для справки, личную энергию существа артефакт не расходует, это обязательно закончиться для активатора смертью. Потребляется только запас, и чем больше этот запас, тем быстрее наполняется камень.

 Проникнуть в комнату не составило труда, этот способ использовался мной не один раз. Главное, никто не заподозрит стучащуюся пьянь в каком-то умысле. Что-то не открывают, наверно не слышат! А так? О, ругаются, значит откроют.

 О, боги всего пантеона! Я счастливчик! А это встрепанная и завернутая в простыню красота – мое счастье! Однако само счастье явно не впечатлилось довольной улыбкой на роже пьяного степняка. Ну и ладно, пункт второй – проникновение на вражескую территорию.

 Ох-х, нет, чтоб поддержать притомившегося орка! Ну не орка, демона, только черноволосым пэри знать это не положено. Хм, нижняя точка зрения имеет свои плюсы. А вот пинать не надо! Не надо, я сказал! Я привык к нежности со стороны прекрасного пола. К тебе деревянный пол, это не относиться и претензии по поводу назревающей шишки предъявляться не будут. Вах, стриптиз! Пожалуй, я прощу ей любые свои увечья, если после них она будет всегда так делать.

 Девушка ушла разбираться с трактирщиком, а я продолжал блаженно жмуриться на полу, возвращая и возвращая воспоминания увиденного. Надо сказать, пришел в себя не скоро, да и то от неприятной мысли, что упустил артефакт. Но паниковать рано, подожду до вечера, теперь ей никуда не деться, я ее запомнил. Приятная картина переодевающейся красотки снова встала перед глазами. Кстати, пора и подкрепиться.

 Я сосредоточился на образе служанки, посылая ее подсознанию завуалированный приказ подняться на второй этаж. Сейчас она почувствует непреодолимую тягу сюда. У вас бывали случаи, когда вы бежали куда-то сломя голову, а, оказавшись на месте, не знали за чем пришли? Это из того же разряда. А вот и она.

 – Ты нашел подарок?

 Какой подарок? Ах, подарок!

 – Да, милая, – в заведенной за спину руке я быстренько создал бриллиантовое кольцо. – Держи, красавица я знал, что когда-нибудь тебя встречу.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю